В обличии аристократа

Не кто иной, как Шерлок Холмс открыл дверь и улыбнулся давнему знакомому.

— Рад видеть вас в добром здравии, господин Холмс.
— Что ж, я тоже рад. Входите, господа!

В доме был порядок, Холмс проводил их к гостиной, где за низким столиком стояло четыре кресла. На самом же столе помимо курительной трубки и переполненной пепельницы был кофейный сервиз и сахар в кубиках. Он попросил их присесть и рассказать, по какому поводу обратились:

— Господина Лооста я знаю, два раза уже имел с ним дело, а кто вы, юная леди? Полагаю, вы его госпожа. Если не захотите произносить ваше имя, я не буду настаивать.
— Ева Гайис.
— М-м, — он сложил руки перед лицом. — Понятно. Так по какому поводу обратились? Вам нужна консультация единственного в мире детектива-консультанта?
— Да, — Даевин протянул ему бумажку, которую достал из сумочки на поясе.

Холмс сразу понял, в чем дело, и начал изучать ее. Он внимательно прошелся по почерку, чернилам, самому слову и бумаге. По взгляду и мимике казалось, что у его в голове проносятся сотни, а может и тысячи, идей, связанных с этой запиской.

Ева смотрела на восхищенного Даевина, не отводящего глаз с детектива и не понимала, что так взбудоражило ее гвардейца. Прошло не меньше минуты, прежде чем давящее молчание было низвергнуто басистым голосом детектива, пришедшего к выводам.

— Что же могу сказать вам, господа. Судя по всему, это ваша единственная зацепка в том, чтобы найти виновника торжества. А я могу сказать так… На мой взгляд, это приглашение! — грандиозно воскликнул детектив.
— Приглашение? — переспросил Даевин. Ева же отпрянула, вообще не поняв такого предположения.
— Да. Сначала расскажите, что вы вообще знаете об этом случае. Ведь нельзя консультировать, если не знаешь сути дела.

Даевин кратко объяснил историю, не забыв упомянуть статус женщины, запах письма, когда та его обнаружила и ее совсем неиронично недоумевающее выражение лица от незнания мотивов.

— Понятно. Мои предположения верны. Кто-то, кто знает больше, чем мы все, решает намекнуть на свой мотив — вендетту. Полагаю, вы пришли ко мне, когда зашли в тупик с письмом? Благо, я знаю, как поступить дальше. Из этого письма я собрал некий прообраз человека, написавшего его. Судя по почерку, это точно мужчина. Чернила же он выбрал красные, как бы отражая свои чувства в нем, это вполне личный мотив, но без большего количества деталей я не смогу сказать, какой именно, хоть и могу строить предположения, но сейчас не об этом.
Судя по каллиграфии, написано слово было не шариковой ручкой, что сейчас модно у рабочего класса, а пером, это намекает на статус писца. А самое основное — яркий белый и довольно плотный листок, который не каждый себе может позволить. Если судить по запаху, который письмо сейчас имеет — это едва заметный мускус. Вы упомянули, что ранее письмо имело запах ириса. Такое имеет место быть! Ведь всякие дорогие духи имеют целую пирамиду запахов, начиная с первых, верхних ноток, длящихся полчаса, следующих за ними средних, длящихся несколько часов, и базовых — сохраняющихся несколько дней.
Джентльмен, движимый местью, являющийся членом статусной семьи, имеющий возможности кражи, не оставляющей за собой каких-либо следов. Вот, кто вам нужен. Предположительный ход событий таков: джентльмен написал письмо, надушился перед выходом, и так как вложил письмо в кармашек костюма, успел напитать его специфичным запахом духов, потом он передал его человеку, способному совершить «бесследную» кражу шкатулки и оставить такой яркий намек.

Ход мысли детектива поражал воображение. Его гости первое время просто молчали, пытаясь переварить услышанное. Гвардеец почесал затылок и посмотрел на свою госпожу.

— Да, с вами можно согласиться, но что нам делать дальше? Вы описали портрет виновника, но под такое описание могут подойти сотни, если не тысячи людей. Я сомневаюсь, что нам этого хватит, чтобы удовлетворить просьбу госпожи Курвуазье.
— Вы правы, леди Ева. Поэтому я знаю, как можно двинуться дальше в вашем расследовании, — Холмс встал и пошел в другую комнату, через пару секунд вернулся с картой города. Трубку со стола он взял в рот, пепельницу с сервизом убрал на край, удобно расположив карту столицы Королевства. После этого, попросив их приблизиться, он продолжил:
— Если мы предполагаем, что между нанесением духов и «доставкой» письма прошло как минимум полчаса, надо определить радиусы как пеший, так и на кэбах. Надо еще учесть, что и средние ноты держатся недолго, так что мы не можем выбрать большой радиус, ведь тогда бы хозяйка дома не учуяла аромат ландыша и ириса… Вот район Вестфорт. Давайте поищем места, где можно было бы договориться о таком дельце.
— Каком дельце? — спрашивает Ева.
— Не думаю, что организатор кражи сам выполнил все. Скорее всего, он нанял способного к таким вещам человека.
— А-а, точно!

