Допрос матери перед троном
— Что?! Поменять отца?!
Император Юанью ещё не успел осмыслить услышанное, как принц-наследник уже вспыхнул от ярости:
— Отец-император, этот ребёнок не знает почтения к старшим! Если оставить её во дворце, в будущем она обязательно станет большой бедой! А если её слова разойдутся?
— разве не станет посмешищем вся императорская семья?!
Всё ещё стоявшая на коленях принцесса-наследница злобно посмотрела на Сунь Шихуань.
— Отец-император, — голос принцессы-наследницы дрогнул. — Тогда, много лет назад, я десять месяцев носила дитя под сердцем и во время родов едва не погибла…
Услышав это, даже император Юанью не смог не вздохнуть. Он хорошо помнил тот день — он тоже был там.
Роды были тяжёлыми, ребёнок долго не появлялся на свет. За дверями плакали три законных внука Восточного дворца, принц-наследник сидел на полу, потерянный и бледный. Слуги один за другим выносили тазы с кровью. Рождение этих двух девочек стало для принцессы-наследницы настоящим шагом через врата смерти. С тех пор её здоровье было подорвано — она больше не могла иметь детей.
— Я ещё была в послеродовом периоде, когда случилось то несчастье… — продолжала принцесса-наследница. — Ребёнка похитили. Я шесть лет пролежала в болезни, каждый день проливая слёзы. А теперь… теперь она хочет признать другого отца! Я… я лучше разобьюсь насмерть, чем приму такое!
Сунь Сиянь поддерживала принцессу-наследницу, её глаза были красны от слёз. Она ещё не успела заговорить, а сердце уже сжималось от жалости:
— Старшая сестра, твои слова только что… они действительно ранили сердце матушки.
В этот миг Сунь Шихуань ясно осознала: в глазах всех присутствующих она — злодейка, достойная смерти.
— Принцесса-наследница.
Холодное и отстранённое обращение заставило сердце принцессы-наследницы дрогнуть. Она невольно отвела взгляд.
— Если бы я попросила дедушку-императора позволить мне войти во Восточный дворец — спокойно спросила Сунь Шихуань, — вы бы согласились?
Ответом стало молчание. Холод, словно иней, начал подниматься изнутри Сунь Шихуань, заставляя стынуть кровь.
В прошлой жизни самым заветным её желанием была любовь принцессы-наследницы. Они были рождены от одной матери. Когда её похитили, эта женщина плакала от горя. Так почему же в конце она позволила Сунь Сиянь мучить её… и убить?
Она так и не смогла понять.
— Полагаю, принцесса-наследница не желает этого, — тихо сказала Сунь Шихуань. — Насильно сорванная дыня не бывает сладкой.
Поэтому я не войду во Восточный дворец. Её взгляд стал пустым.
— Но разве я тогда обязана идти в Храм Императорского Пробуждения?
Этот вопрос лишил принцессу-наследницу дара речи.
— Принцесса-наследница, сегодня я впервые вас вижу.
В момент рождения Сунь Шихуань не имела памяти. Возможно, она была нелюбима с самого начала. Но теперь это уже не имело значения. — Я ношу лохмотья, потому что у меня не было серебра купить одежду.
— Я худа и желта, потому что никогда не ела досыта.
— Но даже так я не ожесточилась, не пошла по дурному пути и не творила зла. Я училась читать и писать.
Слова Сунь Шихуань один за другим стирали краску с лица принцессы-наследницы.
— И только потому, что во мне течёт ваша кровь и кровь принца-наследника, я должна быть отправлена в Храм Императорского Пробуждения — место, где держат виновных?
— Ты… ты осмеливаешься допрашивать старших! — голос принцессы-наследницы был слабым. — За такое полагается наказание!
Но внутри она уже была в смятении. Почему в этом ребёнке не было ни боли, ни надлома? Будто не она отвергала дочь… а дочь отвергала её.
— Принцесса-наследница, я не навязывалась вам в дочери.
Просьба сменить отца — единственный выход, который я нашла.
— Так в чём же моя вина, что вы так сильно меня ненавидите?
В зале стало так тихо, что слышно было дыхание.
