Глава первая (1)

—Эпизод от лица Мидзогути—

— Тика-а, ну это же уже финишная прямая, верно?

В конечном счёте, не в силах держать всё в себе, вновь обращаюсь за советом к своему ангелу-наставнику Тикаэль. Если честно, мне просто хочется услышать подтверждение того, что мои догадки верны.

— ... Ну, скорее всего, так и есть. — доносится из трубки.

— Правда ведь? Ну правда же?

«Значит, даже со стороны Тики, как третьего лица, всё выглядит решённым делом! Получается... у нас взаимная любовь. Через четыре дня мне признаются. Ах, нет, если быть точной, то технически я призналась первой — хотя в тот миг была словно в бреду и до сих пор плохо осознаю реальность происшедшего — а значит, теперь получу ответ.»

— Куцу-кун вряд ли станет специально звать тебя на фестиваль фейерверков только ради того, чтобы отшить. Хотя было бы забавно, если бы он заставил тебя «расцвести» в последний раз, а потом заявил что-то в духе: «Какие же гадкие эти фейерверки». — усмехается подруга.

— Совсем не забавно! Мой Косэй не такой мальчик. Он чистый, добрый и такой... мягонький.

— Мягонький тут ни при чём... но то, что он славный малый — бесспорно. Я даже чувствую облегчение оттого, что наконец-то смогу сложить с себя полномочия твоей няньки.

— Тоже мне, нянька.

«Впрочем, за последние несколько месяцев и впрямь несчётное количество раз звонила ей, чтобы обсудить свои дела сердечные. Да, она действительно мне очень помогла.»

— ... Спасибо тебе. За эти почти три месяца.

— Угу.

— Не будь тебя рядом, я бы, наверное, сдалась. Да и если бы ты не дала мне адрес Косэя после того моего безумного порыва, велика вероятность, что наша связь оборвалась бы навсегда.

«Даже если бы позже привела свои чувства в порядок и решила снова с ним заговорить, любимый к тому времени мог окончательно закрыться в себе. Особенно после того, что узнала о его травме, до глубины души поражена тем, что он вообще решился прийти ко мне. И сие стало возможным лишь благодаря тому, что Тика вмешалась в самый подходящий момент.»

— Можешь не льстить, всё равно тебе ничего не дам. Ну... если судить по твоим рассказам, тот случай, когда увидела его резьбу по дереву и предложила купить её за деньги, тоже сыграл огромную роль.

«Думаю, из всего нашего недолгого общения до того первого свидания в торговом центре именно сей жест сильнее всего затронул струны его души. И всё же, заслуга Тики неоценима.»

— И всё-таки послушай. Ты уже празднуешь победу, но он тебе ещё официально не признался, понимаешь? Шанс велик, но это лишь догадки.

— Да брось. Фестиваль фейерверков, мы наедине... Просто не может ничего не случиться.

— ...А вдруг он скажет что-то вроде: «хочу сделать статую Чариэль в полный рост, дай мне разрешение на её выставку»?

— ...

«А ведь такой вариант исключать нельзя. Это же Косэй. От него можно ожидать чего угодно. Да, для него это был бы невероятно важный разговор, учитывая его увлечения.»

— Н-нет-нет-нет. Всё-таки вряд ли. Ну не настолько же, а?

— Сама сказала, а теперь сомневаешься — вот она, истинная натура Куцудзавы: заставлять верить даже в самое невозможное.

— О-о-о-о. Скажи мне, что этого не будет! Если это окажется просто досадным недоразумением по совершенно другому поводу, прямо там на колени рухну.

«Сердце не выдержит, наверняка разрыдаюсь. Буду рыдать навзрыд. Хотя даже тогда не выберу вариант 'сдаться'.»

— Если он окажется настолько непонятливым, просто повали его на землю и возьми своё.

— Так и сделаю.

«Нападу сама. Если он будет так тупить, то мне станет уже не до романтики первого поцелуя. Хотя искренне верю, что до такого не дойдёт. Хочу в это верить. Но порой он умеет выдавать неожиданные фортели в самые неподходящие моменты. Чего стоит еще не до конца его отступившая вера в факт, что я прям фанатею по полководцам времен феодальной истории страны.»

— В общем, ждём четыре дня. Что бы там ни было. Ты ведь собираешься вести себя смирно до того момента?

— Да, именно так. Всё ведь будет хорошо?

— Наверное. Ему тоже нужно время, чтобы подготовиться... если это действительно признание.

— Опять ты за своё! Всё будет в порядке.

«Чёрт. Хотела успокоиться, но из-за того, что Тика подкинула лишних сомнений, мне приходится убеждать саму себя.

— Ладно. Спасибо, что выслушала.

— Да не дуйся ты. Извини, если что.

— ...

— ... В последнее время Куцу-кун довольно часто провожает тебя взглядом, да и улыбаться стал намного естественнее. К тому же после недавних событий определённо заслужила его безграничное доверие. Я почти уверена, что он тебя любит.

— П-правда?

«Значит, смотрит на меня... я и сама замечала, что в классе мы стали чаще встречаться взглядами, но списывала это на плод своего воображения. Не хотела тешить ложными надеждами, а оно вон как оказывается.»

— Короче говоря... поздравляю с окончанием периода безответной любви.

Она произносит это так мягко и тепло, что глубоко внутри у меня всё вскипает от нахлынувших чувств. И вместе с тем слёзы сами собой наворачиваются на глаза.

— ... Спасибо, Тика. Спасибо. Ты мой лучший друг.

— Прекрати. Аж неловко стало.

— Ты наш купидон... великий архангел Тикаэль.

— Ещё слово: и удалю тебя из своих контактов, а сердцем из друзей выпишу, честное слово. — в её голосе слышится напускная злость, за которой скрывается добрая улыбка.

—Конец эпизода от лица Мидзогути—