Глава 3.0

Жон нырнул за дерево и плотно прижался к нему спиной. Лес вокруг был наполнен звуками, которые время от времени прерывались далеким ревом Гримм. Он дышал часто и прерывисто, но ни звука, ни облачка пара не вырывалось из-под его маски.

— Агент Арк, вам нужно успокоиться.

— Тебе легко говорить! Не за тобой Гримм по всему лесу гоняются!

— За мной гонялись. Гримм привлекает негатив, а сейчас ты, должно быть, излучаешь его в огромных количествах. Если хочешь избежать встречи с ними, ты обязан успокоиться.

Больше всего его раздражало то, насколько спокойным был её голос. Учитывая, что на кону стояла его жизнь, он бы не отказался от капли сочувствия, но ждать его явно не приходилось. «Ладно. Хорошо, нужно успокоиться», — он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Помогло не сильно, но тело хотя бы перестало так явно дрожать. Он сжал рукоять кинжала, который дал ему Ублек — того самого, с которым они тренировались. Он нашел его в ножнах у себя на поясе.

— Что мне нужно сделать, чтобы выбраться отсюда? — спросил он. — Если я выполню задание, я смогу уйти, верно?

— Совершенно верно. Загружаю координаты цели на ваш визор.

Зрение на мгновение поплыло — вернее, экран перед глазами. Через секунду всё вернулось в норму, но теперь в верхней части визора появилась направленная вниз стрелка. — Это маркер пути? Там рядом цифра.

— Это индикатор расстояния, а стрелка показывает направление, — пояснила «Чародейка». — Выбор маршрута за вами, но я бы советовала идти по прямой. Район кишит Гримм, вам стоит завершить это как можно быстрее.

«Да уж, дважды повторять не нужно», — Жон осторожно выглянул из-за дерева, осматривая темный лес. Он никогда не видел Гримм вживую, но видел фотографии и слышал описания. Он был уверен, что узнает тварь, когда увидит. Пока что горизонт был чист. Это не обязательно означало безопасность. «Ну, вариантов у меня немного. Я не знаю, какая дорога ведет обратно в Вейл, а «ССВ» отправит меня в Ансель, если я струшу сейчас».

Выбор был очевиден. Жон вздохнул и коснулся маски: — Ночное видение.

Визор вспыхнул зеленым, как и почти всё вокруг. Всё же это позволило видеть чуть дальше. Он выскользнул из-за дерева и короткими перебежками двинулся к следующему, стараясь держаться направления стрелки.

— В Биконе тоже есть своя инициация, — сказала «Чародейка». — Проверка в боевых условиях необходима, чтобы увидеть, проявит ли человек себя или сломается под давлением. Используйте это время, чтобы акклиматизироваться в Изумрудном лесу.

Акклиматизироваться, значит? В списке вещей, которые ему сейчас хотелось, это стояло на последнем месте. Ни за что. Он доберется до финиша так быстро, как только сможет, а потом выскажет Ублеку всё, что о нем думает.

По крайней мере, форма защищала от холода. Должно быть, была уже полночь; осколки луны висели высоко в небе, ветер подхватывал палую листву и заставлял ветви деревьев стонать. Несмотря на это, Жону было тепло и уютно, и он без труда бежал трусцой через лес. Колючки и ветки, хлеставшие по нему, не могли пробить плащ или брюки. Хоть какие-то маленькие радости.

Счетчик показывал уже несколько сотен единиц, хотя было неясно — футы это, метры или что-то ещё. Он мог бы спросить девушку на другом конце линии, но не был уверен, что хочет этого. Она была причастна к тому, что он здесь оказался, и это не добавляло ей симпатии в его глазах.

Его мысли прервались, когда он продрался сквозь кусты и выбежал на поляну. Причина, по которой лес здесь расступался, была ясна: перед ним выросла огромная коричневая скала. Путь преграждал почти вертикальный склон. Это была не гора, а скорее гребень хребта, у подножия которого он оказался, но лес был таким густым, что он не заметил его заранее.

— Ты знала об этом, «Чародейка»?

— Хребет отмечен на моих картах, да.

— И ты не подумала меня предупредить?

— Вы не спрашивали. Если хотите, я могу загрузить карту на ваш визор.

Жон стиснул зубы. — Хочу.

— Очень хорошо. Вы можете вызывать её по желанию, но советую не задерживаться. Будет трудно заметить приближающихся врагов, если вы отвлечетесь.

Карта наложилась прямо поверх изображения перед глазами. Потребовалось время, чтобы привыкнуть и научиться считывать информацию. Казалось, что карта расположена слишком близко — будто он буквально прижал листок бумаги к лицу. С этим вряд ли можно было что-то поделать, оставалось только запомнить, что в будущем стоит брать настоящие карты. Через несколько секунд он нашел свое местоположение — в основном благодаря крошечной точке, которую добавила «Чародейка». Ещё одна точка была выше, рядом с крестиком, обозначавшим цель. Расстояние не казалось большим, но хребет определенно стоял на пути. Обход означал бы огромный крюк — гребень выравнивался только в полутора километрах отсюда.

