Связь (4)

Когда Юри рассказал ждавшим его в гостинице Ха Рён и Эстору о том, с кем он только что связывался, на лицах обоих отразилось недоверие.

— Госпожа Елена правда надела ту заколку и сейчас живёт в поместье Аскард, а не в вашем старом доме?

— Ты что, и впрямь так близок с Игрой в Полнолуние?

Выражения их лиц были одинаковыми, но причины для удивления — совершенно разными.

— Это правда очень странно, — произнесла Ха Рён. — Даже если она получила письмо от вас, господин Юри, не похоже, чтобы госпожа Елена поступила таким образом.

— Ни я, ни мой дедушка не знакомы с Игрой в Полнолуние лично, — добавил Эстор. — Но даже если отбросить его эксцентричное поведение, я много слышал о том, что его боевое искусство, «Смертельный Пинок Полной Луны», — это нечто невероятно странное, но при этом невероятно мощное.

Кому из них отвечать первым? Юри молча моргал, переводя взгляд с Эстора на Ха Рён.

— Ну, вот так вышло. Давайте лучше поедим.

После долгого разговора он порядком проголодался.

Эстор уплетал жареный рис, заедая его жареной лапшой вместо гарнира, а запивал всё это бульоном с тонкой лапшой.

Ха Рён, вопреки своей хрупкой внешности, тоже ела довольно много. Но сейчас она лишь ковырялась в тарелке, глубоко погрузившись в свои мысли.

Как бы она ни пыталась, она не могла этого понять.

Ха Рён два года заботилась о Елене в Рутране. Она прекрасно знала, что за характер у Елены Хайндерих.

Если бы письмо Юри действительно рассеяло тьму в сердце Елены, она бы, не оглядываясь, тут же примчалась к нему.

«Заколка».

Этот последний подарок от Юри был для Елены символом глубокой любви и ненависти одновременно.

Насколько знала Ха Рён, Елена ни разу её не надевала. Как она привезла её из Логоса в упаковке, так та и валялась в ящике стола.

Вещь, которую хочется выбросить, но рука не поднимается, и в то же время её нельзя убрать с глаз долой окончательно.

Вещь, которая мелькала каждый раз, когда открывался ящик, медленно вытачивая сердце и эмоции, — ничем не отличающаяся от орудия пыток.

Синяя заколка с цветочным орнаментом заставляла Елену вспоминать не друга детства, а именно того, другого «Юри».

«Она переехала?»

Это было не менее удивительно. Ха Рён сама несколько раз говорила ей, что если в старом доме остались лишь болезненные воспоминания, то лучше сменить обстановку.

«В любом случае, я никуда не перееду. Здесь мне... спокойнее».

Так сказала Елена во время их последнего разговора перед расставанием. Несмотря на то, что она бывала там всего пару раз в месяц, Елена была глубоко привязана к дому, где они жили «вместе» с Юри.

Иногда, когда она возвращалась в поместье, чтобы остаться на ночь, Елена, ставшая после Логоса более капризной и зависимой, удерживала Ха Рён рядом с собой до тех пор, пока не успокаивалась.

Они не то чтобы болтали без умолку. Всё было почти как раньше. Елена сидела или лежала на диване с книгой, а Ха Рён устраивалась за столом и чистила кинжалы.

А когда наступала глубокая ночь и Ха Рён оборачивалась, она неизменно видела Елену, уснувшую на диване.

Ха Рён делала это специально. Она знала, что её юная госпожа страдает от одиночества и просто хочет, чтобы кто-то был рядом, пока она не уснёт.

Осторожно взять спящую Елену на руки и отнести в спальню на втором этаже — таковой была роль Ха Рён.

Конечно же, Ха Рён прекрасно понимала, что в тот момент, когда она брала её на руки, Елена уже не спала.

На втором этаже была одна комната, дверь в которую всегда оставалась запертой. Каждый раз, проходя мимо неё, Ха Рён чувствовала легкую дрожь взрослой девушки, которая притворялась спящей в её объятиях.

И теперь эта самая Елена насовсем покинула старый дом и живёт в огромном поместье клана Аскард.

Она привела чувства в порядок и отпустила прошлое? Почему она решила надеть заколку именно сейчас? И почему она не примчалась сюда?

— Трусливый и жалкий господин Юри, наверное, сейчас ломает голову, почему нет ответа, — заговорила Ха Рён, скрестив руки на груди и сверля взглядом стремительно пустеющие тарелки. — Письмо затерялось? Или госпожа Елена нарочно не отвечает? А если нарочно, то не покажется ли второе письмо излишней навязчивостью? Вот так вы и мечетесь в нерешительности, да?

— В-вовсе нет.

«Что за черт? У Канона Обратной Воли Великого Предела есть эффект чтения мыслей? Или у меня все мысли на лбу написаны бегущей строкой?»

