Глава 49. Спасение и беспокойная ночь в столице

На краю тихого горного утёса в небе висел полумесяц. С вершины горы дул прохладный ветерок. Одноглазый мужчина, безвольно лежавший на скале, с горькой усмешкой сожаления во взгляде произнёс:
— Госпожа Е, не слишком ли это подло?
Е Ли небрежно сидела рядом с ним. Она сорвала с плеча кусок ткани, пропитанный красными румянами и лекарством, и бросила его в пропасть. Безразлично пожав плечами, она сказала:
— Вы тоже не образец благородства, так что я не чувствую себя виноватой.
Способы не важны, важен результат.

— Не двигайтесь, — тонкое и острое лезвие легко прикоснулось к сонной артерии на шее мужчины. — Не советую вам делать резких движений, пока вы не будете абсолютно уверены в успехе. Если я нажму ещё на полцаня, даже великий святой Дало не сможет вас спасти.

— Какой необычный яд. Могу я спросить, каким диковинным ядом вы отравили своего спасителя? — Мужчина с досадой отказался от попытки с помощью внутренней силы остановить действие яда. По правде говоря, он не мог сейчас мобилизовать ни капли своей внутренней силы.

Е Ли покачала головой:
— Секрет. Впрочем, насчёт вашего звания «спасителя» ещё можно поспорить. Кстати, у меня в последнее время очень плохое настроение.

— Для меня большая честь выслушать жалобы первой талантливой девы столицы, — усмехнулся мужчина, но в сочетании с его пугающей внешностью это выглядело несколько комично.
Е Ли нахмурилась:
— С тех пор как нас с князем Дином обручили, на меня, кажется, посыпались всевозможные неприятности. Бесконечные проверки, слежка, придирки и, конечно же, похищения.

— Раз уж всё так сложно, как насчёт того, чтобы сбежать со мной?

Длинные ресницы Е Ли слегка дрогнули.
— Мне неинтересны истории о богатых наследницах и талантливых юношах. И я думаю, что в этих историях забывают упомянуть, что станет с родителями этой наследницы, с её родственниками, сёстрами, с её репутацией. На что они будут жить? И что, если этот талантливый юноша сбежит с другой наследницей?
Мужчина с тоской посмотрел на неё и после долгой паузы сказал:
— Вы слишком много думаете. Разве в историях не говорится, что юноша потом обязательно станет первым на экзаменах, добьётся славы и богатства, родители наследницы простят её, родственники будут завидовать, а сёстры — ревновать? И самое главное, в конце концов, они ведь проживут вместе до седых волос, в любви и согласии?
Е Ли покачала головой:
— В конце историй обычно говорят «конец», а про «жили долго и счастливо до седых волос» — это уже домыслы большинства, не так ли?

Мужчина задумался. Кажется, и вправду ни одна пьеса или книга не описывала жизнь талантливого юноши и прекрасной девы до самой старости, в окружении детей и внуков.

— Ладно, госпожа. Что мне нужно сделать, чтобы вы меня отпустили? — Поняв, что ходить вокруг да около с Е Ли бесполезно, мужчина спросил напрямую.

— Скажите мне, кто хотел мне навредить, — так же прямо ответила Е Ли.

— А если я не скажу?

Холодное лезвие скользнуло по его шее, и кожа мгновенно покрылась мурашками.
— Не волнуйтесь, я не буду вас резать. Я… просто столкну вас вниз, — Е Ли взглянула на бездонную пропасть под ними и улыбнулась.

«Уж лучше бы ты меня зарезала», — с кривой усмешкой подумал мужчина.
— Нет, этого я точно сказать не могу.

— Это вы можете сказать.

— Я обещал другому человеку. Слово мужчины — закон. Даже если вы меня убьёте, я не скажу, — твёрдо произнёс он.
Е Ли некоторое время изучала его взглядом, затем, приподняв бровь, сказала:
— Хорошо. Раз так, тогда давайте посмотрим, что за лицо скрывается под этой маской.

— Госпожа Е, если вы меня сейчас отпустите, я буду вам должен. Как насчёт этого? — предложил мужчина.

