Пир
Сунь Юй без раздумий ворвался во двор Сунь Шихуань, схватил с стола чайную чашу и осушил её одним глотком. Следом поспешил и Шэнь Цинпин.
— Нет, князь, да что ж вы от меня бегаете?! — Шэнь Цинпин был в полном недоумении. — Я же вас не обижал, с чего вдруг вы, увидев меня, сразу дёру дали?
Поняв, что и так не удалось от него избавиться, Сунь Юй лишь беспомощно вздохнул. Ладно, придётся вместе с этим типом учить Ахуань.
— Ахуань, я всё выяснил, — всё ещё задыхаясь, сказал он. — В женской академии предметы делятся на обязательные и необязательные. Обязательные — это Четверокнижие и Пятикнижие, а из необязательных нужно выбрать два направления из циня, шахмат, каллиграфии и живописи.
— Слишком уж всё сложно, — не удержался он от ворчания.
Лицо Сунь Шихуань потемнело:
— Я сейчас из Четверокнижия и Пятикнижия прочла лишь половину «Чуньцю», а к циню, шахматам, каллиграфии и живописи вообще не прикасалась. Если пойду, наверняка окажусь самой последней ученицей…
— Да как такое возможно?! — первым возмутился Шэнь Цинпин. Даже его дед говорил, что он стал читать всё быстрее, подозревая его в поверхностном чтении. А на самом деле — у княжны поразительная память, она схватывает всё на лету. Это же очевидный талант!
— Вот именно, — Сунь Юй и Шэнь Цинпин переглянулись. Ради ребёнка — хоть в огонь. Вражда мгновенно сменилась боевым союзом.
— До конца месяца ещё больше половины месяца, — сказал Сунь Юй. — Всё это время я и Шэнь… Шэнь-наставник будем рядом с тобой. Чего не понимаешь — сразу спрашивай.
Он помолчал и смущённо добавил:
— А что до циня, шахмат, каллиграфии и живописи… тут я полный профан.
— Я умею играть на цине, — лицо Шэнь Цинпина слегка изменилось. — Княжна, правда… слава у меня в этом деле не слишком хорошая.
— Если наставник Шэнь согласен учить, я с радостью буду у вас заниматься, — серьёзно сказала Сунь Шихуань. — А вторым предметом я выберу…
— Каллиграфию, — вдруг вставил Сунь Юй. Осознав, что на него уставились две пары глаз, он пробормотал: — Старик… любит каллиграфию.
Сунь Шихуань просияла. Оказывается, у отца сердце семи отверстий — всё предусмотрел.
— Не смотрите на меня так, — фыркнул Сунь Юй. — С детства я ни циню, ни шахматам, ни живописи не учился, но когда дело доходило до каллиграфии, наставники жаловались чаще всего — и били меня сильнее всего.
— Тогда прошу отца пригласить мне наставника по каллиграфии.
С этого дня Сунь Шихуань стала по-настоящему занята.
И дело было не только в количестве занятий.
— Шэнь Цинпин! Ахуань уже два часа играет на цине, пора каллиграфию учить! — гремел Сунь Юй. — Даю тебе всего одну палочку благовоний!
А ведь каждый день он тайком позволял Шэнь Цинпину продлевать занятия музыкой.
Когда благовоние догорело, Шэнь Цинпин с огромным сожалением смотрел вслед уходящей Сунь Шихуань. Ученик с фотографической памятью — редкость на всю жизнь! Если бы княжна посвятила себя только циню, со временем она превзошла бы и его самого.
— Наставник Шэнь, приходите завтра, — сочувственно сказала Баося.
Шэнь Цинпин ушёл, затаив обиду, решив, что завтра обязательно продлит занятия ещё на полчаса.
В разгар этой суматохи Сунь Шихуань получила приглашение из дворца.
— Пир любования цветами, — Сунь Юй, прочитав приглашение, отбросил его в сторону. — Не пойдём. Сейчас самое ценное — время. Что толку смотреть цветы с этой публикой?
— Это приглашение от бабушки-императрицы, отказаться нельзя, — Сунь Шихуань посмотрела на письмо и вдруг сказала: — Отец, нам бы не помешало добавить охрану в поместье.