Детектив нарисовал карандашом две окружности вокруг дома жертвы. В малый круг вошел один бордель, в большой вошли еще один бордель и клуб. Детектив сразу улыбнулся, будто это именно то, что нужно.

— Клуб «Виллен», интересно, — он расселся на кресле. — Должно быть, оттуда все координировалось.
— Что за «клуб»? — спросил Даевин, он не был в курсе такого явления, как закрытые клубы.
— Клуб по интересам. Вступление и «подписка» у таких клубов обычно стоит немалых денег, так еще требуется, чтобы для вступления за тебя замолвили словечко хотя бы два члена клуба. Портрет виновника, который я составил, вполне подходит на случай, если он решил действовать из этого клуба.
— А почему вы не думаете, что это бордель? Как мне известно, там тоже можно договариваться насчет разных дел.
— Вы несомненно правы, леди, однако мужчины более статусные предпочитают именно закрытые клубы и «светских львиц» обычным проституткам. Даже если им хочется заняться любовью, они это сделают за закрытыми дверями клуба. Во всяком случае, я не буду против, если вы и бордели проверите, а насчет клуба я уверен сам.
— Вы напоминаете мне моего друга Букера. Он тоже хочет стать детективом, лучшим из всех, даже вас превзойти.
— Приму как вызов, — посмеялся детектив. Затем он зажег трубку и сделал вздох. — Мой вердикт таков: ваш дальнейший шаг — клуб.
— Но в него надо вступить ведь? У меня нет знакомых, чтобы это провернуть, а также сомневаюсь, что есть деньги на это.

— Есть два варианта, Даевин Лоост. Первый. Я знаю, что в этом клубе состоит племянник очень видного человека — Конрада Фицгрума, Рональд Фицгрум, он примерно вашего возраста, вашего роста и даже лицом походит. Если наденете накладные тонкие усы и оденетесь формально, то могут впустить, но надо будет достать клубную карту, обязательную для идентификации. Второй же вариант проще, но дороже. Вы представляетесь собой, а двое знакомых, которые вас проведут, это я и мсье Гуливер де Крепон, но для входа в клуб нужен взнос в девятьсот проз.
— Ух-х… — Даевин вновь посмотрел на Еву. Теперь ее предложение в тысячу проз авансом не казалось таким уж плохим. И все же он решил поступить иначе. — Господин Холмс, можете сказать, какие плюсы в нахождении в таком обществе? Девятьсот проз — это все-таки немало.
— Ха! Я-то думал, что вопросы бюджетом ниже тысячи проз особо не волнуют королевских гвардейцев. В частности, тех, у кого имеется черный торианский клинок…
— Это долго объяснять, — Даевин скромно опустил взгляд.
— Понимаю, у вас всегда не все просто. Так вот, насчет плюсов: хорошие знакомства, игры и культурные беседы, уединение, если нужно, собрания, бесплатная еда и важные «инсайды» — лучше слухов из пабов.

«Инсайды» завлекли Даевина. Даже несмотря на то, что теперь он не сможет на постоянной основе заниматься альтруизмом, идея слухов его больше всех привлекла. Однако ребром вставал вопрос, откуда достать эти девятьсот проз. Он решил, что первый вариант подойдет куда больше, чем второй. А вступать в клуб или нет, он решит после первого посещения.

— Я думаю, что первый вариант лучше. Только возникает вопрос с клубной картой. Поможете с этим? Я думаю подделать ее на один раз.
— Эй, это вообще-то незаконно.
— Леди Ева, порой расследования без нарушения законов невозможно провести. Я думаю, это именно тот случай, когда можно пренебречь.
Шерлок Холмс встал, похрустел спиной, сделал затяг из трубки и повел Даевина за собой.
— В первый раз нарушаете закон, Даевин? — спросил детектив по пути.
— Не сказал бы… Но у меня есть презумпция невиновности...

Ева недоумевала, глядя на это. «Скоро вернемся, леди Ева!» — услышала перед закрытием какой-то двери. Уважаемый детектив сподвигает ее гвардейца к нарушению закона, а тот и не против, еще и намекает, что сам уже вытворял такое!

