Глава 31.0

Сказки. Книга была полна сказок.

Первым его порывом было отложить её в сторону, но профессиональный интерес взял верх, и он заставил себя вчитаться. Не было ни единого шанса, что Озпин просто так решил перечитать пару глав о «Маленькой Бо Пип», значит, здесь крылось нечто большее.

Большинство сказок рассказывались детям для поучения: что-то вроде «не доверяй незнакомцам», «будь терпелив в жизни» или «не ходи в лес один, иначе тебя схватит Беовульф». Некоторые были фольклором, повествующим о далеких культурах и верованиях. Именно к последним Жон потянулся инстинктивно — не из личного интереса, а потому, что углы этих страниц были сильнее замяты. Их читали чаще других.

— Развиваешь вкус к детским сказкам на ночь? — спросила Сиэль, стоя в изножье его кровати, подперев бока руками.

Жон медленно перевернул страницу. — А тебе не пора готовиться к балу?

— Пенни позже понадобится моя помощь, я обещала. Переоденусь после этого.

— У тебя свидание?

— Я иду с Пенни, — отрезала она. — Как подруга. Не обольщайся.

Он не знал, что на это ответить. Слова Сиэль могли звучать с привычной колкостью, но в них чего-то не хватало. В них не было прежнего азарта. Она всё еще была потрясена тем, как едва не погибла от рук Нео, и у него было чувство, что та схватка была куда более отчаянной, чем говорилось в её отчете. Попытки поддеть его выглядели скорее как поиск утешения в привычном порядке вещей.

Поскольку в случившемся была по большей части его вина, он решил подыграть и сделал вид, что ничего не заметил.

— Не уверен, с чего бы мне вообще интересоваться, — он мельком взглянул на неё. — А какое у тебя платье?

— Любопытный вопрос для того, кому «неинтересно», — Сиэль повернулась боком, одарив его ухмылкой, которая не совсем дотягивала до её обычного уровня самодовольства. — Мне сегодня придется оглядываться. Не вздумай ничего себе вообразить.

— Я бы лучше потанцевал с Пенни, — фыркнул он.

— Да неужели? Хм, я обязательно ей передам. Она будет рада.

— Не надо, — отрезал он, поднимая взгляд. Он посмотрел на Пирру и Рена: одна была в ванной и переодевалась, второй зарылся в книгу и игнорировал то, что он называл «постоянным флиртом Жона и Сиэль». Убедившись, что они не смотрят и не заботясь о том, смотрит ли Блейк, он понизил голос. — У меня сегодня вечером пара дел.

Миссия. Башня связи. Глаза Сиэль сузились, и она едва заметно кивнула. Шутки шутками, но он знал: она не сделает ничего, что могло бы поставить операцию под удар.

Секунду спустя свиток Сиэль пискнул. Темнокожая девушка подняла руку в немом извинении, отвечая на вызов. — Да- Пенни? Почему-? Нет, не паникуй, до начала ещё пара часов- ты попыталась надеть его сама? Пенни, я же сказала, что приду и помогу. Руби-? Пенни, я бы ей трико не доверила, не то что бальное платье, — Сиэль прижала ладонь к лицу и вздохнула. — Жди там и не вздумай ещё сильнее запутаться. Я сейчас приду и всё исправлю.

— Долг зовет? — спросил Жон, когда она отключилась.

— Твоя девушка — ходячая катастрофа. Мне пора спасать напарницу.

— Она не моя… — он вздохнул, понимая, что ей всё-таки удалось нанести один меткий удар. Судя по ухмылке, она тоже это поняла. — Проваливай уже, — проворчал он. — Будет здорово вернуть комнату в распоряжение нашей четверки.

— Постарайся не слишком на меня заглядываться вечером, когда должен будешь развлекать свою даму, — крикнула она. Дверь захлопнулась прежде, чем он успел выдать остроумный ответ, и ему осталось только сердито коситься на Рена, который тихо посмеивался.

— Что-то смешное, Рен?

— Хм, дай подумать, — он улыбнулся, не отрываясь от книги. — Вы двое — отличное шоу. Удивлен, что ты не идешь на танцы с ней.

Правильного ответа не было: согласно легенде, которую Сиэль скормила команде, он когда-то был в неё влюблен, а она разбила ему сердце. По крайней мере, Блейк знала, что это чушь собачья, но с остальными он ничего не мог поделать. Утешало лишь то, что Сиэль не поделилась этой историей с Руби или Янг — это могло бы аукнуться ему на свидании с Руби. С другой стороны, Сиэль любила его позлить, но она не была стервой, и он сомневался, что она зайдет так далеко.

«Просто высокомерная девчонка с комплексом отличницы, чью безупречную статистику миссий я испортил. Хм, Вайсс поначалу тоже была довольно заносчивой. Неужели в Атласе все такие?»

