Воссоединение (3)

Иногда он вспоминал, что было три года назад.

Жизнь 20-летнего Юри совершенно отличалась от жизни 27-летнего Ли Су Хёка, который жил один в крошечной студии, посвящая всё свободное время играм и зависанию на игровых форумах.

Как он несколько дней трясся в карете, увлечённый за собой внезапно появившейся Еленой.

Как впервые увидел огромный мегаполис Рутран, который совершенно не был похож ни на провинциальный Ольдор, ни на города из игры.

Как поселился в особняке Елены, который не шёл ни в какое сравнение ни с комнатой Ли Су Хёка, ни с лачугой Юри.

Как готовил еду по книгам рецептов этого мира, чтобы поужинать вместе с Еленой. Как, пока она была в магической башне, занимался лёгкой уборкой, а потом тренировал только что начатые осваиваться боевые искусства в саду.

Как жил с тревогой: «А вдруг однажды выяснится, что я одержимый?»... и думал о том, как было бы замечательно, если бы он мог продолжать жить так же мирно.

Как в конце концов решил покинуть Елену, чувствуя вину за то, что ему приходилось постоянно ей лгать.

— Почему? — дрожащим голосом спросила Елена. — Я много раз слышала о тебе. Ты столько раз был в опасности, столько раз чуть не погиб.

Юри стал настолько знаменит, что слухи о нём долетали до неё, даже если она специально не прислушивалась. Да что там личная слава, сами происшествия, в которые он оказывался втянут, были грандиозными.

— Почему ты должен подвергать себя такой опасности?

Именно это было ей непонятнее всего. В мире полно способов жить спокойной, безопасной и счастливой жизнью.

С силой Юри ему незачем было искать себе неприятности. Он уже достиг такого уровня, что где бы он ни появился, его принимали бы с почестями.

— Если ты вернёшься в Рутран... там не будет никаких опасностей. Мы могли бы жить так же, как три года назад.

— Я же не по своей воле попадаю в опасные ситуации, — с горькой усмешкой ответил Юри.

Ха Рён порой называла его мужчиной за несколько миллиардов или везунчиком, но сам Юри так не считал.

Если бы он правда был таким везунчиком, разве он оказался бы в стольких опасных ситуациях за эти три года? Но можно ли сказать, что он уже пережил все опасности, отведённые ему на жизнь, и дальше всё пойдёт гладко?

«Вряд ли...»

Скорее, впереди его ждут ещё большие опасности, и ни о какой спокойной жизни не может быть и речи.

— Просто так вышло, пока я жил... Нет, не так. У меня есть цель, поэтому всё так оборачивается.

— Расскажи мне.

Елена, справившись с дрожью в голосе, села на стул.

— Юри, чего... чего ты хочешь?

Этот разговор они уже несколько раз заводили, когда жили в Рутране.

Тогда Юри говорил, что хочет покинуть её особняк и странствовать по миру.

Она не хотела его отпускать. Уже тогда Елена была привязана к их повседневной жизни. Но в итоге она решила, что ради его же блага лучше позволить ему уйти.

— Твои слова о том, что ты однажды хочешь стать авантюристом... это ведь была не «твоя» мечта.

Теперь-то она понимала, что это была лишь отговорка нынешнего Юри, чтобы уйти из особняка. И хотя от этого осознания сердце резало ножом, она могла его понять.

Тогда она не была готова принять того факта, что её друг детства, с которым она воссоединилась спустя десять лет, мёртв, а в его теле находится неизвестный ей одержимый.

— Это не настолько грандиозно, чтобы называть мечтой.

Юри неловко улыбнулся.

— Гордиться тут нечем, но... до того как я стал одержимым, я был самым обычным человеком, без каких-либо выдающихся качеств.

Как ни крути, единственным талантом Ли Су Хёка было то, что он усердно и хорошо играл в игры.

«Нет, разве этим можно гордиться?»

Другое дело, если бы это была какая-нибудь сверхпопулярная киберспортивная игра. Но «Серонис» таковой не была.

Как бы хорошо ты в неё ни играл, на этом нельзя было заработать. Стриминг? Ли Су Хёк был просто безработным затворником.

Поэтому он так и не смог заставить себя сказать Елене: «Я просто хорошо играл в игры»...