Ха Рён попала в самую точку, и Юри поспешил принять серьёзный вид, но, к его стыду, голос дрогнул.

— Да-да. Специально для господина Юри, который «вовсе нет», я сама напишу госпоже Елене. Я ведь тоже ни разу не связывалась с ней с тех пор, как ушла. Думаю, это отличный повод.

Прошло уже больше года с тех пор, как Ха Рён покинула Рутран. И хотя ушла она по собственной инициативе, это не значило, что она разорвала все связи с Еленой.

Наоборот, Ха Рён хотела, чтобы Елена бросила свои жалкие терзания и тоже покинула Рутран. Если бы Ха Рён не просидела год взаперти на горе Ыйчхон, она бы уже давно отправила ей хотя бы одно письмо.

А теперь у неё появилась веская причина.

Как ни крути, поведение Елены не укладывалось у неё в голове.

***

— Говорят, на побережье Гуняна видели Злую Святую, — заговорил Сау, чьё лицо скрывал густой туман. Он обвёл взглядом круглый стол, за которым по-прежнему пустовало много мест, и продолжил:

— Я не слышал, чтобы эта сумасшедшая жрица фрахтовала корабль, но многие моряки утверждают одно и то же. Злая Святая, похоже, отправилась в Центральное море вплавь.

Для одержимых, присоединившихся к Ордену Хаоса, имя Злой Святой было символом ужаса. И Святые не были исключением.

Поскольку в прошлом они вырезали жрецов Ордена Порядка, они пуще прежнего опасались Злой Святой.

— ...В Центральное море, — повторил Сау.

За этим круглым столом Святые не могли видеть лиц друг друга. Но все без труда почувствовали, как напряглась аура Гвимёна при одном лишь упоминании Злой Святой.

Гвимён с трудом сглотнул и спросил:

— Это точно? Злая Святая правда ушла в Центральное море?

Когда впервые прошёл слух, что Злая Святая спустя несколько лет вновь объявилась в мире, Гвимён, забыв о достоинстве Святого, издал короткий визг.

Будь Агви тогда за столом, он бы разделил страх Гвимёна, но, к сожалению, после событий в Альтеране Агви уже год не появлялся на собраниях.

— Ха-ха, зачем мне лгать? То, что Злая Святая ушла в Центральное море — неоспоримый факт, — добродушно рассмеялся Сау, пожав плечами. — Уж не знаю, что взбрело в голову этой безумной жрице, но на Восточном континенте её больше точно нет.

— Вряд ли она собралась пересекать океан, — вступила в разговор Хэволь, сидевшая с идеально прямой спиной и внимательно слушавшая. — Пусть Орден Порядка сейчас в упадке, а Злая Святая — сумасшедшая, с чего бы ей вплавь пересекать океан? Захоти она, могла бы сесть на любой дирижабль или пассажирский лайнер без единого гроша.

— Должно быть, она ищет святилище, — ответил мужской голос. Это был Святой, который не присутствовал на собраниях довольно долгое время. Его крестильное имя — Пэкра. — Слухи о том, что где-то в Центральном море находится святилище нашего Ордена, ходят уже давно, не так ли? Говорят о гигантском оке, которое проецируется на воду или плывет по небу, сводя с ума каждого, кто на него посмотрит. Поговаривают, что это око нашего Бога.

— Пэкра, а вы видели это око?

— Нет, не видел, — усмехнулся Пэкра и пожал плечами. — Так где же правда? Действительно ли святилище нашего Ордена скрыто в Центральном море? Если это так, нам нужно подготовить контрмеры.

— Контрмеры?

— Будет весьма скверно, если Злая Святая и правда отыщет святилище и атакует его. Но я готов сразиться с ней, так что зовите в любой момент.

Пэкра демонстративно взмахнул рукой и слегка поклонился. Гвимён с явным недовольством посмотрел на него и процедил:

— Конфликт в Верноке подходит к концу, и у тебя появилось свободное время?

Пэкра был одним из Святых, переставших посещать собрания с началом конфликта в Верноке.

— Эх, раз уж зашла речь. Год, проведенный там, был просто ужасным, — Пэкра ответил полушутя, даже не пытаясь оправдываться. Он преувеличенно передëрнул плечами и продолжил: Особенно когда туда вломился Орден Войны, стало совсем невыносимо. Эти цепные псы объявили врагами всех, кто не принадлежит к их ордену, и бросались в бой.

— А что Святой Битвы? Он ведь получил серьёзные раны после поражения от Злой Святой.