— Причём тут пир и охрана? — не понял Сунь Юй.
— Отец, сходите к дедушке-императору, вдруг он выделит нам охранников, — сердце Сунь Шихуань дрогнуло. — Мне в последнее время постоянно снятся кошмары.
— Кошмары? Тогда, может, снова позвать Мэй Чжилиня?
Но Сунь Юй ещё не успел выйти, как прибыл У Ци из дворца.
— Князь, княжна, — улыбался он во весь рот. — По повелению императора я привёл охрану. Его Величество сказал, что раз в поместье теперь много серебра, охрана необходима.
— Благодарю отца-императора, — кивнул Сунь Юй. И правда, какое совпадение… Он посмотрел на Сунь Шихуань — та улыбалась так же ярко. Почему-то стало тревожно, но он лишь почесал затылок.
Вечером Сунь Шихуань глядела на себя в бронзовое зеркало. На пиру наследная императрица непременно узнает в ней черты покойной императрицы. Она боялась, что та, впав в ярость, прикажет кому-то навредить ей — потому и заговорила об охране. Кто бы мог подумать, что дедушка-император и сам всё предусмотрит.
— Княжна, какое платье наденете на пир? — спросила Инчунь.
Взгляд Сунь Шихуань остановился на ярко-красном:
— Мне нравится красный.
Наутро её подняли очень рано. Целый час ушёл на причёску и макияж.
Алое церемониальное платье, красная родинка на лбу, ивовые брови, миндалевидные глаза, губы алые без помады. Благодаря ежедневным молочным ваннам и благовониям кожа её была белоснежной, нежной, словно очищенное яйцо.
— Княжна сегодня затмит всех, — с улыбкой сказала Инчунь, не скрывая слёз. Душа покойной императрицы, глядя на неё, наверняка была бы счастлива.
Императорский сад.
Когда наследная принцесса с Сунь Сиянь пришли, женщины из домов князя Чу и князя Ци уже были там.
— Вторая невестка, Сиянь, — улыбнулись они. — Цветы сегодня великолепны, неудивительно, что матушка пригласила нас.
— Сиянь, иди поиграй с Силин и Сияо, — сказала наследная принцесса.
Разговор неизбежно зашёл о Сунь Шихуань.
— Мы видели Шихуань всего раз, — сказала княгиня Чу. — Почему её всё нет?
— Наверное, задерживается, — равнодушно ответила наследная принцесса.
— Всё-таки в доме нет княгини, да и старший брат грубоват, — мягко добавила княгиня Ци. — На таких приёмах опаздывать — дурной тон.
Прошло ещё четверть часа, и появилась императрица.
— Приветствуем императрицу!
— Вставайте. Надеюсь, сегодня все хорошо проведут время, — она огляделась. — А где же Ахуань?
Пока гости перешёптывались, раздался чистый голос:
— Бабушка-императрица, я опоздала.
С появлением Сунь Шихуань воздух в саду словно застыл.
Четверокнижие (四书) - Это 4 главных учебных текста, которые учили в первую очередь. 1.《大学》 - «Великое учение» Про воспитание человека, порядок в семье и государстве. 2.《中庸》 - «Учение о середине» Про умеренность, гармонию, «не впадать в крайности». 3.《论语》 - «Лунь юй» (Беседы и суждения) Высказывания Конфуция и его учеников. 4.《孟子》 - «Мэн-цзы» Философия, политика, разговоры о власти и морали. Это как школьная программа + базовая философия
Пятикнижие (五经) - Это более древние и сложные тексты, своего рода классика высшего уровня.
- 《诗经》 - Книга песен (стихи)
- 《书经》 - Книга документов (речи правителей)
- 《礼记》 - Книга обрядов (ритуалы, этикет)
- 《易经》 - Книга перемен (философия, символы)
- 《春秋》 - Летопись «Весны и осени» (история)
Это уже уровень экзаменов, чиновников и элиты.
«Сердце с семью отверстиями» - это выражение, чаще всего отсылающее к китайской мифологии и даосской притче о персонажах Шу и Ху, символизирующее приобретение человеком сознания, эмоций и смертности через упорядочивание