Через несколько минут они вернулись из другой комнаты. В руках Даевин держал карточку. Он вручил ей ее, и тогда Ева увидела, что это клубная карточка, выполненная из какого-то светлого дерева. На ее лицевой части была вся нужная информация о некоем Рональде Фицгруме, не хватало лишь фотографии.

— Ну, надеюсь, хоть на фотографию у вас есть деньги, Даевин? Нужна не абы какая, а именно как у меня — цветная, три на четыре. Так как клуб не просто закрытый, но и элитный, нужно соответствовать. Единственное, что мы не предусмотрели, это настоящий идентификационный номер Рональда, поэтому если они решат проверить, то непременно поймут, что это подстава. Что делать в таком случае, уже решать вам.
— Все равно спасибо, господин Холмс. Вы уже помогли достаточно. Скажите, сколько стоил этот разговор?
— Хотел бы я сказать, что за бесплатно, но ситуация в Королевстве уж чересчур нестабильная, поэтому, если изволите, пятьдесят проз.
— Ну, — Даевин воодушевился, узнав, что не несколько сотен, — пятьдесят проз за такую помощь и наставление от такого профессионала как вы — даже несправедливо мало, — он достал пять купюр по десять проз и передал детективу. Тот кивнул.

"Если не считать деньги в банке, у меня сейчас всего шесть проз..."

— Если застрянете еще на каком этапе, можете вернуться ко мне, я помогу. Честно говоря, мне даже интересно стало, что там ждет нас дальше. А до того времени, продолжу свою теорию!

Ева встала, собираясь уходить. Даевин пожал руку Шерлоку Холмсу.

— Было приятно иметь с вами дело!
— Аналогично.

***

Путь вел к единственному в Лейдене фотографу Жану де Люссиру, имеющему цветной фотоаппарат. Поймав по пути общественную карету, они поехали в сторону центра. Сначала было решено купить одежду. Шерлок Холмс сказал, что Ронлаьд, как и любой аристократ, носит классическую одежду, всегда поверх рубашки жилет, а любимая обувь у него — лоферы.

Ева уже знала, где можно купить приличную одежду. Это магазин, делающий большие скидки семье Гайис — «Сан Доран». Войдя в здание магазина, они очутились в строгом бело-буром мире с переливающимся кафелем. Прошло около двадцати минут, прежде чем Даевин купил то, что понравилось и Еве. Аккуратная рубашка с пышными рукавами, узорная золотисто-каштановая вельветовая жилетка, темно-коричневые штаны и лоферы.

Да, это определенно идет Даевину, придавая ему крайне статный вид, однако он не чувствовал себя в своей лодке. К сожалению, своих денег ему не хватило, даже с учетом скидок, и ему часть стоимости оплатила Ева. Ну, как часть, почти всю цену...

Оставалось лишь поправить прическу. Холмс сказал, что у Рональда едва заметные усики и волосы, уложенные назад. Они зашли в ближайшую парикмахерскую, где цирюльник помыл ему волосы, уложил их назад, подстриг ножницами лишнее, чтобы на шее волос не было, и нанес специальный гель для укладки. Щетину на лице, кроме области усов, убрали с помощью острого лезвия.

Через еще полчаса, Даевин был полностью готов к фотографии. Там же на районе, прямо у устья реки, находилась студия Жана де Люссира. Относительно скромное одноэтажное кирпичное здание с соответствующей символикой — фотоаппарат с пленкой. Даевин с Евой зашли, заказали съемку на документ и сделали нужную фотографию.

Цветная фотография молодого парня с уложенными назад волосами, средней толщины бровями и квадратной челюстью, характерной для южанина, одетого аристократично, с легкой улыбкой на лице.

— Теперь надо ее вырезать и приклеить к карте, — добавляет Даевин, смотря на фотографию. — Благо, ножницы у меня есть. Но откуда достать клей…
— Извините, господин де Люссир, у вас есть клей?
— М? Конечно, леди! Люди сюда чаще всего приходят за фотографией для документов, постоянно у меня его просят, так что всегда при себе имеется в запасе парочка тюбиков. Вот.

Он передал клей, Ева дала его Даевину. У входной двери они принялись завершать приготовление карты. Аккуратно нанеся клей, Даевин положил фотографию на деревянную карту, втирая ее так, чтобы «легла» ровно.

— Вроде, получилось.

Ева взяла и осмотрела карту. За исключением того, что они не знают настоящего номера Рональда Фицгрума, все было идеально. Карта выглядит точь-в-точь как у Шерлока Холмса. Поймав в кэб, они направились к клубу «Виллен».