Глава о юности:Подумать только, я и сам был молод

— Это заговор. Точно тебе говорю.

«... Что ж, понять его можно.» — он со вздохом пробормотал это себе под нос. И тут же с досадой закрыл глаза и покачал головой, но его спутник, похоже, этого даже не заметил.

Вполуха слушая продолжавшего ворчать приятеля, он смотрел вперёд, на дорогу. Абсолютно пустая, она тянулась вдаль, теряясь из виду. Приближались сумерки. Золотистая трава у обочины засияла ещё ярче.

Черноволосый, черноглазый парень без каких-либо особых примет — на вид лет пятнадцати, не больше. Из-под полы выданного Башней Клыка бушлата виднелись мягкие чёрные кожаные штаны. К воротнику пальто была приколота серебряная брошь в виде одноногого дракона, обвившегося вокруг меча. Его спутник был одет так же, но его волосы пестрили рыжим, а черты лица — вышли чуть более легкомысленными, чем у предыдущего. На лице с едва заметными веснушками сейчас отчётливо застыло выражение крайнего недовольства.

Они были почти ровесниками, но на самом деле его приятель родился на несколько месяцев раньше.

— Вообще-то, с таким заданием прекрасно справилась бы Азалия. — не унимался тот. — Как обычно. Наедине с учителем.

— Хартия. — он невольно одёрнул его. Хоть Килиланшело и знал, что это обычная уловка его спутника, имя сорвалось с губ рефлекторно.

— Знаешь, а это может плохо для тебя кончиться. — как и ожидалось, его приятель — Хартия — хитро ухмыльнулся.

— ... что именно? — промычал он, надув губы.

— Как только речь заходит о твоей сестрице, ты тут же заводишься. — Хартия картинно возвёл глаза к небу. — Но это бесполезно, говорю тебе. На этот раз это не просто слухи.

— Шумно от тебя. — ответил он, и в самом деле раздражённо махнув рукой. — И где ты только нахватался этих слухов? Она сама говорила: учитель и ассистент, ничего больше.

— Ну конечно! Спроси её лично, и она именно так и ответит. — с возмущением в голосе сказал Хартия. — Вот же глупость. Ты же в итоге стал лучшим учеником года, верно? А до сих пор не можешь отделиться от сестрицы.

— А второму ученику года не стоит так уж прислушиваться к внутрибашенным сплетням. — бросил он и отвернулся. Больше он не собирался поддерживать этот разговор. Глядя на уже почти севшее солнце, он пробормотал. — До ближайшей гостиницы три километра. Мы должны добраться до неё до наступления ночи, чего бы это ни стоило.

— Говоришь так, будто мы и вправду доберёмся... Прямо как учитель. А, Килиланшело?

Хартия всё ещё пытался его поддеть, но Килиланшело не обращал внимания и молча шёл вперёд.

— А-а-а-а-а!

*Бах!*

Стоило Килиланшело открыть дверь, как его сильно толкнула вылетевшая изнутри девушка — словно она только этого и ждала. Сам он устоял на ногах, а вот врезавшаяся в него незнакомка с грохотом растянулась на полу. Из гостиницы донёсся взрыв хохота. Гостиница, до которой они так и не успели добраться до темноты, стояла у дороги и выглядела весьма убого. Днём её можно было бы принять за заброшенный дом и пройти мимо — они заметили её только благодаря свету в окне.

Так или иначе, Килиланшело посмотрел на упавшую девушку.

— Вы в порядке? — спросил Хартия, протягивая ей руку.

Девушка резко вскинула голову и впилась в него взглядом. Рыжие волосы — скорее цвета мутного мёда, чем пламени — были немного грязными. Одежда тоже запачкана дорожной пылью; похоже, она уже очень давно в пути. На вид она не младше них, но и ненамного старше. Килиланшело зорко подметил, как из-под штанины её брюк мелькнула рукоять ножа.

— Да ладно тебе, хозяин! — изнутри снова донёсся смех. — Не запрещено же торговать, а?

Вторя ему, несколько мужчин дружно загоготали.

— Сволочи! — девушка с яростью посмотрела вглубь гостиницы и прорычала. — Я же сказала, я не продажная девка!

— Хо-хо. — отозвался на её слова здоровенный мужчина лет тридцати, появившийся в дверях. Он смерил девушку взглядом и, поглаживая подбородок, продолжил. — Тогда, может, составишь нам компанию бесплатно?

— Мразь! Я...

— П-посетители! Пожалуйста, без драк...

Мужчина легко оттолкнул выбежавшего из гостиницы старика, похожего на хозяина.

— Успокойся. Если мы обидим продажную девку, её хозяин спуску не даст, это понятно... но мы и не собираемся уходить, не заплатив. Карманы у нас не пустые...

— Вот и спи в одиночестве, обняв свои тёпленькие карманы.

— ... чего?! — услышав слова со стороны, мужчина яростно обернулся.

— Тебя назвали мразью. — в ответ на него смотрел Хартия. Он взъерошил волосы и медленно произнёс. — Нормальные люди после такого обычно сваливают.

Лицо мужчины побагровело от гнева. Глядя на это, Килиланшело лишь вздохнул. Он похлопал по плечу ошеломлённо смотревшую на перепалку девушку и жестом велел ей отойти назад.

— Не лезь не в своё дело, сопляк.

