Беседа с отцом [КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА]

Следующим днем уже ничего не держало Даевина с Евой в этом большом городе. События, произошедшие ночью, укрепили их отношения. Уровень их доверия друг к другу возрос.

Внутри завораживающего Железнодорожного Вокзала, подойдя к одной и свободных касс, Даевин оплатил всем билеты до Лейдена. Дорога предстоит долгая – выдвинувшись в 10:15, поезд прибудет в столицу лишь к вечеру, в 17:45.

Для Евы новость о том, что в самом деле существуют люди с высшими силами, Благословленные, значила лишь еще больше проблем и причин для беспокойства. Враги на этом уровне не мелочились. Они прекрасно знают, что такие силы сокрыты от простых людей, поэтому заинтересованы в том, чтобы не оставлять свидетелей. Что это значит? Единственный выход – убивать. Из рассказанного Даевином можно судить с полной уверенностью – его пытались убить абсолютно все, с кем пришлось столкнуться – и сестры Шинке, и охотник Монсье, и даже Бессмертные. Наверняка это не конец. Впереди их ждет еще больше жестоких и сильных врагов. Даевин видел напуганное лицо своей госпожи. Он, конечно, решил ее успокоить:

– Бояться нечего, – сказал он, держа Еву за руку, – я буду тренироваться, чтобы стать сильнее. Раз на горизонте враги, с которыми я раньше не сталкивался, надо быть на их уровне.

– На их стороне силы уровня богов, – обеспокоенно ответила Ева. – Как можно им что-то противопоставить?

– Не бывает непобедимых противников, меня этому еще в университете учили.

– Но там ведь не предполагали, что ты будешь стоять против Благословленных! И вообще, такое придумывают, чтобы боевой дух поднимать.

– Не спорю, но мне же надо будет тебя как-то защищать? Думаешь, что раз мы вышли на другой уровень, то все, мы сдаемся, раз там Благословленные? Я вообще буду обороняться, моя главная задача – охранять тебя и госпожу Гайис, а вот Роберт взял и пошел в наступление. Он хочет «убить всех богов». Думаю, ему придется куда труднее.

– Он мне с самого начала показался каким-то странным, а идея эта – совсем сумасшедшая. Скорее всего, он горько пожалеет.

Даевин повернулся посмотрел в окно. Безрассудная идея Роберта почему-то ему не кажется невыполнимой. Что-то в этом определенно есть…

– Я буду за него болеть.

***

Спустя некоторое время, ближе к сумеркам, поезд прибыл в Лейден. Первым делом по возвращении Даевин с Евой отправились на родные для детей улицы. Первой по счету была девочка, что жила на северо-востоке города, недалеко от вокзала и «Восточных Ворот» Лейдена.

Подойдя близко к ее улице, они не успели даже толком разглядеть людей, как девочка побежала к ровесникам и родителям, находившимся там. Оказывается, у нее была сестра, за которой родители с тех пор не спускали глаз. Заметив девочку, все члены семьи побежали к ней и принялись обниматься и интересоваться, не случилось ли с ней что. Вся семья в сборе, дружно обнимаясь, не могли отойти от внезапно наступившего счастья.

– Как это произошло? – радостно, воскликнул отец семьи, вытирая хлынувшие слезы. – Счастье-то какое! Дочь вернулась, люди! Еля, девочка моя ненаглядная, я ведь уже не чаял вновь увидеть тебя!

Отец был так занят нежностями с вернувшейся дочерью, что не сразу заметил улыбающегося гвардейца, стоящего поодаль.

– Господин… это же вы, Даевин Лоост! – отец девочки наконец поднял глаза и обратил внимание на знакомую внешность. – Я видел вас в новостях про штурм в башне Кулинара и рейд на его клиентов, проклятых чиновников!

Вся улица, услышав это имя, обратила внимание на гвардейца. Люди бросились к Даевину, громко ликуя и приветствуя народного героя. Каждый считал за честь крепко пожать ему руку и приобнять.

