Глава первая (эпизод 5)

—Эпизод от лица Куцудзавы—

В итоге, поддавшись её напору, разрешил оставить моё фото в её телефоне. У меня просто не хватило духу твердо стоять на своём и требовать удаления.

«До чего же бесхарактерный.»

— Ладно, вернусь к работе.

Мой взгляд падает на деревянный брусок, который только начал обрабатывать.

«На самом деле спешить особо некуда, но рассчитывал, что эти слова заставят её уйти. Мы ведь... не то чтобы как вода и масло, но никакой совместимости между нами не проглядывается. Мы явно из разных миров.»

— Слушай, слушай! А что ты сейчас мастеришь?

«Да она издевается! Неужели после моих слов можно вот так просто продолжать разговор? У неё совершенно иное представление о личном пространстве. Гяру — это какая-то иная форма жизни.»

Совершенно растерявшись, поднимаю стоящую в стороне картонную коробку и водружаю её на верстак.

— Ого-о-о! Ничего себе! Это что, кролик? А вот это лягушка. Обалдеть, ты даже слона можешь вырезать?! Да ты просто живое национальное сокровище{Живое национальное сокровище — почетный титул в Японии, присваиваемый мастерам, обладающим выдающимися навыками в традиционных ремёслах или искусствах.}!

«Ну и преувеличение — подумаешь, зверушек из дерева вырезал.»

— Невероятно, до чего же мило! И глазки у них есть. Ва-а-у... просто слов нет.

Она принимается одну за другой брать фигурки в руки, рассматривая их то снизу, то сбоку. Вообще-то, в кругах мастеров считается правилом хорошего тона сначала спросить разрешения, прежде чем трогать чужую работу — вдруг лак ещё не просох или клей не схватился. Но с этой особой, видимо, подобные правила не действуют.

— У меня и Ода Нобунага{Ода Нобунага — легендарный японский военно-политический лидер периода Сэнгоку, один из «трёх объединителей Японии».} есть.

— Ода Нобунага?! Откуда в этом мимимишном ряду взялся Нобунага?!

— Вот он.

Я извлекаю фигурку из другой коробки. За основу взят самый известный портрет, где он сидит с невозмутимым лицом, поэтому узнать его не составит труда. Постарался детально проработать даже пояс на кимоно, придав фигуре объём.

— Реально Нобунага! Умора! — Мидзогути-сан, заливаясь смехом, тут же делает снимок на телефон и принимается с невероятной скоростью водить пальцем по экрану.

— Мидзогути-сан? Вы ведь не в соц-сеть это сейчас выкладываете? — предчувствуя неладное, спрашиваю.

— Ой! Прости, тебе ведь это не нравится?

— Ну, если можно, я бы предпочел избежать огласки.

— Прости, искренне прошу прощения! Я уже выложила.

«Ох уж это поколение соцсетей. Для них делиться каждым шагом — всё равно что дышать. Уверен, она сделала сие без всякого злого умысла. Но именно отсутствие умысла и делает ситуацию столь затруднительной. Похоже, впредь мне не стоит показывать ей свои работы.»

— Дайте-ка проверю. Надеюсь, там нет моего лица или нашего дома?

«Пытаюсь найти её профиль в телефоне. Так, имя пользователя... — пока мешкаю, её тонкие пальцы перехватывают инициативу и в мгновение ока вбивают нужные символы. Обернувшись, обнаруживаю её лицо совсем рядом со своим. — Её красивые глаза, изящный нос... А когда она улыбается, её ровные белые зубы выглядят просто великолепно. Да уж, когда она молчит, она настоящая красавица.»

Почувствовав, что начинаю засматриваться, поспешно отстраняюсь. Собравшись с мыслями, сосредотачиваюсь на экране. Верхний пост — фото Нобунаги и текст: «Нобунага работы Куцудзавы-куна. Зачем он его сделал — загадка, но качество просто отпад», сдобренный каскадом эмодзи. Уже посыпались ответы. Аккаунт под именем Тика (наверняка та самая Хоригути-сан) прислал десяток смеющихся до колик смайликов. Следом прилетает комментарий от кого-то, похожего на Соноду-сан: «Такой талант преступно скрывать от мира».

«Ой, нет, лучше скройте. Таких мастеров, как я, пруд пруди.»

Почувствовав лёгкое головокружение, выключаю смартфон, но когда уже собираюсь убрать его в карман, со стороны Мидзогути-сан доносится возмущенный возглас:

— Эй! Ты даже страницу не пролистал! Тебе что, совсем не интересна моя жизнь?

