Глава 20.0

По Императорскому дворцу пополз слух.

Мол, Секундус заполучил два Сокровища, обойдя Фербиаса и Лениар, у которых было лишь по одному.

А раз он переманил на свою сторону Зиониса, у которого тоже было Сокровище, то не получается ли, что он фактически завладел тремя?

— Некоторые даже говорят, что вы, брат Секундус, станете следующим императором.

— Хм. Было бы хорошо, будь все так просто.

Виновник слухов, Второй принц Секундус, не чувствовал себя так уж спокойно. Мы с Катекой тоже не могли быть оптимистичны.

Три Сокровища — результат, безусловно, отличный, но состязание еще не окончено.

— До этого еще далеко.

— ...Получение не означает конца...

Императорский Трон достанется тому, у кого будет больше всего Сокровищ в конце Войны за Престолонаследие.

Тот, кто узурпирует — да узурпирует, а тот, кто защитит — да защитит.

Это тоже было квалификацией императора.

Война за Престолонаследие прямо заявляла об этом.

— Пока что мы в обороне, хотим того или нет.

— Давление со стороны двух других фракций уже грозное.

Раскрытых Сокровищ всего пять.

По одному у Фербиаса и Лениар. Два у Секундуса, одно у Зиониса.

Поскольку три Сокровища сосредоточены в одной фракции, взгляды, устремленные на них, вряд ли будут благосклонными.

— Лучше всего избегать пересечений с братом Фербиасом, особенно сейчас, верно?

— Я уже избегаю его.

Первый принц, Фербиас Касептус.

Человек, являющийся самим воплощением высокомерия и гордыни. Должно быть, он скрежещет зубами от того, что отстал не от Лениар, а от Секундуса.

Я тихо цокнул языком.

«Интересно, не примчится ли он снова вместе с Аметусом?»

Вероятность того, что стрела его негодования повернется в мою сторону, была крайне высока. Таковы уж те, кто болтает о перфекционизме.

Они будут ходить с широко открытыми глазами, выискивая пылинку, на которую можно излить свои эмоции.

«Как я и ожидал, но все же раздражает».

Было бы еще хуже, не присоединись я к фракции Секундуса.

Оглядываясь назад, это был мудрый выбор.

Каким бы возвращенным героем я ни был, в моем нынешнем теле я не смог бы противостоять им в одиночку.

— В моем завтраке был яд. Давненько такого не случалось.

— Артефакт, который я дал тебе, помог, не так ли?

Секундус раскатисто рассмеялся.

— Меня травят раз в три дня!

— ...У меня чуть пореже. Раз в десять дней?..

— В последнее время происходит много неприятностей. Придется быть осторожнее.

Был даже парень, который напал с мечом средь бела дня.

Теперь вопиющие атаки, которые трудно назвать просто убийствами исподтишка, стали обыденностью. Число шпионов тоже выросло. Трудно вылавливать их по одному.

Но Секундус слегка усмехнулся.

— И все же, то, что мы впереди — неоспоримо.

Мускулистый принц похлопал по плечу брата, сидевшего напротив.

— Особенно ты, Зионис, это все благодаря тебе.

— О, боже, вовсе нет.

— Чрезмерная скромность — это вид высокомерия, Зионис.

— Вот как? На самом деле я тоже думал, что все это благодаря моему величию.

Я, до этого качавший головой, скрестил руки на груди.

— Рад, что ты это признаешь.

— ...

— ...

Мое наглое лицо заткнуло рты и Катеке, и Секундусу.

Хоть он и был их сводным братом одной крови, раскусить его было невозможно.

Однако неловкости стало меньше, чем раньше.

Хоть он все еще был, нет, даже еще более ненадежным!

— ...Лучше уж так, чем трястись от страха. Но все же, усиль охрану. Было бы неплохо, если бы ты жил в моем дворце, как Катека.

— Не люблю менять место сна.

— Раз уж так.