Нет, погодите. Пенни была очень милой… если игнорировать вопрос с «восстанием из мертвых». Он очень жалел, что пообещал не расследовать это, так как даже если это не было критично для миссии, любопытство жгло его каждый раз, когда он её видел.

Тем не менее, вечер обещал быть неплохим. У него свидание с Руби, которое, пусть и не было романтическим, обещало стать приятным времяпрепровождением с хорошим другом. У него была миссия, в которой Блейк обещала помочь. И, что самое главное, опасности вроде бы не предвиделось. Если не считать того, что Руби может отдавить ему все ноги во время танца.

Дверь ванной открылась, и вышла Пирра в красном платье, которое подчеркивало её волосы и идеально сидело по фигуре. Он присвистнул и уже собирался сказать, как чудесно она выглядит, но она его опередила.

— Сиэль уже ушла?

— Боюсь, что так, — ответил Рен.

— Ох. А я хотела посмотреть, как они с Жоном спорят.

Рен рассмеялся. Блейк фыркнула. Жон зыркнул на Пирру, а та лишь хихикнула в кулак. «Предатели, все до одного». С каких это пор он стал главным источником развлечений для команды? Это было решительно несправедливо.

— Вы с Реном идете вместе? — спросил он, меняя тему.

— Как друзья, да, — ответила Пирра. Она отошла в сторону, давая Рену пройти в ванную. Когда шум воды заглушил его голос, она продолжила чуть тише. — Нора слишком стеснялась спросить его сама, но при этом боялась, что его пригласит кто-то другой. Я предложила пойти как друзья, чтобы присмотреть за ним и гарантировать ей пару танцев.

— Это мило с твоей стороны, — заметила Блейк, перелистывая страницу своего романа. — С другой стороны, если она не сделает шаг, рано или поздно его сделает кто-то другой.

— Может, она сделает его сегодня, — предположила Пирра.

— Если чудеса случаются…

— А ты? — спросила Пирра.

Блейк вздохнула. — Я иду одна.

— Тебя никто не пригласил?

— Один блондин-фавн пытался, — сказала она. — Его зовут Сан. Я его не знаю, поэтому отказала, но пообещала танец-другой. Он кажется вполне дружелюбным, — она громко вздохнула. — Но если он оденется так же, как ходит обычно, мне придется прятаться за вашей спиной.

Пирра хихикнула. — Что ж, милости просим. Я могу быть отличным щитом. Если честно, я удивлена, что ты идешь одна. Я думала, вы с Жоном пойдете вместе.

— Я и он? — переспросила Блейк с оскорбленным видом.

— Я вообще-то всё слышу, — протянул он, всё еще читая сказки — на этот раз о волшебниках. — И надо же, Рен думает, что я иду с Сиэль, а ты думаешь, что я иду с Блейк. Я что, герой какого-то гаремника?

— Н-ну, вы двое часто проводите много времени вместе.

— О нет, мы проводим время вместе! — театрально ахнула Блейк. — Это наверняка любовь. Наши имена стоят рядом в списке команды — мы судьбой предназначены друг другу. Мы напарники. Значит, мы обязаны пожениться.

Пирра разразилась смехом. — П-простите, — выдавила она, хотя не выглядела раскаявшейся. — Просто это казалось логичным. К тому же, вы раньше много спорили. Да, я понимаю, как глупо это звучит. Можно спорить с кем-то, не будучи в него влюбленным.

— Для того, кто так интересуется нашей несуществующей личной жизнью, ты довольно скромна в своей собственной, — отрезала Блейк. — Сходи на свидание с кем-нибудь.

— Я иду на бал с Реном.

— Это не свидание, и ты это знаешь.

— Это всё равно больше, чем у тебя сейчас, — парировала Пирра. Блейк лишилась дара речи.

— О-о-о, мощный выпад! — захохотал Жон.

Пирра рассмеялась и извинилась, попросив передать Рену, что она идет встретиться с Норой и Руби и будет ждать его у входа в зал. Как только она ушла, Блейк покачала головой. — Не ожидала я такого от Пирры.

— Наверное, танцы на всех так действует — все немного подурачились.

— Кроме тебя. Ты выглядишь нервным, — Блейк отложила книгу. — Это из-за миссии или из-за того, что у тебя свидание с девушкой?

— Поверишь, если скажу, что из-за всего сразу?

— Поверю. Ты из тех парней, которые накручивают себя перед вечером с девушкой, даже если это просто по-дружески, — она наклонила голову, изучая его. — Она тебе на самом деле нравится? В романтическом плане.

— Не знаю. Мне нравится проводить с ней время, но это скорее из-за того, какая она. Руби напоминает мне, почему я вообще хотел стать охотником — чтобы творить добро и помогать людям бескорыстно. А не… то, чем я занимаюсь сейчас, — он вздохнул. — Звучит глупо?