— Но после того, как я попал в этот мир, появилось много вещей, в которых я преуспел больше других. Например, боевые искусства.

— Ты хочешь стать Непревзойдённым мастером? — очень осторожно спросила Елена.

Она была магом и мало что знала о боевых искусствах. Точнее говоря, они её никогда особо не интересовали.

Повышение ранга — общая цель как для магов, так и для воинов, но в большинстве своëм их мотивы различаются.

Воины жаждут стать сильнее. Жизнь воина — это, как правило, борьба, и чтобы доказать свою силу, он должен сражаться с противниками и побеждать.

Ранг «Непревзойдëнного мастера», обозначающий тех, кто стремится к вершине, — это статус, выстроенный на воинской доблести и победах.

А что же маги? Среди магов тоже немало тех, для кого бой — главная цель, но для большинства магия — это нечто большее.

Воплощение идей, постижение магии. Именно поэтому большинство магов не странствуют по миру, а запираются в магических башнях или подземельях.

Воины соревнуются, сражаясь и побеждая, а маги в подобных состязаниях не участвуют.

Поэтому Елене было трудно понять ответ Юри.

— Непревзойдëнным мастером я тоже хочу стать.

Юри кивнул, не став отрицать.

— Почему...? Это ведь... совсем не просто.

— Я хочу убить Злого бога, — без колебаний ответил Юри. — Корень всех этих бед — Злой бог. Я хочу прикончить его и загадать желание Богине Порядка.

— ...Какое желание ты хочешь загадать?

Выражение лица и голос Елены стали ещё более напряжёнными.

Что, если Юри... пожелает вернуться в свой мир? Этот страх она даже не могла произнести вслух.

— Елена.

Юри посмотрел на неё спокойным взглядом.

— Я солгал тебе.

— ...

— Я не был твоим другом детства, Юри, но оставался рядом, не раскрыв правды.

— Это...!

— Я продолжаю делать это и сейчас. Я всё ещё использую имя «Юри», и все меня так называют. И тело это, в конце концов, принадлежит Юри. И я понимаю... почему ты можешь ненавидеть меня и не хотеть признавать.

— Нет!

Не в силах больше слушать, Елена вскрикнула, как ужаленная. Опëршись на стол, она вскочила со стула, но тут же испугалась собственной вспышки и снова села.

— Я... не ненавижу тебя. И не отрицаю тебя.

— ...

— Прости, что закричала. Пожалуйста... продолжай.

Юри увидел, как по поверхности кандалов, сковывающих тело Елены, пробежали электрические искры. В отличие от того, что было два дня назад, теперь Юри мог рассмотреть Елену с помощью Превосходного зрения.

«Да что это такое...?!»

Состояние Елены было настолько плачевным, что вызывало ужас с первого взгляда. Первозданная энергия, Сила души, скрытая мана и всё остальное, что он мог воспринять через Превосходное зрение, беспорядочно перемешалось.

И несмотря на этот хаос, всё каким-то непостижимым образом удерживалось в равновесии. Такое Юри видел впервые. И поэтому не мог сделать поспешных выводов.

— Я хочу вернуть к жизни того Юри, которого ты знала.

Убийство Злого бога казалось настолько далёкой перспективой, что он никогда не задумывался о своём желании в деталях.

Но обещание, данное самому себе в Логосе, он не забыл.

— Не знаю, насколько велики возможности Богини Порядка, но я хочу, чтобы Юри либо переродился... либо воскрес в новом теле.

— А что будет с тобой? Ты вернёшься в свой мир? — поспешно спросила Елена. — Е-если Злой бог умрёт, все одержимые могут принудительно вернуться в свой мир, верно? Значит, ты должен загадать желание остаться в этом мире!

Этот вопрос вызвал у Юри лёгкое недоумение. Но, не став заострять на нём внимание, он ответил:

— Мне нравится здесь.

— ...

— Я же говорил тебе. В прошлом у меня не было никаких талантов, а попав в этот мир, я многого достиг. К тому же здесь у меня появились дорогие мне люди. Поэтому... я не хочу возвращаться в свой мир.

Он не собирался просить о возвращении на Землю. И отдавать это тело воскрешëнному Юри он тоже не хотел. Если это возможно, он хотел бы продолжить жить в этом теле, в этом мире.

