Убийственное намерение вдовствующей императрицы
Дворец Куньнин.
— Сегодня на празднике цветов Сиянь и Силин повели себя неподобающим образом, — медленно произнесла вдовствующая императрица.
Наследная принцесса побледнела.
— А вот Ахуань… она и впрямь превзошла мои ожидания. Видно, что в частном порядке немало времени уделяла этикету. Хороший ребёнок.
— Императорская бабушка слишком меня хвалит, — с лёгкой улыбкой ответила Сунь Шихуань.
На самом деле благодарить стоило Сунь Сиянь.
В прошлой жизни её заперли во Восточном дворце и каждый день заставляли учить правила под надзором так называемых наставниц. Стоило ошибиться в движении — по ладоням тут же били линейкой, пока руки не опухали.
Так что дворцовый этикет давно впечатался в её память до последней мелочи.
— Ахуань, почему бы тебе не остаться в Куньнин-гун на несколько дней и не составить мне компанию? — ласково предложила императрица. — Я сегодня увидела тебя и всей душой полюбила. К тому же ты скоро поступаешь в женскую академию, я могла бы лично тебя наставлять. Как тебе такая мысль?
Стоит только оставить её здесь — способов тихо избавиться от Сунь Шихуань у меня хоть тысяча, — подумала она.
— А императорская бабушка, — мягко спросила Шихуань, — Сиянь и Силин тоже удостоились такой чести?
Лицо наследной принцессы побелело ещё сильнее.
— Матушка, это… это не совсем уместно.
— Что тут неуместного? — в голосе императрицы мелькнуло раздражение. — Я хочу, чтобы внучка была рядом со мной.
— Императорская бабушка, — Сунь Шихуань сделала вид, что колеблется, — внучка, конечно, была бы счастлива остаться. Но… сегодня Сиянь и Силин опозорились на глазах у всех. Если я сейчас перееду в Куньнин-гун, боюсь, сёстрам будет больно.
— Пустяки, они девочки великодушные, — императрица уже хотела облегчённо вздохнуть, как вдруг снова раздался холодный голос наследной принцессы:
— Если дочь принца собирается подолгу жить во дворце, нужно согласие императора.
— Ах, вот как? — Сунь Шихуань сделала шаг к выходу. — Тогда я прямо сейчас пойду к императорскому дедушке и попрошу разрешения.
— Стой! — лицо императрицы потемнело.
Как она могла позволить Сунь Шихуань, с таким лицом, явиться к императору?
Она ведь и хотела задержать её здесь именно затем, чтобы избавиться от неё до следующей встречи с императором.
— Если дело дойдёт до императора, — сказала она притворно мягко, — Сиянь и Силин не избегут наказания. В таком случае… пусть будет так, я не стану тебя удерживать.
— Как жаль, — с показной грустью вздохнула Сунь Шихуань. — Значит, у внучки просто нет такой судьбы. Тогда я откланяюсь.
Выйдя из дворца Куньнин, она больше не смогла сдержать улыбку.
Вот уж день — пришла за удовольствием, ушла с полной добычей.
В Куньнин-гун остались только императрица и наследная принцесса.
Императрица схватила чашку с чаем и швырнула её к ногам наследной принцессы.
— Ты сегодня что, рассудок потеряла?! Неужели не поняла, что я хотела оставить Сунь Шихуань здесь?!
— Сиянь тоже росла у вас на глазах, — с обидой ответила та. — Сегодня она опозорилась лишь потому, что её втянула Силин. Если бы вы сразу забрали Сунь Шихуань в Куньнин-гун, что бы подумали люди?
— Сиянь, Сиянь… — императрица ткнула пальцем ей в лоб. — У тебя в голове вообще есть что-то, кроме неё?
Наследная принцесса тоже вспылила.
Если пойдут слухи, что императрица её не любит, как ей потом смотреть людям в глаза?
— Встань на колени.
Наследная принцесса остолбенела.
За все годы брака с наследным принцем это был первый раз, когда её заставили встать на колени при слугах.
Холод каменного пола будто пробрал её до костей.
— Я сегодня скажу тебе прямо, — отчеканила императрица. — Если Сунь Шихуань не убрать как можно скорее, всё, что ты сейчас имеешь, рассыплется, как сон.
— Убрать?.. — у наследной принцессы дёрнулось веко. — Но она же… она тоже мой ребёнок… как я могу…
— Она слишком похожа на первую императрицу! — резко перебила императрица. — Если она не умрёт, умрут твои другие дети.
Она взмахнула рукавом:
— Стой здесь на коленях. Встанешь только тогда, когда всё поймёшь.
Вернувшись в поместье князя Цинь, Сунь Шихуань глубоко выдохнула.
— Княжна, всё в порядке? — с тревогой спросила Инчунь.
— Ничего серьёзного, — махнула рукой Шихуань. — Ну, кроме того, что Сунь Сиянь и Сунь Силин искупались в озере.
— Охрана, присланная императором, вся мастера высокого уровня, — буркнула Баося. — Княжне не о чем волноваться.
Сунь Шихуань кивнула.
Императрица не хотела давать ей шанс увидеться с императором, но она не знала, что Мэй Чжилинь уже доложил обо всём.
Небо сегодня явно не на стороне Куньнин-гуна.
— Кстати, где отец и наставник Шэнь? — спросила она.
— Пока вы были во дворце, князь и наставник Шэнь отправились выяснять, что произошло по дороге, — ответила Инчунь. — Та лошадь вела себя странно, экипаж сильно трясло, княжна едва не вылетела, из-за этого вы и опоздали.
— Кто у нас отвечает за конюшню?
— Старик Чжан, — объяснила Инчунь. — Он служит в поместье больше десяти лет, молчаливый, работящий. Когда чистили двор, князь специально приказал оставить его.
— Кроме него, остались ещё старые слуги?
— Нет.
Сунь Шихуань тихо хмыкнула.
Значит, всё-таки осталась рыба, ускользнувшая из сети.
— У отца с этим Чжаном были особые отношения?
— Раньше он возил князя в экипаже. Однажды в горах лошадь взбесилась, и если бы Чжан не прикрыл князя собой, тот бы сорвался в пропасть. Тогда Чжан повредил ногу, и с тех пор только присматривает за лошадьми.
— Когда мне представляли двор, управитель о нём не упоминал.
— Он человек неприметный, про него легко забыть… — Инчунь осеклась.
Сунт Шихуань уже всё поняла.
Отец помнил, а значит — не заподозрит. Потому расследование и зашло в тупик.
Тот, кто внутри ситуации, слеп. А со стороны — всё видно ясно.
— Инчунь, найди случай намекнуть наставнику Шэню, что у нас есть старик Чжан из конюшни, — голос Сунь Шихуань стал холодным. — Этого достаточно.
— Есть.
Сунь Шихуань закрыла глаза.
Если честно… она бы больше всего хотела, чтобы это был не он.