Глава о потерянном рае:Дрожащая ночь Тафрема
— ... — тихо проговорила Азалия. — Кажется, это стражи порядка.
— Не вижу причин, почему бы им не быть стражами. — простонал Килиланшело, чувствуя, как на него наваливается усталость.
— И то верно. — кивнув, пробормотала она и... вскинула правую руку.
Килиланшело инстинктивно сжался. Затаив дыхание, он принял защитную стойку. У её магии была одна особенность: заклинание формировалось и высвобождалось в одно мгновение. Маги ясно видят, как магическая конструкция разворачивается в пространстве.
Килиланшело тоже ощутил ту, что сотворила она. И не поэтому ли он схватился за голову ещё до того, как заклинание сработало...
— Свет! — её крик разнёсся по ночному городу.
Свет вспыхнул и разросся, разрывая тьму. Он смёл всё на своём пути, породив волны жара и ударные волны. Дрожь земли... Город, здания, дороги, фонари, ночь, небо, звёзды, людские крики — всё дрожало и отдавалось эхом... Когда всё закончилось, дорога, на которой стояли полицейские, полностью преобразилась. То, что было ровной улицей, превратилось в ужасающий кратер, достойный затерянных земель. Видимо, прямого попадания она избежала, но потрёпанные стражи порядка лежали без сознания.
Килиланшело стряхнул с себя осевший пепел. Он потряс головой, и из его волос посыпалась пыль. Лишь одна Азалия стояла невредимой. Не знаю, каким чудом, но на ней не было ни пылинки. Если только сама пыль не избегала её, то это действительно было чудо. Но Килиланшело, как ни странно, был с этим согласен.
«Да. Это в её духе. Сотворить чудо — для неё раз плюнуть.»
— Ну что, идём. — схватив за шкирку всё ещё лежавшего без чувств Хартию, Азалия с серьёзным лицом произнесла.
* * *
— ... И это мы, по-твоему, действуем тайно?..
Килиланшело схватился за голову и оглядел то, что раньше было баром, а теперь превратилось в выжженную пустыню.
«Посох Крокодила. Его официальное название неизвестно. Посох Лесного Герба. Кажется, его называют и так. Считается, что из всех реликвий древней расы, которые хранятся и изучаются в соответствующем отделе 'Башни', способ применения этого артефакта был раскрыт проще всего. Однако, как ни странно, о его функциях знало очень мало людей. Всё было настолько просто, что никто им не заинтересовался.»
На вид это был ничем не примечательный металлический посох. Он был сделан из странного металла, не похожего ни на сталь, ни на серебро. Вероятно, его создали с помощью магии. Он обладал чрезвычайно высокой прочностью и, что более важно, вязкостью. Кроме того, у него было свойство упрямо сохранять свою форму. Проще говоря, этот металл было невозможно сломать. Длина посоха составляла около полутора метров, если точнее — сто пятьдесят два сантиметра. Он был цилиндрической формы, диаметром три сантиметра. При этом он был заметно легче железа того же объёма и даже плавал в воде. Никаких украшений на нём не было, как и гравировок на древнем языке, которые обычно встречаются на наследии древних рас. Лишь на нижнем конце посоха имелось нечто вроде рукоятки, при повороте которой металл деформировался, и наконечник становился невероятно острым. Было очевидно, что посох является оружием. А на навершии висели две короткие цепочки. К каждой из них, словно брелоки, были прикреплены металлические крокодилы размером с ладонь. Два крокодила. Именно они и дали посоху его название.
Итак...
«Посох Крокодила. Его официальное название неизвестно. Посох Лесного Герба. Кажется, его называют и так. Считается, что из всех реликвий древней расы, которые хранятся и изучаются в соответствующем отделе 'Башни', способ применения этого артефакта был раскрыт проще всего. Потому что он активировался, как только его брали в руки.»
Когда ищешь одного человека, город кажется безгранично большим. Особенно если приходится полагаться лишь на слепую удачу.
— Так, давай подытожим всё, что нам известно на данный момент. — пробормотала Азалия, продолжая довольно быстрым шагом тащить за собой Хартию. Она по-лекторски подняла указательный палец. — Первое: преступник использует Посох Крокодила, украденный из «Башни», и совершил уже семнадцать нападений, если считать только официально зарегистрированные. Это значит, что он действует практически каждую ночь. Преступления всегда совершаются в тёмное время суток. У жертв нет ничего общего, что позволяет предположить, что нападения носят случайный характер, как у маньяка.
— Второе: Исполнительный комитет приказал нам уладить это дело тайно. — Килиланшело, следовавший чуть позади, небрежно добавил.
— Верно. — донеслось до него.
Он видел, как она кивнула. В свете звёзд блеснула её заколка.
— Третье: мотивы преступника абсолютно неясны. Это точно не грабёж, но и не похоже на патологическую агрессию. Не было ни одного заявления о краже ценностей, и ни одна из жертв не получила ранений, близких к смертельным. — пока Азалия на одном дыхании излагала факты...
— Четвёртое: в ходе нашего расследования мы — не будем говорить, кто именно — сравняли с землёй несколько мест, где, по нашей информации, должен был появиться этот тип. — ... к ней присоединился Хартия. Он говорил спокойно, хотя его всё так же невозмутимо тащили за шкирку.
— Д-да, верно. Кстати, если обобщить показания жертв, преступник знакомится с ними в барах или танцевальных клубах, а затем выводит на тёмную улицу и нападает...
— Пятое. — перебил Килиланшело начавшую запинаться Азалию, по щеке которой скатилась капля пота. Он простонал, глядя на неё исподлобья. — У меня тут случайно оказалась газета, в которую мне завернули жареные каштаны. Можешь прочитать заголовок? — он протянул ей газету.
