Глава о становление:Неподходящая профессия
— Спасибо. Буду считать, что это был комплимент. — Коргон искренне кивнул в ответ на её слова, которые она произнесла, почему-то сверкнув клыками. Впрочем, от этого её лицо, казалось, стало ещё мрачнее. Как бы то ни было, Летиция продолжила. — Это всё потому, что ты вечно сидишь взаперти. Вышел бы хоть раз на улицу, развеялся.
— ... Странно слышать такое от тебя, ведь ты обычно ругаешь Килиланшело и остальных за самовольные отлучки.
— Всё дело в мере. А ты вечно прячешься в своём чердаке в общежитии, и непонятно, есть ты там вообще или нет.
— Хм. — промычав что-то, Коргон выглянул в окно. За ним был всё тот же привычный пейзаж.
— Да и когда уходишь, то исчезаешь внезапно, без единого слова, и никакой связи с тобой нет. — Летиция, словно срываясь, продолжала говорить. — Ты вообще где пропадаешь... ты меня слушаешь?
— Слушаю.
— Ох, ну тебя... — с этими раздражёнными словами Летиция, видимо, посчитала разговор оконченным и ушла.
Проводив её удаляющуюся по коридору спину мимолётным взглядом, Коргон снова посмотрел в окно. Виден был лишь небольшой внутренний двор, в котором не имелось хоть сколько-то примечательного объекта или человека. Он поднял глаза к небу. Но и там тоже не увидел ничего удивительного.
— Ясно. — он кивнул сам себе и поспешил в свою комнату, чтобы переодеться.
* * *
И снова она была там. В том же баре, за той же стойкой, с теми же самыми напитками и тем же, наверное, барменом на обслуги (менялись ли они, в зависимости от того дневная или ночная смена, будний или выходной — без понятия, все они на одно лицо, эти бармены). Все безразличны и бесполезны. По крайней мере, они не те, кого она искала.
— Ну по-о... чему... почему его не-е-ет...
Качающийся потолок. Накренившийся пол. В этой привычной для кабака обстановке её охватывало закручивающееся ощущение, словно плоть и кожа растворялись без следа. Это не просто нарушение равновесия — нет, конечно нет — это был явный признак того, что мир трещал по швам. Наверное, эта ночь станет последней. Не дожидаясь утра, весь мир исчезнет в водовороте. Нескончаемый крепкий алкоголь, жжение в горле, ощущение холодного лба, прижатого к стойке.
Франсина, оплакивая грядущий конец света, осознавала, что только она одна трезва. Всё вокруг было окутано хмельными порами. Только она в здравом уме, а весь мир в пьяном угаре катится к гибели. Надо было и ей напиться. Но сожалеть оказалось поздно, и способа предотвратить катастрофу не осталось.
«Для начала нужно заказать ещё выпить.» — она вяло подумала и подняла голову.
От одного этого движения тело бросило в жар, а верхнюю половину головы будто унесло куда-то в небесную даль.
— То же самое... дайте... — толкнув пустой бокал, она с трудом выдавила из себя слова. И снова уткнулась лицом в стойку. Как и рвота в уборной, слова, стоило им вырваться, полились неудержимым потоком. Одно за другим они срывались с её губ. — Э-это же... странно... ведь так? Говорили же, что он здесь. Тот коротышка... сплетник... или информатор, не помню. Сказал, что наёмный убийца... здесь. — вместе со слюной потекли слёзы. Поддавшись приступу тошноты, она продолжала бормотать. — Сказал... ждать здесь. Сказал, что придёт... а его всё нет. А деньги... у меня есть. Моя заначка... которую тот ублюдок ещё не успел отобрать... ещё осталась... — тук. Вибрация передалась через кожу, прижатую к стойке. Наверное, поставили новый бокал. Она сдвинула голову, чтобы хоть как-то увидеть его. — Этого же достаточно... правда? Если есть наёмный убийца... то есть и ублюдок, которого я ненавижу до смерти... и деньги есть... и я плачу. Не хватает только самого убийцы, сечешь? Этого же достаточно...
