Правда (2)

— А-а-а-а-а-а-а!

Чуксинду, не в силах сдержать ярость, резко вскочил. Стул, не выдержав его силы, не просто сломался — он рассыпался в прах, а вокруг Чуксинду вспыхнула чудовищная мощь.

— А-а-а-а-а!

Его стоящие торчком волосы запылали, как пламя. Треск, искры! Энергия, витавшая вокруг него, начала разбухать, грозя вот-вот взорваться.

Юри тоже пришлось вскочить с места. Он ожидал такой бурной реакции, но как, чёрт возьми, его теперь успокоить?

Эту ситуацию нельзя было спустить на тормозах. Перед Юри стоял не просто обычный фанат зарубежного футболиста. На Земле, если человек злится, он может напиться в стельку или, в крайнем случае, перевернуть стол. Но перед ним стоял Непревзойдëнный мастер. Сверхчеловек, способный в приступе ярости стереть с лица земли целый город.

Конечно, такой катастрофы не произойдёт. К счастью, здесь было кому остановить взбесившегося Чуксинду. Император Меча или Серебряная Императрица Боевых Искусств — любой из них смог бы его усмирить, не говоря уже о Жестоком Хаосе.

Но если они вмешаются, к отношениям Юри и Чуксинду привлекут внимание. И чтобы всё объяснить, Юри придётся раскрыть, что он «одержимый», да ещё и тот самый Невосприимчивый к оскорблениям, с которым Чуксинду был близок.

Юри этого не хотел. Но разве сейчас это важно? Чуксинду был настолько искренним в своих чувствах, что Юри решил пока забыть о собственных проблемах.

— Брат! — отчаянно позвал Юри.

Смогу ли я его остановить? Нет, это слишком сложно. Как бы силён ни был Юри, чтобы подавить Непревзойдëнного мастера, да ещё и на грани потери рассудка, ему придётся оказаться полумëртвым и призвать чудо Знамени Бросающих Вызов Небесам на Грани Смерти.

«Искажение энергии...!»

В худшем случае этот всплеск эмоций мог привести к искажению энергии. Тогда с ним могло случиться нечто ужасное — либо он потерял бы ранг, как Кровавый демон, либо его разум разрушился бы, как у Короля Ядов.

Поэтому Юри больше не колебался и отступил на шаг. Он решил, что лучше позвать на помощь, чем лезть на рожон.

«А?»

Собираясь выбежать из комнаты, Юри внезапно замер, осознав нечто странное. Если Воплощение воли и внутренняя энергия разрастались с такой силой, кто-то должен был ворваться в комнату ещё до того, как он успел бы пошевелиться.

«Энергия не выходит за пределы комнаты».

Он заметил, что разговоры и звуки извне не доносятся, ещё когда только вошёл. Тогда он подумал, что Чуксинду установил барьер своей внутренней энергией. Но чтобы такая мощь, находящаяся на грани взрыва, не просачивалась наружу? Это было невозможно.

«Неужели это из-за той штуки?»

Из-за потрясения и ярости Чуксинду Юри растерялся и не сразу это заметил. Придя в себя, он посмотрел на предмет, лежащий на краю стола. Артефакт, который он принял за вытяжку для дыма от мяса. Вентилятор в открытой коробке всё еще быстро вращался, но «сила», исходящая от него, отличалась от той, что просто засасывала дым.

Сила, генерируемая вращением, заполняла комнату, образуя барьер. Именно этот барьер не давал Воплощению воли Чуксинду вырваться наружу.

Что это за артефакт такой, способный сдерживать мощь Непревзойдëнного мастера?

Вспышка!

В тот момент, когда Юри на секунду замер в замешательстве, вращающийся вентилятор излучил яркий свет. Свет превратился в толстые цепи, которые устремились к Чуксинду.

Лязг! Светящиеся цепи мгновенно опутали его тело.

Как только цепи сковали его, перед глазами Чуксинду предстало нечто совершенно иное, чем то, что видел Юри. В его памяти насильно начали всплывать яркие вспышки его самых славных воспоминаний.

Дебют.

Первое музыкальное шоу.

Первый раз в центре.

Первое появление в развлекательном шоу.

Первое место в чартах.

Первый сольный концерт.

Первый мировой тур.

...