— Этот обход займет кучу времени, — сказал он, убирая карту.

— Вы могли бы взобраться на него.

Жон посмотрел на почти отвесную стену и побледнел. — Ну да... я как-то не очень уверен в своих навыках скалолазания. Пожалуй, пойду длинным путем.

— Вам не придется долго карабкаться, — сказала «Чародейка», заставив его остановиться. — Посмотрите на наручи у себя на запястьях. Видите кнопку сверху?

Он даже не осознавал, что на его руках что-то есть, не говоря уже о каких-то кнопках. Как она и сказала, на обоих предплечьях была закреплена деталь, которую он принял за броню. Она начиналась у запястья и заканчивалась чуть ниже локтя. — Вижу.

— Одно из преимуществ технологий Атласа — встроенное альпинистское снаряжение и гарпуны. Если направите руку на скалу и нажмете кнопку, выстрелит штифт, который раскроется при попадании в цель. После этого вы сможете подтянуть себя.

— Типа крюка-кошки? — спросил Жон, мгновенно вспомнив видеоигры. Там эти штуки выглядели поменьше, но игры, наверное, не учитывали трос, который наверняка был намотан внутри этой странной конструкции.

— Я... полагаю, это неплохое сравнение. В любом случае, помните: это даст огромную нагрузку на мышцы рук. Вы можете использовать это только при сильной ауре, иначе вы просто вырвете руку из плечевого сустава.

«Какая «приятная» перспектива», — Жон настороженно кивнул и нацелил правую руку куда-то в район вершины гребня. Левой рукой он нажал на кнопку и слегка пошатнулся от отдачи пневматического выстрела. Звук был тише, чем он ожидал, но всё равно казался громким в тишине Изумрудного леса. Послышался глухой удар, а затем щелчок — металлический крюк впился в камень.

— Вы можете подтягиваться той же кнопкой, но делайте это медленно, — наставляла «Чародейка». — Не пытайтесь разогнаться с места до полной скорости, иначе травмируетесь. Держите темп, с которым обычно лазают по канату.

Жон не стал уточнять, что в жизни не лазил по канатам, и просто подошел к подножию. Трос провис, но он подтянул слабину нажатием кнопки, пока нить не натянулась. Осторожно он уперся ногой в скалу и подтянулся ещё немного.

Крюк держал. Он уперся второй ногой и подтянулся сильнее.

— Работает, — прошептал он, переставляя ноги. Благодаря тросу, закрепленному на руке, и помощи второй руки, он не столько карабкался, сколько буквально шел вертикально вверх по скале. Рука ныла от напряжения, но Аура оберегала его от травм.

— Когда доберетесь до конца троса, зафиксируйтесь и используйте вторую руку, чтобы выстрелить выше. Повторяйте процесс, пока не окажетесь наверху. Если отпустите фиксатор, трос отсоединится от крюка. В каждом наруче по три запасных крюка.

Кажется, они продумали всё. Жон кивнул и сосредоточился на медленном подъеме, стараясь не смотреть вниз из страха перед тем, что увидит. В голове проносились кошмары о том, как крюк срывается, но он держал крепко. Достигнув точки первого выстрела, Жон немного успокоился, поймав ритм.

Он уцепился за выступающий камень, всё еще вися на тросе, нацелился левой рукой и выстрелил новым крюком выше по склону. Тот вонзился в породу, и Жон смог отсоединить первый трос, как учила «Чародейка».

Дело шло медленно; потребовалось ещё два выстрела, но в конце концов он добрался до вершины. Перекинув ногу через край, он затащил себя на ровную площадку. На всякий случай он выстрелил ещё раз в дерево неподалеку, используя лебедку, чтобы оттащить себя подальше от края обрыва.

— Хух, это оказалось проще, чем я думал.

— Эти инструменты созданы для того, чтобы дать вам любое необходимое преимущество. «ССВ» не жалеет средств, чтобы вы могли выполнять свою работу быстро, легко и с минимальным риском.

Всё это замечательно, если не считать того, что он застрял ночью в лесу. Он по-прежнему не чувствовал себя в безопасности.

В кустах впереди что-то зашуршало.

Кинжал мгновенно оказался в руке, направленный в сторону звука. Жон следил за кустами, краем глаза отмечая расстояние до края обрыва за спиной. Драться здесь было плохой идеей, даже если был шанс выманить тварь на бросок и заставить её улететь вниз. Задумка неплохая, но если он не успеет увернуться — сам превратится в лепешку на дне. Он отступил в сторону, осторожно обходя кусты по дуге. Чародейка, на удивление, молчала. Возможно, она тоже почувствовала опасность.

Мгновения растягивались в вечность. Мышцы то напрягались, то расслаблялись, взгляд метался из стороны в сторону. Он пытался вспомнить уроки Ублеку, но в голову лезло только то, каким жалко маленьким кажется оружие в его руке.

— Я справлюсь, — прошептал он, зная, что его голос не слышен снаружи. — Я же всё равно собирался стать охотником, так что это чепуха.

