Безумие Нанауэ

Город Бетель, оккупированный войсками Оси, превратился в неприступную крепость. Это был ключевой транспортный узел, и враг вцепился в него мёртвой хваткой. На городских стенах чернели мощные артиллерийские батареи, державшие под огнём всю линию фронта. Подступы к воротам ощетинились сетью бункеров, готовых встретить любую попытку штурма шквальным огнём.

Солдаты 107-го пехотного полка мёрзли в окопах под пронизывающим снегопадом. С отчаянием они смотрели на город, понимая всю тщетность своих усилий. Несколько атак уже захлебнулись в крови, отброшенные назад ураганным огнём. Остовы подбитых танков, занесённые снегом, служили безмолвным укором — немым свидетельством мощи врага.

Внезапно в заснеженном небе застрекотал вертолёт. Из него выпрыгнула фигура с круглым щитом за спиной — Стив Роджерс. Прыжок с двадцатиметровой высоты для его усиленного тела был пустяком. Приземлившись в сугроб, он тут же вскинул щит и рванулся к ближайшему бункеру.

Не успел он сделать и пары шагов, как воздух прорезал треск пулемётов. Свинцовый ливень забарабанил по вибраниуму, высекая снопы искр, но не в силах остановить капитана. За его спиной, используя щит как мобильное укрытие, жались к земле коммандос, готовя базуки для решающего выстрела.

БУМ!

Ослепительно-синий луч ударил в центр щита. Вибраниум выдержал, но невероятной силы отдача швырнула Стива назад, словно тряпичную куклу. Взрывная волна разметала и оглушила бойцов позади него. Атака захлебнулась, едва начавшись.

Стив с трудом поднялся на ноги. Когда коммандос пришли в себя, они недосчитались троих. Плохое начало.

— Что это было? — спросил он у подбежавшего офицера.

Лучевое оружие. Подобного он ещё не видел. Если бы не слабое свечение, которое выдавало турели перед выстрелом, союзники, вероятно, уже отступили бы. К счастью, скорострельность у этого фантастического оружия была не выше, чем у обычной гаубицы.

— Понятия не имеем, — сплюнул офицер. — Новое оружие этих ублюдков. Одним попаданием сносит танк. Пока мы не заткнём эти пушки, в город нам не войти. — Он с завистью посмотрел на щит Стива. На его поверхности остался лишь лёгкий нагар. — Вот бы нам танки из такого металла… Не остановил бы никто.

К ним подошла Пегги Картер. Бросив быстрый взгляд на городскую стену, она потрясённо проговорила:

— Значит, донесения нашего агента были правдой. ГИДРА получила доступ к новому источнику энергии и уже поставила его на вооружение. — Сомнений не было: речь шла о Тессеракте, найденном Красным Черепом.

— Может, ударить с воздуха? — предложил Стив.

— Бесполезно, — отрезал офицер. — На стенах зенитки, штурмовики не пройдут. А бомбардировщики с большой высоты слишком неточны — мы попадём по мирным жителям. К тому же после ночного снегопада всё вокруг превратилось в минное поле из сугробов и ям. Даже вам в одиночку будет трудно прорваться.

— Мы били по ним из гаубиц, — добавил он с горечью. — Так они полили стены водой. Теперь там сплошной лёд, его снарядами не пробьёшь. А враг прикрывается горожанами, как живым щитом. Мы не можем рисковать ковровыми бомбардировками.

Ситуация зашла в тупик. Бросаться в самоубийственные атаки означало положить здесь весь 107-й полк. Осаждать город — замёрзнуть насмерть в окопах, пока враг греется в тёплых бункерах. Разводить костры было нельзя — ночью они стали бы идеальной мишенью. Ещё одна ночь в этих ледяных ямах — и многие просто не проснутся.

— Глядите… это ещё что за чёрт? — вдруг крикнул один из солдат, указывая вдаль.

Все обернулись. По снежной равнине к ним скользила странная фигура. Человек со спокойным лицом, заложив руки за спину, стоял на спине чего-то большого и серого, что плыло по снегу, как по воде, не оставляя следов.

— Внемлите, смертные! Я, великий монах, прибыл! — прокричал Алан в сторону городских ворот. Затем, не поворачивая головы, бросил вниз: — Нанауэ, осторожнее, впереди ёлка.

Да, это был Алан верхом на Нанауэ. Король Акул, казалось, чувствовал себя в глубоком снегу ничуть не хуже, чем в океане.

— Алан, там опасно! Назад! — в ужасе крикнул Стив.

— Что ты сказал? Хот-догов захотел? Позже! — обернулся Алан. Заметив несущийся на него огненный шквал, он тут же спрыгнул с акулы и дал дёру.

Нанауэ же, не сбавляя скорости, устремился прямо к воротам, подняв тучу снежной пыли и мгновенно стянув на себя весь вражеский огонь. Пули бессильно отскакивали от его толстой шкуры. Энергетические турели не успевали за его стремительным движением — без современной системы наведения попасть по такой быстрой цели было невозможно.

— Эй, есть кто живой? Доставка еды!

Пока всё внимание было приковано к Нанауэ, Алан, пользуясь суматохой, уже скользил тенью от одного бункера к другому. В амбразуру одного летела граната со словами: «Вам посылка!». В другой он заглядывал с ухмылкой: «Обслуживание номеров! Кто заказывал взрывчатку?». А к третьему подкрался с заботливым видом: «Сэр, осторожнее, граната горячая».

Бункеры, казавшиеся несокрушимыми, взлетали на воздух один за другим. Солдаты в окопах смотрели на это с открытыми ртами.

— Что это за сорвиголова?! Да он же один их всех уделает!

— В АТАКУ! НЕ ОТСТАВАТЬ ОТ НЕГО!

По команде офицера солдаты хлынули из окопов, увязая в глубоком снегу. В это время Нанауэ уже добрался до стен и устроил настоящую бойню. Он рвал нацистов голыми руками, не обращая внимания на пулемётные очереди, и полностью оправдывал своё прозвище — Король Акул. В обычной жизни он был послушен, как щенок, но запах крови ударил ему в голову, пробуждая первобытные инстинкты. Рассудок померк, уступив место слепой ярости.

Алан, покончив с бункерами, метнулся к воротам — это место было слепой зоной для орудий на стенах. Подобрав брошенный кем-то гранатомёт, он тремя точными выстрелами разнёс массивные створки.

Дунув на ствол, он с гордостью произнёс:

— Базука. Обожаю эту штуку.

— УБИВАТЬ! УБИВАТЬ! УБИВАТЬ!

— КРОВЬ! НАСИЛИЕ! РЕЗНЯ! ХА-ХА-ХА… — Нанауэ окончательно обезумел. Он больше не различал своих и чужих, одержимый единственным желанием — уничтожить всё живое вокруг.

Хлюп! Хлюп!

Внезапно на спину обезумевшей акулы запрыгнул Алан. Ловким движением он зажал ноздри Нанауэ двумя пальцами.

Король Акул взревел и попытался сбросить его, но короткие руки не доставали до спины. Он мотал головой, метался из стороны в сторону, но Алан держался крепко. Постепенно ярость в его глазах начала угасать, сменяясь растерянностью.

— Хозяин? Где хозяин? — пробормотал Нанауэ, будто очнувшись ото сна, и огляделся по сторонам.

— Я здесь, — отозвался Алан, всё так же восседая на его макушке.

Их взгляды встретились.