– Я назову своего будущего сына Даевином в вашу честь, господин королевский гвардеец! – крикнул кто-то из толпы.

– Я тоже, клянусь былой Короной!

Мужчины друг за другом соглашались с этим необычным решением. Впрочем, оно не было таким уж необычным. Все же Даевин спас десятки детей, поспособствовал поимке нескольких десятков коррумпированных чиновников-извращенцев. Издавна люди называли своих детей в честь великих героев.

Пока Даевин стеснительно отвечал толпе, Ева держалась в стороне, держа за руки двоих оставшихся детей. Она не вмешивалась, дабы не портить момент. Гвардеец заслужил такую честь, и дома его ждет награда побольше. Понимая, что время поджимает, Даевин не стал задерживаться. Он вежливо отказался от множества настойчивых приглашений в гости и поспешил откланяться, объяснив, что осталось еще двое детей, которых следует вернуть домой.

Даевин вместе с Евой и детьми пошел в парк Александриоса – именно там проживал мальчик по имени Майло. Паренек был весел, шел вприпрыжку, радуясь скорому возвращению домой. Увидев толпу других детей, Майло сразу побежал к ней, а ребята, увидев его, радостно встретили, накинувшись на него дружной толпой. И точно так же, как они обрадовались, дети хором задали следующий вопрос:

– А как же Мика?

– Мика? – Даевин не понял, о ком они говорили.

– Майло украли даже раньше, чем Мику, но Мика не вернулся…

Даевин вспомнил. Во время прошлой встречи, ему дети так и рассказывали, что Майло – сын дяди Ортоса, которого украли неделей ранее. Мика же пропал совсем недавно.

«Что же это значит? Неужто… Один из тех двоих детей, которые погибли еще до того, как их обнаружили в подвалах чиновников… Может ли это быть Мика?»

Лицо Даевина помрачнело. Он даже не знал, что ответить детям. Они с такой надеждой смотрели ему прямо в глаза, что Даевин не смог выдавить из себя ничего, кроме неуверенного:

– Не знаю…

– Мика украл кое-что, и его посадили в тюрьму, – вдруг ответил Майло и заговорщически улыбнулся Даевину. – Его потом выпустят!

Даевин был шокирован вмешательством Майло. Разумеется, он выдумал это сходу, но для десятилетнего мальчика он сделал это невероятно находчиво, сохранив среди ровесников безупречный образ гвардейца как народного героя.

– Мне надо с папой увидеться, потом выйду на улицу, хорошо? Зато можно больше не бояться выходить на улицу, этот мистер всех спас! Вы что, не видели новости?

– Откуда мы увидим? Ты сам-то хоть читать умеешь?

– Ой, – Майло смущенно почесал затылок. – Да не важно! Спросите у старших, они вам расскажут все!

Майло повел ребят к своему дому. Дом Ортоса, на которого напали после беседы с Даевином.

– Спасибо, Майло… Ты меня спас…

– Мелочи, дядя!

Встав у двери, Даевин постучался, но Майло в свойственной ему манере просто выбил дверь, радостно вторгаясь в дом. Внутри находились его мама, готовившая что-то вкусное на ужин, и отец, который сидел и что-то читал в газете.

Сначала они испуганно поспешили ко входу, но увидев сына, они так обрадовались, что бросились к нему, забыв про все остальные заботы. Отец, господин Ортос, подбежал и, упав на колени, обнял его, мама следом за ним.

– Ты вернулся, сынок! – говорит он, еле сдерживая слезы. – Поверить не могу, это ты!

– Конечно, я! Вот этот дядя меня спас! – он показал пальцем на Даевина.

Мужчина встал, подошел к Даевину и обнял его тоже, похлопав затем по плечам.

– Спасибо. Большое спасибо, господин гвардеец. Сначала я даже не поверил глазам, увидев вас в газете. Думал: «Неужели у него получилось?» Я рад, что ошибался! Столько детских жизней было погублено, и вы положили этому конец.

