Глава 29.0

Сердце Жона бешено колотилось в груди. Дыхание перехватило. Он не сводил глаз с Романа, пока тот в ответ смотрел на него с ленивым безразличием. В голове вспыхивали все предупреждения Ублека о том, что произойдет, если его прикрытие будет раскрыто, и все они сводились к одному итогу. Он умрет. Его единственной надеждой была Сиэль, поддержка, но её оттеснила Нео.

Это должно было стать первым сигналом о том, что что-то не так. Должно было насторожить его. Он расслабился. Привык, что всё как-то само собой улаживается. И вот, в один миг, всё пошло прахом.

— Слов нет? — съязвил Роман, франтовато взмахнув рукой. — Никаких умелых протестов? Никакого: «Вы, должно быть, ошибаетесь, меня зовут Джон»? Ну же, Жон, я разочарован.

Паника нарастала так быстро, что он даже не подумал прикинуться дурачком, хотя вряд ли бы это помогло. Роман звучал слишком уверенно, и в конечном счете это не имело бы значения. Роман здесь был главным, а значит, правда или ложь не важны — важно лишь то, во что он верит. Жон обвел глазами маленький офис, выискивая возможные пути к отступлению. Сверху была вентиляция, но в неё практически невозможно залезть. Стена за спиной — тонкий гипсокартон, возможно, её удастся проломить. Дверь слева, в пределах досягаемости, но к ней не подойти, пока Роман следит за ним.

— Ищешь выход? Он вон там, но кто сказал, что я не заминировал его? Можешь рискнуть. Вопрос скорости, на самом деле. Или удачи. Ну что, пацан, удача сегодня на твоей стороне?

— Сэр, вы совершаете ошибку…

— О, теперь мы пробуем этот вариант? — Роман в порыве веселья хлопнул ладонью по столу, ухмыляясь зажатой в зубах сигарой. — Блестяще. Поистине чудесно. Я знал, что ты сообразительный малый, Жон, но не думал, что ты ещё и начинающий актер.

Поэтому ты мне и нравишься; поэтому я заметил тебя, когда ты единственный сумел толково провернуть то ограбление в магазине праха. Ты был полезен мне, правда. Один из моих лучших людей.

— Тогда почему, сэр? Почему вы думаете, что я вас предал? Что я сделал не так?

— Боже, ну ты и тянешь резину. Разве это не очевидно? Дело не в том, что ты сделал что-то не так... — Роман осклабился. — Дело в том, что я знал об этом с самого начала!

Нет. Этого не может быть. Но… но это значило, что всё то время, что они были вместе, всё, что он видел… всё было преднамеренным. Он вовсе не внедрялся в группу Романа. Он никогда не был «под прикрытием». Резкий приступ тошноты захлестнул его, когда он осознал другое последствие. Всё, что он и Ублек узнали, было подброшено Романом. Все данные, которые они получили… не стоили и ломаного гроша и могли быть ловушкой для «ССВ». Их разыграли как по нотам.

Снаружи снова эхом отозвался выстрел. Голова Романа дернулась в ту сторону. Жон рванулся.

Он не думал; не смел думать. В ту секунду, когда взгляд Романа сместился, он сорвался со стула и бросился к двери, протянув руку к ручке. Он схватил её, провернул, но звук взводимого затвора за спиной заставил его замереть. Вспыхнул яростный яркий свет, а затем не осталось ничего, кроме боли. Над ним появилась тень, самодовольное лицо Романа заполнило поле зрения. «Мелодичная Трость» дымилась, а на стене позади него осталось огромное пятно черной копоти. Там могла быть его голова, а на стене — его кровь.

— Ай-ай-ай! — подразнил Роман, зацепив Жона изогнутой частью трости за шею и рывком подняв на ноги. Его потащили вперед и впечатали в стол; у него всё еще кружилась голова от взрыва, сбившего его с ног. Рука Романа зарылась в его волосы и прижала щеку к полированному дереву. — Я не говорил, что наша беседа окончена, Жон. Нам есть о чем поговорить, так что…

Роман втолкнул его обратно на стул, а затем задвинул стул под стол так, чтобы он не мог легко выбраться.

— Сиди, молчи и благодари свою счастливую звезду за то, что я не устроил твоим глазам разовый просмотр содержимого твоего черепа.

Преступник отпустил его последним толчком, ударив Жона лицом о стол. Тот почувствовал, как вспыхнула аура, хотя это не помогло ни от боли, ни от головокружения. Он откинулся назад, обмякнув в кресле и едва видя одним глазом, как Роман возвращается на свое место и садится.

«Мелодичная Трость», трость-ракетомет, легла на стол. В пределах досягаемости Романа; вне досягаемости самого Жона.

