Свидание с Садако

— Ты… умрёшь… через семь дней…

Из телефонной трубки донесся жуткий, скрипучий шепот — такой ледяной, что мороз пробежал по коже.

Однако лицо Алана озарилось чистой, неподдельной радостью. Словно ему позвонила не мстительный дух со смертельным проклятием, а долгожданная возлюбленная с весьма нескромным предложением.

— Правда? — переспросил он, и в голосе его зазвучало лихорадочное нетерпение. — Садако, это правда ты? Если да, может, будешь звонить мне каждый день? Просто поболтать?

— Нет…

— Если не будешь звонить, я покончу с собой, наевшись собственных экскрементов, и тогда тебе не достанусь, — пригрозил Алан, и в голосе его зазвенели нотки театрального гнева. — Поверь, я на это способен. Уж в чем-в чем, а в себе я уверен.

— …Хорошо.

Столкнувшись со столь омерзительной и, чего уж там, уникальной угрозой, Садако ничего не оставалось, кроме как уступить. Надо признать, она впервые встречала такого… странного человека. Обычно ее жертвы с криком бросали трубку, а не начинали возбужденно торговаться, словно влюбленные подростки.

— Вот и договорились! — радостно провозгласил Алан. — О, Садако, молю, пусть я умру именно от твоей руки!

В его голосе прозвучала приторная, почти романтическая нотка. На миг Садако растерялась. Она даже ощутила странный укол… трогательности? «Какой он покладистый», — подумала она. — «Если бы каждая проклятая душа была такой же сговорчивой, моя призрачная жизнь стала бы куда проще».

— Садако, ты не представляешь, как я тобой восхищаюсь! — разглагольствовал Алан, войдя во вкус. — Я смотрел «Звонок» минимум три раза, не говоря уже о спин-оффах. Мой любимый — «Материнский бутерброд», тот, где вы с Каяко работали в паре. Я следил за всем твоим творчеством, от 3D-артов до фотосетов… — Он уже готов был пуститься в детальный пересказ того, как проводил время за компьютером своего врача в психлечебнице Вествуда.

Щелк…

Садако решительно повесила трубку. Какой вообще вменяемый человек станет такое смотреть?

После звонка Алан поднял перед лицом сжатые кулаки.

— Правша, Левша, прошу, выслушайте меня, — с предельной искренностью произнес он. — Я просто играл роль. Клянусь, у меня и в мыслях не было вам изменять. Кроме того, вы ведь и сами были со мной, когда мы смотрели все эти… познавательные фильмы.

Прояснив ситуацию со своими вторыми половинками, Алан с облегчением разжал кулаки.

На следующий день Алан просидел у стационарного телефона, как влюбленный школьник в ожидании звонка. Но с рассвета до полуночи телефон молчал. Это предательство так его взбесило, что он всю ночь ворочался без сна.

На третий день, едва спустилась ночь, телефон наконец зазвонил.

Алан схватил трубку после первого же гудка. На том конце провода царила тишина.

— Садако! Почему ты вчера не позвонила?! — взревел он, выплескивая накопившееся за сутки раздражение. — Я ждал тебя весь день! Я глаз не сомкнул, боялся пропустить звонок! А ты бы еще подумала, что я играю с твоими чувствами, что ты мне безразлична!

Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и его тон сменился на серьезный и обеспокоенный.

— Я сейчас на очень опасном задании. Не могу обещать, что доживу до твоего следующего звонка. Надеюсь, ты будешь ценить каждый миг, что нам остался.

— …Прости.

— Завтра позвонишь?

— Да.

— Договорились. Спокойной ночи.

В ту ночь Алан спал как младенец.

На четвертый день звонок от Садако раздался, как и было обещано. Алан нарочито выждал несколько гудков, прежде чем снять трубку.

— Угадай, кто? — Голос Садако был на удивление игривым, словно у девушки, флиртующей со своим парнем.

Алан замер, затем его глаза сузились, и он заорал в трубку:

— Садако, ты же мстительный дух! Какого черта ты ведешь себя так легкомысленно? Где твоя профессиональная этика? Если ты будешь таять от пары ласковых слов, то что, начнешь отпускать своих жертв? Что тогда станет с твоей карьерой?!

На том конце воцарилось долгое молчание.

— Я поняла, — наконец ответила Садако, и ее голос вернулся к привычному мрачному монотону. — Тебе осталось три дня.

— Рад, что мы прояснили этот момент. Надеюсь, ты останешься верна себе, — с удовлетворением сказал Алан.

Щелк…

На пятый день Лига Убийц доставила снаряжение, и Оливер вычислил местоположение цели. Алан, однако, настоял на том, чтобы подождать еще два дня. В ту ночь позвонила Садако. «Осталось два дня». Щелк.

На шестой день: «Остался один день». Щелк.

На седьмой день Садако не позвонила. Время пришло.

Алан вышел из ванной, подхватил рюкзак со снаряжением, и на его лице расползлась хитрая ухмылка. Выходя из номера мотеля, он бросил взгляд на тумбочку. Телевизора на ней почему-то не было. Внизу его ждали Брюс и Оливер. Перед уходом Алан продлил аренду номера еще на сутки.

Он держал свое слово. Нельзя же допустить, чтобы Садако по ошибке прикончила какого-нибудь ни в чем не повинного постояльца.

← Раккун-Сити | Сайлент-Хилл →

На развилке трех дорог ржавел забытый всеми указатель. Одинокое желтое такси неслось по пустынному шоссе в сторону Сайлент-Хилла.

Водитель врубил на полную громкость хеви-метал, но трое его пассажиров сидели в стоическом молчании. Через пятнадцать минут они прибыли ко въезду в старый, заброшенный город. Когда они вышли, заходящее солнце залило Сайлент-Хилл болезненным желтым светом, отбрасывая длинные, пустынные тени.

— Плати давай, — проворчал таксист.

Алан небрежно протянул ему банкноту.

— Сдачи не надо.

Водитель выхватил деньги, с визгом шин развернул машину и умчался прочь.

— Сколько ты ему дал? — спросил Брюс с ноткой злого веселья.

Алан проверил оставшиеся наличные и с ужасом понял, что снова отдал стодолларовую купюру.

Оливер услужливо добавил:

— Счет был на тридцать один доллар.

Первым порывом Алана было броситься в погоню, но такси уже превратилось в точку на горизонте. Он сжал в кулаке оставшиеся деньги и сердито процедил:

— Черт! Больше никогда не поеду на такси!

«Может, тогда не стоило быть таким щедрым?» — одновременно подумали Брюс и Оливер.

— Сайлент-Хилл забросили много лет назад из-за подземного угольного пожара, — начал Оливер, излагая собранные разведданные. — Огонь потушить невозможно, а дым от него токсичен.

Брюс добавил:

— В досье сказано, что Клинок Искупления похитил зловещий культ, который обосновался в этом городе. Они действуют очень скрытно, информации почти нет.

— У меня вопрос, — встрял Алан, не желая отставать. — Как они вообще умудрились его украсть?

— Его одолжили одному ученому для исследований. Культисты воспользовались моментом и выкрали клинок, — объяснил Брюс, обменявшись с Оливером усталым взглядом. «Этот парень вообще читал материалы дела?»

— Эй, не смотрите на меня так, будто я какой-то NPC для массовки! — гордо заявил Алан. — Бэтс, не хочу показаться нескромным, но я, между прочим, смотрел фильм «Сайлент Хилл». Так что знаю об этом месте побольше вашего.