— Что-то знакомое. Но вы думаете, я поверю человеку, чьей личности даже не знаю? Даже если вы будете должны мне сотню раз, как я с вас взыщу, если не смогу вас найти? — Е Ли одной рукой крепко держала кинжал у его шеи, а другой начала ощупывать его уродливое, искажённое лицо.
— Госпожа Е, у меня при себе двадцать тысяч лянов серебром. Возьмите их в качестве компенсации за испуг. И давайте забудем о сегодняшнем дне, как вам?

Е Ли, не прекращая своих поисков, равнодушно ответила:
— Вы думаете, я, как и вы, готова рисковать жизнью ради денег? Если мы забудем об этом сейчас, где гарантия, что это не повторится?

Мужчина помолчал мгновение и сказал:
— Я не знаю, повторится ли это с её стороны, но могу гарантировать, что я больше никогда не стану создавать вам проблем. Как вам это?
Почувствовав, что рука Е Ли на мгновение замерла, он поспешил добавить:
— Я гарантирую, что больше никогда не буду создавать вам проблем. Вы можете сказать об этом Мо Сюяо, он знает, кто я, и знает, можно ли верить моим словам.
Холодное лезвие наконец немного отстранилось от его шеи. Е Ли встала.
— Поверю вам на этот раз.

— Противоядие.

— Его нет. Лекарство мне дала Цинъюй на всякий случай. Хотя оно лишает вас внутренней силы, спуститься отсюда без лёгкости ног, думаю, не составит труда, — с улыбкой сказала Е Ли.

Мужчина стиснул зубы, но доносящиеся издалека шаги не оставили ему времени спорить с Е Ли. Ему оставалось лишь встать и приготовиться спускаться в ущелье способом, которым он никогда раньше не пользовался. Но, к сожалению, он опоздал. С другой стороны тропы раздался ледяной голос:
— Хань Минъюэ…

В конце тропы медленно появился мужчина в простом одеянии, сидевший в кресле-каталке. За ним по-прежнему молчаливо следовал юноша в коричневой одежде, ровно толкая кресло. Даже на этой неровной горной вершине на его лице не было и тени усилия. Лицо Мо Сюяо, сидевшего в кресле, было непроницаемо, как гладь воды, а взгляд, устремлённый на одноглазого мужчину, — холодным и глубоким. От одного его взгляда одноглазый почувствовал, как его тело сковало, словно льдом. Он мог лишь с горькой усмешкой смотреть на край утёса, находившийся всего в двух шагах от него.

— А-Ли, с тобой всё в порядке? — Мо Сюяо посмотрел на Е Ли, и его взгляд потеплел.
Е Ли спокойно, под его взглядом, убрала кинжал и, подойдя к нему, с виноватой улыбкой сказала:
— Прости, заставила тебя волноваться.

Взгляд Мо Сюяо на мгновение дрогнул, он слегка нахмурился и, наконец, тихо вздохнув, мягко сказал:
— Ты устала. Поговорим, когда вернёмся.

Е Ли тоже понимала, что обстановка не располагает к разговорам, и кивнула в знак согласия. Среди людей, подошедших вслед за Мо Сюяо и А-Цзинем, одна из женщин подала Е Ли накидку. Е Ли слабо улыбнулась и, хотя ей не было холодно, всё же приняла её и накинула на плечи.

— Хань Минъюэ, не объяснишь ли ты мне, почему ты здесь? — спросил Мо Сюяо, пронзительно глядя на мужчину у края утёса.

— Ты и так меня узнал? — вздохнул мужчина. Он поводил рукой по лицу, а затем сорвал с него кожаную маску, открыв невероятно красивое, но удручённое лицо.
Услышав имя «Хань Минъюэ» из уст Мо Сюяо, Е Ли лишь приподняла бровь. Когда же мужчина снял маску, и она увидела его прекрасное лицо, удивления почти не было. Это лицо как минимум на восемьдесят процентов походило на лицо того самого Принца Ветреной Луны, которого она встретила некоторое время назад. Только на лице того была легкомысленная распущенность, легко соблазняющая сердца, а это лицо выглядело гораздо благороднее. То же самое выражение с приподнятой бровью и лёгкой усмешкой здесь создавало ощущение смелой непринуждённости.