— Святая вода Ордена Войны славится своей невероятной эффективностью, не так ли? И всё же Святой Битвы до сих пор ходит, замотанный в бинты с ног до головы. Весьма впечатляющее зрелище. В итоге этериумовая шахта не досталась никому. Как по мне, за этот год больше всего веселились Святой Битвы и Орден Войны. Они вдоволь навоевались, как и хотели.

— Пф, и всё из-за этого старика Предела, — фыркнул Гвимён. — Ты тут скалишься, а внутри-то небось всё горит, а? Я не знаю, кто ты такой в реальной жизни, но, видимо, один из Непревзойдëнных мастеров или Архимагов, ошивавшихся в Верноке. Наверняка пускал слюни на этериум, но спустя год страданий остался ни с чем.

— Как бы я ни страдал, мои муки не сравнятся с вашей болью от потери друга.

Гвимён нахмурился.

— Друга? О чём это ты?

— Об Агви, конечно! Даже сегодня его здесь нет. Агви вообще появлялся на собраниях после трагедии в Альтеране?

— Ах ты ж блядь сумасшедший! С какого хуя мы с Агви вдруг стали друзьями?! — вскипел Гвимён и вскочил с места, но Сау поднял руку, останавливая его.

— Прошло больше года после событий в Альтеране, и за это время Агви ни разу не посетил собрание, — с тяжёлым вздохом покачал головой Сау.

Тяжело дыша, Гвимён рухнул обратно на стул.

— Этот ублюдок наплевал на все уговоры, попёрся туда в одиночку и облажался! И ладно бы просто облажался. Он не добыл ровным счетом ничего и еле унёс ноги, когда его чуть не взяли живьем... Позорище. Я бы на его месте вообще откусил себе язык и сдох. Но раз он не показывается целый год, может, у этого ублюдка Агви тоже нашлась гордость?

— Не будьте к нему так жестоки, — прицокнула языком Хэволь, сидевшая поодаль. — Агви наверняка тоже раздавлен. Думаете, он хотел проиграть?

— А по мне, так получил по заслугам. Разве нет?

Глаза Гвимёна сузились в злорадной ухмылке. Хотя лица Святых скрывал туман, было кристально ясно, что сейчас Гвимён искренне упивается моментом.

Хэволь не стала открыто смеяться, лишь равнодушно пожала плечами.

— Просто жаль. Да, на прошлом собрании перед Альтераном я пыталась отговорить Агви, но, судя по всему, его план был близок к успеху, не так ли?

Ему удалось изолировать территорию выставки Ложным святилищем. Никто не ожидал, что клан Мейвелд приведёт с собой Жестокий Хаос, но даже объединëнной огневой мощи Неприступной Цитадели и Жестокого Хаоса не хватило, чтобы сразу пробить Ложное святилище.

— Дай ему ещё пару десятков минут, и такого грандиозного провала бы не случилось. Пусть бы он и не открыл Разлом, но заложников бы вырезал всех до единого.

— Пф, пара десятков минут? Да если бы он не зациклился на Поглощении душ и просто перебил их, всё бы закончилось за пару минут! Всё пошло в бездну только потому, что эта жирная свинья Агви слишком много на себя взял!

Гвимён ехидно рассмеялся, источая презрение.

— Кто бы мог подумать, что Небесный Гром из Рутрана вмешается таким образом? Не явись Небесный Гром, Агви добился бы своего, — Сау по-прежнему вставал на защиту Агви, но Гвимён не унимался.

— Агви сам дал время Небесному Грому из-за своей ублюдской гордыни! Он уже потерял епархию в Пантерионе, а теперь обосрался в Альтеране. Он опозорил имя нашего Ордена!

— Тогда почему бы просто не лишить его статуса Святого? — вклинился Пэкра, слушавший перепалку с широкой улыбкой. — Как я уже говорил, я сейчас совершенно свободен. За целый год я не посетил ни одного собрания и не сделал ничего полезного для Ордена, поэтому, если прикажете, я лично притащу Агви за шкирку. А хотя... может, и тащить уже некого?

— Вполне возможно, что он уже мёртв. Агви ведь спасся благодаря Обету, так? Говорят, из него высыпалась куча предметов, а тело вообще разрубило пополам. Он и до этого был обвешан разными Обетами, так что мог просто не выдержать отдачи.

— Судьбу Агви будет решать Папа, — покачал головой Сау. — Как-никак, мы братья, служащие одному Богу. Давайте не будем слишком строги к Агви и обсудим другие вопросы. Гвимён, как обстоят дела с Демоническим Культом?

— Семь Зол, отправленные в Соннён, недавно вернулись, — ответил Гвимён, курирующий территории вокруг Пандемониума. — Гом Ён, Демоница Ракшаса и Хыкгви. Из Семи Зол точно вернулись эти трое, и, насколько я знаю, Малый Глава прибыла вместе с ними.