Угроза была предельно реальной. Он уже был в такой ситуации один раз с Блейк, и ужас, сковавший его тело, был таким же, а может, и ещё сильнее. Он знал в тот момент, что Блейк доведена до предела и что она сделает это — нажмет на курок и оборвет его жизнь. Здесь же не было ничего подобного. Роман не стал бы колебаться и в лучшие времена. Эти же были худшими. Он уже один раз предал «ССВ», чтобы спасти свою шкуру. Неужели он собирается сделать это снова? Он понятия не имел. С другой стороны, Роман и так уже всё знал, что наводило на вопрос: почему он вообще ещё жив и зачем Роман позволял этому фарсу длиться так долго?

Это также напомнило ему, что ему нечего предложить взамен своей жизни. Блейк нужны были ответы. У Романа они уже были. Жон сглотнул и попытался выглядеть храбрым, хотя сердце бешено колотилось в груди. «Я не хочу умирать здесь. Я вообще не хочу умирать». Он вспомнил «Авангарда», не только его жертву, но и его храбрость. То, что он чувствовал сейчас, было насмешкой над этим, и это его взбесило. Если он не мог быть храбрым, то, по крайней мере, мог притвориться.

— Ты ничего от меня не получишь, Торчвик.

— О-о, крутой парень. Мне это нравится. Скажи мне, пацан. Тебя когда-нибудь пытали?

О боги. Чёрт. Перед глазами всё поплыло от страха. Он ничего не мог сделать. Если Роман захочет ломать ему пальцы один за другим, он сможет, он сделает это. Жон попытался пробиться сквозь ужас и сосредоточиться на той скудной подготовке, которую получил. Должен быть выход. Такой, который не включал бы самоубийство об оружие Романа, чтобы избежать боли.

«Сиэль, пожалуйста. Если и есть время доказать, что ты лучше меня, то это время настало!»

— Твоё лицо говорит само за себя, — усмехнулся Роман. — Не пытали, хотя воображение у тебя, я вижу, работает. Сам я пытки ненавижу, но нельзя отрицать их эффективность. Поверь мне, Ублек в этом плане тоже не ангел. Он пойдет на всё, чтобы получить желаемое. Он всегда был таким. — К-кто такой У-Ублек?

Роман двигался молниеносно. Это было слишком быстро, чтобы уследить, но вот секунду назад он сидел, а в следующую уже навис над столом. Металл обрушился вниз, ударив Жона по тыльной стороне правой руки и размозжив её о стол. Он рефлекторно вскрикнул, боль пронзила руку. Он прижал покалеченную кисть к груди, борясь со слезами, выступившими на глазах. Это был всего один удар, но он не был готов, и его аура не предотвратила его. Теперь она пришла в движение, чтобы залечить повреждения, но боль… она была такой невыносимой…

— Я тебя предупреждал, — рявкнул вор, внезапно разозлившись. — Я предупреждал, что будет, а ты решил меня проверить. Тебе некого винить в этом, кроме самого себя.

— Т-ты у-ублюдок, — пробормотал Жон.

— Ублюдок, сукин сын — я слышал это всё тысячу раз, но я тот, кто стоит, а мои враги мертвы, — он ударил ладонью по столу для пущего эффекта. — Я здесь веду себя любезно, Джон. Жон, как бы ты там себя ни называл. Я разговариваю с тобой, вместо того чтобы выбросить в гавань с грузом на ногах. Меньшее, что ты можешь сделать — это ответить мне сраной любезностью.

Он обошел вокруг стола и схватил Жона за подбородок одной рукой, сжав его губы и яростно глядя в глаза. — Я знаю, кто ты, — прошипел он. — Я знаю, что такое «ССВ». Я знаю, кто такой Ублек, и я, черт возьми, знал, кто ты такой, в ту же секунду, как увидел тебя. Или имя «Вермиллион» тебе ни о чем не говорит?

Имя. Контакт. — Э-это были вы?

— Ха, размечтался, — Роман отпустил его, грубо оттолкнув лицо в сторону. — Я не из «ССВ», так что даже не надейся. Скажем так, старина Бартоломью не так непогрешим, как ему нравится думать. «Вермиллион» никогда не работала на вас; она работала на меня. И представь, как я заинтриговался, когда она сообщила мне, что некая организация хочет по-быстрому впихнуть кого-то в список кандидатов ко мне в команду. Весьма интересно, не правда ли?

Роман рассмеялся и продолжил, явно наслаждаясь своим триумфом. — Разумеется, я не мог упустить такую возможность. Я лишь попросил её выделить тебя в ту ночь; просто подойти и заговорить с тобой, чтобы я точно знал, кто моя маленькая пташка. Хотя, думаю, я бы и без её помощи во всем разобрался, — Роман положил обе руки на плечи Жона, наклонившись сзади и шепча ему на ухо. — Ты был слишком хорош, пацан. Такие таланты, как ты, не каждый день встречаются, а люди вроде меня не верят в счастливые случайности.