— Хе-хе, Сюяо, мы столько лет не виделись. Не ожидал, что наша следующая встреча произойдёт при таких обстоятельствах. Право, немного… досадно, — красивый мужчина, даже одетый в грубую разбойничью одежду, производил впечатление знатного и галантного молодого господина. Вот только заискивающее выражение на его лице сейчас вызывало лёгкий дискомфорт. — Как только я услышал, что ты женишься, я проделал тысячу ли, чтобы поздравить тебя. Похоже, ты по-прежнему не рад старым друзьям.

— Твоё поздравление — это похищение моей невесты? — голос Мо Сюяо был низким и приятным на слух.
Е Ли, стоявшая за его спиной, невольно плотнее закуталась в накидку.

— Недоразумение, — с горьким и беспомощным видом сказал Хань Минъюэ. — Я заранее не знал, что похищать нужно твою невесту. Но я уже взялся за дело, и если не выполню его, куда денутся моя репутация и честь? Я уже постарался свести ущерб к минимуму. Теперь моё дело сделано, а твоя невеста цела и невредима.
«И меня ещё и обманули. В убытке-то я, ясно?» — подумал он.

— Кто заказчик? — спросил Мо Сюяо, не сводя с него глаз.

— Я не могу сказать, — горько усмехнулся Хань Минъюэ.

Мо Сюяо холодно усмехнулся:
— Хань Минъюэ, что ты не продашь за деньги, кроме своего брата?

Хань Минъюэ вздохнул, и его лицо стало ещё более несчастным. Он посмотрел на Мо Сюяо и сказал:
— Всё же есть пара вещей, которые нельзя продать ни за что. К тому же, Минси на этот раз тоже от тебя досталось. Сюяо, может, в этот раз, ради меня, ты не будешь это расследовать? Я гарантирую, что следующего раза не будет.
Лицо Мо Сюяо стало ещё мрачнее. Хань Минъюэ топнул ногой:
— Десять процентов годовой прибыли павильона Тяньи в качестве компенсации невестке за испуг!

— Хань Минъюэ, ты слишком напряжён, — Мо Сюяо поднял руку и, коснувшись маски на своём лице, равнодушно сказал.

Хань Минъюэ замер, на его лице промелькнуло раздражение. Как он мог забыть, что Мо Сюяо слишком хорошо его знает? Если бы он не вёл себя так напряжённо, Мо Сюяо было бы труднее определить цель.
— Сюяо, я умоляю тебя…

— Проваливай, — после долгого взгляда на умоляющее лицо Хань Минъюэ, Мо Сюяо наконец выдавил два слова.

Несмотря на такое грубое обращение, лицо Хань Минъюэ просияло от радости.
— В течение трёх дней я доставлю извинения в резиденцию невестки!

Ответом Мо Сюяо был лёгкий жест рукой назад.
— Всадники Чёрного Облака, стрелять!

Люди в чёрной одежде и с чёрными повязками на головах, стоявшие полукругом, незаметно для всех уже держали в руках луки. Они натянули тетиву и выпустили стрелы.

Хань Минъюэ оставалось лишь беспомощно броситься вниз с утёса.
— Мо Сюяо, ты жесток!

Крик Хань Минъюэ затих в пропасти. Е Ли моргнула и посмотрела на Мо Сюяо. Она не была уверена, скрывал ли Хань Минъюэ свою силу, но по крайней мере она, даже в лучшей форме, не смогла бы выжить после падения с такой высоты. Словно прочитав её мысли, Мо Сюяо объяснил:
— Хань Минъюэ всегда любит подстраховаться. Внизу у него наверняка всё подготовлено. Не разобьётся.
Е Ли нахмурилась. Значит, её угроза столкнуть его вниз была совершенно бесполезной. Действительно, не зная врага, легко совершить ошибку. «Знай себя и знай врага — и ты победишь в ста битвах». Святой воин не обманул.

— Возвращаемся, — Мо Сюяо протянул руку и тихо сказал.

— Хорошо.