Листва снова затрепетала. Жон присел, держась пониже к земле. Дыхание перехватило.

Из кустов выпрыгнул крошечный кролик.

За волной облегчения немедленно последовала почти такая же мощная волна стыда. Он прямо-таки представлял, как «Чародейка» смеется над ним. Он убрал кинжал в ножны только со второй попытки — руки всё еще дрожали. Ночь была королевой теней, заставляющей людей прыгать от каждого шороха, и его нервы едва справлялись.

«Ну и идиот же я», — подумал он. «Отец бы не стал пугаться первого же звука».

Кролик взглянул на него и принюхался, шевеля крошечным носом. Его уши дернулись в сторону Жона, затем назад, и он прижался к земле. Внезапно зверек метнулся прямо к его ногам, напугав парня, проскочил между ними и умчался прочь вдоль хребта.

— Что это ещё было?

— Травоядные не бегут навстречу хищникам, — отметила «Чародейка». — Если только они не убегают от хищника покрупнее.

— О чем ты?..

Он не успел договорить — его рот в ужасе захлопнулся. Кусты, что шуршали раньше, теперь раздвинулись под напором массивного существа, целиком состоящего из черноты. Внешне оно напоминало волка, но передвигалось на двух ногах и было добрых семь или восемь футов ростом. Красные глаза на мгновение проследили за убегающим кроликом, но быстро переключились на другую добычу. Добычу, которая излучала достаточно страха, чтобы разжечь аппетит.

— Беовульф, — спокойно констатировала «Чародейка». — Средних размеров, не особо опасен.

Жон был готов поспорить. Длинные мощные лапы венчали бритвенно-острые когти, из огромной пасти капала слюна и вырывались облачка пара. Одного его веса хватило бы, чтобы раздавить парня, и не было сомнений — тварь знает, как пускать в ход когти и зубы. Жон застыл на месте. Он не смел пошевелиться.

Беовульф же страха не ведал. С яростным ревом он прыгнул на него.

— Черт! — это было всё, что он успел выкрикнуть перед тем, как тварь врезалась в него, прижимая к земле с невероятной силой. Страх и паника сработали раньше, чем его скудная подготовка; он выставил левую руку перед мордой монстра, надеясь не подпустить его к горлу. Беовульф сомкнул челюсти, и Жон охнул. Боли не последовало — тварь вцепилась в наруч на его левой руке. Броня «ССВ» пока держалась, но неизвестно было, на сколько её хватит.

Он отчаянно пытался дотянуться до кинжала, но его бедра были прижаты весом Беовульфа. Зверь мотал головой, пытаясь оторвать ему руку. Глотая слезы, Жон уперся правой ладонью в плечо монстра, стараясь отпихнуть его и достать оружие. Тварь не двигалась. «Слишком тяжелая!»

Неужели всё закончится так? Смерть от первого же Гримм, встреченного на пути? Это казалось слишком нелепым, слишком жалким — даже для него. Слезы обиды щипали глаза. Он не собирался умирать здесь. Не раньше, чем получит шанс хотя бы раз врезать Ублеку по лицу!

Гримм с силой сжал челюсти. Что-то треснуло и раскололось, но это был механизм гарпуна, а не его кость. Черный металл был сорван с руки, наконец обнажив её. Беовульф на мгновение замер, изучая обломки в пасти, возможно, не понимая, что это было.

«Точно!», — свободная теперь рука Жона ударила по правому предплечью, пальцы вдавили все кнопки сразу. Раздалось шипение сжатого воздуха: правый наруч выстрелил металлическим штифтом прямо в плечо существа. Плоть и кость поддались с тошнотворным хрустом. Брызнула черная кровь — было очевидно, что снаряд пробил тварь насквозь. Послышался металлический лязг — крюк раскрылся и рванул назад, впиваясь в монстра, который взревел от мучительной боли.

Жон отсоединил трос и выстрелил ещё раз, на этот раз ниже. Эффект был таким же; удар отбросил Гримм в сторону. Тварь пошатнулась и упала, но через секунду была уже на ногах, шипя в болезненной ярости.

Кинжал с тихим свистом вышел из ножен. Жон часто и тяжело дышал, пригнувшись к земле и оскалив зубы — чего, конечно, не было видно за маской. «Я справлюсь», — твердил он себе. — «Я обязан справиться».

Они начали кружить друг против друга, выискивая брешь. Гримм двинулся первым, бросаясь по траве и вставая на задние лапы. Когти полоснули воздух, Жон увернулся назад, слегка споткнулся, но удержал равновесие, привалившись к дереву. Через мгновение ствол дерева был перерублен пополам — парень успел пригнуться под ударом лапы.

«Нужно подобраться ближе», — так говорил Ублек. Его крошечный кинжал был бесполезен на дистанции, а радиус атак Гримм был слишком велик. Если он окажется вплотную, тварь сможет бить его только локтями. Это был единственный шанс.

План по сближению был прост — хотя и малоприятен.

