Загнать в тупик — и утянуть Восточный дворец за собой
— Инчунь, скорее поддержи госпожу Чан, — большие глаза Сунь Шихуань были полны тревоги. — Кажется, ей нехорошо.
Со стороны придраться было невозможно — всё выглядело безупречно заботливо.
Инчунь с улыбкой подошла, но в тот момент, когда коснулась госпожи Чан, та отшатнулась, словно от удара током.
— Нет… я вдруг вспомнила, что дома есть дела… Я… зайду в другой день…
Она развернулась — и тут же, споткнувшись, упала.
Перед глазами у неё потемнело, дыхание сбилось, зрение расплывалось.
Как такое возможно?
Гу Чжэн действительно направился прямо в Пинчжоу — и даже занялся семьёй Цюй!
Мысли путались. Она пыталась подняться, но снова падала. В конце концов разрыдалась.
— Инчунь, позови врача для госпожи Чан, — мягко сказала Сунь Шихуань.
Но для госпожи Чан этот голос звучал как шёпот демона.
— Отвезите… меня домой…
Ей нужно было немедленно вернуться и предупредить мужа.
Но Сунь Шихуань лично поддержала её:
— Баося, помоги занести госпожу Чан внутрь. Пусть отдохнёт.
Так госпожу Чан увели в резиденцию князя. От тревоги её глаза налились кровью.
— Я сказала — домой!
Баося вздрогнула от её свирепого выражения лица. Значит, вечно улыбающаяся госпожа Чан может быть и такой…
— Госпожа, вы упали у ворот резиденции. Нашей госпоже необходимо убедиться, что с вами всё в порядке. Врач уже едет.
И по приказу Сунь Шихуань за ним отправили самого дальнего врача — с юга города.
Так госпожа Чан провела часы в резиденции, считая каждую секунду. Капли пота стекали по лбу.
Всё кончено… всё кончено…
Пинчжоу
Шэнь Цинпин без труда вычислил одного из слуг семьи Цюй — Цюй Шэня.
— Лентяй и транжира. В последнее время сорит деньгами, — указал он на мужчину, азартно участвующего в петушиных боях. — По игре видно — дурак.
Шэнь Цинпин подошёл и хлопнул его по плечу:
— Плохая у тебя птица. Похожа на заражённую.
Толпа замерла.
— Ты откуда взялся? — огрызнулся Цюй Шэнь. — Думаешь, куры заражаются так же легко, как лошади?
— Уверен. Твоя — больная.
Из толпы раздался голос:
— Цюй Шэнь, ты ведь недавно имел дело с заражёнными лошадьми? Вдруг и правда заразил.
— Ван Мацзы, заткнись! Когда это я имел дело с лошадьми?!
— Я слышал, как ты ругался на «чумных лошадей»!
Началась перебранка.
Гу Чжэн шагнул вперёд, схватил Цюй Шэня за запястье. Тот не смог вырваться.
— Кто ты такой?!
— Гу Чжэн.
С этими словами генерал ударил его по затылку — и тот потерял сознание.
— Господин Шэнь, пойдём.
Шэнь Цинпин даже растерялся.
Генерал действует так решительно?
Цюй Шэнь оказался жадным и ленивым. Благодаря тому, что его отец был управляющим семьи Цюй, он получил поручение от госпожи Чан — и крупную сумму денег.
После нескольких пыток он всё выложил.
— Госпожа была права. Это семья Чан! — процедил Шэнь Цинпин. — Теперь им не уйти.
Гу Чжэн облегчённо вздохнул:
— Завтра возвращаемся в столицу.
Столица
Вернувшись домой, госпожа Чан в панике бросилась к мужу.
— Плохо дело!
Чан Цин резко поднял голову и ударился о край стола, рассёк лоб.
— Что случилось?
— Они направились прямо в Пинчжоу! И занялись семьёй Цюй! Надо срочно просить помощи у Восточного дворца!
Чан Цин побледнел:
— Ты же говорила — всё безупречно!
— Они с самого начала знали, что это мы! Они искали доказательства!
— Значит, остаётся только Восточный дворец…
Он словно постарел на десять лет.
— Лошадей. Едем.
Восточный дворец
Наследный принц и принцесса смотрели на Чан Цина с тревогой.
— Ваше Высочество, только вы можете спасти семью Чан, — начал он. — Если Гу Чжэн докопается…
— Я не раз спрашивал — причастна ли семья Чан, — глаза наследного принца сузились. — Вы отрицали.
— Я тоже спрашивала, — добавила наследная принцесса.
Чан Цин молчал.
Наследный принц быстро понял: семью Чан уже не спасти. А если вмешаться — Восточный дворец запачкается.
— Это не имеет отношения к Восточному дворцу. Я не могу помочь.
Чан Цин поднял голову и зловеще рассмеялся.
— Семья Чан действовала потому, что второй и третий внуки Вашего Высочества, останавливаясь в доме Цюй, намекали на желание наказать резиденцию князя Цинь. Если вы нас не спасёте — мы назовём их имена.
— Ложь! — вбежал Сунь Яньчжэн и схватил его за воротник. — Они ничего не знали!
Чан Цин усмехнулся:
— Как ни крути… семья Чан и Восточный дворец — единое целое.
Если падёт Чан — Восточный дворец не уйдёт чистым.
Лицо наследного принца исказилось от ярости.