Развод?
— Почему ты пришла сюда?
У входа в императорский мавзолей Сунь Юй стоял с зонтом, ожидая, пока Сунь Шихуань выйдет.
Увидев его, она пробежала несколько шагов и уткнулась ему в грудь.
— Я соскучилась по бабушке, вот и пригласила дядюшку вместе поклониться ей.
— Ах ты, хитрая малышка, — Сунь Юй щёлкнул её по носу. — Думаешь, я боюсь рода Сюй?
— Знаю-знаю, — улыбнулась она. — Мой отец ничего и никого не боится.
Сунь Юй обернулся и ещё раз посмотрел на мавзолей, после чего увёл дочь.
В карете повисла тишина.
— Отец… ты ведь часто тайком приходишь сюда? — тихо спросила Сунь Шихуань.
Она заметила, что у гробницы были следы недавних подношений.
— Чепуха, — отрезал Сунь Юй. Самое твёрдое в нём — это язык. — В доме есть поминальная табличка, там и достаточно.
— О-о…
— Если захочешь прийти ещё раз, — не моргнув глазом добавил он, — я могу пойти с тобой.
— Тогда заранее благодарю, отец, — она улыбнулась и выглянула в окно.
— Отец, у нас ведь много лавок в столице?
Стоило заговорить об этом, как у Сунь Юя словно вырос невидимый хвост.
— Разумеется! Когда я открывал резиденцию, отец отдал мне лавки и поместья из приданого матери.
Ну… и сам кое-что добавил.
Глаза Сунь Шихуань загорелись.
— Значит, у нас много серебра?
Сунь Юй самодовольно кивнул.
Она мысленно закатила глаза — она уже видела счета: сплошные дыры.
— Отец, найми мне учителя по счетам. Пусть научит меня вести книги. Я хочу знать, сколько у нас на самом деле серебра.
Она лукаво улыбнулась:
— И если среди лавок есть парфюмерные или с одеждой, я смогу выбирать всё, что захочу.
— Всё, как скажет Ахуань, — без раздумий согласился Сунь Юй.
Чтобы похвастаться богатством перед дочерью, уже на следующий день он привёл в дом счетовода.
— Отец, не уходи, — окликнула его Сунь Шихуань, когда он попытался сбежать.
— Что ещё, Ахуань?
— Учись вместе со мной. Я боюсь, что одна не разберусь.
Глядя на её жалобный взгляд, Сунь Юй мгновенно капитулировал, забыв про Шэнь Цинпина, который уже ждал его снаружи.
Сунь Шихуань удовлетворённо кивнула.
Такой огромный дефицит — отец должен увидеть его собственными глазами.
Да и вообще, мужчина, который хочет делать большие дела, обязан уметь считать деньги.
Иначе однажды его обдерут до нитки — и он ещё сам поможет пересчитать.
Пока в резиденции Циньского князя щёлкали счёты, у Сюй Цзиньжо появились первые результаты расследования.
— Ты хочешь сказать, что за несколько дней до инцидента госпожа дважды входила во дворец?
Он медленно прокручивал нефритовое кольцо на большом пальце.
— Да. Один раз — в Куньнинский дворец, второй — в Восточный дворец.
— Что творится сейчас в главном дворе?
— Служанки выглядят очень довольными.
— Так вот в чём дело… ядовитая тварь!
Сюй Цзиньжо резко встал и направился в покои супруги.
Главный двор
Госпожа Сюй спокойно пила тёплое вино, когда он ворвался внутрь.
Он с силой выбил чашу у неё из рук.
— Это ты подстроила смерть Цзяоэр.
— Господин, я… я ни при чём…
В следующую секунду его рука сомкнулась у неё на горле.
— Я пришёл к тебе не с пустыми руками. У меня есть доказательства.
Не признаешься — прямо сейчас напишу разводное письмо.
Он отпустил её. Госпожа Сюй рухнула на пол.
— Сунь… Сунь-дянься сказала мне, — захлёбываясь, проговорила она, — чтобы я дала той девчонке урок, ради княжны Фуюнь.
— И ради этого ты пожертвовала жизнью Цзяоэр?! — Сюй Цзиньжо рассмеялся от ярости. — Я и не знал, что сплю с такой ядовитой женщиной.
— Напасть на императорскую княжну непросто! — истерично выкрикнула она. — Кроме Линь Цзяоэр, кто ещё подходил в жертву?!
— Принесите бумагу и кисть, — холодно сказал он. — Я пишу развод.
— Безрассудство!
Вошла старая госпожа Сюй.
Жена бросилась к ней, словно к спасению.
— Матушка, у меня дети… прошу, подумайте об их будущем…
— Грех, — тяжело вздохнула старуха.
— Ты думаешь только о себе? — обратилась она к сыну. — А сыну ещё идти на службу, дочери — выходить замуж.
Сейчас тебе стоит думать о недовольстве императора родом Сюй.
Сюй Цзиньжо побледнел.
— И запомни: в ближайшее время держись подальше от Куньнинского и Восточного дворцов.
Даже если мы ничего не будем делать, богатства у рода Сюй не убавится.
Беда лишь в том, что некоторые слишком глупы — и при этом любят действовать.
— Госпожа, Сюй Цзиньжо взял отпуск — говорит, заболел.
— Род Сюй закрыл ворота, — с улыбкой добавила Инчунь. — Даже посланцев Восточного дворца не впустили.
Сунь Шихуань кивнула.
— Значит, его гнев нас не коснётся. Отлично.
Но в этот момент раздался отчаянный рёв.
— Эти счета не могут быть верны!!!
Книга выпала из рук Сунь Шихуань.
Сунь Юй дрожащим пальцем указывал на бухгалтерскую книгу:
— Ты вообще умеешь считать?!
— Ваше Высочество, результат именно такой.
Сунь Юй пересчитал сам. Потом ещё раз.
И, бледный как мертвец, подошёл к дочери.
— Ахуань… пересчитай ты.
Когда результат совпал снова, глаза Сунь Юя вспыхнули яростью.
— Проклятые псы! Они украли у меня столько серебра!