В загородной резиденции семьи Сюй Е Ли с трудом проводила двух дядей и пятерых кузенов. С одной стороны, ей было тяжело общаться с таким количеством людей одновременно, с другой — она чувствовала непреодолимое тепло и радость от заботы родных. Мо Сюяо молча сидел в стороне, наблюдая за девушкой, сидевшей напротив него. Он вдруг понял, что совсем не знает свою невесту. Ей ведь в этом году не было и шестнадцати, но она была на удивление сильной, решительной и зрелой. Чем он занимался в пятнадцать-шестнадцать лет? Мо Сюяо редко вспоминал прошлое, но, глядя на спокойную улыбку девушки, он почувствовал, что вспоминать прошлое не так уж и больно.

В пятнадцать-шестнадцать лет он был на пике своей славы, полон юношеского задора. Он скакал по столице, дерзкий и необузданный. Вся Поднебесная знала о юном гении из резиденции князя Дина, чья слава гремела повсюду. Все знали, что молодой генерал из резиденции князя Дина в юном возрасте покорил южные земли и был непобедим в бою. Даже на кровавом поле битвы он был полон жизни, дерзок в словах и поступках. Но эта девушка в свои пятнадцать лет уже пережила то, чего большинство женщин не переживают за всю жизнь. Ранняя смерть матери, расторжение помолвки, козни мачехи, дурная слава, брак, от которого все шарахались, интриги, похищение. Но, казалось, она никогда не выглядела растерянной или испуганной. Даже сегодня, пережив такое, после спасения она не плакала и не злилась. Она даже с улыбкой сказала ему: «Прости, заставила тебя волноваться». Если бы они поменялись местами, он в её возрасте точно не смог бы сохранить такое самообладание. Мо Сюяо мысленно вздохнул.

— А-Ли, мне очень жаль за то, что сегодня произошло, — после долгого молчания тихо сказал Мо Сюяо.

Е Ли подняла на него глаза и улыбнулась:
— Ты ведь не мог это контролировать. К тому же, я сама была неосторожна. А вот… завтра в столице, боюсь… это может навредить репутации резиденции князя Дина.

Мо Сюяо посмотрел на неё, его взгляд был глубоким и загадочным.
— В резиденции князя Дина решаю я. Главное, чтобы ты не пожалела.

Е Ли моргнула, мгновенно поняв, что он имеет в виду. В резиденции князя Дина решает он, поэтому, какой бы ни стала её репутация, это не повлияет на их свадьбу. Так? Склонив голову набок и подумав, Е Ли с беспомощной улыбкой сказала:
— Думаю, если я пожалею… то, наверное, за всю жизнь так и не выйду замуж. Может, тогда… попробуем как-нибудь ужиться?

Уголки губ Мо Сюяо слегка дрогнули в едва заметной улыбке.
— Это было бы лучше всего. Я тоже думаю, что если ты пожалеешь, мне будет нелегко найти другую подходящую княгиню.

Е Ли, глядя на него, улыбнулась:
— Раз уж князь не брезгует, тогда давай попробуем поладить.

Глядя на сидевшую у окна девушку, которая, обернувшись, с улыбкой сказала ему: «Тогда давай попробуем поладим», Мо Сюяо вдруг почувствовал, как его сердце дрогнуло. В свете свечей её бледное лицо, казалось, излучало слабое сияние, трогая душу. Мо Сюяо быстро отвёл взгляд и, подперев голову рукой, сказал:
— В ближайшие дни Хань Минъюэ, скорее всего, пришлёт тебе кое-что. Не обращай внимания, просто прими всё.

Е Ли удивилась:
— Он действительно отдаст мне десять процентов дохода павильона Тяньи?
Павильон Тяньи был крупнейшей шпионской организацией в Великой Чу. Годовой доход от продажи информации, даже десять процентов от него, был ошеломляющей суммой.

Мо Сюяо кивнул, глядя на Е Ли с нерешительностью.

Е Ли улыбнулась:
— Не будем говорить о сегодняшнем. Раз уж ты, можно сказать, пообещал Хань Минъюэ. Хотя я ещё не совсем понимаю, насколько сильны павильон Тяньи и Башня Чистого Ветра и Ясной Луны, я тоже не хочу с ним враждовать. Но только на этот раз. Если тот человек предпримет что-то ещё и попадётся мне в руки, я не приму никаких извинений.

