Глава о скорби: Тоска сверхчеловка

— Знаю. — даже в такой момент он, казалось, сохранял хладнокровие. Он посмотрел на рыжеволосого юношу и сказал. — ... Хартия. Иди один. Любыми средствами — останови Килиланшело.

— Что?! — не скрывая удивления, воскликнул тот и нахмурил тонкие брови. — Но... если бы я мог остановить его в одиночку, я бы уже это сделал. Мне можно попросить помощи у Азалии?

— Она, скорее всего, тоже получила повестку.

Чайлдмен бросил взгляд в сторону Марии. — Та едва заметно кивнула. Хоть он и не цокнул языком, но всем своим видом показал, что готов был это сделать, и отвёл взгляд.

— Я бы смогла... — медленно предложила она. — Я бы смогла остановить этого мальчика. Вы так не думаете? Любимчика наставника Чайлдмена, Преемника Кожаного Клинка — «Стального Преемника».

— А?

Непонимающе воскликнули лишь двое учеников из разных классов. Чайлдмен никак не отреагировал.

— Если объясните ситуацию, я помогу. — не обращая на них внимания, Мария продолжила. — Моё дознание уже закончилось.

— Хартия. — обратился Чайлдмен не к ней, а к юноше. — Сообщи ей координаты точки возникновения.

— Наставник?!

— Неважно. Одним секретом больше, одним меньше. — вторая часть фразы предназначалась ей. Чайлдмен пронзил её острым взглядом. — Хорошо, наставница Мария. Я принимаю ваш вызов.

— Не стоило говорить это вслух. Если услышат уши Исполнительного комитета, вам не поздоровится. — насмешливо бросила Мария.

Лицо наставника Чайлдмена едва заметно исказилось. Он круто развернулся и, повернувшись к ней спиной, зашагал к своей учительской. Получив повестку, он был обязан находиться либо в учительской, либо у себя дома — в любом случае, там, где с ним можно было бы быстро связаться. Однако в подобной ситуации — то есть когда Исполнительный комитет не будет работать до десяти утра следующего дня — никто бы не стал слепо подчиняться этому правилу. Неужели этот мужчина собирался торчать в своей тесной комнате до завтра?

Мария вдохнула. Она хотела сдержаться, но слова сами сорвались с губ.

— ... Да просто проигнорируйте их, если беспокоитесь за своего ученика! — шагнув вперёд, она почти выкрикнула. Наставник Чайлдмен не остановился. Он даже не сделал вида, что услышал. Она крикнула ему в спину. — Почему вы подчиняетесь им, если у вас достаточно сил, чтобы вертеть Исполнительным комитетом как вам вздумается?

— ... — он... на одно мгновение замер. — Без их содействия мне не исполнить свою миссию. — и снова зашагал прочь.

«... Миссию? Не цель и не задачу?» — Мария мысленно задала себе вопрос и утвердилась в ответе. — Да, он сказал именно 'миссия'.» — она стояла как вкопанная, провожая взглядом Чайлдмена, пока тот не скрылся в своей комнате.

Вечерняя Башня тихо тонула в сумерках.

* * *

Если знать пункт назначения, догнать ученика, почти не знакомого с миром за пределами Башни, не составит особого труда, полагала Мария. Даже несмотря на то, что она вышла на несколько часов позже.

Место, отмеченное на переданной ей карте, находилось примерно в трёх днях пешего пути к югу от Башни. Часть дороги пролегала по тракту, так что путь был не слишком тяжёлым. Особенно в стандартном снаряжении, позволявшем передвигаться лёгкой рысцой.

Когда маг Башни Клыка выходил наружу, его официальной одеждой считалась чёрная мантия, а для тех, кому её носить не позволялось — упрощённое чёрное церемониальное облачение. Но на деле в город в таком виде почти никто не выходил. Обычно все носили либо повседневную одежду, либо боевое облачение.

Кожаное боевое облачение, поверх которого надет специальный бушлат — вот стандартная экипировка. Когда маг говорил просто «стандартное снаряжение», он имел в виду именно это. Даже летом менялся только материал бушлата, становясь тоньше. И бушлат, и само облачение были оснащены различными видами вооружения, которые порой ценились выше самого колдовства. Боевая подготовка была обязательной для магов отчасти потому, что их история на континенте была историей борьбы, но существовала и более циничная точка зрения: магия — это технология, лучше всего приспособленная для убийства. Мария скорее придерживалась первой версии, хотя и не могла найти аргументов, чтобы опровергнуть вторую. Но отрицать бы стала в любом случае.

Преследовать вооружённого мага. В городе это просто, но за его пределами — совсем другое дело. На тракте не так уж много путников, а значит, оставалось лишь, ориентируясь на пункт назначения, как можно быстрее попытаться его обогнать. Впрочем, в своих ногах она была уверена. Если не сбиться с темпа, обойти его вполне реально. Проблема в том, что она понятия не имела, что будет после того, как она его обгонит.

«Когда я услышала, что Килиланшело покинул Башню без разрешения, я хотела лишь немного его спровоцировать... но, похоже, попала в больное место. — с этими сложными чувствами она говорила сама с собой. То, что ей удалось запереть наставника Чайлдмена в Башне, было, как она сама считала, очень своевременным. Правда, она не ожидала, что так сильно его разозлит. — Что же это было? Он говорил что-то вроде 'одним секретом больше, одним меньше'... Неужели с самовольным уходом ученика связан какой-то его важный секрет? Из их разговора в столовой язаключила, что это личное. Но если нет — то что тогда? — она понимала, что ответа на этот вопрос ей не найти, но то, что не могла построить даже предположения, казалось ей жалким. — Может... я всё пойму, когда доберусь туда? Однако никакой гарантии, что так будет тоже нет. Игра с плохими картами, ей богу. Но...»

