Глава о юности:Подумать только, я и сам был молод

— Слушай... а ты...

Услышав внезапный голос, он удивлённо обернулся. В дверях стоял Хартия. Связав двух бандитов, он вместе с той рыжеволосой девушкой заглядывал внутрь.

— Иногда я вот думаю... — с изумлением продолжил Хартия. — ... как ты, умея такое, умудряешься проигрывать Азалии в Башне?

— Ты ведь тоже ни разу у неё не выиграл.

— Я поручаю столь варварское занятие, как мордобой, тебе. — с этими словами Хартия вошёл в таверну и начал считать лежащие на полу тела. — Один, два... одного не хватает.

— Наверное, в комнате наверху. — ответил Килиланшело, снимая бушлат.

Под ним оказалась боевая форма из прочной ткани и чёрной кожи. А вместо броши на воротнике на груди висел кулон в виде одноногого дракона.

— Башня Клыка! — до его ушей донёсся запоздалый крик девушки. Он удивлённо посмотрел на неё. Она переводила взгляд с него на Хартию, а потом пробормотала. — Тёмные маги... из Башни Клыка...

— Именно. — Хартия самодовольно усмехнулся. — Так что доверь месть нам.

— Месть? — переспросил Килиланшело.

— Возница той повозки... был её отцом. — Хартия пожал плечами.

— Так вот оно что... — тихо пробормотав, Килиланшело внимательно посмотрел на девушку.

Сейчас она казалась гораздо худее, чем при первой встрече. А худоба — это, по сути, слабость. Хотя выражение её лица было суровым, не услышь он о мести или не заметь нож, спрятанный за голенищем, он, возможно, счёл бы её даже милой.

— Да, глупо было нарваться на своих же врагов, но... — она надула губы и сказала.

— Тебе повезло, что мы оказались рядом. — Хартия обнял её за плечи и покровительственным тоном произнёс. — Было бы смешно, если бы и отец, и дочь пали от рук одних и тех же негодяев.

«Идиот...» — Килиланшело закрыл лицо рукой и мысленно выругался.

— Не смешите меня! — как и ожидалось, лицо девушки исказилось от злости. Она грубо сбросила руку Хартии со своего плеча и взорвалась. — И не надейтесь! Кто просил вас о помощи?!

— Но... — растерянно застыл Хартия, держа сброшенную руку в воздухе.

И тут же по его лицу пришлась звонкая пощёчина. Звук пощёчины эхом пронёсся по комнате.

— Что «но»?! Я не настолько упряма, чтобы твердить, что отомщу сама! Но если так, почему вы добирались сюда целых три дня?! Что бы вы делали, если бы они сбежали?! — она не схватила Хартию за грудки, но ткнула кулаком ему в грудь и продолжила. — Вы возомнили себя невесть кем, только потому что вы маги?! Что это за «вершим самосуд»?! Я не собираюсь им сочувствовать, но...

— На это уходит время. — бессильно пробормотал Килиланшело.

— Чтобы применить полномочия, превосходящие судебную власть, нужно отправить донесение в Королевскую столицу. Конечно, если есть вероятность, что полномочия будут предоставлены, мы начинаем готовиться заранее, но... — поймав на себе её яростный взгляд, Килиланшело слишком поздно понял, что сболтнул лишнего.

— Понятно. Значит, перед нами вы важничаете, а короля боитесь? — она быстрым шагом подошла к нему, затем фыркнула и продолжила. — Какая ирония. Мой отец больше тридцати лет водил повозки для вас, несносных магов. А когда его убили, вы даже с места не сдвинулись, пока не получили одобрение короля?

На самом деле, в нынешнем Союзе Аристократов существовал правящий «Королевский дом», но абсолютного монарха в лице короля не было — впрочем, объяснять ей это Килиланшело не собирался.

— ...Мы прибыли сюда не для мести. — он покачал головой. — В грузе было...

— Килиланшело! — предостерегающе крикнул Хартия, потирая покрасневшую щёку.

— В общем, я не могу говорить о деталях. — Килиланшело отвёл взгляд и поправился.

— Значит, вы заставили его везти то, о чём даже сказать не можете?

— Не заставили. Это он повёз то, о чём нам не сказали. — огрызнулся Хартия

Килиланшело бросил на него красноречивый взгляд, но тот, казалось, намеренно его проигнорировал.

— Что ты сказал? — переспросила она.

— Твой отец, Рикоэ Санд, подозревается в перевозке груза, не указанного в накладной. — Хартия угрюмо ответил. — Это расценивается как измена Союзу. Похоже, ты слышала только о том, что твой отец умер. Пошли, Килиланшело. Оставшийся на верхнем этаже, так? Если груз ещё не уничтожен, он должен быть там.

— Ложь! Чтобы отец... такого не может быть... — вскрикнула девушка.

«Оплошность Хартии уже не исправить. — Килиланшело вздохнул. — К тому же, рано или поздно она всё равно бы об этом узнала.»

— Так... Джинни Санд... верно? Вообще-то, на твоё имя тоже выдан ордер на арест. Конечно, задерживать человека лишь на основании родства — незаконно, так что мы не собирались тебя искать, но... — девушка, Джинни, резко посмотрела на него. Килиланшело невозмутимо продолжил. — Это значит, что он перевозил нечто очень важное. Обвинение в измене Союзу... его не выдвигают просто так.

— Арестуйте меня! — Джинни резко взмахнула рукой. — Допросите меня! Я докажу невиновность отца...

— Я же сказал, что мы не собирались тебя искать. — холодно бросил Килиланшело и, оттолкнув её, направился к лестнице.

«Наверное, следовало сразу обезвредить последнего разбойника, а не тратить на неё время.»