Их предали. Он не понимал, почему никогда не рассматривал такой вариант, но сейчас это казалось столь очевидным. Разве Ублек не говорил, что контакты — это просто люди, недостаточно надежные, чтобы быть Агентами? Эти слова оказались пророческими.

— Мы с Ублеком знакомы сто лет, — продолжал Роман. — Мы были в одной команде, когда оба были просто тупыми сопляками, мечтавшими стать охотниками.

Роман был охотником в Биконе? Ему хотелось спросить «когда» или «как», но боль в руке напоминала о том, чем может обернуться вмешательство. Он прижимал конечность к груди.

— Суть в том, что я никогда не осознавал, что один из моих сокомандников работает на кого-то ещё, не говоря уже о целом Королевстве. Пока нас не отправили на последнюю ошибку Вейла — колонизацию Горы Гленн. Слышал об этом, пацан?

— Н-нет…

— Это был знатный провал, к гадалке не ходи. Слишком много народу вытеснили за стены, и верхушка придумала план — основать новый город, новый Вейл. Раз уж ты никогда о нем не слышал, можешь догадаться, что произошло.

— Он был уничтожен.

— Дайте пацану приз. Черт возьми, именно так, и ваш покорный слуга был отправлен вместе с другими охотниками в туннели, чтобы попытаться сдержать Гримм и помочь гражданским эвакуироваться. Мы должны были быть арьергардом, защитниками — той чепухой, которой мы выросли, мечтая стать. Но у Вейла… у Вейла были другие идеи, — он оскалился и сплюнул в сторону. — Представь моё удивление, когда туннели начали рушиться прямо нам на головы, когда стены падали и людей заживо погребало. Оказалось, город не хотел рисковать, позволяя Гримм разгуливать по своим улицам, а если бы все эти беженцы вернулись — это была бы прежняя проблема. Почему бы не решить обе сразу, а? Назовем это сделкой «два по цене одного», чертовски выгодное предложение.

— Я-я не понимаю…

— Туннели обрушили, сбросив тонны породы, чтобы запереть Гримм в Горе Гленн вместе с тысячами невинных гражданских и кучей охотников и охотниц, отправленных вместе с ними. Ты хоть представляешь, на что это было похоже, пацан?

— П-паршиво, я полагаю, — прошептал Жон. — Э-это звучит как трагедия…

— Трагедия? Трагедия?! — Роман откинул голову назад и расхохотался. — О, это сильно. Это, очень сильно. Да, трагедия. Я тоже так думал. Пока не поймал собственного сокомандника, собственного напарника с детонатором в руках.

Сердце Жона чуть не остановилось. Его рот приоткрылся. — Нет… — Роман подался вперед и скривился.

— Да! Я видел Бартоломью Ублека с тем самым детонатором, который всё это и устроил! Вейл не хотел, чтобы мы спасали гражданских; они просто хотели, чтобы мы сдерживали Гримм, пока они закладывали взрывчатку, чтобы закрыть туннели. У них хватило наглости даже выдать это за несчастный случай, трагическую случайность, мол, это Гримм выбили опоры. Таким образом город остался бы чистеньким, заметая тысячи жизней под ковер. И мой напарник был в центре всего этого!

— Вы лжете! — обвинил Жон. — Он бы так не поступил!

— Ха. Это показывает, как мало ты его знаешь. Этот человек сделает всё, что необходимо ради блага Вейла, и ему плевать на людей, которые в нем живут. В конце концов, он послал тебя внедриться ко мне, зная, что я прекрасно вижу его и «ССВ». Признай, пацан. Он отправил тебя в мясорубку в надежде, что я буду слеп как крот. Твоя жизнь для него стоит ничтожно мало.

— Это… неправда…

Он видел выражение лица Ублека, когда погиб Кардин. Он чувствовал гнев этого человека, когда отец Кардина замял дело, как и ожидалось. Человек, которому плевать, так бы себя не вел. «Если только он не пытался заставить меня поверить…» Нет. Он не поведется. Если кто здесь и лжет, то это Торчвик, а не Ублек. Один — известный преступник, другой — часть Секретной Службы Вейла.

— По крайней мере, Ублек не работает с террористами и монстрами, — огрызнулся он. — Вы говорите, что всё пошло не так из-за того, что Вейл убил невинных людей, но это делает вас лицемером. Вы сотворили не меньше зла!

— Неужели? Я убил почти сто тысяч мужчин, женщин и детей? Для обычного вора вроде меня это многовато. Но неважно. Я здесь не для того, чтобы переубеждать тебя, пацан, — Роман наклонился над столом и злобно улыбнулся. — Я здесь потому, что мне кое-что нужно. И ты, мой маленький ягненок, окажешь своему старому другу услугу.