Затем последовали дни славы старшего брата. Путь, который без преувеличения можно назвать легендарным. Топ-клуб. Лучший бомбардир. Игрок года. Золотой мяч. И, возможно...

— Хаа...

Собственные минуты славы и триумф старшего брата усмирили ярость Чуксинду. Придя в себя, он судорожно вдохнул и тут же вонзил пальцы обеих рук себе в грудь.

Бам! Жесткое нажатие на акупунктурные точки силой затолкало готовую взорваться внутреннюю энергию обратно в даньтянь.

Чуксинду на этом не остановился и продолжил нажимать на другие точки. Ба-бах! Каналы саднило так, словно они вот-вот порвутся, но в конце концов энергию удалось укротить. Только тогда Чуксинду тяжело выдохнул и поднял руки вверх.

— Siuu...

Он не крикнул «Хоу». Всё-таки это было настоящее, оригинальное празднование. Но в его голосе не было ни капли энергии, а раскинутые руки безвольно опустились.

Ничего не поделаешь. Вспышки славы вернули ему рассудок, но факт поступка старшего брата от этого никуда не делся. Опустошëнный Чуксинду неподвижно уставился в потолок.

— Брат, ты в порядке? — осторожно спросил Юри.

В порядке? Плечи Чуксинду мелко задрожали.

— Я... не в порядке.

На самом деле он уже знал. В прошлом к Чуксинду приходил другой «одержимый». Тот прикинулся своим, пытаясь втереться в доверие, но его намерения были далеки от чистых.

Тогда у Чуксинду было много врагов, и большинство «одержимых», которые к нему подходили, замышляли неладное. И этот не был исключением.

— Я не хотел в это верить, — пробормотал Чуксинду, глядя в потолок.

Светящиеся цепи, сковывавшие его, уже исчезли. Именно тогда он впервые услышал об отсутствии старшего брата на матче. Тот «одержимый», когда его маска была сорвана, перед смертью злобно рассмеялся и насмехался над ним.

Спросил, знает ли он, что игрок, которым он так восхищался, устроил в их стране.

— Я правда не хотел верить. Я думал, что наш старший брат просто не мог так поступить.

Но после этого он ещё несколько раз слышал об этом инциденте. Суперзвёзды всегда у всех на виду, и каждое их действие вызывает резонанс. Мало кто знал все подробности, но многие «одержимые» слышали о том, что он не явился на матч.

— Я думал, это просто клевета фанатов того карлика-рвоты. Но... но я не думаю, что ты стал бы... мне лгать. Одержимые из других стран могли и не знать, но ты-то наверняка в курсе.

Его ноги подкосились, и он зашатался. Юри поспешил к нему и поддержал.

Пш-ш-ш...

На гриле догорал самгёпсаль, который они забыли вовремя перевернуть.

— Ты знаешь... причину? — спросил Чуксинду, глядя на Юри дрожащим взглядом.

Причина неявки? Юри не смог сразу ответить и лишь моргнул.

«А была ли... причина?»

Юри, точнее, Ли Су Хёк, был жителем интернета. Он не особо разбирался в футболе, не любил его и не смотрел матчи, но усердно следил за громкими скандалами и связанными с ними мемами.

Он помнил, как тот отказался участвовать в автограф-сессии, заявив, что хочет сосредоточиться на игре. Фотографии с его недовольным лицом на скамейке запасных и гифки, где он радостно бегает на беговой дорожке дома после возвращения. А ещё куча организационных провалов и прозвище Налганду (Прим.: уничижительное корейское прозвище Роналду).

Среди всего того, что вспомнил Юри, точной причины его неявки не было.

— Н-не знаю.

Но и сказать с уверенностью, что её «нет», он не мог, поэтому ответил, что не знает.

Но эта короткая пауза перед ответом, запинающийся голос и странное выражение лица заставили Чуксинду заподозрить самое худшее.

— Кх-х...

Чуксинду схватился за грудь со стоном. К счастью, он успел заблокировать акупунктурные точки и отчаянно цеплялся за остатки рассудка, поэтому нового приступа ярости не последовало.

— С-самгёпсаль, — Юри поспешно схватил щипцы. — Давай сначала поедим, брат. Ого, самгёпсаль просто супер! Подумать только, что я буду есть его в этом мире.