Секундус не стал давить. Доверие между ними все еще было тонким. Вместо этого он вытащил из кармана тонкий листок бумаги.

— Тогда как насчет этого?

Он протянул билет.

Я прочитал надпись под красочной картинкой.

— Труппа Акробатов Джуэт?

— Хм. Разве ты не слышал? Говорят, это довольно знаменитая труппа, и в этот раз они приехали в Лутилиум.

— Хм.

— Было бы скучно просто сидеть на месте.

Я почесал щеку. Особого интереса это не вызывало.

Снаружи мне одиннадцать, но в душе уже тридцать.

Секундус заговорил с удивлением:

— Я думал, тебе понравится. Разве это не возраст для таких развлечений?

Мускулистый принц начал зачитывать список номеров на обороте билета.

— Смотри. Крушение стали, глотание мечей, бой голыми руками со львом...

— Это ты и сам можешь, брат.

— Могу, лет с девяти.

Глядя на весело смеющегося брата, я спросил:

— Ты ведь не серьезно хочешь, чтобы я просто пошел посмотреть?

— Хм. Именно так. Мы должны показать другим фракциям, верно? Что пока мы не будем делать ничего особенного и затаимся.

Раз уж мы получили три Сокровища, взгляды вокруг стали слишком пристальными.

Он не хотел создавать лишних проблем.

Если поползет слух, что Зионис, принц его фракции, беззаботно глазеет на акробатов, бдительность врагов, вероятно, немного ослабнет.

— Они показывают что-то новое каждый день целую неделю, так что сходи посмотри.

— Акробатика в мире, где ходят магические поезда...

— Ты слишком много болтаешь. Если продолжишь, я заставлю тебя писать рецензии. Шесть тысяч знаков на каждое представление, каждый день. Итого семь раз!

— Именно потому, что существуют магические поезда, человеческий пот становится еще прекраснее и ценнее! Ах, я уже в предвкушении, брат!

— ...

Я лучезарно улыбнулся.

Рецензия — это абсолютно исключено.

Шесть тысяч знаков в день — это нечеловеческая задача! Да еще целую неделю! Существует ли вообще в мире такой графоман?

— Я проведу время радостно, ярко и счастливо!

— ...Труппа акробатов, что-то не впечатляет.

Шион (30 лет, регрессор) не мог скрыть неловкости.

Чем ближе он подходил к шатру акробатов, тем громче становился шум.

В смехе детей была сила, из-за которой такие слова, как «герой» и «судьба», казались до неприличия неуместными.

Путь к шатру был уставлен лотками уличных торговцев.

Я хотел съесть сладостей в сахарной пудре, но длинная очередь заставила отказаться от этой затеи. Народу было немерено.

В нескольких особо людных местах выступали члены труппы.

Кажется, они давали небольшие превью своих навыков перед представлением, чтобы завлечь публику.

Клоун, жонглирующий семью кинжалами ногами, стоя на руках на большом шаре; двуногий волк, одетый с иголочки и говорящий с идеальным имперским акцентом; маг, создающий из огня всевозможные фигуры.

Люди смотрели завороженно, восклицая: «Вау, вау!»

«...Тот маг, его лицо кажется знакомым».

Мужчина в круглых очках на кончике носа, с длинной трубкой.

Когда он дул в нее, вылетали бабочки из огня и дыма.

Дети хихикали, но я знал, что это духовные бабочки. Довольно высокоуровневая магия.

«Генри Хорби. Парень, который позже станет начальником охраны Эрты...»

К западу от Империи, за великим горным хребтом, лежало несколько стран. Даже если бы они объединили силы, им не сравниться с Великой Империей Кордис, но там было множество стран, народов и людей. Эрта была одной из них.

«Труппа Акробатов Джуэт, как же я мог не знать».

Чем дольше я смотрел, тем больше знакомых лиц замечал.

Например, тот двуногий волк с имперским акцентом — его звали Пен-Хучиль. Тот клоун — хм, как же его, а, ладно, один из подчиненных Генри Хорби.