— Поэтому, Елена, если ты не против... когда всё благополучно закончится, я хочу остаться в этом теле... и жить в этом мире как Юри.

— Я-я не против! — поспешно ответила Елена. — Конечно, я не против! Т-ты ведь не по своей воле занял это тело? Э-эта одержимость, строго говоря, была чем-то вроде «несчастного случая». Поэтому, Юри, тебе не нужно чувствовать вину. И тебе не нужно просить моего разрешения.

Её лицо, пока она торопливо говорила это, светлело на глазах. Это неприкрытое выражение лица постепенно превратило недоумение Юри в уверенность.

— Три года назад я не смогла должным образом понять твою ситуацию. Обстоятельства... обстоятельства были такими. Я была очень напугана и растеряна. Но... сейчас всё хорошо. Я много думала об этом.

Елена сказала это, сдерживая рвущуюся наружу улыбку.

— Настоящий Юри умер до того, как ты стал одержимым.

— Да, так и есть.

— Так что ты ни в чём не виноват, Юри. И то, что ты притворялся им передо мной, тоже было вынужденной мерой.

— ...

— Настоящего Юри, которого я знала, я в последний раз видела, когда нам было по десять лет. После этого мы лишь изредка обменивались письмами... а по письмам было трудно понять... что он за человек, какой у него характер и что он на самом деле чувствует.

Голос, который дрожал и запинался с самого момента её появления в комнате, постепенно успокаивался. Лицо, казавшееся напряжëнным и неловким, заметно расслабилось.

— Тот, кого я встретила в Логосе три года назад, с кем жила вместе — вот кто для меня Юри.

Юри, с которым она росла в приюте до десяти лет, стал совершенно другим человеком за то время, пока Елена была в Башне.

Только рядом с Юри из последних трёх лет Елена чувствовала себя счастливой.

Вот и всё. Этот разговор лишь укрепил её уверенность.

«Я так и знала».

Елена перестала нервно теребить пальцы. Прикрыв рот обеими руками, она тихо хихикнула и посмотрела на Юри сияющими глазами.

— Как хорошо, что я пришла. Эм, скажи... ты всё ещё злишься на меня за то, как я обошлась с тобой три года назад?

— Я никогда на тебя не злился.

— Я тебе не разонравилась? Может, ты и сейчас не хочешь меня видеть, но притворяешься из вежливости?

— Разве такое возможно?

Как только прозвучал ответ, руки Елены, прикрывавшие рот, опустились на колени.

— Какое облегчение...

Проклятия, записанные в дневнике настоящего Юри, всё ещё тяжелым грузом лежали на сердце Елены.

Те слова, которые она никак не могла забыть, иногда внезапно всплывали в памяти, причиняя боль.

Но этот глубоко запрятанный осадок... сейчас погребался под слоем новых эмоций. Разговор с Юри наслаивался поверх воспоминаний и дневника настоящего Юри, придавливая их так глубоко, что они больше никогда не всплывут на поверхность.

— Юри.

Имя, которое она произносила в мыслях бесчисленное количество раз. Имя, которое только сегодня она произнесла вслух несколько раз. И тем не менее каждый раз, произнося его, она испытывала новую радость.

Она лучезарно улыбнулась и мягко, радостно позвала его:

— Юри.

— Да, Елена.

На этот отзыв Елена снова рассмеялась. Точнее, хотела рассмеяться, но вовремя сдержалась, поджав губы. Встреча спустя три года, долгожданное воссоединение, но она улыбается слишком легкомысленно.

«А как я вела себя раньше?»

Раньше она улыбалась меньше и вела себя более сдержанно. Взяв эмоции под контроль, Елена слегка приподняла подбородок и посмотрела на Юри. На мгновение повисла пауза.

Глядя на него, зрачки Елены дрожали от напряжения, так как она изо всех сил старалась сдержать рвущуюся наружу улыбку.

Юри смотрел на её подрагивающие волосы и на синий цветок, который покачивался вместе с ними.

— Она идёт тебе даже больше, чем я думал.

От этой невзначай брошенной фразы дрожь Елены усилилась.

— С-спасибо.

