Глава 2.4

"Кто ты?"

Э?

"...Что нам делать?"

"......"

Что?

Джио задумался.

'Я сделал что-то не так?'

Он совершенно не понимал, как это вообще могло произойти.

'Разве мы только что не говорили о том, как там дела в мире?'

Его угнетало то, что он стал знаменитым не по своей воле, и вдруг это.

Джио, внезапно столкнувшись с философским вопросом 'Кто я?', погрузился в самоанализ. Даже он, живший бездумной жизнью, понимал, что заданный вопрос весьма серьёзен.

'Но из-за этого ещё сложнее понять.'

Словно родители сидели напротив своего ребенка и сетовали: 'Сынок, и что нам с тобой делать?' Только вот Ю Сонгун не был родителем Джио. Джио был взрослым мужчиной, у которого была работа, хотя он её и потерял.

'Почему? Почему именно я? Почему мне вдруг понадобилось профориентационное консультирование?'

Он не мог понять, в какой момент Ю Сонгун стал таким серьëзным.

"......"

"......"

По мере того, как тишина затягивалась, замешательство и тревога Джио нарастали.

'...Раз уж Вы задали такой серьёзный вопрос, я, как человек, считаю своим долгом дать серьёзный ответ. Но поскольку я ничего не знаю, мне нечего Вам сказать. Я понял, что моя способность справляться с кризисами низка, и я, Сë Джио, являюсь ярким примером вреда, причиняемого зубрежкой в школьные годы.'

Для ответа нужно понимать ситуацию.

'Я... Кто я...'

Что он имеет ввиду?

'Если выбирать, то, наверное, портрет, одержимый призраком..?'

Словосочетание, наиболее ясно выражающее личность Джио в данный момент.

Но Джио колебался. Ему не хотелось называть себя 'призраком', когда он ещё не умер.

"Я - портрет."

"...Портрет значит."

"Я знаю, что Вас беспокоит, господин Ю Сонгун."

"......"

"Но не могу этого понять."

Он говорил искренне.

'Бывают ли более безобидные одержимые портреты, чем я?'

Недавно Джио подкорректировал картину, беспокоясь из-за фразы 'если будешь таким легкомысленным, то тебя заберут в исследовательский институт'.

'Но, судя по реакции господина Ю Сонгуна, он явно боится меня.'

На самом деле Сонгун боялся не Джио, а последствий того, что может произойти, если портрет потеряет контроль.

Что было абсурдно для Джио.

"Я - обычный человек, который любит рисовать, готовить еду для своей семьи и спать в постели, обдуваемой весенним ветерком."

Вы случайно не знаете про По○монов?

'Я Сно○акс.'

Это ленивый, здоровый и безвредный зверь, который только ест, спит и испражняется.

"И ничего не изменится, будь я портретом или чем-либо другим."

"...Вот как?"

"Полагаю, господин Ю Сонгун и так это знал."

Как брат вообще мог его неправильно понять?

'Что бы мир обо мне не думал, я всего лишь говорящий портрет, брат. Пожалуйста, поверь в мою ничтожность.'

Ю Сонгун был с ним с самого начала, но, похоже, суматоха в мире его запутала. Это означало, что его работа по созданию устрашающего образа была успешной, но ситуация сложилась неприятная.

Уровень опасности Джио стремился к нулю. Для сравнения, это даже ниже, чем у огненного муравья. Джио, предпочитающий беречь свои зубы, даже укусить никого не мог. Муравей же мог выстрелить кислотой и ослепить человека.

"Я знаю, почему Вы волнуетесь."

Джио решил, что проблема вызвана недостатком коммуникации.

"Мы слишком мало общались, чтобы понять друг друга."

Если бы они чаще разговаривали, Сонгун бы знал, каким безработным бездельником является Джио, сидя целыми днями дома. Тогда бы у него не было таких нелепых тревог. Словно тигр, переживающий из-за агрессивности кролика.