— Конечно, — после короткой паузы Мо Сюяо серьёзно посмотрел на Е Ли и пообещал: — Раз А-Ли не жалеет, то отныне мы — одна семья. Любой, кто захочет навредить А-Ли, станет моим врагом.

Е Ли кивнула и молча улыбнулась. Полумесяц за окном постепенно опускался за крышу. Девушка подняла голову и посмотрела на убывающую луну. Лунный свет окутал её изящное лицо тихим сиянием. За её спиной юноша в кресле-каталке неотрывно смотрел на её хрупкую фигуру, и в его тёплом взгляде таился непонятный свет.

В одном из тайных убежищ павильона Тяньи в столице, Хань Минъюэ, весь потрёпанный, ввалился внутрь, напугав находившегося в комнате человека.

— Брат, что с тобой случилось? — Принц Ветреной Луны, которого бесчисленные родители хотели содрать заживо, а бесчисленные девицы из знатных семей сходили по нему с ума, на мгновение замер, а затем бросился поддержать шатающееся тело брата.
Хань Минъюэ отмахнулся, позволил брату усадить себя на мягкую кушетку и горько усмехнулся:
— Нарвался на злого духа.
Хоть он и привык ко всему готовиться, но прыжок с утёса, как ни старайся, не прошёл бесследно: торчащие ветви оставили на нём множество внутренних и внешних повреждений. Впрочем, обиды он не держал. Они оба прекрасно понимали, что Мо Сюяо проявил милосердие. Иначе ни один из Всадников Чёрного Облака не промахнулся бы по человеку, лишённому внутренней силы.

— А? Брат, ты видел третью госпожу Е? — Хань Минси, проверив пульс Хань Минъюэ, удивлённо воскликнул.

Хань Минъюэ, превозмогая боль, сел и, прищурившись, посмотрел на брата:
— Откуда ты знаешь? Ты в этот раз в столице нарвался на Мо Сюяо, уж не из-за этой ли госпожи Е?

Хань Минси неловко потёр нос и постарался заискивающе улыбнуться:
— Брат… это… я в прошлый раз тоже попался в ловушку Е Ли, и тоже из-за этого лекарства. Это… я ей должен. Ты не будешь создавать ей проблем, хорошо?

Хань Минъюэ холодно усмехнулся:
— Ты раздаёшь долги от имени павильона Тяньи?

Хань Минси виновато опустил голову и начал перебирать пальцы:
— Это… эта женщина очень умна. Я ничего не сказал, а она уже догадалась о связи павильона Тяньи и Башни Чистого Ветра и Ясной Луны. Она забрала мой нефритовый кулон, я ничего не мог поделать.

— Это мой нефритовый кулон! Давай сюда! Кто знает, какие беды ты навлечёшь, нося его с собой, — Хань Минъюэ протянул руку.
Хань Минси не посмел ослушаться и послушно отдал кулон. Ему всё равно не было дела ни до какой Башни Чистого Ветра и Ясной Луны, ни до павильона Тяньи. Он носил кулон брата просто ради забавы.
— Брат, ты сильно ранен? Я позову лекаря.

Увидев искреннее беспокойство на лице обычно легкомысленного брата, Хань Минъюэ смягчился и тихо сказал:
— Ничего страшного, просто не могу использовать внутреннюю силу. Лекаря не нужно. Гости есть?
Лицо Хань Минси помрачнело, он холодно фыркнул:
— Действительно, одна женщина приходила к тебе после обеда. Я её выгнал.

— Минси…

Хань Минси раздражённо зашагал по комнате:
— Брат, давай вернёмся в Цзяннань и не будем в это вмешиваться, а? В прошлый раз я всего лишь подшутил над Е Ли, а Мо Сюяо чуть не отрубил мне ногу и руку. Даже если ты — глава павильона Тяньи, не забывай, что он — князь Дин. Ты что, жить не хочешь и павильон Тяньи за собой утянуть?
Хань Минъюэ шевельнул губами, чтобы что-то сказать, но не успел — Хань Минси его перебил:
— И не говори, что вы друзья, чушь собачья! Даже друзья не трогают чужих женщин. Ты думаешь, я развратник без всяких принципов? И ещё, не забывай, что вы тогда с ним сделали! Как ты смеешь снова его провоцировать?