— Не для меня. Я годами мучилась от угрызений совести из-за действий «Белого Клыка», и Бикон должен был стать моим шансом спрятать всё это и притвориться кем-то другим. Это не так уж отличается от того, что делаешь ты.

Он не задумывался об этом в таком ключе, но она была права. — Во сколько выступаем? — спросила она.

— В последний час праздника. Мне нужно найти способ ускользнуть от Руби так, чтобы это не выглядело подозрительно, и я решил, что лучше всего провести с ней большую часть вечера. Когда танцы закончатся, все будут просто общаться. Тогда я и смогу улизнуть.

— Я буду следом. Нам придется подраться, чтобы всё выглядело убедительно.

— Только не по лицу. Мне нужно будет вернуться к ней в костюме, — Блейк фыркнула.

— Буду нежной.

/-/

Руби заерзала, пока Янг помогала ей привести волосы в подобие порядка. Сестра суетилась то над платьем, то над туфлями, то над её лицом — пока Руби не почувствовала себя более ухоженной, чем когда-либо в жизни, и парадоксально — менее уверенной в себе. Ей почти удалось убедить себя, что это просто дружеская вылазка, но все эти приготовления Янг придавали вечеру отчетливый привкус настоящего свидания. Которым оно, справедливости ради, и было. «Нет-нет-нет. Не думай об этом!»

— Я не умею танцевать, — выпалила она, внезапно испугавшись.

Янг замерла. — А?

— Я не умею танцевать, Янг! Что мне делать?!

— Вау, ты мастерски дотянула до последнего часа, прежде чем об этом вспомнить, — Янг рассмеялась, поправляя её темные локоны. — Не парься. Бьюсь об заклад, половина присутствующих не умеют танцевать, а четверо из тех, кто утверждает обратное, ошибаются.

— А вдруг он подумает, что я идиотка?

— Из-за того, что ты не умеешь танцевать? Руби, это Бикон. Ты можешь надирать задницы Гримм и махать гигантской косой. Вряд ли кто-то ждет, что ты вдобавок ко всему будешь королевой танцпола. Тебя просто колотит перед выходом.

— Я передумала. Я не смогу!

— Ага, точно колотит.

— Скажи ему, что я заболела! Скажи, что я умерла!

Янг рассмеялась, предательница, и не стала делать ни того, ни другого. Вместо этого она пригладила волосы Руби, укладывая их как надо, и похлопала по плечу. — Все паникуют в таких ситуациях, Руби. Это нормально. Просто помни, что это не обязано что-то значить, если ты сама того не захочешь. Ты пригласила его как друга, и именно так вы и проведете время. Хотя, глядя на то, как ты нервничаешь… ты уверена, что он не нравится тебе чуть больше?

— Я… я не знаю. Мне нравится быть рядом с ним. Он всегда слушает то, что я говорю, и я вижу, что ему нравится со мной общаться, — она просто не могла понять, нравится ли ей это как другу или она влюблена. Ведь может быть и то, и другое сразу, верно?

— Вот сегодня это и выяснишь. Иди и развлекайся. Посмотри, понравятся ли тебе романтические штучки вроде танцев и объятий, или вы двое просто найдете угол и будете болтать как обычно. Вы ведь никого не обижаете этим. У вас нет толпы убитых горем поклонников, наблюдающих за вами с тоской.

— Ну, вообще-то есть Блейк, — прошептала Руби.

— Он не нравится ей в этом плане, поверь мне. Твоя старшая сестра в таких вещах разбирается.

В дверь постучали. Сердце Руби ухнуло куда-то в район щиколоток и начало там жалко трепыхаться. Она обречена. Всё кончено. Она сейчас умрет. Янг открывает дверь. Почему она открывает дверь вместо того, чтобы помочь любимой сестре спрятаться?!

— Йоу. Хм, недурно, влюбленный герой, — Янг оперлась о косяк, не давая Руби ничего увидеть, а человеку снаружи — заглянуть в комнату. — Ты за Руби, верно?

— Ага, — ответил он. — Она готова? — Янг оглянулась. Руби отчаянно затрясла головой. — Готова! Заходи.

«Черт бы тебя побрал, Янг!»

— Привет, Руби, — Жон вошел в комнату с широкой улыбкой. Его взгляд упал на неё, и она неловко переступила с ноги на ногу, чувствуя себя на несколько размеров меньше этого красного платья, в которое её втиснула Янг. — Вау, ты выглядишь потрясающе, — лицо обдало жаром. Он тоже выглядел отлично в своем черном костюме. Ей хотелось сказать это вслух, но язык стал как будто слишком велик для рта.

— П-привет, — выдавила она.