Когда Беовульф пошел в следующую атаку, Жон не стал уворачиваться. Он стиснул зубы и выставил левую руку. Когти ударили по ней; Жон вскрикнул от боли, Аура вспыхнула, но тело выдержало. Он нырнул под челюсть монстра и с влажным чавканьем вогнал кинжал ему в грудь.

Беовульф отшатнулся назад. Жон последовал за ним.

Он не давал твари ни секунды передышки, не давал восстановиться. Его рука взлетала и опускалась без всякого изящества или точности; звуки борьбы больше напоминали бойню, чем благородный поединок. Он колол и колол, потому что это было единственное, о чем он мог думать. Вскоре передняя часть его формы была залита кровью. Но даже тогда он не остановился.

Он не прекратил, пока не повалил тварь на землю и не вонзил клинок ей прямо между глаз. Только когда существо окончательно перестало двигаться, а части его тела начали медленно исчезать, Жон остановился. Он тяжело дышал, стоя на коленях над поверженным врагом и упиваясь своей победой.

Ощущения были отвратительными. Не было ни гордости, ни славы, о которых он грезил, ни особого чувства свершения. Это было грязное и жестокое убийство, и ничего больше. «Идеально для того, у кого нет никакой подготовки. Неудивительно, что Ублек хотел, чтобы я действовал именно так».

Адреналин всё еще кипел в венах, когда Гримм окончательно испарился, но руки и ноги хотя бы перестали дрожать. Он шатаясь поднялся и провел тыльной стороной ладони по маске. Это лишь размазало кровь и никак не помогло убрать пот с лица. Хмыкнув, он вздохнул и прошептал слова, которые в первый раз его сгубили: — Распыление.

На этот раз усыпляющего наркотика не последовало. Лицо обдало прохладной, мягкой влагой. Он облегченно выдохнул.

— Твоя первая победа, — сказала «Чародейка». — Молодец.

— Пожалуйста, не порть момент.

— Я тебе не очень-то нравлюсь, да?

Жон замялся, не зная, что ответить. Общение с девушками никогда не было его сильной стороной. Обычно он замыкался в себе и выставлял себя дураком, но сейчас, когда адреналин зашкаливал, а в ноздри забивался запах крови... он больше боялся, что скажет что-то резкое. — Не обращай внимания, — вздохнул он. — Я не в духе. Извини, если срывался на тебе.

— Это понятно. Я сама когда-то была на твоем месте, и радовалась этому не больше твоего.

— Тебя тоже забрасывали в Изумрудный лес?

— Не совсем, — в её голосе прозвучали ностальгические нотки; он прямо-таки представил, как она откидывается на спинку кресла с улыбкой. — Я проснулась посреди лагеря «Белого Клыка», точнее, на их чердаке. Разумеется, они не знали о моем присутствии, но моей задачей было шпионить за их собранием. Перспектива была пугающей.

Он мог себе представить. Значит, вся эта затея с газом и заброской была типичной инициацией в «ССВ». Он не знал, должно ли ему стать от этого легче. — И как всё прошло?

— Я выполнила задание без особых трудностей.

Ой. Умеет же она заставить человека почувствовать себя ничтожеством. «Чародейка», видимо, заметила это, потому что её голос смягчился. — Справедливости ради, к тому моменту у меня за плечами был целый год подготовки. У тебя не было и дня, но я полагаю, что твоя неопытность была учтена. Так близко к цивилизации ты вряд ли встретишь Гримм крупнее того, с которым только что справился. Это... немного проще того, с чем сталкивается большинство агентов-новичков.

Ну, по крайней мере, они не отправили его на самоубийственное задание.

— Твое вступительное испытание также адаптировано под твои будущие обязанности.

— О чем ты?

— Тебе предстоит внедриться в Бикон под видом охотника, поэтому твоя инициация здесь — это переход через Изумрудный лес, где встреча с Гримм была неизбежна. Моя миссия заключалась в шпионаже за «Белым Клыком», именно ради этого меня и взяли на службу.

В этом был смысл. Возможно, лучше было перепугаться сейчас, когда «Чародейка» могла помочь, чем на официальной инициации Бикона. Если подумать, провал в Биконе означал бы, что он туда вообще не попадет, и время «ССВ» будет потрачено впустую. Что ж, он этого не допустит.

— Ты, кажется, много знаешь обо мне и о том, почему меня завербовали.

— Директор Ублек счел нужным ввести меня в курс дела. Я буду частью твоей команды на любых полевых заданиях, поэтому мне важно знать твои сильные и слабые стороны.

А последних было куда больше, чем первых. Он был благодарен ей за то, что она не стала на этом акцентировать внимание. — Разве это не значит, что тебе стоит представиться?

— Я уже представилась, — она замолчала. — Или ты имеешь в виду мою настоящую личность? Боюсь, на данный момент это запрещено. Когда Директор решит, что ты достаточно опытен, уверена, ты понимаешь. Пока же продолжай звать меня «Чародейкой».

— Есть ещё кто-то, о ком мне стоит знать?

— Пожалуй, наш лидер группы. Его позывной — «Авангард». Уверена, вы скоро встретитесь. А пока продолжай движение к цели.