— Минси… ты повзрослел, — тихо сказал Хань Минъюэ, глядя, как его раздражённый брат ходит по комнате, лишённый своей обычной легкомысленности.

Хань Минси покраснел, фыркнул и повернулся, чтобы уйти.
— Я позову ту женщину!
Увидев, как фигура брата исчезла за дверью, Хань Минъюэ, потирая всё ещё болевшую грудь, нахмурился. Почему-то слова Хань Минси «не забывай, что вы тогда с ним сделали» всплыли у него в голове. Взгляд Хань Минъюэ потемнел, и он мысленно вздохнул.
— Завтрашние извинения… нужно увеличить ещё на десять процентов.

— Как ты дошёл до такого состояния? — у входа раздался низкий женский голос.
Хань Минъюэ поднял глаза. Женщина у двери была одета в просторную чёрную одежду, скрывавшую её изящную фигуру. Лицо было полностью закрыто чёрной тканью, видны были лишь холодные глаза, в которых светились лёгкий мороз и недовольство.

— Ты же видишь. Думаешь, с Мо Сюяо так легко справиться? — Хань Минъюэ сел и равнодушно сказал.

Женщина в чёрном холодно фыркнула:
— Ты сделал то, что я тебе поручила?

Бам!
Чашка в руке Хань Минъюэ разлетелась на куски. Прозрачный чай каплями стекал по его пальцам.
— Я тебе не слуга! Следи за своим тоном!

В глазах женщины промелькнул гнев, но она быстро сдержалась и тихо сказала:
— Я была неправа. Минъюэ, сегодняшнее дело…

— Какая разница, сделано или нет? Новость о похищении Е Ли уже распространилась, не так ли? Твоя цель, можно сказать, достигнута, — сказал Хань Минъюэ.

— Ты не сделал этого! — голос женщины стал пронзительным. — Я хотела, чтобы ты уничтожил её!

Хань Минъюэ бессознательно коснулся своей шеи и горько усмехнулся. Уничтожил её? К счастью, у него и в мыслях такого не было, иначе, боюсь, в тот момент уничтожили бы его самого. Эта третья госпожа Е была не так безобидна, как казалось на первый взгляд. Почему-то Хань Минъюэ не собирался делиться этой информацией с женщиной перед ним.

— Я позволила тебе, главе павильона Тяньи, первому красавцу Цзяннаня, лично заняться этим, это была для неё честь. Почему ты этого не сделал? — всё ещё недовольно кричала женщина.

— Хватит! — холодно сказал Хань Минъюэ. — Почему ты не спрашиваешь, как я был ранен и насколько серьёзно? Ты думаешь, если бы я действительно тронул Е Ли, я бы смог сегодня вернуться живым?

— Я… — женщина задохнулась. Поняв, что перегнула палку, она виновато посмотрела на него и мягко сказала: — Почему ты пошёл один? Если бы ты взял больше людей, даже Мо Сюяо с его Всадниками Чёрного Облака не смог бы тебя ранить. В нынешней ситуации он не может мобилизовать большую часть Всадников Чёрного Облака.
Холодное выражение лица Хань Минъюэ смягчилось от нежного голоса женщины. Он равнодушно сказал:
— Потому что я не могу впутывать в это павильон Тяньи. Это наше с тобой личное дело, и, естественно, я должен решать его сам. И ты тоже будь осторожна. Больше не приходи ко мне по поводу Е Ли, я тебе больше не помогу.

— Почему?

— Потому что в следующий раз Сюяо точно убьёт меня. Я — торговец, и я никогда не хотел переходить черту, установленную семьёй Мо. Уходи и будь осторожна.
Сказав это, Хань Минъюэ откинулся на кушетку, закрыл глаза и перестал обращать внимание на женщину у двери. Женщина в чёрном, очевидно, хотела что-то ещё сказать, но, глядя на мужчину с серым лицом, всем своим видом выражавшего отказ, ей пришлось проглотить слова. Она фыркнула и сказала:
— Тогда отдыхай, а я пойду.