«…»

— Т-твенджан ччигэ тоже огонь! Вообще-то я соджу не пью, но, может, из-за классной закуски? Пьётся как вода, сладенько.

На самом деле было не сладко. Он выпил уже несколько рюмок, но так и не понял, зачем люди пьют эту гадость. Тем не менее, Юри демонстративно опрокинул в себя рюмку и широко улыбнулся.

— Точно, брат, нам же ещё надо это поесть. Ж-жареный рис! Поджарить рис на гриле — это же с-святое... святое дело, да?

Вообще-то Юри никогда не ходил в мясные рестораны один и не жарил рис на гриле. Но дома он иногда мелко резал ножницами остатки самгёпсаля и делал жареный рис на сковороде.

И Юри осознавал, что сейчас его попытки использовать молодёжный сленг звучат жалко и неестественно. Ли Су Хёк на удивление был способен на объективную самооценку в таких вещах. Но он считал, что такое приподнятое настроение необходимо, чтобы утешить убитого горем Чуксинду.

— Жареный рис...

Всего за пару минут Чуксинду словно постарел. В его голосе и выражении лица, ещё недавно излучавших уверенность, не осталось ни капли жизненной силы. Он отстранился от Юри, который его поддерживал, и пустым взглядом уставился на гриль.

— Да... надо поесть жареный рис...

Пробормотав это обессиленным голосом, Чуксинду попытался сесть на стул, но забыл, что тот только что рассыпался в пыль. В итоге он плюхнулся прямо на пол.

— Н-на полу тоже отлично сидится, — кивнув, Юри попытался передвинуть гриль, но Чуксинду покачал головой и, пошатываясь, поднялся.

— У нас нет газет...

Услышав это, Юри поспешно схватил другой стул и пододвинул его к Чуксинду. Усевшись на него, Чуксинду всё тем же пустым взглядом смотрел на гриль, а Юри молча переворачивал самгёпсаль.

— М-м... давай съедим ещё немного мяса, а потом поджарим рис.

По правде говоря, Юри просто хотел съесть ещё мяса. Пусть оно немного и подгорело с одной стороны, но выглядело вполне съедобно. Может, это и есть та самая реакция Майяра или как там её? С этой мыслью Юри сделал огромный ссам (Прим.: завернутая в лист салата начинка) и протянул Чуксинду.

Чуксинду послушно открыл рот и съел его, как немощный старик. Его глаза по-прежнему были пустыми, как и его стопка. Юри поспешно налил ему соджу.

— М-м... наверное, у него тоже... были свои непреодолимые обстоятельства, — осторожно произнёс Юри, поднимая стопку.

Чуксинду, медленно пережёвывая ссам, кивнул и тоже поднял свою.

— Да... уверен, у него были свои обстоятельства. Я верю в нашего старшего брата...

Вера сродни религии. Для Чуксинду этот человек был кумиром. И так как Чуксинду сам когда-то был чьим-то кумиром, он прекрасно понимал ту силу и энергию, которую даёт эта страсть. Именно благодаря этой энергии он смог преодолеть тоску по дому и внутренних демонов.

— Звезда не должна отворачиваться от фанатов...

Эти слова он говорил и самому себе. Чуксинду кивнул и залпом выпил соджу.

«Надо будет поблагодарить FS...» — подумал Чуксинду, глядя на божественный артефакт на краю стола.

Этот артефакт был сделан самим FS, Алленом Серфисом, мастером Ордена Наковальни и будущим главой Ордена рыцарей, по личному заказу Чуксинду.

— А что это за штука? — спросил Юри, заметив его взгляд.

Барьер, сдерживающий Воплощение воли Непревзойдëнного мастера, да ещё и способный развеять внутренних демонов, пусть Юри и не знал, как именно это работает, оно определённо было чем-то невероятным.

— Позже расскажу.

Если он расскажет о происхождении артефакта, то неизбежно раскроет и личность FS. Поэтому Чуксинду решил пока уйти от ответа.

— Наконец-то я немного пришёл в себя... — пробормотал Чуксинду, снова взяв палочки. — Хорошо, что я узнал об этом заранее и принял меры, иначе могла бы случиться беда. Ну да ладно, всякое бывает...

Он успокоился, но внутри всё равно горело и саднило. Он выпил несколько бутылок из горла, но ему всё равно не хватало. С тяжëлым вздохом Чуксинду наполнил новую стопку соджу.

