Подушка для сна (5)

А тем временем Родерик, успевший незаметно подойти ближе, по-прежнему хмурил брови. Вдали виднелся Джейд, снова оставшийся один и, судя по всему, пребывающий в недоумении.

И Джэ приподняла руку в его сторону. Она была благодарна, что тот не забыл её просьбу и провёл спарринг с королём.

Королева неформально махнула рукой, но Джейд в ответ не просто кивнул, а отдал почтительный воинский поклон.

— Почему ты здесь?

— Здесь? Вы про это место?

Родерик не ответил. Но И Джэ, немного подумав, поняла, что его беспокоит. Озеро. Глубокое, величественное.

Похоже, ему совсем не нравилось, что Хэйли, которая когда-то бросилась в воду, снова находилась у водоёма.

— Мне сказали, что я могу свободно передвигаться по замку.

«Вплоть до вашей спальни».

На самом деле, больше всего её волновала спальня Родерика. Он мог уйти на охоту и вернуться с полчищами духов, но, похоже, главная проблема во всём дворце — именно его покои.

Ей хотелось снова туда заглянуть, но подходящий повод никак не находился.

Она опасалась, что, если скажет что-то не так, это вызовет ненужный резонанс и среди людей во дворце, и у самого Родерика.

В ту самую первую ночь И Джэ с трудом решилась — собиралась впервые в жизни снять своё эротическое кино. Но внезапно жанр сменился на ужасы, и с тех пор девушка слегка утратила уверенность.

Глядя на его недовольное лицо, И Джэ спросила:

— Я… случайно, не в заточении?

— ...Как же ты любишь клеветать на мужа.

— Так я и думала. Но и вы, пожалуйста, не обвиняйте меня. Я просто вышла подышать свежим воздухом. Сейчас день, да и людей вокруг много.

Он на секунду замолчал. Видимо, его действительно беспокоило, что королева смотрела на озеро. А ещё больше ему не нравилось, что её служанки находились так далеко.

Но на самом деле он пришёл не из-за этого. Просто, завидев её сидящей вдалеке, он, сам того не заметив, направился к ней. Словно ведомый непонятной, чистой энергией.

Так он шёл, пока не увидел озеро. И только тогда понял, что ему это не нравится, — и ускорил шаг.

— Вы уже закончили с тренировкой?

Родерик коротко кивнул и вложил меч в ножны. И тут вдруг что-то заметил. Неопознанные каракули.

— С землюкой играла?

Он использовал такое милое слово, что И Джэ рассмеялась. Но, по сути, он был не так уж и неправ, поэтому она кивнула.

— Да.

— Это правда интересно? Я давно заметил — у тебя странные увлечения.

Но, несмотря на сказанное, он внимательно разглядывал то, что она нацарапала на земле.

И тут девушка осознала, что юноша-дух, который был рядом, вдруг исчез. Но, чувствуя, как активно движется энергия Родерика и его хорошее физическое состояние, она сказала:

— Ваше величество.

— Что?

— Если вы уже закончили с упражнениями, то, может, пора идти в лес?

— …Что?

— Сейчас самое время для прогулки.

И Джэ принялась объяснять распорядок пациента, и Родерик ухмыльнулся уголком рта:

— Ты что, животное дрессируешь? Ты слишком наглая. Хотя и милая.

Это было странно, но и правда мило. Он с интересом спросил:

— Ты всегда была такая? Совсем не похоже на то, что я о тебе слышал.

Девушка невольно замолчала после этих слов. Она не могла отрицать, что ей нравилось общаться с ним. На самом деле, она никогда раньше не вела таких разговоров, поэтому была взволнована. Словно впервые в жизни узнавала, что значит говорить и дурачиться с другим человеком. Но как бы это ни было приятно, И Джэ всё чаще замечала: «Мы опасно балансируем на грани».

Однако Родерику не нравилось, когда она замолкала, и это всегда отражалось на его лице.

— Почему опять замолчала? Если есть что сказать — продолжай.