Она попыталась взять бокал, но чувство перспективы сбилось — или это было влияние разрушающегося мира — в любом случае, её пальцы не могли коснуться цели.
Поблуждав в пространстве, она наконец увидела в поле зрения собственные пальцы и облегчённо вздохнула. По крайней мере, руки ещё на месте. Даже если всё тело онемело. Чтобы поднять бокал, нужно было встать. Она справилась с этой неимоверно трудной задачей и уже собиралась утолить жажду, как вдруг...
Дверь открылась, и она увидела вошедшего в заведение мужчину.
— ...
Глядя на вошедшего — который с какой стороны ни посмотри, выглядел точь-в-точь как наёмный убийца — она почувствовала, как пальцы, державшие бокал, сами собой разжались.
* * *
Особой причины выбирать именно этот бар не было. Обычное питейное заведение в городе Тафрем, ничем не примечательное, без изысканных напитков, которые могли бы удержать постоянных клиентов. Просто небольшое место, куда заходили случайные прохожие, не знавшие других заведений.
Он открыл дверь и вошёл. Увидев женщину, уже явно в стельку пьяную, которая как раз с грохотом опрокинула бокал, он беззаботно шагнул внутрь. Зал был настолько пуст, что нужды искать место, чтоб прилуиться сразу отпала. Даже закрытое пианино не создавало ощущения, что здесь кто-то находился. За стойкой бармен и одна пьяная женщина, сидевшая с открытым ртом. И всё.
«Пожалуй, это не совсем то, что можно назвать 'развлечением'. — Коргон сел за стойку. — Ну да ладно.»
Хотя он и выбрался в город по совету Летиции, особого энтузиазма не испытывал. Заказав напиток, прикрыл веки в ожидании заказа.
«Ничего. В голове ничего не всплывало. Так всегда.»
И тут... почувствовав чьё-то присутствие, он разлепил очи, подумал, это бармен, но тот молодой парень с крашеными и взъерошенными волосами всё ещё неловко готовил напиток. Женщина, незаметно пересевшая, дышала на него перегаром совсем рядом.
— А-а... ах... — она издавала бессмысленные стоны дрожащим голосом.
Кончики пальцев протянутой к нему руки тоже дрожали. Казалось, она окончательно и бесповоротно потеряла рассудок, но глаза её горели и сохраняли ясную волю. Большие, с фиолетовым отливом. На вид ей лет под тридцать или около того. Длинные ресницы, но, похоже, свои. Внешне нездорово худа, но цвет лица ей удавалось поддерживать. По привычке он закончил наблюдение, перечислив про себя её особенности. В любом случае, опасности не чувствовал. Да и вероятность того, что в городе Тафрем ему что-то угрожает, была крайне мала — в конце концов, незря его считают самым безопасным городом на континенте.
— Т-ты один? — продолжила незнакомая особа.
— Как видишь.
Он кивнул, беря в руки бокал, который поставили перед ним, пока отвлёкся на неё. Обычно он бы проигнорировал — с пьяными осмысленного разговора не выйдет. А если нет смысла, то и говорить не стоит. Но...
«Приветливость, да?» — эта мысль промелькнула в его голове...
— ... А вы? — ... и он намеренно сказал лишнее.
— Как видишь.
Он спросил, что она здесь делает, но она, видимо, решила, что он задал тот же вопрос в ответ. Впрочем, её ответ подходил в обоих случаях.
«Что она делает? Как видишь, напиваюсь. Одна ли она? Как видишь, напиваюсь в одиночестве.»
Возможно, в её ответе крылось и что-то ещё. Слишком многое можно было понять, просто посмотрев на неё. Он пропустил через горло алкоголь со льдом, смакуя аромат и ощущения. Давно не смаковал такую бесполезную жидкость — без повода он бы и не стал. Какой смысл принимать вещество, повреждающее мозг, ослабляющее сознание и вызывающее опьянение? Как пример, образец пораженного сознания поди влиянием излишне употребленного алкоголя упорно пытался завести с ним диалог.