— Ты готова к балу?

«Нет…»

— Да, — она немного нервничает, — объяснила Янг, предавая её в который раз. — Она впервые на таком мероприятии. Будь с ней помягче.

— Э-эм, я вообще-то тоже впервые, — Янг величественно кивнула и повернулась к Руби с ухмылкой.

— Он тоже впервые, сестренка. Будь с ним помягче.

— Ох, Янг… — Руби закатила глаза, схватила Жона за руку и потащила в коридор. Даже если она нервничала, это было лучше, чем терпеть подначки сестры. Однако когда они остались наедине, стало только хуже. Она теребила пальцы, с трудом сохраняя равновесие на длинных каблуках. — Ну… это немного странно.

— Быть со мной? — догадался он.

— Нет. Просто… всё это, — она посмотрела на себя. — Я не привыкла наряжаться. Я предпочитаю боевые ботинки. И… и юбку!

— Я тоже. Ну, кроме юбки. Юбки я ненавижу, — она хихикнула.

— Есть что-то, чего я не знаю? — его щеки покраснели, и глаза Руби округлились, а улыбка стала еще шире.

— Это был не мой выбор! — запротестовал он. — Послушай, у меня семь сестер, пятеро из них старше меня. Всякое случается. Особенно часто оно случается, когда твои папа с мамой оставляют старших сестер присматривать за тобой в детстве.

— Они одевали тебя в девичью одежду?!

— Без комментариев, — Руби разразилась смехом.

— Я хочу видеть фотографии!

— Ни за что!

— Ну пожалуйста…

— И не надейся, — он шутливо оттолкнул её, когда она попыталась вцепиться в его руку. — Я не дам тебе их увидеть, Руби. Черт, я их даже с собой не ношу. Они у сестер.

— Можно мне номера твоих сестер?

— Я тебя не слышу! — закричал он. — Ла-ла-ла!

Руби хихикнула и почувствовала, как страх, сковывавший её раньше, медленно улетучивается. Он не вел себя так, будто ждал от неё чего-то особенного, и не давил на неё. Может, всё это «свидание» окажется не таким уж и страшным.

/-/

Всё было плохо. Очень плохо.

— Ты не умеешь танцевать? — взгляд Руби метался из стороны в сторону, не в силах встретиться с его глазами.

— Э-это плохо?

— Ну, нет… но… мне кажется, тебе стоило сказать об этом до того, как ты предложила пойти потанцевать и потащила меня на танцпол.

Да, задним умом это казалось отличной идеей, но вы сами знаете, как оно бывает. Они были на танцах всего час или около того, но этого хватило, чтобы все собрались, а Янг начала отпускать свои двусмысленные шуточки. Руби не знала, считает ли сестра её невинной или просто глупой, потому что она прекрасно понимала, что означает каждый намек, и её лицо было готово взорваться от стыда.

Затеряться в толпе казалось отличной идеей, и никто ведь не осудит её за то, что она потащила своего кавалера танцевать, верно? Ну, никто, кроме её собственных ног. Она споткнулась о ноги Жона.

— Ты ставишь мне подножки, — заныла она.

— Ты пошла направо, — сказал он.

— А разве не должна была?

— Пока нет. Шагни влево, — команда прозвучала внезапно, и хотя она попыталась и на этот раз они двинулись в одну сторону, она всё равно ударила каблуком по его ступне и упала бы, если бы он её не подхватил. — Ты в порядке?

— Кажется, я разбила свою самооценку…

— Да ладно тебе, — рассмеялся он. — Значит, ты никогда раньше не танцевала?

— Это так странно? В смысле, много ли пятнадцатилетних умеют танцевать вальс? А ты-то как научился? — она зажмурилась и перебила его прежде, чем он успел ответить. — Дай угадаю: сестры.

— Мама, на самом деле. Но близко.

Руби снова попыталась подстроиться под него. Он двигался не очень быстро, и у неё было чувство, что он нарочно замедляется ради неё, но это не помогало. Иногда она делала слишком широкий шаг, наступая ему на ноги. Иногда не дотягивала, и его нога буквально подсекала её. Честно говоря, ей повезло, что она мало весила — будь она ростом с Янг или Блейк, она бы уже давно увлекла их обоих на пол.

— Тебе нужно двигаться в такт музыке, — объяснил он.

— Я знаю! Но что это вообще значит? Это плохой совет, — она надулась. — «Двигайся под музыку» — это как сказать человеку в кресле стоматолога «расслабься». Это не работает! У музыки нет инструкции по эксплуатации. Черт возьми, Жон!

Жон уставился на неё, приоткрыв рот. Руби покраснела. — Эм, ну… э-хе-хе…

— Тебя это правда задевает, да?