— Да и в конце концов, какое значение имеет какой-то товарищеский Матч всех звёзд? Для суперзвёзд есть подобающая им сцена. Например, Чемпионат мира.

Юри отчаянно пытался сохранить невозмутимое лицо.

— Но... каким бы великим ни был наш старший брат, один в поле не воин. Как говорится, хоть я и его преданный фанат, но я не питаю иллюзий насчёт победы Португалии на Чемпионате мира.

Сказав это, Чуксинду украдкой взглянул на лицо Юри. Юри хорошо умел скрывать эмоции, но, возможно, из-за череды недавних событий его глаза слегка дрогнули. Одной этой реакции было достаточно, чтобы понять: Португалия не выиграла.

«Жаль, что я не смог увидеть его последний танец вживую...»

Но они ведь дошли хотя бы до полуфинала, правда? А кто победил? Франция, действующий чемпион? Бразилия, вечный фаворит? Кто бы из них ни выиграл, это не стало бы сюрпризом.

«Лишь бы не Аргентина».

Да и как Аргентина могла победить? Вспоминая их провал на прошлом Чемпионате мира, Чуксинду успокоил себя.

— В любом случае, Чемпионат мира меня не интересует.

Он не хотел лишний раз ранить себя разговорами о том, что его кумир вряд ли выиграл этот турнир. Чуксинду выпил соджу и причмокнул.

— Э-э, да, конечно. Я в футболе не разбираюсь, так что давай оставим это и поговорим о нас.

Юри изо всех сил пытался сменить тему. Если они продолжат говорить о Чемпионате мира, внутренние демоны Чуксинду, которых он с таким трудом подавил, могут вспыхнуть с новой силой. Юри не хотел провоцировать взрыв, с которым не смог бы справиться.

— Э-э, мы общались в чате, но ведь в реальности почти ничего друг о друге не знаем.

— М-м... — На лице Чуксинду отразилось смятение. Он никак не ожидал такого вопроса от Юри. — Например? Хочешь поговорить о том, чем мы занимались на Земле?

— Можно и об этом.

«Чуксинду наверняка работал в мясном ресторане».

Юри был в этом почти уверен. То, как он сервировал стол и жарил самгёпсаль, выдавало в нём опытного работника общепита. Сам Юри, никогда не ходивший в такие места в одиночку, мыслил стереотипно: раз умеет жарить мясо — значит, работал в ресторане.

«Или просто безработный?»

Эта догадка тоже казалась весьма правдоподобной. Режим дня Чуксинду как раз подходил безработному. Он смотрел матчи зарубежных лиг, которые обычно шли поздно ночью или рано утром по будням, да ещё и начинал трансляции за несколько часов до их начала — иногда даже с обеда.

[До матча нашего брата 11 часов! Ахахахаха!]

К тому же в свободное время он строчил бессмысленные посты на форумах, писал в чат и всячески доставал других. С таким ненормированным графиком вряд ли он был офисным работником со стандартными часами работы.

«Быть безработным — это даже хуже, чем я».

Круглосуточный магазин против мясного ресторана.

«Хотя подработка и есть подработка».

Так Юри оценивал его.

— М-м... ну, я... на Земле я... э-э-э... — протянул Чуксинду с неловкой улыбкой.

Из-за специфики своей профессии он не решался говорить о ней открыто. А уж перед Юри, который тоже был корейцем, он был вдвойне осторожен.

— М-м... даже не знаю, как сказать. У меня была не та профессия, о которой можно трепаться на каждом углу.

— Да ладно, чего ты мнёшься? Мне вообще без разницы, кем ты был на Земле.

Подумаешь, работник ресторана. Или, может, что-то другое?

— Главное, что ты — это ты. Внешность изменилась, но ты всё тот же Чуксинду, которого я знаю. Вот и всё. Я спросил просто из любопытства.

Услышав это, глаза Чуксинду задрожали. Неважно, кем он был на Земле...

— Фух...

Эти слова заставили Чуксинду почувствовать укол стыда. И чего он так стеснялся, скрывая свою личность даже от немногих земляков и близкого младшего брата?

— Юри. — Собравшись с духом, Чуксинду произнес: — Я был айдолом.

— ?

Что он несёт?

Юри лишь моргал, непонимающе глядя на Чуксинду.