– Но я не был один. Будет неуважением ко всем остальным членам отряда, к моему лучшему другу в частности, если я заявлю, что смог что-то в одиночку. Я лишь внес свою часть лепты. Но насчет детских жизней вы правы. К сожалению, всех спасти не удалось, двое были найдены мертвыми. Я рад, что хоть у вас все в порядке.

– А что насчет соседского мальчика, Мики?

Даевин лишь обреченно повертел головой.

– Понятно…

Он взял своего сына на руки и поцеловал в щеку.

– Остается благодарить богов за то, что удалось вернуть хотя бы тебя. Я рад, что ты жив, Майло. Больше никогда не покидай нас, ладно?

У Даевина сердце забилось чаще, ком подступил к горлу. Причину его боли никто не понимал. Ева с оставшейся девочкой находилась у входа и, даже находясь позади и не видя лица, сразу заметила, как Даевин сжал кулаки и опустил голову.

– С вами все в порядке, господин? – спросил Ортос. – Можете остаться у нас на ужин.

– Благодарю вас, – с блеснувшими от слез глазами ответил Даевин. – Но нам надо идти дальше. С нами тут еще одна девочка, которую надо передать семье.

– Позвольте хоть что-то для вас сделать! Вы вернули нам сына и хотите уйти ни с чем?!

Мужчина положил своего сына и поспешил в другую комнату. Через несколько секунд он вернулся, держа в руках миниатюрную деревянную шкатулку со стеклянной крышкой. Он протянул ее гвардейцу. Даевин разглядел внутри шкатулки старинный, пожелтевший от времени свиток. Казалось странным, что обычный горожанин дарит такой антиквариат. Впрочем, сам Ортос рассказывал о себе, что у него непростое прошло. Даевин предположил, что раз ему дарят этот свиток за спасение сына, то это невероятно ценный свиток.

– Что здесь?

– Единственное, о чем я попрошу вас, – тихо произнес Ортос, – так это не открывать шкатулку в ближайшее время, чтобы ничего не испортить.

– Испортить? – удивился Даевин. – Что я могу испортить?

– В нем таятся… некоторые знания… Лучше дайте себе время отдохнуть после тяжелой битвы в той башне и спасения детей.

Даевина заинтриговал подарок. Учитывая то, что он узнал за последние несколько дней, словосочетание «некоторые знания» он воспринял как синоним к слову «сила».

– Сколько времени должно пройти тогда?

– Несколько месяцев.

– Хорошо, – Даевин кивнул и бережно убрал шкатулку в сумку на поясе.

Не задерживаясь и в доме Ортоса, они поспешили к последней улице.

***

Ева заметила, как Даевин снова угрюмо уставился вниз, пиная камешки под ногами. На его лице читалась глубоко затаившаяся печаль, сквозь которую пробивалась легкая улыбка. Она решила узнать у него, в чем дело:

– Что с тобой? Ты сам не свой, Даевин.

Он повернулся к ней и с какой-то отчаянной радостью произнес:

– Я спас Майло… и вернул его своей семье.

Фраза для Даевина значила так много, что он не смог сдержать слез. Он поспешил вытереть их рукавом, боясь показаться слабым и глупым. Ева действительно не могла понять, в чем дело.

«Почему эта фраза так спровоцировала его на слезы? Что-то было не так с этим мальчиком? Почему у него так дрожит голос и чего я о нем не знаю?»

Ева хотела задать ему столько вопросов… Однако сочла правильным не спросить ничего. Она уверена, Даевин, если бы посчитал нужным, сам ей рассказал. А если она начнет донимать его, лишь усугубит его состояние.

***

Девочка живет на той самой улице, где он когда-то сражался со своим старым другом Сэмюэлом, потому было тяжело возвращаться в место, откуда произросли слухи о том, что он Шайра – демон ненависти и войны.