Жон кивнул и сверился с визором, с радостью отметив, что он уже близко. Он убрал кинжал в ножны, но держал руку на рукояти, крадучись между деревьями. Крюки у него закончились, но, судя по всему, обрывов впереди больше не было. Карта показывала, что впереди лишь короткий переход через лес до скалистого холма. Кажется, там ничего не было, но точка рандеву находилась именно там.

К счастью, больше Гримм на пути не попалось, или же ему дьявольски везло обходить их стороной. Путь занял минут десять — в основном из-за его осторожного шага, — но в конце концов он заметил подъем. Улыбка озарила его лицо, когда он преодолел последнюю дистанцию и взобрался на холм, оказавшись среди нескольких высоких нависающих скал. Дыхание перехватило.

Это был Бикон.

Холм, на котором он стоял, был самым высоким в округе, и отсюда открывался идеальный вид на саму Академию. Он видел фотографии, но они не шли ни в какое сравнение с реальностью. Даже в темноте она была прекрасна. Высокая башня, возвышающаяся в центре, притягивала взгляд, не в последнюю очередь благодаря зеленым огням внутри. «Она похожа на маяк. Теперь понятно, почему её так назвали. Если ты заблудился в Изумрудном лесу, можно залезть на дерево и ориентироваться по ней».

Главные здания были не менее впечатляющими: длинные извилистые арки, серые стены под темными крышами. Шпили и башенки придавали академии сходство со сказочным замком.

— Это то, что они хотели мне показать? — спросил он.

«Чародейка» не ответила.

Он собирался повторить вопрос, когда странный шум привлек его внимание, заставив отступить в тень одной из скал. Это не был природный звук — по крайней мере, его издавало не животное. Это было глухое гудение, которое медленно нарастало. Оглянувшись назад, он увидел темную фигуру, приближающуюся к академии и скользящую над самыми верхушками деревьев. Она шла так низко, что пролетала над его холмом всего в двадцати метрах.

«Это Буллхэд? Может, это за мной? Я добрался до точки эвакуации, наверное, прислали кого-то забрать меня».

Жон вышел из тени скалы, подняв руку вверх. Внезапно кто-то повалил его на землю.

Он вскрикнул и попытался лягнуть нападавшего, чтобы скинуть его с себя. Тот лишь хмыкнул, легко приняв удар, и перевернул его на спину, прижав к траве. Жон замер, глядя в черное лицо — но не морду Гримм. Это была гладкая черная поверхность маски со странной белой отметиной — треугольником под глазом.

— Лежи тихо, — прошипела фигура. Голос транслировался прямо в его маску. — Ни звука.

Жон поморщился, когда транспортное средство пролетело прямо над ними. Поднятый им ветер зашуршал листвой и заставил одежду хлопать. Фигура над ним не шевелилась, и оба они замерли в неестественной неподвижности. Только когда гул затих вдали, незнакомец слез с Жона и опустился на колено у одной из скал. Жон остался лежать на спине, не зная, можно ли ему шевелиться и если да, то куда деваться. «Что происходит? Почему здесь другие члены «ССВ»?»

Незнакомец коснулся своей маски, и Жон услышал в ухе мужской голос: — Директор, мы на позиции.

— Очень хорошо, — отозвался знакомый голос. — Приятно видеть, что ты тоже справился, Жон.

— Ублек?

— Ну-ну, не стоит так кричать, — послышался шелест ткани за спиной, и из-за выступа скалы появилась вторая фигура. — Сиди тихо, Жон. Нам не нужно, чтобы нас заметили, — он указал на Бикон и на Буллхэд, который только что пролетел мимо них. — На вопросы отвечу позже. А пока — смотри представление.

Жон стиснул зубы, но послушался. Когда Ублек опустился на колено рядом с другим мужчиной, он сделал то же самое, прислонившись к камню для опоры. Те двое выглядели спокойными и уверенными, поэтому он тоже расслабился, используя функцию увеличения на визоре. Буллхэд замедлился, приближаясь к Бикону, его двигатели развернулись, переводя машину в режим зависания, а затем он начал медленно снижаться. В свете огней академии стал виден глянцево-белый корпус с символом посоха, наложенного на шестерню.

— Атлас, — пояснил Ублек, видимо, считав невысказанный вопрос. — Точнее, военные Атласа.

Жон нахмурился. — Но что военным Атласа делать в Биконе?

— Это вопрос на миллион льен, — проворчал незнакомец. — «Чародейка», были ли в последнее время запросы на дипломатический или военный доступ со стороны Атласа?

— Ни единого, «Авангард», — ответила Чародейка. «Так это был Авангард?».

— Я проверила архивы военных, Совета и запросы самого Бикона. Эта встреча нигде не зафиксирована.

— Тц. Как и ожидалось.

Жон в замешательстве посмотрел на «Авангарда». Все эти термины и понятия проходили мимо него, но общую суть он улавливал. Не стоило военным кораблям летать так близко к столице другого государства, и если никто об этом не знал, то это был нелегальный визит. Не объявление войны, иначе Ублек выглядел бы куда более встревоженным, но определенно нечто из ряда вон выходящее... что и объясняло их присутствие здесь.