«Ну а что я там забыл? Наверняка её лента пестрит типичными буднями гяру, а всё равно не буду знать, как это комментировать.»

— Это ведь ваш личный аккаунт, верно?

— Ага. Тот, куда вчера по ошибке запостила видео, был рабочим.

— Вы ведь... модель, если не ошибаюсь?

— Ну да. Если точнее — докумо{Докумо (Dokusha Model) — модель-читательница. Это обычные девушки, которые не являются профессиональными моделями, но снимаются для журналов, представляя стиль «девушки из соседнего двора».}. Там у меня полно подписчиков и за пределами школы.

«Значит, то видео с ремонтом велосипеда увидело ещё больше народу.»

— Скажите... а меня там фанаты часом не поливают грязью?

— А? Да не, с чего бы? У меня в подписчиках в основном девчонки. Думаю, они просто подумали: «О, круто, одноклассник у неё рукастый».

— Слава богу. А то яже испугался, что повторится утренняя история.

— Да то парни у нас придурки, вечно всё сводят к одному. Но и впрямь доставила тебе хлопот, прости.

— Да ничего...

«Раз уж она так считает, могла бы и в личном аккаунте обо мне не упоминать.»

— А этот ваш личный аккаунт... тот парень со стрижкой «под горшок» о нём знает?

— Под горшок... Ты про Миясаку?! Ха-ха-ха! Сиитаке{Сиитаке — вид грибов.}! Нет, конечно, ему не говорила, ха-ха-ха!

«Мидзогути-сан снова заходится от смеха. Мне-то вот совсем не смешно. Ну, по крайней мере, проблем с этой стороны быть не должно. Я-вспоминаю лицо Миясаки, когда он вклинился в наш разговор после обеда. — Явно ведь метит на место её парня. Поразительно: обладать такой волей, чтобы ради любви быть готовым восстановить против себя одноклассников. Мне сего не понять.»

Тем временем одноклассница, видимо, утратив к нему всякий интерес, снова переводит взгляд на верстак.

— И всё-таки, какой же он миленький.

— Нобунага?

— Кха! — она едва не поперхнулась напитком. — Не говори таких странностей, когда я пью! Про лягушку, кролика и песика талдычу тебе.

«Слово 'песик' звучит так ласково, что мне становится немного спокойнее. Надо же, такая резкая на вид гяру, а собак любит.»

— Эх, вот бы мне такого в комнату. Вот бы мне такую милоту. Намёк, намёк...

— ... Простите, но это невозможно. У них уже есть предназначение.

«Как бы трудно мне ни было отказывать 'солнечным' людям, здесь должен стоять на своем.»

— Собираюсь подарить их детям из приюта. У нас в квартале периодически проходят благотворительные мероприятия, и многие местные мастерские принимают в них участие... В общем, это часть нашей общественной деятельности.

— Ой, блин, прости. Реально, прошу прощения.

— А, да ничего...

«Она выглядит такой пристыженной и поникшей, что сам начинаю волноваться. Всё-таки красавицы выглядят эффектно, даже когда расстроены — просто нечестно.»

— Если хотите, могу сделать что-нибудь специально для вас? — слова сорвались с моих губ прежде, чем успел их обдумать.Сам поразился своей дерзости, но...

— Э? Серьёзно? Можно?!

— Ну, только если это не будет чем-то запредельно сложным. — глядя в её сияющие глаза, чувствую, как моё собственное изумление отступает.

— Уо-о-о! Класс! Спасибо! О-о-ох, я заплачу. Сколько это обычно стоит?

— Э-э-э?

«Честно говоря, меньше всего ожидал от неё такого предложения.»

— Ой, ну и лицо у тебя. Ты что, думал, хочу на халяву выехать? Я хоть и на подработке, но всё-таки работаю, так что понимаю — за чужой труд надо платить. С самого начала собиралась купить.

— П-простите. Просто это было неожиданно.

«Значит, она с самого начала имела в виду, когда строила мне глазки? Моё мнение о ней значительно выросло. А ведь подозревал в ней извращенку, коллекционирующую фото затворников. Однако брать деньги с одноклассницы как-то неловко, мда-а-а...»

— Давайте тогда так: сочтемся когда-нибудь потом, если мне понадобится помощь.

— Вроде как «будешь моим должником»?

— Да, что-то в этом роде.

— Идёт! Только чур без просьб стать поручителем по кредиту и прочей жести!

