Эта лиса не умеет прятать свой хвост (3)

Услышав новость о прибытии принца, И Джэ вышла во двор вместе с королём. Рыцари отдали честь, и Родерик, едва кивнув, поморщился: свита была слишком скромной — всего около десяти человек.

— Эдгар. Я же просил тебя так не разъезжать, — недовольно проговорил он.

— …

— Забыл, что я тебе тогда сказал?

Принц ответил только неловкой улыбкой. Атмосфера мгновенно накалилась, и Кан И Джэ, стоявшая за королём, чуть вышла вперёд и, склонив голову, вежливо поприветствовала молодого человека:

— Снова встретились.

— Ваше величество, как здоровье? — отозвался принц.

— Всё хорошо, — улыбнулась она.

Но тут Родерик, с явным неудовольствием, вмешался:

— Хорошо ей, как же. Просто привыкла лгать, вот и всё.

И всё же в его словах слышались забота и нежность — это ощущали все присутствующие. В подтверждение своих чувств Родерик подошёл к И Джэ сзади и крепко обнял её. Обратившись к младшему брату, он сказал:

— Красивая, правда?

Королевские рыцари переглянулись. Господи…

И Джэ резко сбросила его руку и кинула в него взгляд, полный молчаливого упрёка: «Что ты творишь?» Но Родерик, глядя на неё сверху вниз, прошептал: «А что? Что такого?»

Она недовольно затрясла его рукавом, словно говоря: «Прекрати». Со стороны они больше походили не на супругов, а на влюблённую пару, только начавшую встречаться.

И Джэ сделала вид, что не замечает невозмутимого короля, и перевела взгляд на свиту. Среди них оказалось знакомое лицо — тот самый человек с чужеземной внешностью, что был с принцем в прошлый раз. Увидев её, он кивнул, и Кан И Джэ в ответ мягко улыбнулась и слегка поклонилась. В свите тут же раздался сдержанный смех.

Родерик снова обнял И Джэ сзади и повторил:

— Правда, красивая?

Персиковая лисица злобно зашипела, сморщив носик, и все вокруг рассмеялись уже в голос.

Вечером семья собралась за ужином. Пир устроить не удалось — возвращение происходило в неспокойной обстановке на границах. Тем не менее, трапеза прошла в тёплой и уютной атмосфере.

Принц, переодетый в лёгкие одежды, выглядел гораздо спокойнее и даже улыбался.

— Стало быть, ночные нападения участились?

— Да.

— Эдгар, не думаешь ли ты, что в лагере завёлся предатель?

— Командование тоже подозревает это, но явных признаков пока не найдено.

— А меня всё не отпускает мысль о том караульном, что в прошлый раз сам открыл ворота крепости… Надо проверить их финансовые дела или семейные связи...

Разговор незаметно свернул на тревожную тему, и король с принцем погрузились в серьёзное обсуждение. И Джэ, ковыряясь в еде, рассеянно смотрела на них.

Будучи отстранённой от беседы, она по привычке начала рассматривать физиономию принца. Профессиональная привычка.

И тут невольно поморщилась и замерла.

Огляделась по сторонам, потом снова уставилась на него, распахнув глаза.

«Что за…? Его зрачки всегда были такими неестественно расширенными?»

Это глаза амбициозного человека.

Глаза И Джэ вдруг блеснули.

Физиогномика способна меняться. В ней важна не какая-то одна деталь, а общее соотношение и настроение лица.

Не зря ведь говорят: на лице отпечатывается вся жизнь человека. Его мысли, привычки, достоинства — всё отражается в выражении, в чертах, в общем облике.

Иногда по одному взгляду на лицо можно понять лжёт этот человек или нет.

«Что с ним? Почему его облик так изменился? В конце концов, учёному, видно, не место на поле…»

И Джэ, глядя на бледного принца, продолжала качать головой, не в силах избавиться от смутных подозрений. До самого конца ужина она не проронила ни слова.

