Глава 33. Кузены семьи Сюй

У ворот поместья Е из кареты вышли двое красивых юношей. Тот, что шёл впереди, взглянул на ожидающего управляющего. В его глазах промелькнуло недовольство. Он хмыкнул и, обернувшись к карете, с усмешкой сказал:
— Похоже, авторитета старшего брата недостаточно. Нас никто не встречает.

Следом из кареты вышел юноша на пару лет старше. Он бросил на него короткий взгляд:
— Старший брат взял тебя с собой, чтобы ты тут капризничал?

Младший скорчил брату рожицу, ничуть не смутившись:
— Кому это нужно! Я приехал только ради сестры Ли.

— Сюй Цинъянь, соблюдай приличия, — раздался из кареты спокойный голос.

Сюй Цинъянь подмигнул брату и тихо проворчал:
— Второй брат ещё суровее старшего.

Сюй Цинбай закатил глаза. «Раз знаешь, что он суров, зачем постоянно нарываешься?» — читалось в его взгляде.

Управляющий поместья Е в замешательстве смотрел на молодых людей. Те увлечённо переговаривались между собой, пропуская его приглашения войти мимо ушей. Казалось, они вовсе не собирались переступать порог, не говоря уже о тех, кто всё ещё сидел в карете. Управляющий уже хотел снова заговорить, как вдруг из-за ворот послышался взволнованный голос Е Ли:
— Это четвёртый кузен и пятый брат?

Сюй Цинбай обернулся. К ним быстрым шагом шла девушка в зелёном платье. Сначала его взгляд был немного отчуждённым, но, когда Е Ли подошла ближе, в его глазах вспыхнула тёплая улыбка:
— Ли-эр, это я, четвёртый брат. Помнишь меня?

Е Ли кивнула. Среди пяти братьев Сюй Цинбай был ей ближе всех по возрасту — он был всего на год старше. В детстве, когда она гостила у семьи Сюй, они всегда вместе учились и играли.
— Четвёртый брат…

— Хе-хе, сестра Ли, а я Цинъянь! — не желая оставаться в тени, влез младший.

Е Ли посмотрела на симпатичного юношу и улыбнулась:
— Пятый брат совсем вырос. Ты так похож на старшую тётушку. Когда вы уезжали из столицы, ты был совсем крохой.

Сюй Цинъянь тут же скорчил обиженную мину:
— Сестра Ли меня дразнит.

— А где старший брат, второй и… третий?

Занавеска кареты резко откинулась, и оттуда спрыгнул Сюй Цинфэн. Он со смехом произнёс:
— Хорошо, что Ли-эр помнит третьего брата. А то я уже начал ревновать.

Следом из экипажа вышли двое молодых людей. Это были старший сын семьи Сюй — Сюй Цинчэнь, которого называли первым юным учёным империи, и второй сын — Сюй Цинцзэ.

— Ли-эр, — Сюй Цинчэнь, облачённый в белые одежды, мягко улыбнулся сестре. Его лицо было воплощением изящества и благородства.

Девятнадцатилетний Сюй Цинцзэ, в отличие от утончённого старшего брата, выглядел строгим и суровым. Он производил впечатление холодного и отстранённого человека. Однако Е Ли чувствовала, что его взгляд, устремлённый на неё, полон тепла.

— Старший брат, второй брат, — тихо позвала Е Ли.

Внезапно у неё защипало в глазах. Е Ли, которая всегда считала, что умеет держать себя в руках, почувствовала странную растерянность. В доме Е у неё было много сестёр, но она всегда чувствовала себя одинокой. Теперь же, когда её окружили братья, ей показалось, будто она вернулась в детство. В те времена, когда мама была жива, а дедушка и дядя ещё не уехали из столицы. Это было похоже на возвращение в большую и шумную семью, где, несмотря на вечные споры, всегда было тепло.

Сюй Цинчэнь протянул руку и нежно поправил прядь волос у её уха. Он тихо вздохнул:
— Натерпелась ты за эти годы, Ли-эр?

Е Ли замотала головой. В горле встал ком, и она не смогла вымолвить ни слова.

— Третья сестра, нехорошо заставлять кузенов стоять у ворот. Это невежливо. Давайте пригласим братьев в дом, — раздался вкрадчивый голос Е Ин.

Она грациозно подошла к ним и изящно поклонилась Сюй Цинчэню:
— Ин-эр приветствует кузена Цинчэня.

Сюй Цинфэн, стоявший рядом, потер нос и отошёл за спину второго брата. Он бывал в этом доме много раз, но высокомерная Е Ин никогда не была с ним так любезна.

Лицо Е Ин слегка изменилось, но она заставила себя улыбнуться. Е Ли быстро справилась с чувствами и сказала Сюй Цинчэню:
— Простите мою оплошность. Старший брат, пойдёмте в дом. Отец и бабушка ждут вас.

Сюй Цинчэнь кивнул. Сюй Цинцзэ махнул рукой, и слуги семьи Сюй начали доставать из повозки подарки. Вся процессия направилась к дверям поместья.

Е Ли шла рядом с Сюй Цинчэнем и Сюй Цинцзэ. Она тихо спросила:
— Старший брат, как поживают первый дядя и тётушка?

— Матушка осталась в Юньчжоу, — ответил Сюй Цинчэнь. — С отцом всё хорошо, только он немного утомился с дороги. Отдохнёт и придёт в норму.

— Почему вы не предупредили меня о приезде? Я бы вас встретила, — негромко посетовала Е Ли.

