Истребление

Цитрусовый маг - Новелла

Том 4 Глава 1 - Истребление

Конклав: 08:22

Я вернулся на рассвете.

Усталый, грязный, с фотографией матери во внутреннем кармане и Риной, спящей на руках. Гром телепортировался сразу в лазарет — без магии он выдохся так, что еле стоял.

Лора встретила нас у входа.

— Живые? — спросила она, забирая Рину.

— Вроде.

— Гром?

— Спит уже, наверное.

Она кивнула, унесла девочку. Я остался один.

В зале, где висела чёрная сфера с Кайзеном, было пусто. Элисия сидела в углу, смотрела на экраны.

— Бьётся, — сказала она, не оборачиваясь. — Не переставая.

— Выпустим?

— Рано. Ты еле живой.

— Знаю.

Я посмотрел на сферу. Внутри метался силуэт. Кайзен. Тот, кто убил Таро и Юну.

— Скоро, — пообещал я ему. — Скоро.

Он замер. Будто услышал.

Конклав: 11:45

Я сидел на смотровой площадке, пил чай и смотрел на руины.

Рядом плюхнулся Кенджи.

— Ну чё, рассказывай.

— Что?

— Где был, что видел, кого убил.

Я усмехнулся.

— Был в лаборатории. Видел маму. Настоящую. На фото.

— И?

— И она была и героиней, и предательницей. Одновременно.

— Сложно.

— Ага.

— А убил кого?

— Никого. Там было уже всё мертво.

Кенджи вздохнул.

— Скучный ты поход устроил. Я тут без тебя чуть с ума не сошёл. Лора заставляет есть, Кейджи всех строит, Хикару и Миюки мирятся — это вообще апокалипсис.

— Мирятся?

— Ага. Держатся за руки. Я чуть булкой не подавился.

Я улыбнулся. Впервые за долго.

— Это хорошо.

— Наверное. — Кенджи помолчал. — Нэй, а что с теми, кто убил Таро и Юну? Ну, с остатками? С Ложной Семьёй, с Пожирателями, с Сорокоглазыми?

— А что с ними?

— Ты их добивать будешь?

— Зачем?

— Затем, что они ещё есть. Я вчера с Элисией сидел, она карту показывала. Их дофига по миру. Ячеек там, групп...

Я посмотрел на него.

— Ты хочешь, чтобы я их всех убил?

— Ну... да. — Он смутился. — Ты же теперь можешь. С этой своей Гробницей. Щелчок — и нет проблем.

— Кенджи, это не щелчок. Это... это тяжело.

— Понимаю. Но они же не остановятся. Будут новых Таро и Юн убивать. Других. Чужих.

Я молчал.

— Ладно, — он встал. — Ты командир. Тебе решать. А я пойду, булки допекать.

Он ушёл.

А я остался с его словами.

За пределами Конклава: 13:17

Я стоял на крыше разрушенного небоскрёба.

Внизу, в бывшем торговом центре, базировалась ячейка Ложной Семьи. Элисия дала координаты. Человек тридцать. Женщины, дети — прикрытие. Настоящие — те, кто вербует, кто ломает, кто превращает людей в скот.

Я спрыгнул вниз.

Вошёл через главный вход. Охрана даже не поняла, что произошло — просто осела на пол, без звука, без крови. «Пепел» сделал своё дело.

— Кто здесь? — крикнул кто-то изнутри.

Я вошёл в зал.

Там сидели они. Человек двадцать. Смотрели на меня с ужасом.

— Ты... ты Нэй? — прошептала женщина в центре.

— Да.

— Зачем ты пришёл?

— Закончить.

— Мы не убивали твоих! Мы просто...

— Вербовали. Ломали. Превращали людей в скот. — Я поднял руку. — Таро и Юна погибли из-за таких, как вы.

— Это не мы!

— Вы — система. А систему надо выжигать под корень.

«Пепел» вырвался из моей руки. Холодная, серая волна прошла по залу.

Через секунду там никого не было. Только пустота и лёгкий запах гари.

Я вышел.

Бывший питомник №3: 14:52

Здесь базировались остатки Голодных Рот.

Пожиратели. Много. Сотни.

Я шёл сквозь них, как сквозь туман. Они бросались, но «Пепел» не оставлял даже пепла. Просто пустота.

В центре лагеря сидел крупный. Главный.

— Ты... ты Нэй...

— Да.

— Мы не нападали на твой Конклав! Мы...

— Вы пожирали людей. Вы часть системы. Прощай.

Щелчок пальцами. Пустота.

Я пошёл дальше.

Развалины старого города: 16:08

Сорокоглазые.

Последние. Четверо. Самых умных. Самых хитрых. Они спрятались глубоко под землёй, думали, что не найду.

Я нашёл.

— Нэй Ито, — заговорил главный. — Мы не враги. Мы учёные. Мы просто изучали...

— Изучали, как ломать людей. Как делать из них оружие.

— Это для науки!

— Наука, которая убивает детей — не наука. Это преступление.

— Ты не имеешь права!

— Имею. — Я подошёл ближе. — Я — тот, кого вы создали. Я — ваша ошибка. И я пришёл её исправить.

«Гробница» открылась на секунду.

Всего на секунду.

Этого хватило.

Конклав: 19:34

Я вернулся к ужину.

Сел за стол, взял булку, откусил.

— Ну чё? — спросил Кенджи, садясь напротив.

— Что?

— Сделал дело?

— Сделал.

— Всех?

— Всех.

— И как?

— Никак. — Я посмотрел на него. — Я не чувствую ничего. Ни радости, ни облегчения. Просто... пусто.

— Это нормально?

— Не знаю.

Кенджи помолчал, потом сказал:

— Слушай, может, тебе отдохнуть? А то ты как робот какой-то.

— Наверное.

— Иди к Лоре. Она там чай заварила с мятой. Говорит, успокаивает.

Я встал. На полпути обернулся.

— Кенджи.

— А?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что напомнил. Что надо заканчивать.

Он кивнул.

Я пошёл к Лоре.

Конклав: 21:47

— Тяжело? — спросила Лора, наливая чай.

— Бывало легче.

— Ты убил много людей сегодня.

— Не людей. Тварей.

— Они были людьми когда-то.

— Были. Перестали.

Она вздохнула.

— Нэй, ты не машина для убийств. Ты человек. Имеешь право чувствовать.

— Я ничего не чувствую.

— Чувствуешь. Просто запер. Открой.

Я посмотрел на неё.

— А если там ничего нет?

— Есть. Я вижу. — Она положила руку мне на грудь. — Там, глубоко, есть свет. Тот самый, который ты нёс всё это время. Он не погас.

— Откуда знаешь?

— Потому что ты вернулся. Потому что ты спас Рину. Потому что ты не убил Кайзена сразу — запечатал, чтобы не рисковать нашими. Это не машина. Это человек.

Я молчал.

— Пей чай, — сказала Лора. — Завтра будет новый день. И новые враги. Но сегодня — отдыхай.

Я пил чай и смотрел в окно.

Где-то там, в чёрной сфере, бился Кайзен. Где-то там, в темноте, прятался Камия. Где-то там, за горизонтом, ждали двое из Совета Трёх. Но сегодня — сегодня была тишина. И я имел на неё право.