«Снаружи они акробаты, а на деле — шпионская группа с Запада».

Это было известно мне еще до регрессии. Я бывал на Западе, за горным хребтом. Они всегда боялись вторжения Кордиса. Поэтому посылали множество шпионов, и особо умелые притворялись бродячими артистами, путешествуя по Империи.

«...Сделаем вид, что я не знаю. Может, снова налажу связи с Братством».

Существовали те, кого звали Братство Рассвета.

Транснациональное тайное общество, созданное лидерами стран к западу от хребта.

У меня были связи с ними до регрессии, и, возможно, они завяжутся и в этот раз.

«Рановато еще».

Я тихо усмехнулся и отвел взгляд.

Увидел играющих детей.

Это был радостный день. Не время устраивать сцены.

К тому же Великая Империя Кордис не настолько хрупка, чтобы что-то случилось из-за того, что их шпионская деятельность останется без внимания.

«Ах, если подумать...» — я кивнул.

Я гадал, почему они вдруг приехали выступать в Лутилиум, но, похоже, они прибыли, чтобы понаблюдать за ходом Войны за Престолонаследие.

— ...Но я все равно кое-чего не понимаю. Решительно не понимаю.

Я покачал головой и посмотрел вверх.

Там стоял мужчина с каштановыми волосами.

— Чему ты так радуешься, Пайс?

— Этот Пайс очень хотел увидеть представление Труппы Акробатов Джуэт!

Пайс Рёсти пребывал в состоянии настолько нелепом, что это граничило с креативностью.

Он старательно нацеплял на себя вещи с символикой Труппы Джуэт: посох, очки...

На голове громоздились семь шляп, надетых одна на другую, каждая с разным узором. Кажется, для него это была важная деталь.

— Взгляните на это, Ваше Высочество! Это кукла женщины-волчицы. Она даже говорит, если нажать. С идеальным имперским акцентом!

Его руки были полны кукол, на нем было два плаща, и он накупил кучу игрушек, назначение которых было трудно угадать. Раз он покупал их на свои деньги, мне нечего было возразить, но смотреть на него без утомления было невозможно.

— ...Кто вообще, глядя на тебя, назовет тебя имперским стражем?

— Прошу прощения? Что вы сказали?

— Ничего, забудь.

Проходящая мимо акробатка на миг остановилась, увидев мое лицо.

Это была высокая женщина; казалось, она гадала, не Пятый ли я принц Зионис, но, увидев рядом «креативно» одетого Пайса, покачала головой и ушла. Должно быть, решила, что ни один принц не будет таскать с собой свиту в таком виде.

— Идем внутрь, Пайс. Скоро начало.

— А вы ничего не купите? Вы ведь сегодня без перекуса.

— Не нужно покупать здесь. В особой ложе есть свои торговцы.

— Ах! Я впервые буду в особой ложе.

Пайс возбужденно шагал впереди.

Он без умолку болтал о том, как с детства мечтал увидеть выступление Джуэт.

Я шел следом с улыбкой.

Улыбнулся я и скрытым охранникам Секундуса.

Их было несколько — брат прислал их, сказав, что с одним Пайсом может быть опасно.

— Это и правда особая ложа, даже в очереди стоять не надо.

— Просто здесь никого нет.

— Что? Почему, ведь они так хороши?

Пайс склонил голову набок.

Он переводил взгляд с шумной очереди в обычный сектор на пустой вход в особую ложу. Вход туда был почти безмолвен.

Я тихо усмехнулся.

«Что значит почему? Мы посреди Войны за Престолонаследие. Сейчас не время для праздного отдыха».

Решается судьба следующего императора.

Разве не нужно как можно скорее выяснить, кто сядет на трон, чтобы успеть занять место поближе? Тот, кто бездумно пойдет на представление во время войны, в принципе не смог бы войти в столицу, Лутилиум.