— Хыкгви! — оживился Пэкра. — Мне она очень интересна. Ходят слухи, что она получеловек родом из Центрального моря. Это правда?

— Не знаю, из Центрального ли она моря, но видок у неё и правда специфический. Рога на башке растут, — хмыкнул Гвимён. — Семь Зол постоянно друг друга режут, да и вообще они отбитые наглухо, так что информации о них мало. А эта Хыкгви выскочила из ниоткуда три года назад, сразу стала одной из Семи Зол и почти сразу свалила в Соннён. Так что я про эту суку ничего не знаю. Если так приспичило, спроси у Хваджо.

— К сожалению, Хваджо здесь нет, — усмехнулся Пэкра, оглядывая стол. В этот раз на собрании присутствовали лишь четверо: Пэкра, Сау, Гвимён и Хэволь. — Может, Хваджо, как и я, пропадал в Верноке? Уж не один ли он из Четырëх Стражей? Чуксинду, Безумная Волна Резни, Крайнее Небо Света. Ха-ха, зрелище было невероятное: собрались почти все Четыре Стража, не хватало только Жестокого Хаоса.

— Не стоит так зацикливаться на личностях других Святых, — добродушно заметил Сау. Пэкра пожал плечами:

— По правде говоря, больше всего меня интересуете вы, Сау. Вы уже давно пользуетесь безграничным доверием Папы. Человек вашего калибра наверняка занимает высокий пост на Восточном или Западном континенте?

Услышав вопрос в лоб, Сау громко расхохотался и покачал головой:

— Вы переоцениваете меня. Слишком высокий пост привлекает слишком много внимания, так что я держусь в тени.

— О, вот как?

— Именно поэтому мне удалось прожить так долго, принося пользу Ордену. И я искренне надеюсь, что вы будете поступать так же.

— Кхм, — Хэволь прочистила горло. — Лагерь Чухон из Апиона и Лагерь Пуён из Беллада уже можно включать в Восемнадцать Лагерей Зелёного Леса. И вообще, как насчёт того, чтобы расшириться? Обязательно ли ограничивать количество лагерей восемнадцатью?

— Предлагаете сделать «Двадцать Лагерей Зелёного Леса»?

— Они показали хорошие результаты. К тому же, если мы официально возьмем их под крыло, их будет проще контролировать.

— Думаю, название «Восемнадцать Лагерей Зелёного Леса» стоит оставить. Хоть это всего лишь горстка бандитов, в этом есть определенный символизм, — ответил Сау.

— Какой из двух лагерей лучше?

— На мой взгляд, Лагерь Чухон перспективнее. Их глава уже на пороге 6-го ранга.

— Что ж, тогда я свяжусь с Лагерем Короля Гор и прикажу включить Лагерь Чухон.

— Выбор того, кого исключить, оставим Лагерю Короля Гор?

— Нет. Лагерь Алого Волка уничтожен, так что никого исключать не придётся.

— Что? — глаза Хэволь за туманной пеленой округлились от удивления. — Лагерь Алого Волка... Это ведь тот, что на горе Ганмён на Восточном континенте? Им же управляет Кровавый Клык?

— Верно, — медленно кивнул Сау.

— Я не слышала, чтобы против них собирали карательный отряд.

— Им просто не повезло. Судя по всему, они нарвались на путешественников, проходивших через гору Ганмён, и те перебили их всех.

— Что?.. Путешественников? Но Кровавый Клык ведь мастер 6-го ранга, пусть и на начальной стадии! — Хэволь склонила голову набок, отказываясь в это верить.

Лагерь, чья боевая мощь могла сравниться с приличной школой или кланом, был уничтожен какими-то путниками? Это звучало как бред.

— Трое героев, — с улыбкой произнес Сау. — Та самая троица, спустившаяся с горы Ыйчхон, уничтожила Лагерь Алого Волка.

— Но... разве эта троица не 5-го ранга?

— Уж не знаю, что с ними сотворила Злая Святая, но, видимо, они стали достаточно сильны, чтобы уничтожить Лагерь Алого Волка.

— Опять этот Дракон Облаков? — сплюнул Гвимён. — Злая Святая свалила в Центральное море. Может, самое время прикончить этого ублюдка?

— Если хочешь наказать его, тебе не нужно просить разрешения. Можешь просто пойти и сделать это, — Сау продолжал улыбаться. Он посмотрел прямо на Гвимёна и спросил: — Ну что, Гвимён, ты займëшься этим?

— ...Гора Ганмён слишком далеко, — проворчал Гвимён.

Пэкра не сдержал смешка. Гвимён тут же вперил в него разъярëнный взгляд, но Пэкра не отвёл глаз и продолжил ухмыляться.

— Будь они поближе, я бы точно пошёл и вырезал их, — добавил Гвимён, неловко кашлянув.