К голосам мёртвых (6)
И Джэ, изгнавшая прошлой ночью двух призраков из покоев короля, чувствовала усталость. Её сильно тревожило, что он снова может проснуться, и всё же последние несколько дней она изо всех сил старалась держаться. Всё из-за той фразы, которую он так небрежно обронил.
«Если со мной что-то случится…»
Это, наверное, и есть то самое чувство, которое губит жизнь шамана. Слова короля продолжали терзать душу И Джэ, и она всё чаще уходила в раздумья.
На самом деле ей хотелось спросить:
«А если с вами и правда что-то случится… что мне тогда делать? Смогу ли я выдержать это?»
— …
Родерик пристально смотрел на неё. В последнее время её лицо часто выглядело усталым, а в глазах читалась глубокая задумчивость. Она часто погружалась в себя, глядя вдаль, но сейчас это было особенно заметно.
— Хэйли.
— Да?
— Ты выглядишь так, будто… Впрочем, это уже не впервые.
— …
— В последнее время ты часто витаешь в облаках.
Он хотел сказать «как будто на грани смерти», но вовремя одумался — он знал, как сильно она не любит такие слова.
И Джэ только сейчас осознала, что все вокруг смотрят на неё. Вероятно, потому, что король не мог отвести от неё взгляд. Даже сегодня, в день отъезда принца, всё его внимание было приковано к ней.
Родерик незаметно обнял её сзади, прижал к себе и положил подбородок на её персиковую макушку.
— Ты что, снова плохо себя чувствуешь?
Но И Джэ, наблюдая за спешащими людьми, быстро вернулась к реальности. Она начала размышлять о том, что должна сейчас делать.
Такова жизнь тех, кто одной ногой стоит в мире живых, а другой — в мире мёртвых. Иногда со стороны кажется, что они всё время витают где-то не здесь.
— Ваше величество.
— М-м?
— Может, мне повязать принцу платок?
Лицо Родерика, до этого момента выражавшее беспокойство, слегка нахмурилось.
— С какой стати?
— Принц ведь не женат. И, кажется, у него даже нет возлюбленной.
— И что?
— Тогда, похоже, нет никого, кто мог бы пожелать ему удачи и безопасного пути.
Раз уж королева здесь, разве можно доверить подобное фрейлинам? Хотя её предложение было вполне разумным, Родерик не смог скрыть лёгкого раздражения.
— Ты замужняя женщина. Как ты можешь думать о том, чтобы дарить платки другим мужчинам? Принц что, не мужчина, по-твоему?
— Ну… Мы же семья. Что тут такого?
Родерик пробормотал себе под нос: «Семья, говоришь…»
Разумеется, она прекрасно его услышала.
— Похоже, у нас с тобой разные представления о семье.
— Да?
— Да. Если ты настолько великодушна, то, прости, но твоя семья — это я, а не он.
И Джэ тихо хихикнула. Как и ожидалось, западный мир очень быстро движется к нуклеарной семье [1].
— Ваше величество, я предложила не потому, что он «моя семья», а потому что он — ваша семья.
— …
— И потом, это просто жест вежливости. Вы иногда ведёте себя как ребёнок.
— Что?
Поведение жены всё больше удивляло его, и Родерик усмехнулся.
— Ты совсем от рук отбилась. Надо бы заткнуть тебе рот.
Когда он взял её за подбородок, И Джэ сразу поняла, как именно он собирается это сделать. Она попыталась оттолкнуть его руку и отскочить.
— Ой, ну правда, в последнее время вы ведёте себя просто как зверь!
— Зверь? Ну, вообще-то, это и есть моё имя.
— …
— Ты, оказывается, помнишь, как меня зовут. А то я уж думал, ты только «ваше величество» и знаешь.
Родерик сказал это совершенно спокойно, а вот сопровождавшие его приближённые выглядели ужасно смущёнными.
«Ваше величество, имя, дарованное вам покойным королём, — не «зверь», а «хищник». Эти два слова очень сильно различаются по звучанию, и королева ни в коем случае не имела в виду то, что вы подумали».
И Джэ попробовала отступить назад, но он ловко подхватил её за талию и притянул к себе.
— Ты думаешь, в первые месяцы брака найдётся много таких сдержанных мужей, как я? Кого ты тут зверем назвала?
— Ваше величество, в мире столько людей… Если поискать, может, парочка таких ещё и найдётся?
— А, ты уже всё сказала, да?
— Укх, поняла! Признаю вину! Больше не буду дразниться, только отпустите меня!
Он держал её одной рукой, и в такие моменты и вправду напоминал хищника.
Но она, похоже, не особо боялась «зверя», потому что продолжала весело дразниться.
Персиковая лиса пару раз несильно ударила его маленькими передними лапками в грудь. Но он лишь фыркал, и тогда она сменила тактику: схватила за его талию и, крикнув «У-а-а!», толкнула его лбом в грудь.
Родерик поднял взгляд к небу и рассмеялся.
«Это ещё что за приём?»
Когда И Джэ попыталась опрокинуть его, он плавно поддел её ногу изнутри.
Она ахнула: «Что?»
В обычной ситуации она бы упала на спину, но он поддержал её, не отпуская.