Женщина, хихикая, придвинулась ещё ближе. Её красное платье оказалось слегка помято. Наверное, она не раз валялась на полу. Если бы не это, оно выглядело бы дорогим. Возможно, то же самое можно было сказать и о ней самой. Она, словно опомнившись, позвала бармена и заказала новую выпивку. Название, которое она прошептала севшим голосом, было ему незнакомо, но он предположил, что заказанный коктейль окажется крепким. Бармен — едва заметно — поморщился, но делать замечание клиентке, видимо, не собирался. Он молча достал из-за стойки маленькую бутылочку и начал готовить заказ.
Не обращая на это никакого внимания, женщина повернулась к Коргону. Взгляд её, правда, блуждал и был направлен куда-то в сторону.
— Меня... спроси, как меня зовут. — начав представляться, она осеклась.
— Как вас зовут? — Коргон, не особо задумываясь, сделал, как она просила.
— Франсина. Красивое имя, правда? Не думаешь, что это имя, которому предначертано счастье? — возбуждение, казалось, ослабило действие алкоголя — её речь стала более связной, чем можно он ожидал после изначальных пары слов. Показав зубы за губами с размазанной помадой, вновь подалась вперёд. — А тебя? Тебя как?
— Элс. — Коргон, не меняя выражения лица, тихо назвал псевдоним, который часто использовал в таких случаях.
Лёд в бокале звякнул, будто смеясь.
— Вот как... хе-хе. Ясно. Подходящее имя.
— ?
Чему оно подходило, он не знал, но женщина, казалось, была довольна. Издав смешок, похожий на судорогу, она кивнула сама себе.
— Я ведь... тебя искала. Много дней, много-много дней...
— Очень приятно. — Коргон кивнул на всякий случай.
— Я уже и не знала, есть ты или нет... Столько раз сомневалась. Но ты здесь. Я не ошиблась...
— ... — он не знал, что ответить, и промолчал.
— Хе-хе-хе... — а дамочка набирала обороты, видимо, сказывалось ожидание ей же упомянутое. — Всё было не зря. Я ждала. Выслушай меня. Мне нужна твоя сила.
— С какой стати? — он коротко переспросил.
— Я заплачу. — та незамедлительно ответила. — Сумма тебя устроит.
— Я не нуждаюсь в деньгах.
— ... Я дам тебе всё, что ты захочешь.
Сделав паузу, она преодолела то небольшое расстояние, что оставалось между ними.
— Не соблазняй несовершеннолетних. — чувствуя, как она прижимается к его руке, и ощущая её несвежее дыхание, он сказал.
— Но ты же пьёшь! — она отстранилась и выкрикнула в ответ.
— ... Вот оно что. — Коргон посмотрел на бокал в своей руке и хмыкнул. — А я-то думал, почему почти никогда этого не пил.
— Ты что, ненормальный? — её тон резко изменился. В этот момент бармен принёс дамочке выпивку. Она молча — не дожидаясь, пока бокал поставят на стойку — выхватила его. — ... Ну... может быть. Наверное, среди таких, как ты, действительно много чудаков. Кажется, начинаю понимать.
— Не думаю.
Почему-то ему на ум пришли образы ведьмы, которая целыми днями ломает казённое имущество и пишет объяснительные, и соученика, который пытается захватить мир с помощью металлической биты и изобретения, похожего на вешалку с кучей ненужных деталей.
— Что-то не припоминаю никого особенно странного.
— Правда? Ну, неважно. Выпьем?
— У меня пусто.
— Так закажи ещё.
— Но я же несовершеннолетний.
— Уже всё выпил, так о чём речь? — выпалила она на одном дыхании и жестом подозвала бармена. — Этому господину повторите. И побыстрее.