Когда И Джэ только улеглась в постель, в комнату вошёл Родерик, свежевымывшийся и довольный. Подходя к кровати, он улыбался так, что от него будто исходила сияющая энергия. Любому шаману было бы приятно видеть такой результат.

Но когда Родерик лёг сзади и прижался к ней, И Джэ сказала:

— Ваше величество…

— М-м?

— Вы как-то слишком близко.

Поскольку он обхватил её за талию, И Джэ слегка отодвинула бёдра и ноги вперёд. Но Родерик тут же потянул её обратно, снова притянув к себе за бедро.

И Джэ покосилась на него через плечо.

— Я же не просто так вредничаю… Я чувствую что-то там… — пробормотала И Джэ, извиваясь.

Но Родерик, не обращая внимания на её слова, крепко прижал её к себе и поцеловал то в щёку, то в веки, то в уголок губ. И Джэ снова отвернулась и уставилась перед собой.

— Ваше величество.

— М-м?

— Насчёт принца…

— Ты и в постели будешь говорить о другом мужчине? — лениво усмехнулся он.

И Джэ в изумлении снова покосилась на него:

— Вы что, издеваетесь? Это же ваша семья.

Родерик пожал плечами:

— Ну и что Эдгар?

— …Разве он вам не показался странным?

Король ненадолго задумался, а потом ответил без особой заинтересованности:

— Уставшим выглядел. А что?

И Джэ тоже на миг погрузилась в мысли, но покачала головой:

— Ничего. Показалось.

Она натянула одеяло до самых плеч и закрыла глаза.

Но Родерик не думал отступать: то приподнимал её подбородок, чтобы поцеловать, то тёрся щекой о её макушку, то просто бесцельно водил пальцами по её кисти или запястье.

В конце концов И Джэ повернулась к нему лицом. В её голове вертелась мысль, что мучила её в последнее время. Почему он так старается держать её в этой комнате?

— Супруга, наконец-то решила посмотреть на меня?

Вместо ответа она мягко коснулась его щеки. Король с ленивой улыбкой и синими глазами походил на благородного хищника. И Джэ наклонилась и поцеловала его.

Её маленькие губы чуть шевелились, будто откусывали спелое яблоко. Родерик перевернул её на спину и, прижав с обеих сторон руками, начал жарко целовать.

Его большая ладонь то сжимала, то отпускала её волосы — он словно метался между разумом и желанием.

Но вскоре он всё же отстранился и мягко накрыл её тёплым одеялом. Свернувшись под ним калачиком, И Джэ тихонько прыснула от смеха.

Когда-то она спросила его, почему он ведёт себя как зверь. Но тогда это было неправильно… ведь именно в последнее время он действительно стал похож на хищника.

Иногда, даже лёжа позади, он невольно забирался на неё сверху, рыча сквозь стиснутые зубы, как дикий зверь.

Целуя, он мог внезапно запыхаться, закутать её в одеяло… А потом то запускал руку под ткань, то сдёргивал покрывало, чтобы поцеловать в лоб. И тут же снова накрывал.

Он походил на человека, который открыл заветный шоколад, попробовал кусочек и снова спрятал его, уговаривая себя подождать.

И действительно — Родерик опять медленно спустил одеяло. И Джэ перехватила его запястье:

— Ваше величество.

— А? Что?

— Может, сегодня лучше поспать раздельно?

Родерик молча снова укрыл её с головой. И прижал к себе прямо в одеяле:

— Извини. Если не хочешь — не буду.

И Джэ завозилась под одеялом, высунула голову и сказала:

— Я сама пойду к вам в комнату. Там посплю.

— Нет уж. Я просто обниму — и всё. Мы же недавно поженились, а ты уже за отдельные спальни?

— Тогда пойдём вместе? Давайте?

— …Я один пойду. Спи здесь.

И Джэ слабо улыбнулась. Теперь она знала наверняка.