«Сюда не придет никто, кроме отчаянных бездельников или глупцов».

***

«Как я и думал, абсолютно пусто».

В особой ложе почти не было людей. Лишь пара отставных дворян да малые дети. Места нам хватит с лихвой.

Найдя места, я махнул Пайсу.

— Иди сюда, Пайс.

— Да, Ваше Высочество.

— Смотри под ноги...

— ...Ува-а!

— ...Я же говорил быть осторожнее.

Бах—

Спускаясь по лестнице, Пайс запутался в плаще и упал.

В полете он налетел на девушку, проходившую внизу, и раздался пронзительный визг.

— Кья-а!

Я схватился за лоб.

— Боже правый... Я знал, что так будет...

— ...Прошу прощения, Ваше Высочество.

— Вставай уже.

Поранишься ты или нет — сам виноват.

Пайс Рёсти поспешно вскочил с обиженным выражением лица.

Я подошел к упавшей девушке. Почувствовав неловкость, заговорил тоном принца.

— Прошу прощения за моего рыцаря. Ты не ушиблась?

Ей было не больше четырнадцати. Маленькая девочка.

Одета как служанка, но наряд явно из северного региона. Я мог примерно угадать вкус ее хозяина.

Девушка низко опустила голову и заговорила тихим голосом:

— ...И-и...

— И-и?

— И-и-и-и-и-извините...

Девочку начала бить крупная дрожь. Она выглядела как испуганный кролик.

Я был несколько ошарашен.

Вроде не сильно ушиблась, но, кажется, она боялась меня до ужаса.

— Не дрожи. Почему ты трясешься?

— К-к-к-как я посмела п-п-п-перегородить п-п-путь В-Вашему Высочеству...

Почувствовав что-то знакомое, я глянул на Пайса.

Пайс Рёсти прошептал: «Даже я так не заикаюсь!»

Я протянул руку девочке.

— Ты знаешь меня. Работаешь в Императорском дворце?

— Д-д-д-да, Ваше Высочество...

— Успокойся!

Я хлопнул в ладоши.

Дрожь немного утихла. Но страх все еще не отпускал ее.

Был способ справиться с такой ситуацией.

— Ну же. Успокойся. Разве я выгляжу сердитым?

— ...Н-н-нет.

Девочка посмотрела на меня дрожащими глазами. Вгляделась в мое лицо, в мою ясную улыбку.

Я слабо улыбнулся и спросил:

— Ну как? Немного легче, да? Как ты знаешь, я Пятый принц Зионис. Как твое имя?

— ...Меня зовут Хэс.

— Хорошо. Хэс. У тебя красивые зеленые глаза.

На несколько секунд наши взгляды встретились.

Ее дрожь стремительно утихала. Только тогда девочка обрела уверенность, что я не причиню ей вреда.

«Боже мой, Ваше Высочество, где вы научились такому старомодному подкату?» — Пайс поднял руку и сморозил глупость, но я сделал вид, что не слышу.

— Вот и славно, Хэс. Ничего не случилось. Так что не дрожи.

Жестяная коробка с печеньем покатилась по полу. Хэс выронила ее, когда упала.

К счастью, содержимое не рассыпалось.

Я поднял ее, отряхнул и протянул Хэс.

— А теперь возвращайся к своему...

— Эй!

Кто-то взвизгнул.

— Как ты смеешь распускать руки на мою служанку!

Топот ног был громким. Почти как у Секундуса. Голос показался знакомым, и я почувствовал странное недовольство.

Шаги приблизились, и вперед выдвинулось одутловатое лицо.

— Ты, наглый паршивец! Я этого так не оставлю... а, Зионис?

— ...Брат Небуло?

Лицо пухлое, как у лосося в самом соку; уголок рта, вечно готовый к усмешке; сводный брат, который хотел бы притвориться, что он не тот, кем является, но никем иным быть не мог.

Небуло Ле Этьер, Четвертый принц.

«Все-таки нашелся один праздный глупец!»