— Ты про то, что я выгляжу как идиотка перед всеми? Нет. С чего бы? — о бычно она не прибегала к сарказму, но сейчас чувствовала, что ситуация того требует. Дело было не в том, что она знала всех вокруг — на самом деле, она почти никого не знала, кроме их двух команд. Социальная неловкость и всё такое. — Просто все ждут, что я провалюсь, — призналась она.

— Что ты имеешь в виду? Янг и остальные никогда бы так не подумали…

— Не они. Все остальные, — она понизила голос, глядя в пол. — Я — пятнадцатилетка в Биконе. Я ребенок в месте, где все считают себя взрослыми. Это бесит. Они смотрят, как я спотыкаюсь на танцполе, и смеются над «маленькой девочкой, которая пытается быть охотницей».

Всё было не совсем так, по крайней мере, не буквально. Янг называла это ревностью: большинство людей чувствовали угрозу от мысли, что кто-то на два года младше них может быть сильнее. И потому им нравилось напоминать себе, что это не так, глядя на её неудачи. По крайней мере, когда рядом были Вайс и Янг, не говоря уже о Норе, никто не решался задирать её открыто. Угроза переломанных ног творила чудеса.

— Я просто хочу доказать, что достойна быть здесь, — сказала она.

— Достойна. Ты постоянно побеждаешь меня в спаррингах, — Руби улыбнулась. В этом был весь Жон, и в этом была причина, почему он ей так нравился. Сама мысль о том, что его побеждает пятнадцатилетняя девочка, его даже не задевала. Он был просто рад спарринговать с другом, независимо от исхода.

— Спасибо…

— Люди — идиоты, — проворчал он. — Тебе стоит просто их игнорировать.

— Ага, Янг говорит то же самое.

— Но это трудно, да?

— Угу, — Руби кивнула. Чаще всего её это не задевало, но здесь и сейчас, когда она выглядела нелепо, их веселье казалось слишком очевидным. Она вздохнула и отступила на шаг. — Пошли лучше выпьем чего-нибудь. Терпеть Янг — и то лучше. Она хотя бы смущает меня любя. Это лучше, чем всё это, — она начала отходить, но рука Жона перехватила её запястье.

— Или мы можем доказать, что они все ошибаются.

— А? — глаза Руби округлились, когда он потянул её обратно к себе. Она пискнула, врезавшись в его грудь. Её ладони легли на его пиджак, по обе стороны от сердца. — Ж-Жон. Что? Я не умею танцевать. Я же сказала. Черт, я же показала!

— Значит, придется научиться, — спокойно сказал он, словно ему только что не оттоптали ноги десять секунд назад. Будь проклята его неприлично большая аура. — Начнем с простого, чтобы ты привыкла. Все с чего-то начинают.

Она прикусила губу. — Не знаю…

— Доверься мне, — прошептал он. Его улыбка была искренней, от его одеколона кружилась голова. Его лицо было куда ближе, чем раньше. — Разве я когда-нибудь тебя подводил, Руби? Я не сделаю ничего, что тебя опозорит. Просто доверься мне.

Он всегда был ей верным другом. Она почувствовала, что кивает прежде, чем успела подумать. — Хорошо. Не поднимай голову, — проинструктировал он. — Я держу тебя за плечи, так что ведение оставь мне. Я хочу, чтобы ты смотрела на мои ноги и поняла, на какое расстояние я делаю один шаг. Двигай своими в такт и пока сосредоточься только на этом. Когда поймешь размер шага, пойдем дальше, — он мягко обнял её, фиксируя. — Готова?

Руби кивнула. Было странно смотреть вниз во время танца, но она верила ему и делала, что велено. — Сейчас сделаем просто четыре шага и будем их повторять. Я шагну влево, один назад — для тебя это будет вперед, — затем один вправо и один вперед, для тебя это назад. Итого: ты идешь влево, вперед, вправо и назад.

— Влево, вперед, вправо, назад, — она повторила инструкции и кивнула. Звучало не слишком сложно, к тому же они возвращались в исходную точку.

— Я начинаю. Расслабься и просто почувствуй расстояние.

Он сделал первый шаг, и она неуклюже последовала за ним. Попыталась переставить обе ноги сразу, что было ошибкой. К счастью, он снова её поймал и не остановился, делая шаг назад и увлекая её за собой. Было трудно подавить инстинктивное желание в панике поднять глаза, но она сосредоточилась на его ногах, замечая, что каждый шаг делается только одной ногой, а вторая скользит следом только тогда, когда первая закончила движение. Когда он шагнул вперед, толкая её назад, он начал с правой ноги, а затем мягко повернул её тело в противоположном направлении, и только тогда шагнул другой, чтобы они снова замерли. — И повтор, — сказал он, снова вступая в танец. Её потянуло влево, вперед, вправо и назад. — Пока думай только об этих четырех шагах, — прошептал он. — Не думай о музыке, обо мне или о ком-то еще. Это просто движение из четырех шагов, которое тебе нужно выучить. Если поможет — представь, что я «Кресент Роуз».