«Ты ведь что-то понял. Чувствуешь, что в той комнате опасно — не только для тебя, но и для меня. Поэтому и не пускаешь… Хотя сам столько раз спал там один. Всё терпел, чтобы меня не потревожить…»

В груди защемило, но она сделала вид, что всё в порядке, и тихо засмеялась:

— Ну и ну. Вы же говорили, что в этой комнате лучше спится.

Но Родерик промолчал, поднялся с постели и стал собираться. Тогда И Джэ осторожно взяла его за запястье и снова уложила в постель. Упёршись руками, воскликнула:

— Упс! — и забралась на него сверху.

Задев его чувствительное место, она заметила, как он приподнял бровь. Смотрела на него сверху и думала:

«На самом деле… я ведь тоже хочу. Может, прямо сказать? Или подождать? Сейчас, без подготовки — нормально? Боже… какое же я сегодня бельё надела? Что было под рукой, то и взяла…»

Пока раздумывала, наклонилась и поцеловала его в лоб и в переносицу. Лёгкие, будто лепестки, поцелуи. От них по телу Родерика пробежала дрожь, и он глубоко вздохнул.

— Ты… такая плохая. Дразнишь человека, а сама ведь не собираешься ничего делать.

— Прекратить?

— …Продолжай.

И Джэ полностью прижалась к нему и принялась целовать его губы. Родерик гладил её по спине, но когда её тело начало отвечать, он отстранился.

— Дорогая, может, слезешь уже?

— Не хочу.

Родерик, не ожидавший такого ответа, на миг опешил.

— Ты вообще понимаешь, ради кого я прошу тебя слезть?

— Всё равно не хочу.

— С каких пор моя лисичка стала такой упрямой?

— Это из-за вас, ваше величество. Всё время вредничаете — вот и я научилась.

— А, ну конечно. Опять я виноват?

— Угу, точно так и есть.

Когда И Джэ рассмеялась, он прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Ему почудилось, будто кто-то шепчет прямо в сердце.

— Не смейся.

И Джэ попыталась отодвинуть его руку, а когда не вышло, принялась тыкать в него пальцем.

— Ай, не тыкай!

— Ваше величество.

— И не зови!

— Почему?

— Просто… помолчи немного, ладно?

Он из последних сил сдерживал себя. Но когда И Джэ продолжила хихикать и тыкать его пальцем, он вдруг перехватил обе её руки.

— А?

Мир вокруг будто перевернулся. В одно мгновение И Джэ оказалась под ним, а Родерик смотрел на неё сверху вниз. Его кадык заметно дёрнулся. Взгляд стал хищным, резким.

— Эй, кроха. Ты что, издеваешься надо мной?

— …Нет-нет! Я вас… обидела?

— …

— Просто… вы были таким милым…

— А, значит, мой план удался.

Родерик усмехнулся, слегка ошеломлённый. Он никак не мог понять, что именно «милого» в нём нашлось.

Он поцеловал её в лоб и в щёку. Его глаза мгновенно потемнели от желания при виде её алых губ, но он внезапно поднялся с кровати.

— Куда это вы?

Он ничего не ответил и направился в ванную.

— …

«Ох, наверное, пошёл умываться. Хотя он только оттуда… Но ванная — это место, где моются. Наверное, умоется холодной водой».

И Джэ в смущении закрыла лицо руками. Она наспех натянула на себя одеяло.

Но тут в её голове внезапно мелькнула мысль.

«А что если… сейчас? Прямо сейчас тот самый момент?»

— Божье благословение.

Небеса помогают, боги благосклонны. Духи, благодарю вас!

Это был идеальный, неожиданный шанс выбраться из беды.

И Джэ осторожно выбралась из постели. Подошла к шкатулке и вытащила несколько амулетов. Дух, живущий в шкатулке, опять что-то бубнил, и ей даже захотелось дать ему щелбан — но сейчас было не до того.

И Джэ, крадучись, открыла дверь спальни.