Из гостиницы показался ещё один мужчина, который был точной копией первого и, очевидно, его сообщником. Впрочем, приглядевшись, можно было заметить, что они совсем не похожи, но Килиланшело не горел желанием их различать. На лице Хартии играла всё та же дерзкая ухмылка, которая всегда появлялась, когда он затевал драку.

— Оу? А мы-то думали отпустить вас подобру-поздорову, пока ваши карманы ещё не остыли.

— Боюсь, не выйдет. — тихо пробормотал Килиланшело.

— А? — воскликнул кто-то...

... и все взгляды устремились на него. Он вытащил из кармана помятый листок с ориентировкой и продолжил:

— Придётся забрать то, что в карманах. Хартия, это они. Три дня назад напали на транспортную повозку Союза магов. — лишь Килиланшело заметил, как в это мгновение дрогнуло лицо девушки. Но сейчас нужно было сказать кое-что поважнее. Килиланшело повернулся к старику, так и сидевшему на земле. — Старик, на основании чрезвычайных полномочий Союза магов континента я временно реквизирую эту гостиницу. Ущерб, нанесённый за это время, вы сможете возместить, подав прошение в Союз. Прошу вашего согласия.

— Можешь завысить сумму в счёте и построить гостиницу получше, дед. — добавил Хартия, уже расстёгивая пуговицы своего бушлата.

— За вооружённый грабёж мы, члены Союза магов континента, вершим самосуд! — Килиланшело последовал его примеру. Он окинул холодных взглядом остолбеневших мужчин и объявил.

— Чёрт!

Не дожидаясь, пока они снимут верхнюю одежду, оба разбойника развернулись, чтобы шмыгнуть обратно в гостиницу.

— Я высвобождаю сияющий клинок света! — Килиланшело крикнул им в спину.

В тот же миг сверкнувшее лезвие света скосило обоих мужчин. Не успев даже вскрикнуть, они рухнули на землю, корчась от боли. Килиланшело перешагнул через них и ворвался внутрь.

«В докладе говорилось... нападавших на повозку было шестеро, и все вооружены... Впрочем, вряд ли они сильно вооружены в гостинице. — войдя внутрь, Килиланшело быстро обежал взглядом помещение, подсчитывая количество людей. — Таверна на первом этаже примерно пять метров в ширину. Два стола. Дверь на кухню была наглухо закрыта. Один справа, двое слева...» — отметив это, Килиланшело качнулся влево.

Одним рывком он сблизился с двумя мужчинами, которые, казалось, остолбенели от неожиданности.

— Ах ты, за Клия... — один из них с криком замахнулся.

Вероятно, он говорил о мужчине, которого они оглушили снаружи, но Килиланшело было всё равно. Он проигнорировал бросившегося на него с кулаками разбойника, проскользнул мимо него и сбил с ног второго. Легко и небрежно выброшенный вперёд кулак, словно змея, проглотившая добычу, вонзился противнику в солнечное сплетение. Получив точный удар в уязвимое место, мужчина сплюнул слюну, которая запачкала поле зрения. Не дожидаясь, пока противник упадёт на пол, Килиланшело развернулся. Первый нападавший уже поднял стул и, тяжело дыша, швырнул его в мага.

«Увернусь — потеряю равновесие...»

Не то чтобы он хладнокровно всё рассчитал, но какая-то часть его тела точно это знала. Килиланшело прищурился, пригнулся и поймал летящий стул.

— Что?!

Противник, очевидно, не ожидал такого. Он схватил ещё один стул, и до Килиланшело донёсся его изумлённый возглас. В то же время он увидел, как оставшийся за спиной этого мужчины бандит, вооружившись столовым ножом, приближается к нему.

«Нет нужды рисковать и обезоруживать его голыми руками...» — приняв решение, Килиланшело бросил стул на пол и коснулся своего бушлата.

Мужчинам, должно быть, показалось, что он пытается его снять. Воспользовавшись моментом, они оба ринулись вперёд. Но коснулся он не пуговицы. Он выхватил спрятанную в ткани бушлата спицу и приготовился к бою.

Мужчина со стулом издал дикий вопль. Когда он опустил стул, Килиланшело, качнувшись в сторону, уклонился от удара, а проходя мимо, ударил его пяткой под колено. Дикий вопль перешёл в крик боли. В каблуки выданных Башней боевых ботинок встроено лезвие, которым при определённом умении можно было даже перерезать сухожилия. Впрочем, сейчас удар пришёлся по штанине, так что серьёзных травм быть не должно. Оставив падающего мужчину, Килиланшело переключил всё внимание на второго, с ножом. Тот уже почти вплотную приблизился. Тускло блеснуло лезвие засаленного столового ножа.

Килиланшело крепче сжал спицу. В следующее мгновение нож взлетел в воздух и упал на пол. Мужчина закричал. В руке, ещё мгновение назад державшей нож, глубоко — пробив насквозь от тыльной стороны до ладони — торчала спица.

— А-а-а-а-а! Рука... моя рука!

— Не хватался бы за оружие, не получил бы серьёзную травму. — Килиланшело со вздохом посмотрел на скрючившегося на полу мужчину, который прижимал к себе раненую руку. С этими словами он ударил согнувшегося мужчину кулаком по основанию шеи.

Тот обмяк и потерял сознание.