Она развернулась и вышла. Недалеко от двери, под большим деревом, стоял мужчина, на восемьдесят процентов похожий на Хань Минъюэ, и мрачно смотрел на неё.
— Можешь больше не приходить, мы скоро возвращаемся в Цзяннань.

Женщина в чёрном повернулась боком. Её очаровательные миндалевидные глаза слегка прищурились с оттенком презрения.
— Лучше бы тебе пойти и сорвать ещё пару цветочков, а не лезть не в своё дело. Я не хочу, чтобы Минъюэ однажды пришёл ко мне и сказал, что у него не стало брата.
Лицо Хань Минси помрачнело, а затем он холодно усмехнулся:
— Отлично, я как раз хотел посмотреть, что за товар так вскружил голову моему брату.
Мало кто знал, насколько хороши боевые навыки Принца Ветреной Луны, но его лёгкость ног определённо была не выдумкой. Мужчина, только что стоявший под деревом, лишь взмахнул полой одежды и в мгновение ока исчез. В следующую секунду он уже стоял рядом с женщиной в чёрном и протягивал руку, чтобы сорвать с её лица повязку.
— Дерзость!

— Минси, прекрати! — У двери с мрачным лицом стоял Хань Минъюэ, глядя на двух готовых к схватке людей. — Отпусти её.

— Хмф! — Хань Минси с досадой взмахнул рукой и, словно испуганная ласточка, взмыл вверх, исчезнув на крыше.
Хань Минъюэ с предупреждением посмотрел на женщину во дворе.
— Не трогай Минси.

— Хе-хе, если он не будет меня трогать, с чего бы мне его трогать? Минъюэ, он всё-таки твой брат. А мы ведь друзья, не так ли? — тихо усмехнулась женщина.

Бам!
Хань Минъюэ отступил на шаг и с силой захлопнул перед ней дверь.

— Хань… Мин… Юэ! — в глазах женщины в чёрном промелькнуло изумление, и она с ненавистью произнесла его имя.
Но она увидела, как свет свечей в комнате погас. Очевидно, человек внутри собирался спать. Фыркнув, она развернулась и покинула тихий, тёмный двор.

Выйдя из неприметного двора, женщина в чёрном тут же была окружена несколькими людьми в чёрном.
— Госпожа.

Женщина кивнула и холодно сказала:
— Возвращаемся.

Предводитель людей в чёрном видел, что у женщины не очень хорошее настроение, и не смел много говорить. Он взмахнул рукой, и несколько человек, охраняя её, быстро исчезли в ночи.

Свист!

Стрела, несущая в себе мощь тысячи цзюней, пронзила воздух. Предводитель людей в чёрном поспешно выхватил меч, чтобы отбить её. Но стрелу было не так-то просто отбить. Он почувствовал, как меч в его руке дрогнул, а рука онемела. Стрела скользнула по лезвию и устремилась прямо к женщине, которую он защищал.

— А?!

— Госпожа!

Стрела пролетела мимо лица женщины и прочно вонзилась в стену неподалёку. Женщина в чёрном обернулась, посмотрела на стрелу, вошедшую в дерево на три цуня, и её тело обмякло, она чуть не упала. Ещё бы немного, и эта стрела если бы не пробила ей голову, то точно изуродовала бы лицо.

— Госпожа, — люди рядом поспешили её поддержать.
Женщина отмахнулась от них и, взмахнув рукой, с силой ударила предводителя по лицу.
— Ничтожество!
Предводитель с потемневшим взглядом опустил голову.

— Фэн Чжияо! — с крыши неподалёку донёсся ясный смех.
Женщина подняла голову и увидела Фэн Чжияо в кричащем красном одеянии, небрежно сидевшего на крыше и наблюдавшего за её жалким видом. Фэн Чжияо изящно приподнял бровь. В левой руке он всё ещё держал лук, показывая ей.
— Фэн Чжияо, какая дерзость! — стиснув зубы, произнесла женщина.