— Ха-ха-ха! Ну да, в сериалах мастерские вечно тонут в долгах, а директора лезут в петлю!

— Ты как-то слишком весело об этом говоришь... А ты и впрямь забавный. — внезапно Мидзогути-сан словно что-то вспоминает. — Ой, точно! Совсем забыла. Я ведь вчера хотела угостить тебя обедом в столовой в качестве благодарности, но ты принес свой, вот всё и замялось. Надо бы вернуть должок.

— А, я решил, что наш совместный обед и был той самой благодарностью.

— Тогда мы выглядим просто ужасно.

«И то верно. Трое первых красавиц школы снизошли до трапезы с жалким нелюдимом — звучит как-то так.»

— Прямо «Частный лицей-хостес».

«С их-то данными они бы озолотились.»

— А?

— Ничего. Понимаете, для меня это привычное дело, да и цепь вчера накинуть — пара пустяков, не стоит так переживать.

— Нет уж, ты мне тогда реально помог, это факт. И как уже говорила: не стоит разбрасываться своими навыками за бесценок. В моей работе тоже такие встречаются: мол, ты же просто фоткаешься, любой так может, за что тут платить?

— О, это ужасно. На один только макияж уходит прорва времени и мастерства, не бывает красоты без усилий.

— Вот, вот, вот именно! Надо же, ты понимаешь!

— Ну, я ведь тоже занимаюсь покраской. Фигурки там разные делаю...

— Фигурки...

— Что-то не так?

— А, нет... Ну да, Нобунага — это ведь тоже фигурка.

— Ну да, лицо ему сам раскрашивал.

«Раз она так настаивает, пожалуй, стоит принять её предложение.»

— Хорошо, тогда угостите меня обедом в следующий раз.

— Заметано, тогда завтра! Ой, завтра же суббота, вот незадача. Куцудзава-кун, у тебя завтра есть планы?

— Да нет. Работу для приюта сегодня закончу, так что завтра свободен.

— Отлично! Тогда завтра в одиннадцать у четвёртого входа в «Ион-Молk».

— Э?

Она назначает встречу прежде, чем успеваю вставить хоть слово.

— Решено! Ладно, погнала. Прости еще раз за фото. И спасибо за сок!

Не успел опомниться, как она выпорхнула из мастерской, вскочила на велосипед и, махнув рукой, скрылась из виду.

«Поистине, человек-ураган.»

* * *

«Ну и денёк сегодня выдался... — принимая ванну, прокручивал в голове события прошедшего дня. Мидзогути-сан, которой вчера случайно помог... Из-за её соцсетей утро в школе выдалось жарким, и оказался в центре внимания впервые за год. Потом обед с её подругами. Надо же, впервые за долгое время ел в школе не один. Правда, навлек на себя неприязнь этого 'гриба', который явно сохнет по Мидзогути-сан, и твердо решил больше с ней не связываться, чтобы не влипнуть в историю... Но не успел оглянуться, как сама гяру-зведочка прокралась ко мне в дом и устроила тайную фотосессию. Со стороны звучит дико, но раз уж это случилось, ничего не попишешь. Надо было быть с ней суше.. — думаю я. — Учитывая её чувство вины, вполне мог бы попросить её больше меня не беспокоить. Но этого не сделал. И не потому, что трус. Просто... мне было приятно. И дело не в том, что меня похвалила первая красавица класса. А в том, как она смотрела на мои поделки — с таким восторгом в глазах, точно ребенок.»

Я вспомнил, как в детстве сделал фигурку для одного мальчика, и у него был точно такой же взгляд. Те лица, та радость — вот моё начало. Творить самому по себе весело, этого мало. Куда интереснее разделять эту радость с кем-то через свои работы. И глаза Мидзогути-сан были точь-в-точь как у того мальчугана.

«Фигурки, значит... Может, тряхнуть стариной? Где-то у меня завалялись стеки для лепки. Интересно, осталась ли в мастерской алюминиевая проволока для каркаса? Впрочем, её можно и в магазине фиксированной цены прикупить. А вот краски... надо будет разузнать, что сейчас в ходу. Ах да, сначала надо выполнить заказ Мидзогути-сан. Хотя она еще и сама не знает, чего хочет.»

— Косэй! Мама с девяти будет смотреть детектив, выходи поскорее! — доносится зычный голос матери.

«Надо же, уже столько времени? Явно засиделся в ванне. И почему женщины так любят эти криминальные драмы? Каждый божий день смотреть на убийства — неужели им не становится тошно?»

—Конец эпизода от лица Куцудзавы—