На территории двора его встретили каменные лица аксакалов. Они сидели на невысоких пеньках, но даже находясь фактически ниже гвардейца, они излучали такое величие, что их тяжелый авторитет мгновенно сгустил обстановку.

И тем самым, что вдребезги разбило эту гнетущую атмосферу, были детские радость и ликование. Спасенная девочка подбежала к своему дедушке и запрыгнула к нему на колено. Суровое лицо пожилого мужчины моментально смягчилось, расплываясь в улыбке, а вокруг глаз проступили морщины от радости. Он крепко обнял свою внучку, не веря ее возвращению домой. Как и все остальные, кто потерял родных, он был несказанно рад этому событию. Другие аксакалы, сидящие по левую и правую руку от него, также возрадовались возвращению девочки. Долгие недели траура подошли к концу – и теперь наконец можно вздохнуть спокойно.

Конечно, спорным был тот факт, что внучку вернул тот самый парень, которого они посчитали демоном, с позором изгнав с этих улиц. Но можно ли это считать подобные предрассудки преградой для благодарности за возвращение потерянного члена семьи?

Даевин молча шагнул вперед, прижал руку к груди и поклонился.

– Я рад, что получилось вернуть вашу внучку домой.

– Это ведь ты, Даевин Лоост? Тот самый, что бросил вызов ужасному Кулинару, победил механических солдат и Джаггернаута, спас детей Королевства и устроил, как это нынче называется, рейды по поместьям погрязших в пороках чиновников.

Он сохранял холодный вид, вглядываясь прямо в глаза гвардейца. После непродолжительной паузы продолжил:

– Я считаю, что разумного человека от глупца отличает умение признавать свои ошибки и делать выводы.

Мужчина встает и подходит к Даевину, мягким жестом давая знак внучке бежать домой. Вслед за ним встали и остальные аксакалы.

– Я был не прав, когда после победы над моим внуком Сэмюэлом в честной дуэли, обвинил тебя в том, чего на самом деле не было.

Он протянул руку и наконец тепло улыбнулся.

– Прошу прощения, уважаемый гвардеец. Словами не описать, насколько сильно ты нам помог. Мне лично.

– Мы прекрасно осведомлены о тех событиях и о том, с кем пришлось тебе столкнуться на самом деле, поэтому несмотря на произошедшее между нами прошу принять наши извинения, – добавил мужчина слева от него.

«На самом деле – звучит как-то подозрительно.» – подумал Даевин.

– Это был хоро-оший поступок, – с улыбкой на лице проговорил другой мужчина, – поистине благородный. Разве можно плохо относиться к нашему герою?

– Думаю, победа над Сэмом – самое легкое, что тебе удалось совершить из всего этого списка. И раз моего внука одолел такой сильный молодой человек, я не вижу в этом бесчестья. Ты – достойный соперник.

Рядом с ними, чуть позади, стоял высокий мужчина – тот самый, которому в прошлом отрезали язык. Даже он едва заметно улыбнулся и крепко пожал руку Даевину.

– Джигит, – с гордой улыбкой произнес один из аксакалов.

– Заходи, погости у нас, и вы, почтенная леди. Мы специально для вас приготовим лучшие хинкали!

– Простите, но я вынужден отказаться, – вежливо ответил Даевин. – Я на службе, и сейчас нам нужно как можно скорее вернуться домой.

– Ты смотри, такое угощенье упускаешь!

– Ладно уж, Даур, пусть идет, – прервал его старый друг. – Я уверен, этого мальчика ждут везде, куда бы он ни пошел. Надо отнестись с уважением и к его долгу, и ко времени остальных людей.

– Да, ты, пожалуй, прав, – согласился мужчина. Он повернулся к Даевину и Ева: – Идите, уважаемый гвардеец и госпожа, да осветит Солнце ваш путь!

Гора с плеч. Наконец-то можно считать все события, связанные с делом Кулинара, завершенными.