— Ой-ой, я так напуган. Разве это преступление, если я ночью стреляю из лука по парочке подозрительных личностей в чёрном? Может, господин Цинь ещё и поблагодарит меня за вклад в поддержание порядка в столице. Как думаешь?

— Убейте его! — женщина указала рукой на крышу, её голос был полон жажды крови.
При одной мысли о только что пролетевшей стреле ей хотелось разорвать этого наглого мужчину на куски.

— Хе, хочешь помериться со мной количеством людей? Боишься, что ли? — Фэн Чжияо лениво поднял руку и махнул назад.
На крыше бесшумно появилась ещё одна группа людей в чёрном, но у каждого в руках был лук. Они натянули тетиву, и наконечники стрел точно нацелились на узкую улицу внизу. Женщина в чёрном так разозлилась, что из её глаз чуть не посыпались искры. Стиснув зубы, она надменно сказала:
— Фэн Чжияо, ты посмеешь меня убить?

Фэн Чжияо с сожалением покачал головой:
— Не посмею.

Услышав его ответ, женщина явно стала увереннее. Слегка вздёрнув подбородок, она сказала:
— Раз не посмеешь, тогда убирайся подальше!

«Чёрт! Терпеть не могу высокомерных баб!» — в лукавых глазах Фэн Чжияо мелькнул холодный огонёк. Он быстро натянул тетиву и выпустил ещё одну стрелу, которая вонзилась в землю у её ног, едва не задев подол платья.

— Фэн Чжияо!

Фэн Чжияо лениво посмотрел на неё, его взгляд был ещё более презрительным, чем её.
— Не кричи, всё равно я в тебя не влюблюсь. Кое-кто просил меня передать тебе предупреждение: прекрати свои грязные игры, иначе в следующий раз эта стрела попадёт не в стену. Даже если ты не веришь в моё искусство стрельбы, не стоит сомневаться в их, — он указал на стоявших за его спиной неподвижных, как статуи, мужчин в чёрном и равнодушно добавил.

— Н-не… это невозможно… — женщина в чёрном с изумлением уставилась на людей за спиной Фэн Чжияо. Как он мог…
— Фэн Чжияо, ты смеешь самовольно использовать Всадников Чёрного Облака!

— Тц, самообманщица, — Фэн Чжияо с нетерпением сел. — В общем, запомни моё предупреждение. Чтобы в следующий раз, когда изуродуют твоё лицо, не винила меня, что я не передал.

Женщина в чёрном опустила глаза и молчала. Фэн Чжияо не был настроен продолжать с ней этот разговор. Он сказал людям за своей спиной:
— Сделайте, что нужно, и расходимся.

Свист… свист…

Раздалось несколько свистов в воздухе, и люди, охранявшие женщину, один за другим упали на землю. Остался только предводитель, крепко сжимавший меч и напряжённо готовый к обороне. Но он прекрасно понимал, что его рука после той стрелы совершенно ослабела, и если прилетит ещё одна, он не сможет ни отбить её, ни убежать.

— Фэн Чжияо, ты не боишься, что во дворце узнают о самовольном использовании Всадников Чёрного Облака? — наконец заговорила женщина в чёрном.

Фэн Чжияо взмахнул рукой и усмехнулся:
— Ты лучше подумай, как объяснишь внезапное исчезновение такого количества своих людей.

В конце концов, женщина больше ничего не сказала и с ненавистью покинула эту безлюдную улицу в сопровождении единственного оставшегося охранника. Как только она ушла, люди в чёрном на крыше тоже быстро исчезли в ночи. Фэн Чжияо развернулся, перепрыгнул через крышу и через полуоткрытое окно спрыгнул в комнату. Глядя на сидевшего там мужчину, он с беспомощной улыбкой спросил:
— Ну как? Старший господин Сюй доволен?

Сюй Цинчэнь спокойно сидел у окна. Перед ним стоял кувшин вина и две чаши. Он налил вино в обе чаши, поставил кувшин и, подняв голову, с улыбкой сказал Фэн Чжияо:
— Передай мою благодарность князю.

---

Заметка от автора: У-ла-ла~ С тех пор как я перешла на платную подписку, количество подписчиков стремительно падает. Моё сердечко~ Спасибо всем за поддержку~