Надеюсь, ты когда-нибудь меня узнаешь (7)

— Ваше величество, говорят, у королевы была небольшая беседа с Лоренсом.

Родерик сначала удивлённо поднял брови, но затем его лицо тут же помрачнело.

— Где? Аудиенции же начнутся только с завтрашнего дня.

— Похоже, они случайно столкнулись у озера.

Когда король тяжело вздохнул и прижал ладонь ко лбу, окружающие сразу напряглись.

— Командир рыцарей.

— Да, ваше величество.

— Лоренс… он что, не знает, что муж королевы — король?

На лице монарха читалось отвращение, будто он спрашивал: «Неужели этот человек настолько глуп?»

— Почему этот наглец шастает без дела по дворцу? Зачем тревожит и без того расстроенное сердце королевы?

Слова были не совсем справедливы. Рыцарям полагалось тренироваться в замке — это была их прямая обязанность. Но даже близкий друг не решился указать на это — ведь король всё ещё держался за голову.

— Так и что?

— Простите?

— О чём был разговор? Не молча же они стояли.

Когда командир замешкался, лицо Родерика стало ещё мрачнее.

— Он сказал, что хотя бы как рыцарь будет продолжать её защищать...

— Ох, с ума сойти, вот же идиот.

Родерик был так возмущён, что казалось, его недавние приступы безумия вот-вот вернутся.

— С каких пор нравы Кайена стали такими распущенными?

— Прошу прощения.

— Хэйли...

— Простите? — в который раз переспросил Джейд.

— Королева... снова плакала?

Когда Джейд молча кивнул, Родерик раздражённо швырнул лежавшие перед ним бумаги. Его лицо пылало от раздражения.

— Но она сказала, что их связь окончена, и первой покинула место встречи.

— Что толку говорить такое с плачущим лицом? Он же ещё так надумает себе невесть что.

— ...

— Королева так и до безумия доведёт.

Какая уж у них была страстная любовь, что теперь один взгляд на него вызывает у неё слёзы? Родерика это уже начинало злить. Он снова подумал, что надо было пристрелить Лоренса ещё тогда, на охоте.

До ссоры между супругами оставался один шаг.

Король сохранял мрачное выражение лица весь ужин.

И Джэ косилась на него, пытаясь уловить его настроение. Призраков вроде рядом не было, но она тоже чувствовала, что что-то не так.

Когда она сделала глоток воды, Родерик, опираясь подбородком на руку, бросил:

— Ты и дальше собираешься вот так гулять на стороне?

И Джэ едва не поперхнулась и поспешно прикрыла рот рукой. Родерик протянул ей салфетку.

— …Что за абсурдные обвинения?

— Ты же королева. Даже если не можешь быть примером для подданных, так хоть не демонстрируй свою неверность так открыто.

И Джэ ощутила сильную обиду. Она не сделала ничего плохого, но чувствовала себя как наказанный ребёнок.

— Какая неверность? Это уже переходит все границы.

— Ты встретилась с Лоренсом. Замужняя женщина тайно видится с бывшим любовником в неформальной обстановке — и это не измена?

— ...

— Не измена, да?

— ...

— Ты серьёзно?

Смущённая И Джэ попыталась объясниться:

— Простите, но это и правда была случайность. Мы даже толком не разговаривали.

— Но ты плакала.

— ...

— Почему ты плакала? Ты вообще понимаешь, как сейчас выглядишь? Ты хоть на себя в зеркало смотрела?

— То есть, по-вашему, у меня на лице прямо написано, что я несчастна?

— …Ты сейчас что такое говоришь?

И Джэ искренне чувствовала себя обиженной. Она от природы умела скрывать эмоции, но Хэйли, видимо, была другой — то ли из-за характера, то ли потому, что перед смертью думала только о нём. Как бы там ни было, теперь это было не остановить.

Больше всего И Джэ ранило не обвинение, а то, что прошлое, о котором говорили, ей не принадлежало. Лоренс даже не был её возлюбленным.

— Вы же сами говорили, что не будете торопить, пока мне не станет легче. Так почему же сейчас злитесь на меня?