"Я такой же как и бесчисленное множество людей, размышляющих о себе и своëм месте в мире. И я также точно не знаю, кто я есть."

"......"

"Так почему бы Вам не попробовать узнать это лично?"

Джио на самом деле хотел прояснить все недопонимания.

'Раз господин Ю Сонгун смог без чьей-либо подсказки найти Пустоту, и он даже работал в Рождество, чтобы спасти некоего Пак Ынгëма, о котором я даже не знал, это значит, что он несчастный, но поистине компетентный офисный работник.'

А ещё это означало, что его нужно откормить досыта. Сытый человек не думал о пустяках и не говорил глупости. Всë это было следствием измученного тела.

Поэтому.

"Я хотел бы пригласить господина Ю Сонгуна к себе."

У Джио не было никаких причин не накормить Сонгуна досыта.

Ю Сонгун был нарисован на 'Портрете Джио'.

"......"

Первым, что он почувствовал, было.

'А.'

Тепло.

Дуновение лëгкого весеннего ветерка.

"......"

Сонгун посмотрел на небо.

"...Какое синее."

В современном мире редко можно увидеть чистое небо.

Огромные облака, словно пушистые подушки, а над ними безграничная синева, которая, казалось, вот-вот упадëт.

Тихое, наполненное спокойствием небо.

"Такое редко увидишь на Земле."

"Да, в Сеуле воздух действительно загазован."

"...Да даже не в Сеуле, ну..."

Сонгун не мог оторвать взгляд от неба.

"Где еще можно увидеть такое синее небо?"

Говорили, что когда-то давно небо над Землëй было именно таким. Но Сонгун родился незадолго до Великой Катастрофы, поэтому не помнил этого. Удивительно, что Земля могла быть такой.

'Это ведь поздемелье.'

Сонгун наклонил голову.

'...Почему нет ощущения чужеродности?'

Было странно испытывать такую тоску по небу, которого никогда прежде не видел.

"...Какое прекрасное небо..."

"Вам нравится?"

"Видны ли ночью звëзды?"

"Даже Млечный Путь."

"Потрясающе."

На Земле его не увидишь, даже если отправишься в пустыню.

Сонгун наконец оторвал глаза от неба и медленно опустил голову.

"......"

Перед ним был лес, раскрашенный мягкими красками.

"Тот самый лес, о котором ты говорил."

"Если пройти вглубь, то можно встретить моих друзей."

"Ты имеешь в виду лесных зверей?"

В этот момент из-за кустов показалась голова оленя.

"О."

Прекрасный олень, словно из сказки, с блестящими глазами, как драгоценные камни.

Сонгун прислушался. Где-то поблизости доносилось щебетание. Он перевëл взгляд и заметил несколько птиц на ветках, смотрящих на него с высока.

Парочка из них порхнула к ручью, текущему между деревьями.

Вдохнув, он почувствовал сладкий ореховый аромат.

"......"

Рыбы плескались в ручье, создавая рябь на воде. Лучи, пробиваясь сквозь листву, зажигали ручей, превращая его во множество самоцветов.

Под прозрачной, как стекло, водой, гладкие камни переливались, словно полированный мрамор.

"...Здесь так..."

Мирно.

"Можно понять, почему ты не хочешь выходить из дома."

Спокойствие, будто в усыпальнице мудрого старца.

"Я часто видел его на картине, но не думал, что он настолько прекрасен."

"Вам нравится вид?"

"Очень. Мне интересно, что в глубине леса, и каково будет здесь вздремнуть."

Тишина, что наполняла людей ленью.

"Это может быть опасно."

Настолько спокойно, что казалось ловушкой.

Если бы сюда попал человек без силы воли, он бы забыл обо всëм и пожелал бы стать единым целым с этим лесом.

'Но это не значит, что у Джио есть злой умысел.'

Как и у этого леса. Он не желает ни зла, ни добра.

'Он просто существует.'

Такова природа.

Это была природа, полная меланхолии, которую человек не мог вынести. Пир богов, не предназначенный для людей.