/-/

Кончик меча со свистом пронесся мимо маски Сиэль. Она качнулась в сторону и ударила ладонью по клинку, отводя его еще дальше. Она заскользила вдоль лезвия к владелице, нанося удар рукой в горло девочки — и лишь зарычала, когда та, обманчиво быстрая, отпрыгнула назад сальто.

«Имя: Неополитан. Принадлежность: Группа Торчвика. Статус: жива», — она перебирала в уме всё, что знала — скудную информацию, в основном дополненную «ССВ». Благодаря этому она знала истинную силу этой девчонки: её Проявление. Иллюзии. Опаснейшая сила, которая уже вывела одного Агента из строя. «И она бы сделала то же самое со мной, застань она меня врасплох». К счастью, кто-то вмешался.

Ещё один выстрел эхом разнесся в ночи, ударив в крышу там, где только что стояла девчонка. Нео снова отпрянула и бросила яростный взгляд на здание в нескольких крышах отсюда. Сиэль едва успела разглядеть силуэт человека в одном из окон, прежде чем вспышка дульного пламени возвестила о третьем выстреле, снова по Нео.

— Понятия не имею, кто ты, но спасибо, — прошептала Сиэль. Этот человек практически спас ей жизнь, предупредив об угрозе сзади до того, как Нео успела проткнуть её насквозь. Нужно будет найти того, кто это сделал, и поблагодарить. Наверняка кто-то из людей Директора, присланный на подмогу. Но прежде всего…

Сиэль потянулась к бедру, нажала на сенсор, и бронепластина с шипением отскочила. Она выдвинулась совсем немного, но этого хватило, чтобы ухватиться за эфес и выхватить меч — длинный, тонкий, с колющим острием. Она подняла его перед лицом вертикально и сквозь серебристую кромку наблюдала за противницей.

Нео замялась, внезапно насторожившись, изучая стойку вооружившегося агента. Её разномастные глаза просканировали Сиэль с головы до ног, и самоуверенная ухмылка, которая была на её лице мгновение назад, исчезла, сменившись мрачной решимостью. Она не проронила ни слова. В записях не было указано, может ли она вообще говорить. Вместо этого она дрогнула и исчезла.

— Тепловизор! — прошептала Сиэль, уклоняясь, пока мир окрашивался в оттенки синего, розового и красного. По положению руки она рассчитала траекторию клинка, парируя своим мечом — сами искры через её визор вспыхнули багровым. Она снова полоснула ими, отводя атаку ещё дальше. Один шаг внутрь — и её нога оказалась между ногами Нео. Она пошла на таран плечом, но гибкая девчонка отпрянула назад.

Сиэль бросилась в погоню, не давая ей разорвать дистанцию. Она рубила и колола в диком вихре ударов, полагаясь больше на силу и непредсказуемость движений, чем на технику. Нео без труда блокировала каждый выпад, но на пятом ударе попалась на финт: она дернулась парировать очередной поспешный удар, как вдруг Сиэль вовсе отпустила меч, оставив его висеть в воздухе, а сама пригнулась и крутанулась, впечатав пятку в подколенный сгиб Нео. Как только девчонка упала, Сиэль навалилась на неё, пытаясь вырвать меч из рук.

Нео вскинула нижнюю часть тела назад, вбивая колени в спину Сиэль. Броня немного защитила её, хотя удары она почувствовала. Она била запястьем Нео о крышу, пока пальцы той рефлекторно не разжались, выронив оружие.

— Сдавайся, — потребовала она, включив динамики. — Сдайся сейчас, и я гарантирую твою безопасность. Тебя заберут на доп… — Сиэль осеклась: нога обхватила её шею сзади — Нео каким-то образом сложилась почти пополам, чтобы провернуть такое. Её стащили назад, когда девчонка выпрямилась, приложив невероятное давление к горлу. Она упала на покрытие крыши, но успела схватить Нео за лодыжку, когда та попыталась убежать.

Последовала судорожная борьба сил: Нео била каблуками своих сапог, а Сиэль изо всех сил старалась терпеть боль, морщась каждый раз, когда каблук попадал по маске. Самих ударов хватило, чтобы она местами треснула, хотя усиленный материал, к счастью, выдержал. Было бы очень кстати, если бы её таинственный союзник вмешался прямо сейчас. Черт. Почему Директор не проинструктировал её на этот счет или хотя бы не приказал Агенту вмешаться более осязаемо? Похоже, она сама по себе.

«Надеюсь, с Жоном всё в порядке». — Ладно, — прорычала Сиэль, поднимаясь и тянясь к отброшенному оружию. Нео сделала то же самое; на одной щеке у неё расцветал синяк, а на губах застыла усмешка. — Посмотрим, как ты справишься без своего миленького Проявления.

/-/

— Вы хотите, чтобы мы сделали работу… для вас?