Полусогнувшись в его объятиях, И Джэ округлила глаза.
«Ваше величество… это же приём из нашего традиционного ссирым [2] — «подсечка с внутренней стороны»… Откуда вы его знаете?»
Настоящий мастер не ограничивается одним оружием, а опытный боец — одним стилем. Родерик просто решил нарушить её равновесие, когда она внезапно закричала и пошла в «атаку».
Само собой, как муж он отказался от победы ради безопасности жены.
Король без особых усилий вывел её из неустойчивого положения.
— Хэйли. Хватит. Мне, конечно, тоже весело, но ты не размялась — так легко травмироваться.
Он опустился на одно колено и осторожно осмотрел её лодыжку, которую только что поддел. Кость была тонкая, и он подумал, что при неудачном падении могла бы сломаться.
Раньше ему казалось, что у неё просто короткий шаг, но теперь он понял — ей и правда нужно ходить осторожнее.
— Ты меня поняла?
Убедившись, что с ней всё в порядке, он встал. И Джэ, вернув себе утраченные манеры, кивнула. Она в очередной раз осознала важную истину — не стоит задирать тех, кто занимается спортом.
Но дворяне, пришедшие на церемонию проводов, уже всё видели.
Это было похоже то ли на детскую возню, то ли на игры влюблённых. Глупо, но мило и трогательно.
— Я ещё на приёме заметил — между его величеством и королевой действительно тёплые отношения.
— А ведь герцог Дункан так хотел породниться с королём, а теперь, похоже, остался ни с чем.
— Говорят, королева куда суровее, чем кажется. В прошлый раз на аудиенции она устроила герцогу сцену.
— А теперь и вовсе, говорят, не принимает его.
— Герцог пожинает плоды. Разве истинно любимая дочь стала бы так обращаться с отцом?
И Джэ слышала каждое слово. Шёпот, который хотят донести до постороннего, — это настоящее искусство. И дворяне владели им.
Иногда и сам король прибегал к этому — делал вид, что говорит сам с собой, но на деле обращался к ней.
И Джэ прошептала:
— Ваше величество, по-моему, они говорят о нас.
Родерик тоже ответил шёпотом:
— Пусть. Они говорят это не для нас, а чтобы герцог услышал.
И правда, лицо герцога Дункана то багровело, то бледнело.
— Это мои люди. Заняты делом, так что можешь не обращать внимания.
— Правда?
— Ага. А что, неприятно?
Но ей не было неприятно. Пожалуй, из-за того, что она с детства слышала множество гадостей, её уже трудно было ранить словами.
— Нет, совсем нет. Если вам всё равно — мне тоже.
Она кивнула с облегчением, затем задумчиво добавила:
— Ваше величество, человеческий мир — он, правда, какой-то… безумный.
— Ты говоришь, будто живёшь в другом мире.
Хотя он неожиданно попал в точку, И Джэ покачала головой.
— Не то чтобы я чужая… Просто жить с вечно обострёнными чувствами — очень утомительно.
Родерик рассмеялся — его забавляли такие загадочные фразы жены. Но И Джэ лишь спокойно смотрела на него.
Для неё мир живых и правда был безумным. Те, кто видит духов, знают: ад — не только в потустороннем мире. Дорога туда начинается здесь.
Одержимые духи когда-то были людьми. И те, кто копил обиды, и те, кто их причинял — все они люди.
Но смех короля был чистым… далёким от таких чувств, и потому она просто улыбнулась.
Тем временем солдаты, завершившие построение, уже выстроились перед королём.
И Джэ, немного подумав, решила, что так будет правильно, — и встала рядом с мужем.
Первым честь отдал принц.
— Слава Кайену!
В ответ на эти слова тысяча с лишним солдат и рыцарей одновременно подняли руки в приветствии и отдали честь королю.
Родерик кивнул в ответ принцу. И Джэ украдкой взглянула на рыцарей в первом ряду. Один из них стоял с идеальной выправкой — единственный среди всех. Это был друг принца.
Казалось, он тоже смотрел на неё. Когда их взгляды встретились, она почувствовала, как уголки его губ слегка изогнулись в улыбке.
Спустя мгновение Родерик мягко потянул И Джэ за руку и отступил в сторону. Эдгар, не имевший возможности попрощаться с королевой отдельно, вместо воинского приветствия склонился перед ней в почтительном поклоне. Его друг последовал его примеру — и Кан И Джэ невольно ответила лёгким наклоном головы.
В их глазах тут же заиграла сдержанная улыбка.
Принц ударил по поводьям. Подняв меч, он повёл войско вперёд, и солдаты с боевым кличем погнали коней.
Вокруг взметнулись клубы пыли, и вскоре единственным, что можно было разглядеть, стали стремительно удаляющиеся спины воинов.
Но И Джэ продолжала махать им вслед, пока последний из всадников не исчез из виду.
Примечания:
1. Нуклеарная семья — базовая ячейка общества, состоящая из родителей и их детей (без включения других родственников, таких как бабушки, дедушки, тёти, дяди и т.д.).
2. Ссирым — национальная корейская борьба, похожая на японское сумо или монгольскую борьбу.