Трап самолета опустился сразу после посадки. Его ожидали две фигуры — мужчина в зеленом костюме с седыми волосами и блондинка в очках.

— Директор Озпин и его заместитель, Глинда Гудвич, — прокомментировал Ублек. — Они руководят Биконом.

Люк Буллхэда открылся. Наружу вышли несколько вооруженных солдат с винтовками наперевес, но преподаватели, казалось, ничуть не беспокоились. Когда солдаты оцепили площадку, из самолета вышла высокая и внушительная фигура. Жон мгновенно прильнул к визору.

— Генерал Джеймс Айронвуд, директор академии Атласа и командующий армией. Он, без сомнения, самый могущественный человек в Атласе — занимает два кресла в Совете и обладает огромным влиянием, — пояснение «Чародейки» явно предназначалось для Жона, и он кивнул.

— Но что генерал другой страны делает в Вейле?

— Не в Вейле, пацан, — бросил «Авангард». — В Биконе. Есть существенная разница.

— Географически — да, но не юридически, — добавил Ублек. — Дорогая, ты уверена, что визит не санкционирован?

— Абсолютно, Директор.

— Я тебе верю. Что ж, как любопытно. «Авангард», записывай всё, что видишь, сосредоточься на их взаимодействии. Сомневаюсь, что это даст много зацепок, но мы отдадим запись специалистам, пусть попробуют прочитать по губам, о чем они говорят.

«Авангард» кивнул и что-то прошептал себе под нос, оставив Жона и Ублеку наблюдать за встречей. О чем бы Айронвуд ни говорил с остальными, расстояние было слишком велико, чтобы услышать хоть слово. И всё же манера их общения говорила о многом. Айронвуд шагнул вперед, чтобы поприветствовать Гудвич, а затем крепко, но дружелюбно пожал руку Озпину. Это явно не была принудительная встреча, и то, как они улыбались и смеялись, подтверждало это.

Более интересным было то, что из нижней части Буллхэда начал опускаться какой-то грузовой отсек. Четыре солдата стояли по углам большого деревянного контейнера.

— А это что? — спросил он.

— Этот вопрос мучит и меня, мистер Арк, — ответил Ублек. — Сильно сомневаюсь, что об этом найдется хоть какая-то запись, учитывая тайный характер встречи, но я определенно хочу знать, что там внутри. «Чародейка»?

— Ничего, сэр. Простите.

— Неважно. Мы получили то, за чем пришли, не так ли, Жон?

Слова доходили до сознания Жона, но едва задерживались. Он никогда не считал себя любопытным парнем, по крайней мере, в плане глобальных тайн. Но здесь что-то изменилось. Озпин встречается с Айронвудом, генералом другого Королевства, на секретной встрече глубокой ночью за несколько дней до начала учебного года. В этом было столько странностей, что становилось не по себе.

Он хотел знать «почему». Нет, ему нужно было знать. И то, что они замышляли, и то, что находилось в том ящике, который солдаты так бережно сопровождали в здание школы. Загадка снедала его.

— Это то, что вы хотели мне показать, — прошептал он. — Вся эта затея была не для того, чтобы проверить меня, а чтобы показать, что происходит. Чтобы я понял.

«Авангард» хмыкнул: — Неплохо.

— Я же говорил тебе, что у него острый ум, когда он берется за дело, — сказал Ублек. — Требуется особый склад характера, чтобы признать свою слабость и искать пути её обхода, даже если это означает подделку документов. Ты прав, Жон. Это то, что мы хотели тебе показать. Нам нужно было, чтобы ты понял: здесь всё всерьез. Это не игра. — Ублек тихо выдохнул. — Что-то затевается, мальчик мой. Что-то крупное.

— И наша работа — выяснить, что именно, — добавил Жон.

— И остановить это, если потребуется, — закончил «Авангард». — Ублек, ты прав. Думаю, он готов.

— Я тоже так считаю. Неотесан, но соображает быстро. Я отдаю свой голос «за».

— Не могу не согласиться, — произнес Ублек. — С тем Беовульфом ты тоже неплохо справился.

Глаза Жона округлились. — Вы это видели?!

— Мы были с тобой на каждом шагу, мальчик мой, — старший мужчина откинул голову и рассмеялся. — Разве я не говорил тебе раньше, что ты — инвестиция? Мы бы не оставили тебя одного на растерзание. В какой-то момент ситуация выглядела скверно, но ты сумел найти решение своей проблемы с Гримм, — маска слегка качнулась. — Не переживай из-за своей маленькой паники. В первый раз все замирают. Во второй раз — уже нет. Что думаешь, Ван?

— Было грубо, — отрезал «Авангард». — Тебе нужны тренировки.

— Но если он смог добиться такого всего за один день...

— Хм, знаю, — «Авангард» скрестил руки и оглядел Жона с ног до головы. — Смотри, чтобы мы не пожалели об этом выборе. Не подведи нас.