— С моей точки зрения, вы все мне задолжали за то, что я подыгрывал вашим маленьким играм. Меньшее, что вы можете сделать — это расплатиться.

— С чего бы нам быть вам должными?

— Ну, ты мне должен за то, что я тебя не убил, — заметил Роман. — Но в целом, вы мне должны за то, что я подтолкнул вас в правильном направлении. В конце концов, вы бы не были там, где сейчас, если бы я добровольно не принял шпиона в свои ряды.

«Там, где сейчас»? — Жон ахнул. — Синдер!

— В точку.

— Вы хотите, чтобы мы избавились от Синдер ради вас?

— Это такой сюрприз? Я был самой крупной шишкой в Вейле, пока она не появилась. Весь криминальный мир ел у меня с ладони, боясь предать из страха перед тем, что я с ними сделаю. Теперь же я вынужден подчиняться ей, не говоря уже о выскочках-фавнах, которые бегают кругом и творят хаос. И что хуже всего, — прошипел он, — нам с Нео приходится плясать под её дудку. Так вот, знаешь что — я хочу выйти из игры.

— Хотите сделку со следствием? — Роман фыркнул.

— Ни за что. Я не сдаюсь. Я предлагаю сделку вам. Вы, олухи, пришли за мной, потому что думали, что я — мозг всей операции. Я, в свою очередь, был достаточно любезен, чтобы указать вам на настоящую проблему. Теперь, когда вы её увидели и поняли, на что она способна, я полагаю, у вас хватит ума заключить сделку.

У Жона голова шла кругом. Информации было слишком много. Роман знал, всегда знал, но вопреки всему хотел работать с ними, чтобы остановить Синдер. На самом деле его приняли только для того, чтобы Роман мог «скормить» Синдер Секретной Службе и выпутаться из неприятностей. И они этого не поняли. Тоже мне, разведка…

«Или это только я?» — гадал он. — «Пропустил ли я знаки, которые заметил бы более опытный Агент? Сколько ошибок я совершил?»

— Что скажешь, пацан? Готов к сделке?

— Я… я не знаю. У меня нет полномочий для таких вещей. Мне нужно поговорить с Ублеком. Он может—

— Вот в этом и проблема, — Роман подался вперед, глаза его блеснули. — Я заключаю эту сделку с тобой, Жон. Не с Барти.

— Что?!

— Думаешь, я поверю этому человеку после всего, что он сделал? Ты бы поверил на моем месте? — Роман выплюнул сигару в руку и раздавил её. Пепел упал на стол. Он развернул стул так, что оказался наполовину отвернут, глядя в стену. — Я не собираюсь заключать сделку с тем, кто, я точно знаю, вонзит мне нож в спину. Он слишком жаден, всегда хочет заграбастать всё. Он будет работать со мной ровно столько, сколько ему нужно, чтобы убрать и меня, и Синдер. Я не идиот, парень. Я пойду на сделку, но только с тобой, и он об этом ни черта не узнает.

— Вы просите меня предать «ССВ», — сказал Жон. — Вы говорите, что не глупы, но ждете этого от меня? Это государственная измена. Ублек меня убьет!

— Ты сделаешь не больше того, что делают другие. Думаешь, Совет ни разу не помогал мне выпутываться из передряг или не закрывал глаза, когда я оказывал им услугу? Черт, если бы «ССВ» действительно хотела убрать меня с доски, они бы убили меня годы назад. Знаешь, почему не убили? Потому что я держу преступность в узде. Я не люблю конкуренцию и ненавижу хаос. Именно поэтому ты никогда не услышишь об убийствах владельцев магазинов громилами Торчвика. Я — актив, признают это эти надутые индюки или нет. К тому же для того, что я задумал, твоему боссу даже знать ничего не нужно. Ты выйдешь сухим из воды и остановишь Синдер, — он подался вперед и ослепительно улыбнулся. — Разве это не приз, ради которого стоит немного рискнуть?

Так оно и было. Пожалуй… он просто недостаточно знал о её планах, чтобы быть уверенным.

— Что именно она затевает? — спросил он. — Какова её конечная цель?

— Не знаю.

— Вы ждете, что я в это поверю? — Роман пожал плечами.

— Верь или нет; это правда. Она мне не доверяет, поэтому и забрала тебя у меня. Я нарочно ворчал при ней, что ты независимый и упрямый, меня не слушаешь и метишь высоко. Она это заглотила и увидела в тебе потенциал — амбиции, жадность и всё такое. Тебе она сейчас доверяет больше, чем мне, хотя это может измениться, если ты не согласишься на мои условия.

— Вы теперь меня шантажируете?

— Я забочусь о собственной шкуре. Если я не смогу заполучить тебя на свою сторону, у меня не останется выбора, кроме как полностью примкнуть к ней, и хорошим началом будет выявление шпиона в её рядах. Разумеется, если бы этот шпион был на моей стороне, я бы предпочел помалкивать.