— Я сказал, что не буду торопить, а не что тебе стоит снова вернуться к нему.

— Но ведь раньше вам…

И Джэ замялась на полуслове, и Родерик тут же кивнул:

— Договаривай.

— Вы же раньше говорили, что вас это не волнует.

— …Тогда и сейчас — разные ситуации. Неужели твои чувства до сих пор не изменились?

— …

— Ну?

Родерик говорил с болью. Его чувства к королеве были глубже, чем просто симпатия. Он всё больше влюблялся в неё с каждым днём. Но его жена, казалось, думала иначе.

Порой её мысли витали где-то далеко, хотя внешне она старалась сохранять самообладание.

Абсурднее всего было то, что, даже злясь, Родерик взял её тарелку и начал резать для неё мясо.

«Чёрт возьми, но если не я, то кто же о ней позаботится?» — такова была логика женатого мужчины.

— Продолжай в том же духе — и однажды увидишь, как уже я буду кричать «А-а-а».

И Джэ невольно улыбнулась и прикрыла рот ладонью. Увидев это, Родерик выглядел потрясённым. Он раздражённо вздохнул и вернул ей тарелку.

— Ладно. Хоть немного повеселела.

— …Простите. Но я правда не хотела с ним встречаться. Это чистая случайность.

Девушка опустила взгляд, испытывая неловкость и вину. Родерик был уже на взводе, но, увидев её лицо, сдержал эмоции. Он уже раньше замечал, что такое выражение на лице жены вызывает у него сильное чувство вины.

— Ладно. Понял.

— …

— Только не делай такое лицо. Иначе подумаю, будто между вами и правда что-то было.

— Это не так…

— Да, понял я. И вообще, я не на тебя злился.

И Джэ прищурилась и с подозрением спросила:

— Правда? Тогда зачем вы вообще всё это начали?

— Просто настроение было не из лучших. Но послушать тебя я всё равно должен был.

На самом деле, он чувствовал нечто куда более острое — почти как перед приступом безумия. Но Родерик решил остановиться. Сам не понимая почему, он не мог по-настоящему злиться на королеву.

— Ешь.

— Хорошо. И вы тоже, ваше величество.

Они принялись за еду.

Но в жизни обязательно бывают дни, когда всё идёт не так. Для И Джэ это был именно такой день.

Её третье испытание не заставило себя ждать.

— Что случилось? — Родерик с удивлением спросил, увидев, что королева задумчиво смотрит в одну точку.

И Джэ рассматривала блюдо на столе. Там было что-то вроде эскарго — блюдо из улиток. Раз его подали к королевскому столу, значит, это считалось деликатесом и здесь.

Но И Джэ, прожившая десять лет в горах и насмотревшаяся на ползающих тварей, почувствовала лёгкое отвращение. К тому же, эти местные улитки были... слишком уж большими.

Когда её лицо искривилось от неприязни, Родерик рассмеялся:

— Они же съедобные. Неужели никогда не пробовала?

— …

— То ли ты не интересуешься кухней, то ли у Дунканов с финансами плохо.

И Джэ покачала головой. Кажется, Хэйли иногда ела это в герцогстве.

Но у И Джэ всё же были свои вкусы и предпочтения.

«Простите, мой вкус не столь утончён. Можно сказать, деревенский. Не в переносном смысле — я действительно выросла в горной деревне».

Гримаса отвращения на её лице показалась Родерику забавной и милой. Он взял её тарелку, чтобы отдать слуге.

— Убери. Её величеству это неприятно.

Но неожиданно кнопку «спустил» Джейд.

Он переживал дни, когда доверие к отчётам, в которых он участвовал, таяло с каждым часом. И вот командир первого рыцарского отряда целой страны стоял с лицом, перекошенным из-за нескольких улиток.

— Разве вам не нравились эти блюда, ваше величество?

— А?

— Кажется, вы говорили, что очень их любите… Я точно такое слышал.

— От… кого?

И Джэ с недоумением посмотрела на Джейда. Атмосфера стала странной. Её смущало, что командир интересуется такими мелочами, как её вкусы.

Родерик прервал их:

— Джейд. Королева сейчас трапезничает.