Это не помогло, но она оценила старание и рассмеялась от мысли, что она размахивает косой посреди танцпола. Это был бы отличный способ избавиться от всех этих смешков вокруг, хотя вряд ли папа бы это одобрил. А вот Кроу бы посмеялся, особенно если бы она распугала всех до криков. — Хорошо, — сказал Жон.

— А?

— Ты двигалась вместе со мной, — объяснил он. — Это было очень хорошо!

«Правда? Что?», — Руби тряхнула головой и снова споткнулась, он её подхватил. Она посмотрела вниз. Ноги всё еще казались деревянными, но она поняла: когда Жон делал шаг вправо, она могла следовать за ним, ведя одной ногой, но при этом держа её внутри его шага. Когда двигалась его вторая нога, она скользила перед ней, останавливаясь на шаг в стороне и не задевая его.

— А теперь один вперед, — прошептал он. Он отступил правой ногой назад, и на этот раз она последовала за ней левой — рассчитывая темп так, чтобы их колени не столкнулись. У неё получалось! — Вот так, — сказал он, не менее воодушевленный. — Теперь за мной.

Она подчинилась. Когда его вторая нога пришла в движение, её нога сделала то же самое, идеально сохраняя баланс, когда они замерли на шаг позади. На следующем шаге он не предупредил её, но она была готова. Слитным движением они шагнули вправо, а когда Жон пошел вперед, она отступила. Это было самое трудное, так как она не видела, что у неё за спиной. Но она доверилась ему, веря, что он предупредит, если там кто-то есть или она вот-вот упадет. Они завершили полный цикл из четырех шагов. — И повтор, — сказал он снова.

Руби кивнула и подчинилась, плавно следуя за ним — и впервые в жизни ей казалось, что они действительно движутся плавно, а не она пытается догнать его ноги. Когда она шагала вперед, он отступал, и никто не приближался к другому слишком сильно, двигаясь синхронно.

— Теперь давай попробуем поворот, — прошептал он. — Сделаем все четыре шага, потом я тебя закружу, и снова четыре шага. Не делай пируэт. Мы оба повернемся вместе. На триста шестьдесят градусов, окей?

— Ага. Кажется, я поняла.

Они сделали ещё несколько движений, и после первого шага Жон медленно потянул её вправо, разворачивая их обоих вокруг центральной точки. Это было чуть сложнее, но в ней проснулась уверенность, и она справилась без особых проблем, ухмыляясь как ненормальная, когда они закончили поворот.

— Вот и всё. В этом весь секрет, — Жон улыбнулся ей. — Некоторые танцы длиннее, конечно. Больше шагов. Но пока можем танцевать так. Попробуй смотреть на меня, а не в пол. Если заденешь мои ноги — забей и продолжай. Не расстраивайся. Танцы должны приносить удовольствие.

Она кивнула и впилась взглядом в его глаза. Его улыбка упрощала задачу, в основном потому, что она была такой радостной — такой искренней. Он радовался за неё, и от этого момент становился особенным. Он был в восторге от того, что она учится, что у неё получается. Он искренне гордился ею. Никаких сложных или безумных чувств. Руби хихикнула и улыбнулась в ответ, чувствуя такое же легкое головокружение. — Давай сделаем это, — сказала она. — Докажем им всем.

Заиграла новая песня. Руби её проигнорировала, сосредоточившись на Жоне. Те же движения, тот же маневр, и хотя она не смотрела на ноги, ей удавалось держать ритм, оценивая расстояние скорее по мышечной памяти и по тому, как двигалось его тело. В конце концов, в бою тоже важна работа ног. Ей просто нужно было представить, что она сохраняет дистанцию с противником, вот только эта дистанция была куда меньше той, к которой она привыкла.

Они завершили свой цикл, в конце кружась. Глаза Руби сияли, подол платья слегка взметнулся, обвивая ноги при повороте. Никто больше не делал ничего подобного. Она поймала чей-то взгляд, увидела, как человек раздраженно отвернулся. — Быстрее, — взмолилась она.

— Уверена?

— Да. Я поймала ритм.

И она поймала. Он прибавил темп, притянув её ближе, и она без труда за ним поспевала. Влево, вперед, вправо, назад и поворот. В какой-то момент Жон удивил её, прошептав, что им нужно сделать три шага назад, но она уже чувствовала движение и легко справилась — наблюдая через его плечо, как другая пара танцует слишком близко. Они бы столкнулись, стой они на месте, но вместо этого Руби из первого ряда наблюдала, как те споткнулись о собственные ноги и рухнули.