Шедший позади Сюй Цинфэн расхохотался:
— Тут нет моей вины! Дядя прислал письмо с приказом никого не встречать. Мой отец узнал об их приезде, только когда дядя и братья уже устроились в столичной усадьбе. Он был в ярости!

Е Ли знала характер старшего дяди — он терпеть не мог церемоний и лишнего шума.
— Тогда завтра я сама навещу дядю. А как поживают кормилица Линь и кормилица Вэй?

— С ними всё в порядке, — ответил Сюй Цинцзэ. — Они были очень преданы твоей матери. Их семьи тоже хотят поехать с тобой в поместье князя Дина. Дедушка распорядился, чтобы они приехали вместе с нами.

Е Ли кивнула, не тратя время на пустые слова благодарности. В душе она чувствовала вину перед дедушкой. Она не могла быть рядом с ним, чтобы скрасить его старость, а он на склоне лет всё ещё заботился о ней.

Сюй Цинчэнь посмотрел на неё и легонько похлопал по плечу:
— Не думай слишком много. Главное, чтобы у тебя всё было хорошо. Тогда и дедушка будет счастлив.

— Я знаю, — отозвалась Е Ли.

Е Линь и Е Шань смотрели вслед уходящей группе — красивые мужчины обступили Е Ли со всех сторон. Сёстры покосились на Е Ин, чьё лицо потемнело от злости.
— Четвёртая сестра… те люди… это правда кузены третьей сестры? — осторожно спросила Е Линь.

Е Ин вскинула голову и наградила её яростным взглядом. Такого злобного выражения лица у неё ещё никогда не видели. Е Линь невольно отступила назад, едва не столкнувшись с Е Шань. Е Ин холодно усмехнулась:
— И не надейся. Семья Сюй — это не те люди, которые посмотрят на тебя!

Бросив это, она развернулась и пошла прочь, оставив Е Линь в полном замешательстве. Юное лицо шестой сестры вспыхнуло от стыда и обиды. Е Шань покачала головой:
— У неё плохое настроение, зачем ты к ней лезешь? Пошли скорее, бабушка будет недовольна, если мы опоздаем.

Е Линь удивилась — обычно Е Шань держалась особняком, а тут вдруг решила её утешить. Увидев, что остальные уже почти скрылись из виду, они поспешили за ними.

Зал Жунлэ.

— Младшее поколение вместе с братьями приветствует старую госпожу и… господина министра, — Сюй Цинчэнь первым вышел вперёд и поклонился. Остальные братья последовали его примеру.

Старая госпожа Е смотрела на пятерых мужчин. Даже если не брать в расчёт знаменитого Сюй Цинчэня, чьё изящество и ум были известны всем, даже тринадцатилетний Сюй Цинъянь выглядел благородно и держался с достоинством. Как бы ей ни не хотелось этого признавать, семья Сюй воспитывала детей лучше, чем семья Е. Глаза старой госпожи блеснули, и она радушно улыбнулась:
— Мы же одна семья, забудьте о формальностях. Как поживает ваш отец?

Сюй Цинчэнь выпрямился и с безупречной вежливостью ответил:
— У отца всё хорошо. К сожалению, он не смог навестить вас лично из-за усталости после долгого пути. Прошу нас извинить.

Старая госпожа понимала, что это лишь вежливая отговорка, но возразить не могла.
— Дорога была трудной, отдых необходим. Жун-эр, подойди же, поприветствуй братьев.

Е Жун стоял рядом с госпожой Ван. Он хотел что-то сказать, но наткнулся на суровый взгляд отца. Нехотя он вышел вперёд:
— Е Жун приветствует братьев.

Е Жун не отличался хитростью и даже не пытался притворяться. Он ненавидел Е Ли, а значит, ненавидел и её кузенов. Несмотря на предупреждения отца и бабушки, он не смог скрыть неприязни. Его поклон был небрежным и поверхностным. Лицо министра Е снова потемнело.

Сюй Цинъянь скривил губы и отвернулся. Он был самым младшим, так что вступать в разговор ему не полагалось. Сюй Цинчэнь же будто и не заметил поведения Е Жуна. Его улыбка оставалась мягкой и учтивой:
— Молодой господин Е, моё почтение. Слышал, вы весьма преуспели в науках. Цинъянь — ваш ровесник, но он ужасно ленив и озорен. Было бы неплохо, если бы вы общались почаще.

Сюй Цинъянь внутри себя просто взбесился: «Кто это ещё собрался с ним общаться?!» Но вслух возразить старшему брату не посмел. Он послушно выдал дружелюбную улыбку:
— Старший брат прав. Я обязательно буду учиться у молодого господина Е.

Сюй Цинчэнь остался доволен послушанием брата. Он распорядился внести подарки для Е Жуна и всех членов семьи Е. Е Жун тут же проникся симпатией к Сюй Цинчэню. В отличие от Сюй Цинфэна, который вечно его задирал, подкалывал и смотрел свысока, Сюй Цинчэнь казался ему замечательным человеком.

Сюй Цинъянь, которого заставили завести сомнительное знакомство, незаметно подобрался к Сюй Цинбаю и легонько ткнул его локтем, вопросительно глядя на брата: «Зачем старшему брату сдался этот болван?»

Взгляд Сюй Цинбая был предельно ясен: «Потому что он редкостный дурак и идиот».

Только идиот мог подумать, что их старший брат действительно станет общаться с кем-то из семьи Е, кроме кузины. Вероятность этого была даже ниже, чем то, что Сюй Цинчэнь решит не досаждать князю Дину.