— …

— Не мешай ей.

Король бросил Джейду предостерегающий взгляд. Но у И Джэ появилось ощущение, что и сам Родерик тоже что-то скрывает.

Родерик снова обратился к ней:

— Не хочешь их есть?

— Нет? Я люблю улиток.

Однако его взгляд, внимательно следящий за королевой, совершенно ясно говорил: «Опять врёшь».

Он передал тарелку слуге:

— Просто убери это скорее.

«Почему сегодня я чувствую себя наказанной, хотя ничего не сделала?»

И Джэ, словно поочерёдно избитая тремя крепкими мужчинами, в итоге была вынуждена проглотить унижение.

После трапезы они прогулялись по саду. Вечерний воздух немного улучшил её самочувствие.

В коридоре, ведущем к её покоям, Родерик спросил:

— Ты в порядке? Если плохо себя чувствуешь — отдохни ещё несколько дней.

— Нет, всё хорошо. Но, ваше величество…

— М? Что такое?

— Можно я сегодня переночую в ваших покоях?

Она планировала возобновить обряд изгнания злых духов. Аудиенции начнутся лишь завтра после полудня, и поскольку И Джэ достаточно отдохнула, то, возможно, сможет избавиться хотя бы от одного.

Однако Родерик явно не обрадовался:

— А прошлый раз не насмотрелась? Мне больше нравится твоя комната.

— …Правда?

— Да.

Его мнение было обоснованным: её комната была безопаснее. А человек-оберег не мог полностью блокировать всю негативную энергию.

И Джэ, колеблясь, предложила:

— Тогда, может, вы переночуете в моей комнате? А я в вашей, она мне больше по душе.

— …Никогда не думал, что отказ спать вместе можно выразить так… оригинально.

Она рассмеялась, но не стала отрицать.

Честно говоря, ей было спокойнее без Родерика. Во время ритуалов она всегда боялась, что он проснётся, и из-за этого теряла концентрацию.

— Хэйли. Даже если я сегодня резко отреагировал — разве вот так мстить не слишком уж подло?

— Месть? Нет, совсем нет. И я бы не сказала, что вы были резки.

— Тогда как это понимать?

Когда королева снова промолчала, он с досадой провёл рукой по волосам.

— Ладно, просто дай мне поспать с тобой. Без тебя я действительно не могу уснуть.

— …

— Если так уж не хочешь — считай, что это наказание за «измену».

Произнося это, Родерик почувствовал, что его гордость слегка уязвлена. Но И Джэ, услышав это странное словосочетание, не смогла сдержать улыбку.

— Ваше величество, какое же это наказание?

— М?

— Настоящее наказание… не может быть таким приятным.

Он на секунду уставился в потолок, вздохнул и потёр уголок глаза:

— …Ты специально доводишь меня, да?

Он мягко прижал к стене эту персиковую лису, которая так играла с его чувствами. Затем он наклонился и легко прикусил её острый подбородок, потом — ласково провёл по нему языком. Он жадно накрыл её губы и они полностью исчезли в поцелуе.

Прислуга, наблюдавшая за этим, подумала: «Это даже не поцелуй — его величество просто поедает королеву».

Из-за разницы в комплекции И Джэ почти не было видно за Родериком. Но Родерик, сжимавший её талию, внезапно отстранился, тяжело дыша. Он почувствовал, что вот-вот потеряет контроль.

«Если продолжу — не остановлюсь на поцелуе».

— Сегодня не получится. Просто иди спать.

Он без церемоний втолкнул королеву в её комнату и захлопнул дверь.

Оставшись одна, И Джэ была в замешательстве. Всё пошло совсем не по плану.

«Что же это за день, делаешь одно, получается другое».

Но странно, финал дня не казался плохим. Она, конечно, немного волновалась, что король будет спать один, но… разве он не выдержит одну ночь?

Кусая губу, она приложила два пальца к солнечному сплетению:

— Благословенная звезда, сияющая с высоты на ночи людские. Ослепительный свет зари всегда готов приветствовать утро человека.

И Джэ слегка улыбнулась.

«Даже если я не рядом, пусть эта маленькая молитва защитит его этой ночью».