«Что мне ещё сказать?» — Елена замялась, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Д-давай поговорим о другом.

Если они продолжат обсуждать этот подарок, её лицо может просто вспыхнуть от смущения. Поэтому Елена решила поскорее сменить тему.

— О чём же?

— О тебе.

Узнав, что Юри — одержимый, она, словно одержимая, начала собирать любую информацию о них.

Одержимые приходят из мира под названием «Земля». В отличие от этого мира, существование магии, боевых искусств и богов там не доказано. Было и множество других отличий.

Среди жителей Земли лишь единицы — те, кто занял первое место в «игре», являющейся ловушкой Злого бога, — похищаются и становятся одержимыми.

Перед вселением в тело их обучают жрецы, служащие Богине Порядка, а после... душа первоначального владельца тела исчезает, оставляя лишь воспоминания.

— Мой образ до десяти лет. Мой образ по переписке. Всё это — воспоминания другого Юри, а не тебя нынешнего.

Она слышала, что эмоции не передаются. Одержимый получает только воспоминания.

Но всё же её не покидала лёгкая тревога. Ведь у нынешнего Юри есть воспоминания о том, как он писал те письма и тот дневник.

— Я тоже мало что о тебе знаю. Я знаю, что ты — это Юри, но и только. Я хочу узнать, какой ты человек на самом деле. И мне интересно, как ты жил эти три года.

— Моя прошлая жизнь не такая уж и интересная.

— Нет, она наверняка интересная.

Елена придвинула стул ближе и сказала:

— Твоя жизнь просто не может быть скучной. Неизвестно, когда мы снова увидимся после моего возвращения, поэтому я хочу услышать о тебе как можно больше.

— А что, если тебе просто не возвращаться?

От этого неожиданного ответа щёки Елены дернулись. Юри продолжил говорить, глядя на оковы, сковывающие её тело, и на хаотично переплетенные, но странным образом сбалансированные силы:

— Тебе ведь не обязательно оставаться в Рутране. Разве ты не можешь изучать магию и путешествовать вместе со мной?

«Ах».

Елена сама не заметила, как приложила руку к груди. Она старалась больше не улыбаться, чтобы не показаться слишком легкомысленной, но...

Юри сам предложил ей не возвращаться в Рутран, а поехать с ним. Услышав это, она не смогла сдержать улыбку.

— Вдвоём?

Этот вопрос вырвался у неё сам собой.

Юри был немного сбит с толку.

— Нет. Вместе с госпожой Ха Рён и Эстором. А, ты ведь не знаешь Эстора? Этот придурок с виду кажется нормальным, и к нему не так-то просто подступиться, но на самом деле он немного с приветом.

От этого ответа улыбка Елены дрогнула.

— А ещё, хм, возможно... к нам присоединятся и другие, а может и нет.

Нужно было ещё обсудить это с Чуксинду, но, скорее всего, они вместе отправятся на встречу с USAUSAMI₍ᐢ.ˬ.ᐢ₎.

Интересно, какова она в реальной жизни? Судя по обстоятельствам, она точно состоит в Демоническом Культе, но то, что она на Пути Демонов, ещё не делает её абсолютным злом.

«Даже Небесный Демон оказался на удивление адекватным».

По крайней мере, более адекватным, чем Лореллия...

— Я знаю, что ты не любишь общаться с незнакомцами, но всё же...

— Прости, — ответила Елена, с трудом сохраняя дрогнувшую улыбку. — Я очень рада, что ты предложил мне поехать с тобой, но пока я не могу.

— Почему?

— Потому что я хочу быть тебе более полезной.

«Я хочу стать особенной».

Потерянные три года не вернуть. Даже если она поедет с ним сейчас, она не сможет стать для него особеннее тех, кто уже разделил с ним воспоминания.

— Мне ещё многому предстоит научиться у госпожи Орки.

Громовая Тюрьма — это мучение, но ценой этих мучений она получает стремительный рост.

Нынешняя Елена находится на 6-м ранге, но уже способна использовать магию 7-го ранга. Пусть и с чужой помощью, но два дня назад она смогла применить «Иллюзию Бога Грома».

Одно дело — никогда не достигать определенного уровня, и совсем другое — испытать это однажды. Этот опыт лишь ускорит её рост. Разве Орка, её наставница, не говорила об этом?