Она прижалась лицом к груди Жона, чтобы скрыть улыбку — а может, и смех. Его тело было теплым и крепким, и ей это нравилось. Запах одеколона начал выветриваться, смешиваясь с запахом пота от танцев, и ей пришлось признать, что это тоже был не самый плохой запах. — Спасибо тебе за это, — прошептала она.

— За то, что научил тебя танцевать? — спросил он, увлекая её в сторону. Она не отставала и поворачивалась вместе с ним, впечатляя окружающих.

— Не только за это. За то, что верил, что я смогу. За то, что вообще попытался. Ты никогда не относишься ко мне как к ребенку. Никогда не смотришь на меня как на бесполезную.

Жон рассмеялся.

— Я-я серьезно! — проворчала она, тыкая его в грудь.

— Я знаю, просто… разве ты не видишь, что делаешь для меня то же самое?

— А?

— Я слабейший среди наших друзей, и с огромным отрывом, — сказал он. — Я хожу на те же дополнительные занятия по истории, что и ты, хотя у меня нет оправдания в виде того, что я на два года младше и пропустил кучу классов. Я машу мечом, которым толком не умею пользоваться, и очевидно, что я не гожусь в охотники.

— Жон, нет, — возразила она. — Не говори так.

— Но ты никогда не ведешь себя так, будто это важно, — перебил он, улыбаясь ей. — Для тебя всё это ничего не значит. Ты — просто Руби, и ты относишься ко мне как к «просто Жону». Ты веришь, что я могу стать охотником. Ты никогда не относишься ко мне как к недоучке-идиоту, — его глаза блеснули, забавляясь тем, что он вернул ей её же слова. — Ты никогда не смотришь на меня как на бесполезного.

Она не проронила ни слова. Она уткнулась лицом в его грудь и почувствовала, как губы расплываются в улыбке. Он снова увлек её в танец, и она не сопротивлялась. Она не спотыкалась и не колебалась. Может, то, что между ними было, не было таким уж однозначным, как она думала. Может, дело было не только в том, что она берет у него что-то, ничего не отдавая взамен. Может, они были куда более похожи, чем она осознавала. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что помогаешь мне.

— Для чего еще нужны друзья? И спасибо тебе, Руби. За то, что помогаешь мне. Она хихикнула.

— Для чего еще нужны друзья?

/-/

Жон оглянулся на зал: музыка и свет лились из окон. Он отсчитывал секунды. Чем быстрее это закончится, тем скорее он сможет вернуться к Руби, и желательно так, чтобы никто ничего не заподозрил. Он выбрал момент, когда ей нужно было отойти в дамскую комнату, чтобы ускользнуть — оправданием будет то, что ему тоже приспичило, и они просто не нашли друг друга в толпе на то время, пока его не будет. «Надеюсь, это не займет много времени». Вечер и так был лучше, чем он ожидал, и он хотел поскорее вернуться. У них еще было полно времени потанцевать, и он не хотел, чтобы она хоть на секунду подумала, что он её бросил. — Что ж, пора за работу.

Башню связи было трудно не заметить даже ночью, но это была не первая его цель. Пригибаясь, он поспешил к густым кустам главного сада и присел под деревом, отгребая листву рукой. Там его взору открылся небольшой коричневый сверток. — Спасибо, Сиэль, — прошептал он, вскрывая его. Она сдержала слово: внутри были полезные вещички. А именно: черное пальто, которое можно было накинуть поверх костюма, застегнув спереди, и балаклава, чтобы скрыть голову. Времени перекрашивать волосы в черный не было, если он хотел потом вернуть их в блонд и вернуться на бал.

В форме «ССВ» идти тоже было нельзя, так что пришлось довольствоваться этим. Материал был облегающим и жарким, но через прорези для глаз он всё видел достаточно четко. Он натянул черные перчатки, чтобы не оставлять отпечатков, и, наконец, достал свиток с вирусом, который дала Синдер. — Зайти и выйти. Без лишнего шума. Блейк уже должна была меня заметить, — он на миг обернулся в сторону зала, но тряхнул головой. Она не будет так явно себя выдавать, а он не может её здесь ждать. — Сосредоточься. Я справлюсь.

Двое охранников у башни не слишком усердствовали. Оба были из Атласа, что само по себе странно — охранять-то объект должны были местные, но они явно были отвлечены громкой музыкой и огнями бала. Это скрыло шорох кустов, когда он подобрался ближе, пригибаясь к земле. Даже с эффектом неожиданности двое охранников — это на два больше, чем хотелось бы, а одной секунды им хватит, чтобы вызвать подкрепление по рации, и тогда расклад будет явно не в его пользу. В башне мог быть какой-нибудь люк для обслуживания, но он обещал Блейк очевидный знак. Как иначе она оправдает свое знание о том, что в здание кто-то проник?