— Э-э... «Таинственная группа магов бесчинствует в городе»... — Азалия отвернулась, словно не желая признавать очевидное, но... в конце концов она сдалась и еле слышно прочла.
— Мы и оглянуться не успели, как про нас написали статью покрупнее, чем про какого-то маньяка!
— А-а-а-а-а?! Да потому что я уже две недели шатаюсь по этому вульгарному кварталу ради расследования, и всё без толку! У меня уже нервы на пределе! — схватившись за голову, Азалия отпустила Хартию, и тот мешком рухнул на дорогу. Она закричала, замотав головой. На некоторое время воцарилась тишина. Килиланшело неподвижно сверлил её взглядом. Вдруг она, словно опомнившись, приняла серьёзное выражение лица. Приняв позу, она посмотрела на луну и изрекла. — ... Хмф. Чтобы отвлечь общественность от нападений маньяка, нужно устроить ещё более громкое происшествие и переключить их внимание. Информационная операция, которую я провернула, обманув даже союзников... похоже, всё идёт по плану.
— Можешь сколько угодно важничать, я на это не куплюсь. — со вздохом сказал Килиланшело. — Вообще, Азалия, ты никогда не думаешь о последствиях. Если так и дальше пойдёт... — он ворчал себе под нос...
... но вдруг осёкся. Подняв голову, он увидел, что Азалия смотрит на него. И ухмыляется. Обычно, когда она улыбалась, то просто прикрывала глаза. Ну или каталась по полу от смеха, заливаясь слезами. Но вот «ухмылка» не предвещала ничего хорошего. Когда она, с её и без того резкими чертами лица, так ухмылялась, Килиланшело, откровенно говоря, чувствовал себя куском говядины, брошенным в клетку к тигру. Заметив, что он потерял дар речи, она, не меняя выражения лица, тихо и ласково произнесла всего одно слово, сжимая при этом кулак:
— ... Продолжай?
— Н-нет, ничего! Совсем ничего! — вскинув руки, принялся яростно мотать головой Килиланшело
И тут...
— Жалкий слабак! Килиланшело! — вскочив с земли, завопил Хартия. — Из-за того, что ты такой, вот такие нахалки и садятся на шею...
*Хрясь!*
Уж не знаю, решила ли Азалия, что негоже такому крепко сжатому кулаку пропадать зря, но он снова отправил Хартию в нокаут. На этот раз удар пришёлся неудачно: вместо того чтобы отключиться, тот начал кататься по земле, корчась от боли.
— Уо-о-о-о-о?! Больно так, будто череп треснул!
— Так пусть треснет, чего уж там. — холодно бросила Азалия, глядя на вопящего Хартию. Быстро потеряв интерес к его страданиям, она повернулась к Килиланшело. — Ладно, вернёмся к делу. Я думаю, что нет смысла продолжать расследование в том же духе, раз у нас нет никаких зацепок.
— А? А, да. Ты права. — кивнув, Килиланшело наблюдал...
... как Хартия, продолжая кататься, с грохотом врезался в ближайшую мусорку.
— Угх-о-о-о-о-о! — новый вопль.
Похоже, он порезал руку об стекло, валявшееся в мусоре. В воздухе брызнула кровь. Но Азалия, словно не слыша криков, безразлично продолжила:
— Нужно придумать, как выйти из этого тупика, иначе дело затянется. Полиция тоже не дураки, рано или поздно они поймают преступника.
«Лишь бы нас самих раньше не поймали.» — мысленно добавил он, но вслух ничего не сказал.
— Догва-а-а-а-а! — третий вопль Хартии. Килиланшело посмотрел в его сторону и увидел, что несколько бродячих псов, привлечённых запахом крови, окружили всё ещё катающегося по земле Хартию. Мгновение спустя они набросились на него. — Кья-а-а-а-а!
— Да заткнись ты уже, надоел! — рявкнула Азалия.
Килиланшело показалось, что этот протест был несправедлив во многих отношениях, но он решил и эту мысль оставить при себе. И тут...
«... А?»
Он вдруг кое-что заметил.
— Азалия?
Он позвал сестру. Та как раз подняла правую руку, собираясь обрушить на всех разрушительное заклинание. Прямо перед ней Хартия отчаянно отбивался от бродячих псов. За мгновение до того, как магия сорвалась с её пальцев, Азалия обернулась на его голос.
— Что? Я тут как раз хочу поджарить всё в том районе, чтобы стало потише.
— Нет, дело не в этом... Крики доносятся ещё откуда-то...
— Что?
Её лицо изменилось. Она закрыла глаза, прислушиваясь. Килиланшело сделал то же самое. И действительно, помимо мучительных воплей Хартии...
— Кья-а-а-а-а! — это был женский крик.
Они с Азалией переглянулись.
— Совсем близко! — Килиланшело быстро прошептал. — На соседней улице!
Лицо Азалии просветлело, и она широко кивнула.
— Точно. Если это наш маньяк, то... мы сорвали джекпот!
— Быстрее!
— Эй, погодите-е-е! Сначала помогите мне, а потом идите-е-е-е!
Пропустив мольбы Хартии мимо ушей, Килиланшело вместе с Азалией бросился бежать.
— Кья-а-а-а-а!
Когда они свернули на другую улицу, крик стал отчётливее. Килиланшело, несясь во весь дух, мельком взглянул на Азалию, которая немного отставала. В простой выносливости и скорости он её всё же превосходил. Они выбежали на другую улицу. Он не очень хорошо знал географию Тафрема, но ориентироваться в этом городе с его чёткой планировкой было несложно. Вычисляя в уме источник крика, Килиланшело продолжал бежать.