«Ты можешь стать сильнее меня».

Елена нисколько не сомневалась в этих словах. И не только из веры в наставницу, но и потому, что сама чувствовала благосклонность магии.

— Поэтому, Юри...

Она услышала желание Юри.

Он сказал, что хочет убить Злого бога. Этот путь будет невероятно трудным.

Смогут ли Ха Рён или кто-либо другой, находящийся сейчас рядом с Юри, по-настоящему помочь ему в этом?

Они все — выдающиеся люди, и обузой точно не станут, но смогут ли они помочь ему «так же сильно», как она?

— Подожди меня.

Если Юри будет ждать её, она сможет с улыбкой вынести любые мучения Громовой Тюрьмы.

Она станет достаточно сильной, чтобы в любой опасности, с которой Юри столкнётся в будущем, только она одна могла его спасти, чтобы он мог полагаться только на неё.

«Ха Рён получала помощь от Юри».

В этом и будет заключаться их с Еленой главное различие.

В голосе и взгляде Елены не было и тени сомнения. Она уже приняла решение.

Поэтому Юри больше не мог настаивать. Молча глядя на Елену, он подавил сожаление и кивнул.

— Я буду ждать.

«Она всё-таки прочитала дневник?»

Похоже на то. Хоть он и не мог спросить её об этом напрямую, по выражению лица Елены и её словам явно чувствовалась определенная дистанция по отношению к настоящему Юри.

— Так скажи мне, Юри. Какое у тебя настоящее имя?

Елена, чьё лицо озарила светлая улыбка после ответа Юри, придвинула стул ещё ближе и спросила.

Её глаза, синие как сапфиры, сверкали, глядя на Юри. В её голосе звучали нескрываемое волнение и любопытство. Юри откашлялся и заговорил:

— Ли Су Хёк.

— Похоже на имена с Восточного континента.

— И выглядел я, наверное, так же.

— В смысле?

— На Земле люди тоже делятся на расы в зависимости от континента. Моё настоящее лицо было... ну, не таким красивым, как у нынешнего Юри.

Он не мог заставить себя сказать, что был уродлив. Да и если подумать объективно, Ли Су Хёка нельзя было назвать уродливым. У него была вполне заурядная внешность.

Ни Чуксинду, ни USAUSAMI₍ᐢ.ˬ.ᐢ₎, ни «Кошачьи трусики», ни FS не знали, как выглядел Ли Су Хёк.

Ли Су Хёк за всю жизнь ни разу не выкладывал свои фотографии в интернет. Он даже не пользовался соцсетями, как все остальные, а на аватарке в KakaoTalk — мессенджере, который он установил исключительно ради удобной верификации, так как писать ему было некому, — стояло фото случайного кота, снятого на улице.

Поэтому во всём мире единственным человеком, который мог оценить, красив ли был Ли Су Хёк или уродлив, и вообще, как он выглядел, был сам Ли Су Хёк — нынешний Юри.

— Если подумать, я был скорее симпатичным, чем просто обычным.

Не опасаясь разоблачения, Юри заговорил с большей уверенностью.

— И друзей у меня было не много.

Он не стал говорить, что их не было вообще.

Это тоже мог подтвердить лишь он сам, но ведь Чуксинду называл его другом, а USAUSAMI₍ᐢ.ˬ.ᐢ₎ — приятелем.

— И... эмм...

«Су Хёк, почему ты не жил более усердно, более качественно, пробуя разные вещи в жизни?»

Юри вздохнул, вспоминая прошлое Ли Су Хёка, к которому он никогда не сможет вернуться, да и не очень-то хотел.

Как ни крути, Ли Су Хёк не был человеком, чьей жизнью можно было бы с гордостью хвастаться перед Еленой.

— Мне обязательно продолжать? — спросил он, осторожно наблюдая за её реакцией.

Елена кивнула с блестящими глазами.

«Ужас какой».

За всю жизнь он ни разу не писал резюме и не представлялся другим людям, а теперь ему приходится делать это в такой обстановке.

«Это что, пытка какая-то?»

Но он просто не мог проигнорировать Елену, которая смотрела на него такими сияющими глазами, желая узнать о нём больше.