Пальцы нащупали в кармане пальто маленькую металлическую сферу. Он нажал на бок, почувствовал щелчок и медленно вытащил её. Второй щелчок возвестил о том, что устройство взведено. Легким движением он пустил сферу катиться по бетону прямо между двумя мужчинами. — Что за—?

Сфера с резким шипением раскрыла четыре створки, выпуская густое облако газа с фиолетовым оттенком. Оба мужчины охнули, один потянулся к шлему. Жон перехватил руку прежде, чем тот успел. Он всадил колено в живот охранника, заставив того согнуться пополам. Толкнул его вниз, перемахнул через спину и ударил ногой под колено второму, сбивая того с ног. Его руки вцепились в шлем противника с обеих сторон, и он один за другим всадил два удара коленом в лицо.

Этого было мало, чтобы вырубить их. Они были хорошо обучены и закованы в броню. Но вся схватка заняла не больше семи секунд, и всё это время он задерживал дыхание. А вот охранники, напротив, выдохнули весь воздух во время его атаки. Первый охнул и рухнул — газ подействовал, лишая его сознания. Второй еще дергался в захвате Жона, но затих, когда колено снова врезалось ему в визор и подбородок. Он вдохнул и обмяк.

Повезло — ветерок быстро развеял газ, не только уничтожая улики, но и позволяя Жону снова дышать. Это также означало, что им не грозит передозировка, но в отключке они пробудут час-другой.

— У Атласа действительно лучшие гаджеты, — заметил он, аккуратно опуская охранника на землю. Сиэль повезло иметь такие штуки, и он, полагаю, был везунчиком, раз она поделилась с ним. С разбитой губой или треснувшим визором он поделать ничего не мог, но старался их особо не кантовать. Он оттащил одного в кусты и уложил как можно аккуратнее, затем проделал то же самое со вторым, не забыв оставить ногу торчащей, как они и договаривались. Шанс, что кто-то это заметит, был мал, особенно в темноте. Но раз Блейк — фавн, и нужно полагать, Озпин об этом знает, то её зоркость не вызовет подозрений.

Как бы то ни было, он рванулся внутрь, проскользнул через двери и поспешил к главному лифту в центральной шахте. Тот уже был внизу, что сэкономило время. Он нажал кнопку верхнего этажа и нетерпеливо ждал, пока кабина ползет вверх. Его не было всего четыре, пять минут максимум. В зале было полно народу. Можно потеряться, разыскивая кого-то, минут на десять, но дольше — и он будет выглядеть идиотом, раз не пошел туда, где точно были их друзья.

— Десять минут, — он посмотрел на часы и поставил таймер на пять минут, считая, что пять уже прошло. — Должно хватить. Зайти. Загрузить вирус. Дождаться Блейк. Подраться. Сбежать. Переодеться и встретиться с Руби.

Когда он прикинул план, это действительно казалось кучей дел для пяти минут. Лифт звякнул. Он вышел, но — по наитию — потянулся обратно и нажал кнопку первого этажа. Это сэкономит добрых секунд сорок, если лифт уже будет ждать Блейк.

Экраны терминалов и компьютеры смотрели на него со всех сторон. За ними — огромные окна, составляющие внешнюю стену диспетчерской башни. Днем здесь кипела бы жизнь. Но не сейчас. Однако здесь были камеры, а значит, ему нужно было действовать максимально прямолинейно. Синдер сказала: главная консоль. Он подошел к ней: она располагалась в центре задней стены, к ней было подключено шесть или семь мониторов. Она не использовалась для междугородних звонков, а служила неким сервером или хабом. Точных деталей он не знал.

«На нижней части устройства есть слот», — он смотрел терминал, пока не нашел разъем подходящей формы. Позади он услышал жужжание — лифт пришел в движение. Хорошо. Она как раз вовремя. — Черт с ним. Попробуем так, — свиток вошел легко, скользнул в гнездо и защелкнулся. Секунду ничего не происходило, и ему пришло в голову, что он понятия не имеет, как понять, заработало оно или нет. Но сомнения быстро развеялись. Все экраны вспыхнули — на них появился багровый фон с черной шахматной фигурой в центре. Вряд ли это была заставка.

Вирус установлен, с охраной разобрались. Теперь осталось только… Лифт звякнул, и двери разъехались в стороны. — Тебе уже не остановить меня! — крикнул он, скорее на камеру, чем для Блейк.

— Что… Кто ты? Что ты только что сделал?!

Глаза Жона округлились. Он обернулся, во рту пересохло. Балаклава скрывала его лицо, но не будь её — человек перед ним увидел бы застывший взгляд и отвисшую челюсть. Это не Блейк последовала за ним. Это была Руби. И она была вооружена.