— Как я могу в это верить?

— Дела громче слов, пацан. Я уже помог тебе зайти так далеко. Я бы не стал этого делать ради забавы, поверь мне. К тому же я помог перевести подозрения на этих тупых животных, так что я уже о тебе позаботился.

Это было правдой. В то время он принял это за обычную неприязнь Романа, но вдвоем они смогли отвлечь внимание Синдер на «Белый Клыков», сняв с него подозрения. Подумать только, это было намеренно со стороны Романа… Это действительно заставляло осознать, как близко он был к смерти. Малейшая прихоть или перемена настроения человека перед ним — и его бы испепелили на месте.

Будь он проклят за то, что он тысячу раз дурак, но он верил Роману. Правда верил. Захоти тот сдать его — уже бы сдал. Черт, он бы вообще не подвергал себя опасности, нанимая Джона Уайта. Куда безопаснее было бы просто сделать вид, что тот не подошел, или что люди ему больше не нужны. «ССВ» бы никогда не узнала, что Роман их раскусил. Вместо этого его впустили. Ему доверились. А затем, при первой же возможности, «спихнули» Синдер.

«Вот почему он взял меня на ограбление доков!» Синдер ясно велела брать только фавнов, но он взял его вопреки приказу. Это было первым неоспоримым доказательством того, что Роман пошел против воли Синдер — и всё для того, чтобы помочь ему и «ССВ» обнаружить кукловода операции.

— Допустим, я вам верю, — медленно произнес Жон, всё еще пребывая в изрядной панике. — Но где гарантии, что вы не предадите меня позже, когда с Синдер будет покончено?

— Нигде. На самом деле, я тебя абсолютно точно предам, — Жон уставился на мужчину. Он не ожидал такой запредельной честности.

— Я предам тебя точно так же, как ты меня, если выпадет шанс, — продолжал Роман. — Я знаю твой сорт: святоши, мечтающие стать героями. Если бы был шанс прищучить и Синдер, и меня — ты бы им воспользовался. Так что да, я тебя предам, но не раньше, чем она исчезнет. А до тех пор — можешь мне верить.

— Но только до тех пор? — уточнил Жон.

— Ни секундой дольше. Имей в виду: убивать я тебя не стану. Человека, готового пойти на сделку ради взаимной выгоды, я бы предпочел сохранить в живых, особенно если он на высокой должности. Я предам тебя, чтобы скрыться, не более. Даже если не можешь верить мне как человеку, можешь верить в то, что я сделаю то, что выгодно мне самому, — Роман фыркнул. — Люди в этом плане предсказуемы, и я в том числе. Ну так что, пацан? Ты помогаешь мне, я помогаю тебе. Оба в выигрыше.

— Звучит неплохо, — сказал Жон, осторожно потянувшись к лацкану. Роман заметил.

— Пытаешься узнать мнение Барти? Не выйдет, боюсь. Я выбрал это место не за красивые глаза, — Роман указал на комнату. — Весь этот зал защищен от любого вида радиосвязи, изнутри и снаружи. Здесь принимают клиентов, за которыми ведется пристальное наблюдение и которые могут говорить вещи, не совсем законные. Идеальное место для такой беседы.

— Вы всё продумали, — признал Жон, опуская руку.

— Не люблю рисковать. Я не могу помешать тебе выслушать меня здесь, а потом рассказать Ублеку, но скажу вот что: «Вермиллион» — не единственный человек, который мне подчиняется. Если ты ему расскажешь, и я об этом узнаю — я сдам тебя Синдер, когда ты будешь на задании, — Роман провел пальцем по горлу. — И ты знаешь, что она с тобой сделает.

— Да. Знаю.

Он был один. Связаться с Ублеком или Сиэль невозможно, тянуть время — тоже. У него было чувство, что это сделка из серии «сейчас или никогда», и если он выйдет за эту дверь, отказавшись, его прикрытие лопнет. Это если Роман не прострелит ему затылок прямо здесь. Тело шпиона — отличный подарок, чтобы выслужиться перед Синдер.

Это было его решение. Его выбор. Роман предаст их, когда представится случай — он сам признался — и была вероятность, что это ловушка, хотя в чем именно — непонятно, слишком уж затейливый способ. Стала бы Синдер так подставляться, ведь до этого о ней и Эмеральд никто не знал? Вряд ли. Хотя это не значило, что Роман не может лгать и говорить правду одновременно. Может, он и хочет предать Синдер, но при этом хочет избавиться и от «ССВ», планируя стравить их и добить выжившего.

В конечном счете, доверять нельзя было никому. Вопрос лишь в том, кому он доверяет меньше. Синдер… Или Роману… Ответ был очевиден: он не доверял обоим. Но если выбирать?