— Не подведу, — сказал Жон, и впервые в жизни он действительно это чувствовал. Раньше это всегда было обещанием, рожденным из наивности и упрямства. Теперь же уверенность была твердой, закаленной. Он снова посмотрел на атласский Буллхэд, но все уже скрылись внутри академии, и смотреть было больше не на что.

— Пойдем, — сказал Ублек. — Пора возвращаться домой. Мы получили то, зачем пришли.

/-/

Как им удалось вернуться, не вызвав подозрений, Жон понятия не имел. Никто из них не снимал масок; они держались крыш и переулков, и, честно говоря, он просто следовал за Ублеком и «Авангардом». Казалось, те точно знают, что делают. К тому же он наконец понял, где слышал голос «Авангарда» раньше. Это был тот самый громила, который похитил его в первый раз. Извинений на этот счет, судя по всему, не предвиделось, а сам Жон не чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы их требовать.

Когда они благополучно вернулись в здание ССВ, Ублек снял маску — знак для Жона сделать то же самое. «Авангард» свою оставил, желая сохранить анонимность.

— Теперь ты понимаешь нашу обеспокоенность судьбой Бикона, — сказал Ублек, усаживаясь за стол. — Есть много вещей, которые заставляют нас быть начеку: возросшая активность «Белого Клыка», волна краж Праха и даже необычные маневры Торчвика. Добавь к этому Озпина, заигрывающего с генералом Айронвудом прямо под носом у Совета, и ты поймешь, почему мы не сводим с них глаз.

— Да, понимаю, — даже с его скудными познаниями ситуация выглядела скверно. А ведь наверняка было еще больше того, чего он не понимал. — Но как сюда вписываются кражи Праха? Разве это не происходит постоянно?

— Большинство украденного Праха продается на черном рынке, — объяснил Ублек. — Даже если мы не можем его вернуть, мы видим, когда он появляется в продаже, или хотя бы отслеживаем спрос и предложение, чтобы понять, не вывозят ли его из страны.

Но этот Прах не всплывает ни здесь, ни где-либо ещё. Это создает экономический дефицит, но не это наша главная забота.

— Важнее «зачем» и «для кого», — вставил «Авангард», — его маска повернулась к Жону. — Если им не нужны деньги, значит, им нужен сам Прах для использования. И это проблема, учитывая, что объемы краж растут. Чем больше украдено, тем масштабнее будут последствия, когда его пустят в ход. А тут еще и Фестиваль Вайтела на носу.

Ублек поморщился. — Да, и это будет настоящая буря. Международные события — это всегда головная боль, — добавил он для Жона. — Если что-то пойдет не так, ответственность ляжет на Вейл, поэтому безопасность мероприятия имеет первостепенное значение. Разумеется, есть явная охрана, а есть — мы.

— И от нас ждут, что мы выясним, не замышляется ли чего, — закончил Жон. — И нас же, вероятно, обвинят, если что-то случится.

— Не публично, но в частном порядке — да. Совет ждет, что мы будем готовы, и мы будем. Если кто-то и хотел навредить Вейлу, лучшего момента не найти, — он вздохнул. — В ближайшие месяцы работы у нас станет в разы больше, и Озпин выбрал худшее время для своих игр.

— Или лучшее, — вставил «Авангард». — Мы ведь будем отвлечены.

— Само собой. Это очевидно, — он оперся руками о стол и посмотрел на присутствующих. — Господа, и «Чародейка», я знаю, ты слушаешь. Перед нами стоит целый ворох проблем. Не буду лгать: впереди нас ждут трудные времена.

Жон нервно заерзал, но нашел утешение в том, что «Авангард» даже не шелохнулся.

— А когда они были другими? — спросил здоровяк. — Обычные будни.

Ублек хмыкнул и откинулся на спинку кресла. — Жон, твоя задача не изменилась, но, возможно, теперь ты осознаешь масштаб цели, которую мы просим тебя исследовать. И понимаешь всю сложность миссии.

— Озпин, — произнес Жон, чувствуя легкую тошноту. Он думал, целью будет другой студент, а не кто-то настолько влиятельный. С другой стороны, зачем им вербовать кого-то вроде него, если бы нужно было следить за обычным человеком? — Вы хотите, чтобы я шпионил за Озпином. Вот почему то, что он принял меня в Бикон, стало таким важным моментом.

— Именно. Он знал, что твои документы фальшивые, но так хотел видеть тебя в академии, что пошел на риск. Если у него есть на тебя планы — мы хотим о них знать.

— Но что мне делать? Как я могу шпионить за таким человеком?

— Стань тем, кем он хочет тебя видеть, — ответил «Авангард». — Заглядывай ему в рот, делай, что велят — будь идеалистичным и легкоуправляемым ребенком, жаждущим похвалы и признания.

— То есть быть самим собой, — вздохнул Жон. — Точнее, тем, кем я был раньше.

Звучало просто, но он понимал, что это не так. Если Озпин умудрялся водить за нос Совет и «ССВ» до этого момента, то он явно не был дилетантом. Даже думать так было глупо — этот человек был вдвое старше него и принимал важные решения ещё до рождения Жона.