— Думаешь, он уже сбежал? — пробормотал Хартия.

— Не думаю, что он станет выпрыгивать из окна второго этажа с украденным грузом. — Килиланшело покачал головой.

— ...Если это всего одна вещь, она не такая уж и громоздкая. — с тревогой в голосе сказал Хартия.

Килиланшело ничего не ответил и начал подниматься по лестнице. Старые ступени влажно скрипели под ногами. Казалось, даже стены дрожат.

«На такой опоре не сразиться...»

Но опасения Килиланшело оказались напрасными. Он без происшествий поднялся по лестнице и осмотрел коридор. Вдоль него располагались две двери. В дальнем конце коридора громоздились мешки с мусором. В какой бы из комнат ни прятался враг, он не мог не слышать шума внизу. Хоть он и остался один, попасть в засаду было бы неприятно. Он прижался к стене у ближайшей двери и подал Хартии знак глазами. Убедившись, что напарник отступил на лестницу для подстраховки, Килиланшело открыл дверь. С тихим скрипом дверь отворилась.

Выждав мгновение, Килиланшело заглянул в комнату. Никого.

В тот же миг вторая дверь с силой распахнулась. Он резко обернулся, но и оттуда никто не вышел.

— ?..

Килиланшело нахмурился, но тут же заметил, что к ручке двери привязана леска, похожая на рояльную струну.

«На это я не куплюсь...»

Он мысленно проследил за леской. Она тянулась от дверной ручки прямо к груде мешков с мусором.

— Выходи. — тихо произнёс Килиланшело. В то же мгновение гора мусора зашевелилась. Он инстинктивно выкрикнул. — Я сплетаю доспех из сияющих колец! — перед его выставленными руками возник барьер, словно сотканный из множества световых колец.

— Молния! — и тут же по барьеру ударил другой голос. Вместе с криком мусорная куча взорвалась, и из неё вырвался ослепительный луч света, ударивший в барьер.

Грохот и ударная волна сотрясли ветхое здание, но барьер Килиланшело без труда выдержал заклинание. Выждав момент, когда магия противника иссякла, Килиланшело развеял барьер. Когда кольца света растворились в воздухе, на их месте стоял молодой человек в чёрном плаще. На груди у него висел серебряный кулон.

— Герб Башни Клыка?! — вырвалось у Килиланшело.

Услышав это, незнакомец усмехнулся. И тут... со стуком из-за двери, открытой с помощью лески, выскочил здоровяк со шрамом на лице. Без сомнения, это был последний из нападавших.

— Чёрт!

Килиланшело выругался и одной рукой отвёл руку здоровяка, бросившегося на него. Быстро шагнув в слепую зону, он со всей силы ударил его локтем под мышку. Но этот манёвр оставил его беззащитным. Хартия уже взбегал по лестнице. Килиланшело отчётливо видел, как тот открывает рот, чтобы... магия, которую выкрикнул Хартия, и магия, выпущенная человеком в чёрном плаще, столкнулись в лоб.

— !..

Он не понял, какие именно заклинания они использовали.

Закрыв лицо руками, Килиланшело застонал от ударной волны, взорвавшейся прямо перед ним — между двумя магами. Наэлектризованный воздух лопнул, стены коридора рассыпались в мелкую крошку. Когда головокружение от вибрации прошло, действие обоих заклинаний прекратилось. Сбросив на пол потерявшего сознание громилу, Килиланшело обернулся туда, где стоял человек в чёрном плаще. Там уже никого не было. Мешки с мусором были разорваны в клочья, их содержимое разлетелось повсюду. Кое-какие пищевые отходы даже кипели от термической ударной волны. Взрыв прошёл мимо того места, где стоял противник, и снёс стену в дальнем конце коридора. Сквозь огромную дыру виднелся ночной пейзаж.

«Значит, магия Хартии была мощнее... Заклинание Хартии оказалось сильнее. При такой температуре от человека мог остаться лишь пепел.»

— Ты его достал? — Килиланшело повернулся к тяжелодышавшему Хартии.

— Нет. — его напарник с непривычно серьёзным видом покачал головой. — Он сбежал. Моя магия не была сильнее. Такой исход получился лишь потому, что противник исчез в самый разгар столкновения. — и он указал на дыру в стене. — Он сбежал через эту дыру. Я бы погнался, но у меня больше нет сил. — сказал он, опускаясь на пол.

— Да. — Килиланшело посмотрел на лежащего без сознания громилу. — В любом случае, сначала нужно связать этих. — и, подставив лицо ветру, дующему из дыры в стене, он добавил. — Но теперь ситуация стала наихудшей из возможных.

— ... Это точно. — простонал в ответ Хартия.

Внезапно Килиланшело заметил, как из-за угла лестницы на них украдкой смотрит Джинни...

*Щёлк.*

Килиланшело с невозмутимым видом увернулся от искры и повертел в руках осколок какой-то бутылки.

Ночь полностью вступила в свои права, и издалека доносился стрекот насекомых. Они сидели на земле в лесу у костра, окутанные ночной прохладой.

— Уже целые сутки прошли... — пробормотал Хартия, помешивая в огне насаженное на палку вяленое мясо.

— Наше единственное спасение в том, что поблизости нет ни одного селения. — Килиланшело отрешённо посмотрел в его сторону.

— Это да... если повезёт, он мог где-нибудь выдохнуться и свалиться... — голос Хартии звучал неуверенно. Вероятно, он всё ещё переживал, что упустил его.

Слушая его, Килиланшело поднёс осколок к костру. Размером с ладонь, с отколотым краем, он был испещрён мелким текстом, но в конце крупными, чёткими буквами было выведено одно слово: «Опасно. Вынос строго воспрещён».