— …Вы уверены?

— Уверен. Говори всё, что хочешь.

— …Тогда… если появится возможность — встретьтесь и со священником. Вера — это хорошо.

— Хм.

— Регулярно проходите осмотр у лекаря ради вашего же здоровья.

И Джэ украдкой посмотрела на его реакцию. Она постаралась смягчить формулировку, но король был проницательным человеком. В зависимости от того, как он воспримет эти слова, разговор мог стать весьма щепетильным.

Однако в трезвом уме он никогда не злился на жену. На самом деле, временами он проявлял неожиданную заботливость. Его резкий тон, совершенно не соответствовавший действиям, иногда забавлял И Джэ, и она тихонько рассмеялась.

Родерик, заметивший это, произнёс:

— Раз смеёшься, значит, точно не предсмертная просьба.

— Я же сказала, что нет.

— Что ж, звучит как обычное ворчание жены.

На самом деле это была просто жалость к больному человеку. Родерик поднялся с места. Затем, глядя на озадаченную И Джэ, сказал:

— Пошли.

— Что?

— Ты же хотела в лес.

— …Я имела в виду, что вам стоит сходить одному. Подышать свежим воздухом, отдохнуть.

Родерик скептически поднял бровь:

— И что мне там одному делать? Там же ничего нет.

— Ну, отдыхать лучше в одиночестве, разве нет? А у меня ноги болят, я сегодня много ходила. Целый день осматривала дворец.

Пациент должен привыкнуть ходить в больницу без сопровождающих.

Но Родерик, который не собирался идти один, протянул руку:

— Тогда что, мне тебя на руках отнести?

— …

— Если скажешь, перенесу.

В конце концов И Джэ взяла его руку и поднялась. А затем, выпрямившись, аккуратно высвободила свою ладонь.

Лес Артура по-прежнему был священным и полным силы. Словно попав на своё место силы, Родерик излучал такую энергию, что её можно было ощутить даже на расстоянии.

«Я сколько ни старалась, ни разу не смогла дотянуться хотя бы до половины этой силы».

И Джэ со странным чувством наблюдала за ним.

«Ему бы лучше заниматься делами здесь. В кабинете энергетика совсем плохая.

Хотя если переоборудовать это место под рабочий кабинет, мне точно не поздоровится».

Между тем Родерик, пройдя немного, начал устраиваться на том же месте, что и в прошлый раз. Сняв тёмно-синий верхний слой одежды и расстелив его на земле, он кивнул И Джэ:

— Садись.

Она осторожно подошла, стараясь не наступить на подкладку. Когда И Джэ нерешительно опустилась на землю, Родерик грузно плюхнулся рядом.

— …

И Джэ подняла глаза к небу, но там не было ни единой птицы. Тогда она закрыла веки, просто наслаждаясь чистой энергией этого места.

«Давно я не медитировала в позе лотоса…»

Но в этот момент Родерик выпрямил её ноги и неожиданно уложил свою голову ей на колени. И Джэ вздрогнула, тело напряглось.

— Ваше величество, что вы делаете?

— После нескольких попыток я понял: так лучше засыпается.

Хотя на самом деле он тогда не заснул. Но, видимо, сделал неправильный вывод.

Тем не менее, как человек с обострённым восприятием, он всё же что-то почувствовал.

— Я что, теперь ваша подушка?

— Ну не будь такой жёсткой, посодействуй немного.

— …

— Лучше поспать, когда клонит в сон. Потерпи чуть-чуть, ладно?

И Джэ заколебалась, затем спросила:

— …Вы снова не спали прошлой ночью?

— Похоже на то.

Ей стало искренне жаль его, и она расслабила мышцы. Родерик, явно ощутив это, усмехнулся:

— Сейчас тоже вполне комфортно, но раз уж ты согласилась быть подушкой, не могла бы стать ещё и одеялом?

— Ваше величество, это уже откровенное домогательство.

— Похоже, ты всё же поняла, что в прошлый раз это им не было.