— Это кажется безумием, — он покачал головой. — Слушайте, я понимаю, что мне нужно делать и зачем. Я просто не понимаю «как». Я не могу к нему подступиться, и если он сам не решит мне довериться, я ничего не узнаю. Как мне вообще зацепиться хоть за что-то?

— Можешь начать с того, что проследишь за его недавними делами, — раздался женский голос. В комнату вошла высокая женщина, хотя она была ниже и Жона, и «Авангарда». На ней тоже была черная маска, а на голову накинут капюшон.

Он узнал голос. — «Чародейка»?

— Во плоти, — сказала она, изобразив легкий поклон. Она подошла к Ублеку и положила папку ему на стол. — Похоже, Озпин сегодня был очень занят. Я решила проверить список абитуриентов на следующий год, и в одном деле нашлась весьма необычная пометка.

— Что там? — спросил «Авангард».

Ублек долго молчал. Он перелистывал страницы, время от времени хмыкая и потирая подбородок. С каждой минутой его выражение лица становилось всё мрачнее. Ждать было трудно, но ни «Чародейка», ни «Авангард» не шевелились, поэтому он тоже замер. Наконец Ублек закончил и отложил папку.

— Хорошая работа, «Чародейка». Это ценные сведения. Ты правильно сделала, что принесла их мне, — он принял кивок женщины и повернулся к мужчинам в комнате. — Озпин сделал… скажем так, добавление в список в самый последний момент. В буквальном смысле — бумаги были оформлены этой ночью, прямо у нас под носом.

— И что в этом странного? — спросил Жон. — Он ведь директор. Это часть его работы.

— В обычной ситуации — ничего странного, нет. Но обстоятельства настораживают. Начнем с того, что кандидату всего пятнадцать лет.

— Вундеркинд? — спросил Авангард.

— В какой-то степени, но недостаточно для экстерната. Она талантлива, но в плане теории ей будет не хватать двух лет подготовки. Двух очень важных лет. Более того, беспокойство вызывает её семья. Она племянница Кроу Брэнвена.

«Авангард» тут же что-то прорычал, и даже «Чародейка» скрестила руки с явным раздражением. Она заметила недоумение Жона и пояснила: — Кроу Брэнвен — охотник, находящийся под прямым началом Озпина. Он абсолютно лоялен директору, насколько мы можем судить, и он чрезвычайно опасен.

— И хитер, — проворчал «Авангард». — Появился из ниоткуда, никаких записей, исчезает без предупреждения. Его почти невозможно отследить. Поверь, мы пытались, — он посмотрел на Ублеку. — Думаете, это одолжение Брэнвену? Может, просто кумовство. Гнило, конечно, но ничего особенного.

— Так могло бы быть, если бы Кроу Брэнвен знал об этом или приложил руку. Но, судя по всему, эта юная леди столкнулась с Торчвиком и смогла продержаться — правда, едва-едва. Каким-то образом этого сочли достаточным, чтобы зачислить её в Бикон экстерном.

«Авангард» фыркнул: — Чушь собачья. Люди сталкиваются с преступниками каждый день, и их за это не награждают. Бьюсь об заклад, он даже не дрался с ней всерьез, иначе она была бы мертва.

— Именно. Согласно сводкам, она лишь преследовала его, и по факту мисс Гудвич пришлось её спасать. То, что это привело к зачислению... весьма интересно. Он хочет видеть её в Биконе — и хочет настолько сильно, что готов рискнуть лояльностью своего главного «инструмента», проталкивая её. — Ублек встал и взял папку. Он бросил её Жону, который неуклюже её поймал. — Ты спрашивал, как узнать мотивы Озпина. Вот твой первый шаг. Найди эту девочку. Поговори с ней, пойми её, подружись с ней. Выясни, зачем она нужна Озпину, и, возможно, полдела будет сделано.

Жон настороженно открыл папку. На фото была девочка, на вид совсем крошечная, с бледной кожей и серебряными глазами. «Милая» — это было единственное слово, которое приходило на ум; даже если со временем она станет красавицей, сейчас она выглядела совсем по-детски, почти как эльф. Пятнадцать лет... действительно, слишком рано для такой жизни. Она начнет убивать монстров раньше, чем ей официально разрешат пить алкоголь.

— Руби Роуз, — прошептал он, пробуя имя на вкус. — Она — моя первая цель?

— Именно так, Агент Арк. Нет… ты прошел инициацию и был принят в ряды «ССВ». — Ублек коснулся его плеча и улыбнулся. — Думаю, пришло время дать тебе позывной.

Жон оживился. Он посмотрел на остальных, но те не подавали виду. Он неловко выпрямился. От него чего-то ждали?

— Отныне в рамках «ССВ» ты будешь известен под своим новым обозначением, своим новым кодовым именем. Добро пожаловать в семью, и пусть ты всегда будешь её частью, «Крыса».

Жон замер. — П-простите, что?

— Крыса, — повторил Ублек. — Это твой позывной.

«Авангард» прыснул: — Поздравляю, Крыса.

У Жона дернулся глаз.