Покой, в котором можно утонуть.

"......"

...Чудо, что Чха Ара, Охотница F ранга, смогла устоять перед этим местом.

'Должно быть её привязанность к семье так велика, что удержала её от того, чтобы сойти с ума.'

Каждый вдох наполнял сердце Сонгуна нежностью, а приятный трепет доходил до кончиков пальцев.

С этим умиротворением было тяжело бороться тем, у кого нет никаких привязанностей, нет отваги, нет личности.

"...И что я должен здесь узнать?"

"Я позвал Вас не для того, чтобы Вы узнали что-нибудь об этом месте."

"А зачем тогда?"

"Я просто хотел, чтобы мы узнали друг друга получше. Потому что чем лучше мы понимаем друг друга, тем меньше боимся."

Джио снял свою накидку. Молодой человек со странно бесстрастным лицом продолжал говорить.

"Нет причин не поделиться тем, что имею, со своим другом."

"...Другом..."

Портрет назвал Сонгуна другом.

"...Ты считаешь меня другом?"

"...Я что-то неправильно понял?"

"Нет, если ты не против, то я тоже бы хотел иметь такого друга, как ты."

Он хотел наладить общение с Первоисточником.

"Я Садовник."

И вот он Первоисточник, который сам хотел общаться.

"От такого прекрасного Сада голову сорвать может."

"...Это может быть проблематично."

"Я имею в виду, что мне нравятся подобные места."

"Вот как. Какое облегчение."

"Ты здесь живëшь, да?"

Сонгун наконец оторвался от созерцания пейзажа и посмотрел на Джио.

"Ты создал это место?"

"Я нарисовал его."

"Как?"

"Случайно."

"Как странно."

"Я тоже так думаю."

"......"

Сонгун спросил.

"Ты ведь знаешь, что это место связано с тобой?"

"Я владелец этого места."

"Да.."

Но Сонгун говорил о другом.

'Этот Сад и есть портрет Джио.'

Одна сущность.

И это было вполне естественно. Джио - это портрет, и этот мир существует внутри этого портрета. Это означает, что всё на портрете, центром которого является личность по имени Джио, должно быть именно этой личностью.

"Здесь может существовать только то, что ты нарисовал?"

"Нет, иногда здесь появляется что-то, о чëм мне ничего неизвестно."

"Понятно, как я и думал. Значит их можно и из картины достать?"

"Да, можно. Вам что-то нужно?"

"Нет, просто... Я пытаюсь кое-что понять."

Фшух.

"......"

На ветвях появились полупрозрачные птицы, среди которых был и Медок, которого Джио называл своим сыном.

"...Всë здесь такое чарующее."

У птицы был странный взгляд.

Либо он предупреждал, чтобы Сонгун не смел нарушать спокойствие этого места, либо приветствовал гостя, приглашëнного его родителем, либо же просто наблюдал без особых мыслей.

"......"

Что за странное, ноющее чувство ностальгии?

"...А там, должно быть, твоя хижина."

"Верно. Ученица Чха Ара сразу зашла внутрь, поэтому я не смог показать ей лес."

"Могу ли я взглянуть?"

"Прошу прощения, забыл сказать, что Вы можете осмотреть всë, что пожелаете."

"Хорошо, спасибо."

С разрешения Джио, Сонгун провëл рукой по стене хижины.

'...Тëплые.'

Почувствовалась слабая вибрация.

Биение сердца мëртвого дерева.

"...Здесь."

"Да, что такое?"

"Оно дышит."

Оно было живым.

"Но я не уверен."

И оно было неодушевлëнным предметом.

"Я звучу странно?"

"Есть такое."

"И всë же, спасибо, что пригласил. Мне просто здесь так нравится."

"Полагаю, Вы просто очень устали."

"Когда я умру, я хотел бы оказаться в подобном месте."

Садовнику суждено быть похороненным в Саду.

"Этот Сад действительно чудесен."

Этот Первоисточник.

Это стало окончательным ответом на его вопрос.