— Каковы условия нашей маленькой сделки?

— Рад видеть, что голова у тебя на плечах.

— Я еще ни на что не соглашался.

— «Еще», — поддразнил он. — Оба знаем, что согласишься, иначе бы не спрашивал. Условия просты. Я храню твое прикрытие перед собой и Синдер и даже подкидываю информацию, которую ты сможешь нести Барти. Взамен ты берешь на себя устранение «главной леди».

— И всё? Звучит слишком просто…

— Ну, я уже сказал, что собираюсь вонзить тебе нож в спину в последний момент, так что требовать, чтобы вы меня отпустили, нет смысла. Мне от тебя тоже ничего не нужно. Можете пытаться прикрыть меня и моих парней, но это будет труднее, чем ты думаешь. Не зря я так долго на плаву. Мне нужно разобраться с «её величеством». Сделай это — и мы в расчете.

Это и так было целью «ССВ». Роман не просил ничего сверх того, что Жон и так собирался делать. Разница лишь в том, что теперь обе стороны знали о договоренности. — Зачем идти на открытый контакт? — спросил Жон. — Разве вам не было бы выгоднее, чтобы мы думали, будто обхитрили вас? Тогда вы могли бы скармливать нам дезинформацию и сбежать раньше, чем мы спохватимся. Зачем всё это раскрывать?

— Хех, ты не дурак — видимо, поэтому ты мне всегда и нравился. Да, есть кое-что, что я получаю от этого; кое-что, что вынудило меня раскрыть карты. У неё на меня есть план. И мне он совсем не нравится. На нем крупными буквами написано «Расходный материал», и у меня чувство, что это поездка в один конец.

Роман вздохнул и прикурил новую сигару. В его движениях промелькнуло раздражение, которого не было раньше. Возможно, он стал честнее, а может, Жон просто теперь знал, куда смотреть. В любом случае, было ясно: вор не так самоуверен, как обычно.

— Я пытался придумать, как намекнуть вам, но ни один путь не вел туда, куда мне нужно. Я не могу её предать, а значит, я обязан это сделать. Но если вы, ребята, таинственным образом появитесь и всё испортите…

— То это будет не ваша вина, — закончил Жон. — Вы старались как могли, но просто не вышло.

Роман сделал жест «пистолет» двумя пальцами. — Бинго. Это часть того, что я предлагаю, — он залез в куртку и вытащил свиток. Щелкнул по нему пальцами, и тот пролетел через стол. — Эта штука зашифрована. У Барти уйдет время, чтобы её взломать, но он взломает. Скажешь ему, что твоя подружка снаружи меня спугнула и нам пришлось бежать. Скажешь, что один из моих парней вырубился в суматохе, а ты — предприимчивый шпион — догадался стащить его свиток.

Жон взял его, наполовину ожидая, что тот взорвется в руке. Не взорвался. — Что там?

— Пара искусно составленных сообщений от меня, намекающих на следующее дело. Ничего явного, но у меня чувство, что старый хрыч разберется. Зная его, тебя пошлют либо на проникновение, либо брать нас. Мне нужно, чтобы ты меня остановил, но не смог поймать. Я буду в твоей власти.

— Серьезно? Вы на удивление сильно мне доверяете…

— Я доверяю тебе в том, что ты не будешь идиотом. Поймаешь меня — ничего не получишь. Ты и так знаешь, что Синдер держит меня в неведении. Я полезнее для «ССВ» и для тебя здесь, на воле и на твоей стороне. Сделаешь выбор, когда придет время, но у меня чувство, что ты выберешь правильно.

Черт возьми. Снова завуалированные слова и загадки. У него было чувство, что он будет думать об этом всю ночь. Он уже чувствовал себя измотанным, в основном из-за того, что адреналин медленно покидал систему теперь, когда стало ясно, что он не умрет прямо сейчас. Остались только путаница и усталость.

— Но помни: расскажешь Барти — и всё это исчезнет, — Роман сделал жест «пшик». — В тот же миг ты не будешь знать, бросил я тебя волкам или нет. Может, притворюсь, что всё в силе, заманю тебя, а потом сам сдам Синдер, когда придет время.

А может, Роман и не узнает вовсе, или у него нет никакого шпиона в «ССВ», и Ублек поможет составить блестящий план, чтобы всё взять под контроль и всех победить. Паршиво было то, что он не мог так рисковать. Если Ублек узнает, выигрышем будет лишь шанс поймать Романа. Потери же потенциально могли быть куда серьезнее. Синдер была «большой картиной». Она и «Белый Клык». Роман был вором, но он был «хорошим» вором — а значит, будут ещё кражи праха, но не будет убийств и хаоса, которые любит «Клык». Никаких «Паладинов» на улицах, горящих «Буллхэдов» или странных рыжих девочек, восставших из мертвых. Звучало почти идиллично. И всё, что ему нужно сделать — это предать «ССВ». Снова.