— То есть сейчас — было?

Родерик тронул пальцами уголок рта, усмехаясь:

— Хэйли. Я прекрасно понимаю, что этот брак не был желанным для тебя. Но разве супруги не могут позволить себе таких шуток? Ты же сама говоришь мне всё, что думаешь.

— …Вы сказали, что можно.

— Ага. Хотя, честно говоря, сегодня я снова жду, какую чушь ты сморозишь.

И Джэ рассмеялась, а Родерик улыбнулся, глядя на неё.

Они и правда были далеки от обычной супружеской пары. Их брак был окутан чередой происшествий, сплетен и сложных политических интриг. У королевы даже был возлюбленный…

И всё же Родерик чувствовал странное успокоение, искренне беседуя с королевой.

— Возможно, в следующем месяце мне придётся отправиться на охоту с дворянами.

— Охота? Зачем?!

«Тебе нельзя выходить за пределы замка! Нельзя уходить туда, где меня нет!»

И Джэ вздрогнула куда сильнее, чем когда Родерик положил голову ей на колени. От её резкого движения он дёрнулся вслед за ней, скривился, но рассмеялся.

Смутившись, И Джэ поспешно вернула колени в прежнее положение и провела пальцами по его волосам.

— Зачем-зачем… Сейчас как раз сезон ежегодного охотничьего турнира.

— …

— В прошлом году я смог найти различные причины, чтобы не проводить его, но в этом году, возможно, у меня не получится.

— Почему не получится?

— Твой отец против всего, что я делаю.

— …

— Его напор уже выводит меня из себя.

И Джэ на мгновение лишилась дара речи и закрыла рот. Но не в силах оставить вопрос, снова спросила:

— Тогда почему в прошлом году вы отменили турнир? Вы ведь часто охотитесь.

— На турнире не только мои люди. Там слишком много глаз.

Этих слов ей было достаточно. Больше она не спрашивала, лишь безучастно смотрела на Родерика.

Её лицо выражало жалость. В дрожащих глазах читалось… возможно, беспокойство.

Родерик тоже смотрел на неё своими тёмно-синими глазами.

Но чем дольше он вглядывался в её лицо, тем сильнее в нём рос странный импульс.

Желание рассказать ей всё, что бы ни случилось. Казалось, если выговориться — станет легче.

Он не понимал, почему это желание возникло именно перед дочерью Дункана. Ведь она могла тут же побежать к отцу и рассказать всё.

Слова, исходящие из уст короля, имели вес. Они становились истиной лишь по факту произнесения.

Но впервые он готов был признать перед кем-то другим: «Я ненормальный. На самом деле я сломлен. Я разрушаюсь с каждым днём и уже не знаю, на что способен».

— Хэйли.

— Да?

— Ты, наверное, уже догадалась, но я…

— …

— Я на самом деле…

И Джэ не смогла дослушать. Увидев твёрдую решимость в его колеблющихся синих глазах, она сжалась внутри и ладонью закрыла ему глаза.

— Ваше величество, нет.

— …

— Это совсем не так.

Когда И Джэ резко остановила его, Родерик замолчал. Спустя мгновение он усмехнулся и накрыл своей рукой её ладонь, закрывавшую его глаза.

А поскольку он не видел её лица, И Джэ могла корчить самые горькие гримасы.

Её сердце склонилось ещё на одну сторону. «Разве такой человек мог совершить зло?»

Что же она так отчаянно пыталась скрыть? Его ясные, сильные глаза, не ведающие трусости? Или себя — жалкую перед ним?

— Всё в порядке… вам не нужно продолжать.

Родерик подумал, что это странно. Он был уверен, что ему станет легче, только если он всё выскажет… но даже без слов он чувствовал покой. Будто тёплый ветерок только что коснулся его.

Он нежно погладил её ладонь.

— Если вы всё же поедете, я на этот раз обязательно повяжу вам платок.

После паузы, Родерик ответил:

— Хорошо. Спасибо.