Сунь Шихуань шаг за шагом подошла к принцессе-наследнице. В глубине её глаз мелькнул кровавый отблеск. Сегодня она задаст этот вопрос перед троном. Тот самый вопрос, который в прошлой жизни не успела задать до самой смерти.
Она заставит всех понять: быть отвергнутой Восточным дворцом — не её вина.
Она не виновата.
— Я… — принцесса-наследница крепко сжала руку Сунь Сиянь, в её глазах мелькнуло колебание.
— У-у-у… не обижай мою матушку! — разрыдалась Сунь Сиянь.
— Матушка, мне страшно…
Принцесса-наследница тут же прижала её к груди. Когда она снова посмотрела на Сунь Шихуань, в её глазах осталась лишь неприязнь.
— Твоя ошибка в том, что у тебя дурная судьба. Ты несовместима с удачей Восточного дворца. Между нами нет материнско-дочерней связи.
Услышав это, Сунь Шихуань вдруг почувствовала полное спокойствие.
Уголки её губ изогнулись в странной улыбке. Она снова опустилась на колени перед императором Юанью.
— Дедушка, такую «вину» внучка признать не может.
— Я никогда не признаю судьбу. Если бы признавала — умерла бы уже не раз.
Эту вину она, Сунь Шихуань, не признаёт.
— Принцесса-наследница, ты говоришь вздор, — холодно сказал император Юанью. — Я знаю, тебе было тяжело рожать, но в чём вина ребёнка?
— Десять лет она жила в лишениях. Это вы перед ней в долгу!
— Мне даже слушать это больно! Взгляд императора на мгновение задержался на Сунь Сиянь, но тут же был отведён.
— Отец-император, — поспешно сказал принц-наследник, — слова принцессы были неосторожны, но этот ребёнок действительно неблагоприятен для…
— Принц, ты всё ещё не понял моих слов?
В голосе императора Юанью прозвучало давление. Принц-наследник немедленно замолчал.
Седовласый император излучал врождённое величие. Никто не смел возразить.
— Ты знаешь, что она невиновна, но из-за личных предубеждений обращаешься с ней жестоко! — гневно продолжил император. — Она — кровная родня Восточного дворца, кость переломана, а сухожилия всё равно связаны!
— Ты не принимаешь её во дворец и не позволяешь искать иное пристанище — ты хочешь загнать её в Храм Императорского Пробуждения?!
— Не забывай, она тоже моя кровь!
Императорский гнев обрушился на зал — все пали на колени.
— Отец-император, я признаю вину,
— принц-наследник побледнел, по лбу выступил пот. — Я немедленно прикажу подготовить для неё двор во Восточном дворце…
В этот момент Сунь Шихуань внутренне ликовала.
План удался.
Император Юанью больше всего боялся, что после его смерти принцы начнут резню между собой. А если даже к родной крови наследник столь жесток — как он мог не разгневаться?
— Я не посмею больше доверить тебе этого ребёнка.
С этими словами он взял Сунь Шихуань за руку и повёл её к рядам сидений.
— Это мой четвёртый сын, князь Ци, у него есть одна законная дочь.
— Это мой третий сын, князь Чу, у него один законный сын и одна дочь.
— А это… — император сделал паузу, — мой старший сын, князь Цинь, он ещё не женат.
Император слегка сжал руку Сунь Шихуань:
— Моё слово — закон. Я позволил тебе исполнить желание. Выбирай. Вопрос твоего усыновления я решу лично.
Сунь Шихуань посмотрела на мужчину в пурпурных одеждах: мечевидные брови, звёздные глаза — но всё это скрывал запах вина. Манера речи была легкомысленной, поведение — распущенным. Настоящий прожигатель жизни.
— Дедушка, — сказала она. — Я выбираю его.
Печально знаменитый распутный князь. Князь Цинь — Сунь Юй
Князь Цинь Сунь Юй (秦王 宋裕) - новый папаша гг
Сунь Сиянь (宋惜颜) - сестра близнец
Императора Юанью (元祐帝) - Дедушка гг
Сунь Шихуань (宋时欢) - главная героиня