— Ладно. — Жон подхватил свиток и спрятал его. Этот прыжок веры причинял почти физическую боль, желудок скрутило. — Но я хочу, чтобы вы знали: я делаю это не ради вас. Я делаю это для «ССВ». Для Вейла.

— Как послушный маленький раб, ага. Интересно, настанет ли миг, когда ты тоже отбросишь десять тысяч жизней ради «высшего блага»?

— Я не такой человек. И Ублек, думаю, тоже.

— Хех. Узнаешь сам. Может, это станет для тебя способом убедиться в моей честности. Многое из того, что я тебе рассказал — часть официальных архивов… если знать, где искать.

Он намотал это на ус, стараясь не подать виду. Его сердце всё еще доверяло Ублеку. Этот человек был с ним предельно честен и помог попасть в Бикон. Вот только этот назойливый голосок в затылке, который подозрительно напоминал Романа, нашептывал, что всё это могло быть лишь для того, чтобы Ублек мог его использовать. Единственная причина, по которой он в Биконе — это выгода для «ССВ» и, следовательно, для жителей Вейла. Не более.

— Тогда работаем вместе, — сказал Жон. — Пока что…

— Пока что, — согласился Роман. — Рад, что ты с нами, Джон. Уверен, это начало прекрасной дружбы.

/-/

Жон облизал губы, стоя в переулке и ожидая возвращения Сиэль. Его дыхание вырывалось изо рта облачками пара, руки были глубоко засунуты в карманы. Сомнения — это даже не то слово, чтобы описать его состояние. Мысли неслись со скоростью тысячи миль в минуту.

Что-то мягко приземлилось на асфальт за его спиной. — Ты как? — спросила Сиэль через маску, треснувшую в двух местах.

— Я в порядке. Это ты выглядишь так, будто проиграла бой кирпичной стене.

Сиэль фыркнула. — Можно и так сказать. Меня раскрыли. Они знали, что я буду здесь. — она с любопытством посмотрела на него. — Я думала, ты в беде. Тот второй Агент вытащил тебя?

«Второй Агент?» — Вовсе нет. — Жон вздохнул и закрыл глаза. — Торчвик понял, что за мной хвост, но на самом деле не заподозрил, что я к этому причастен.

— Серьезно? Видимо, он не так умен, как о нем говорят. Не понимаю, почему Вейл так долго с ним возится.

Ирония была густой как кисель. Жона раздражало лишь то, что он был единственным, кто мог её оценить. По крайней мере, ложь прошла, хотя, возможно, лишь благодаря тому, что Сиэль была истощена. — Что за «другой агент»? — спросил он.

— Кто-то спас меня там, на крыше, — призналась Сиэль, несколько неохотно. — Та девчонка Нео чуть не застала меня врасплох своими иллюзиями, но кто-то отогнал её огнем из стрелкового оружия. Я думала, стреляют в меня, но предупреждение дало мне время защититься. Придется поблагодарить этого агента позже.

«У Ублека нет лишних агентов, чтобы их рассылать. Именно поэтому нас заставили работать вместе. Только не говори мне…» У него было чувство, что он знает, кто за этим стоит.

— Уверен, тебе представится случай, — солгал он. — Нам пора возвращаться в Бикон.

— У тебя есть разведданные для Директора?

— Возможно, — он расстегнул куртку. — Торчвик решил свернуть встречу, когда началась стрельба. Мне удалось стащить чей-то свиток в суматохе. Надеюсь, там будет что-то полезное для Директора.

Сиэль кивнула, и хотя он не видел её лица, тишина подсказывала, что она была почти впечатлена. От этого почему-то становилось только хуже. Хотелось верить, что слово Романа чего-то стоит, иначе он мог принести Ублеку какую-нибудь ловушку. С другой стороны, Директор слишком параноидален, чтобы так просто попасться.

И всё же теперь он был сам по себе. Сиэль знать не могла, Ублек — тем более, а после смерти «Авангарда» больше не осталось никого, кому он мог бы доверять, и уж точно никого, к кому он мог бы обратиться за помощью. Или всё же был кто-то…?

Роман сказал, что узнает, если «ССВ» пронюхает о сделке, а Ублек явно будет в ярости, узнай он о его самоуправстве. У Сиэль были свои цели, и меньше всего ему хотелось, чтобы Атлас добавил свой шантаж в общую копилку. Но был кое-кто ещё, кто стоял вне всего этого.

Если все пытаются использовать его в своих целях, значит, пора и ему начать думать так же. Роман и Ублек не единственные, кто может заключать сомнительные сделки. Не только у них могут быть контакты, агенты и союзники в тени. И у него было предчувствие, что Блейк с радостью согласится помочь.