Она осознала, что, наоборот, чувствует воодушевление.

* * *

В заброшенной деревне стояла мёртвая тишина. Ночная луна. Её свет почти не достигал Марии, заслонённый полуразрушенными хижинами, разросшимися деревьями и лозами плюща. Ни звука зверя, ни стрекота насекомых — в застывшей, словно замороженной, деревне Мария прошептала:

— Белый свет.

В тот же миг рядом с ней вспыхнул и завис в воздухе шар света.

Мягкое, но холодное белое сияние разогнало тьму. В темноте свет казался на удивление ярким и раскинулся широко. Переместив шар себе над головой, Мария на глаз определила расстояние до самой дальней ветки дерева, едва различимой на границе света.

«Метров десять... До всего, что в пределах света, я доберусь за семь шагов.» — запомнив это, она снова огляделась.

Это была не какая-то зловещая деревня из легенд о смерти и не лес, из которого нет выхода. Всего лишь безымянная заброшенная деревушка недалеко от тракта. Небольшая. Обойти её всю можно часов за шесть. Но для такого места здесь слишком тихо. Даже ветра нет. Ночная заброшенная деревня, как ни мягко выразись — не лучшее место для прогулок. Казалось, сожми она кулак, и даже скрип кожаных перчаток прозвучит оглушительно громко.

Мария поморщилась. Слишком тихо. Отсутствие даже стрекота насекомых было не иначе как аномалией.

«Но ведь это и есть пункт назначения. — хотя, может, именно поэтому он и был пунктом назначения. Сформулировав в уме несколько атакующих заклинаний, она сделала шаг вперёд. Её поле зрения стало и защитным барьером. Она была готова перейти в атаку в любой момент, заметив что-то подозрительное. Тени домов, рассекающие тьму. Выступающие ветви. Она скользила по ним взглядом, не теряя бдительности, и продвигалась вглубь деревни. — Килиланшело... должен быть уже здесь. — по пути она уже находила несколько похожих следов. — Сначала нужно найти его. Разгадывать загадки — на потом.»

Отказа от размышлений — прекрасный способ расслабиться. Осторожно, чтобы не потерять концентрацию, она одну за другой отбрасывала посторонние мысли. Беспокойство. Сомнения. Сожаление. Нетерпение. Когда они исчезли, остался лишь страх.

Она шла. Пытаться скрыть шаги на заросшей сорняками, разбитой дороге было бессмысленно. Шуршащий, волочащийся звук её шагов отдавался в лесу. Сопровождаемая этим шумом, она продолжала идти. Ей казалось, что она идёт уже очень долго, но она лишь вздохнула. Вряд ли прошло и пяти минут. Стоило ей подумать о времени, как в ушах зазвучал стук часовой стрелки.

«А может, это был стук крови в её жилах. Я напряжена.» — с неохотой признала Мария. Так сильно её тело напрягалось всего несколько раз в жизни. — Что же было в последний раз? — она вспомнила и горько усмехнулась. — Точно. Это было тогда...»

— «Ты чрезвычайно талантлива, Мария Фвон. — голос безликого мужчины в сине-белой одежде. — Наш Плутон соизволил заявить, что тебя можно причислить к Номерам. Мы выслушаем твои пожелания.» Как жаль, Мария Фвон». Появились те, кто сомневается в тебе. Скажу прямо: это я...»

— ...если бы только я мог быть уверен, что ты не шпионка Башни.

Ощутив невыразимый ужас, она замерла. Она думала, что это голос из её воспоминаний, но...

«Что происходит?»

Уверенности не было. Но последний голос, казалось, был настоящим.

Она сжала кулаки. Почувствовала, как по телу разливается жар. Сосредоточившись, чтобы быть готовой в любой момент отпрыгнуть и сбежать, нанося при этом мощнейшие удары на бегу, она начала прощупывать пространство вокруг. Интуитивное «ощущение присутствия» чаще всего подводит. Оно мало чем отличается от паранойи. Но... иногда и паранойя приводит к сверхъестественным результатам.

Вокруг, казалось, были лишь заброшенные дома, сломанные сельхозорудия, бесчисленные сорняки да тусклый свет звёзд. По крайней мере, в пределах её света.

Белый свет и чёрная тьма. Граница между ними должна была быть серой, но её глазам она виделась фиолетовой. На этой границе, на самом краю освещённой области, что-то виднелось. Она сурово нахмурилась и прищурилась. Там смутно вырисовывался... силуэт, сидящий за столом, безликий, в сине-белой одежде...

— !.. — словно от удара, она пошатнулась. Ничего не понимая. Сине-белая одежда... Форма придворных магов, Тринадцати Апостолов! Она рефлекторно сплела заклинание. Мощное и простое, всего из одной руны. Развернув его, она выкрикнула. — Алый импульс! — из её вытянутой руки вырвался ослепительный свет. Он разорвал тьму багровой вспышкой. Взрыв, грохот скрежещущего воздуха. В огненной волне человеческая фигура исчезла. — ...Что это значит? — в смятении простонала она. — Тринадцать Апостолов?.. Что они здесь делают?..