Рассказ бывшего Странствующего Рыцаря

Даевин, согласившийся на спарринг, встает и готовится к бою безоружным, Ева берет короткий и легкий кинжал. Становясь друг от друга в пяти метрах, они начинают поединок. Даевин решил использовать тактику, как при тренировке с Хейли Кула, его однокурсницей, – ждать атаки сидя, показывая полное неуважение, чтобы вызвать злобу.

Ева заметила это и буркнув что-то себе под нос, пошла в атаку, взяв кинжал в обе руки. Она сделала взмах сверху вниз, от которого Даевин просто крутанулся, лежа на полу, оставив свой меч на месте. После этого он встал и выразил на лице притворную гримасу растерянности, бегая глазами во все стороны. Ева, не зная этикета гвардейской дуэли, лишь усмехнулась и пошла в нападение, делая быстрые диагональные замахи, рисуя полукруги своим лезвием, из-за чего Даевин начал отступать назад. В битве с Хейли Даевин в конце оттолкнулся от стены и полетел головой ей в грудь, но на балконе стены нет, лишь каменная ограда, а сдаваться он не хотел. Когда Даевин оказался близок к краю, он решил провернуть хитрый трюк.

Он побежал в ее сторону, приготовив свой кулак к удару, Ева увидела это и в страхе небрежно закрылась клинком, встав полубоком, согнув при этом ближайшую к Даевину ногу. Даевин сделал ей подножку в развороте, и Ева упала.

Даевин, окончив прием, захотел встать и сразу прижать Еву к земле, но она тоже быстро встала, несмотря на то, что это падение для нее получилось крайне больным. Взяв кинжал в руку, Ева решила сделать выпад, один прямой удар, но, как и у многих противников Даевина, этот удар плохо закончился. Гвардеец запросто увернулся и схватил ее руку своей левой, а правой рукой, словно приобняв, посадил ее на скамейку, стоявшую прямо позади него, на которой и лежал его меч. Это победа!

– Вот видишь! – он смеется, отпуская Еву, – Я же сказал, выиграю тебя даже с мечом в ножнах.

– Эй, это вышло случайно, вообще-то! – отвечает Ева, расслабив хватку и тело. – Ладно, ты победил.

– Случайностей в нашем мире не бывает. Но да, усадить тебя на свой меч я решил только в самом конце, – он самодовольно хмыкнул.

Ева привстает, Даевин убирает меч из-под нее и прислоняет к стенке.

– Ты правила этикета дуэли не знаешь?

– А есть правила?

– Пф, – он хмурится от наивности вопроса, – конечно! Нельзя нападать на безоружного с оружием. Если во время дуэли у врага из рук выпал меч, нужно ждать, пока он его подберет, чтобы продолжить битву. Таков этикет, что даже в официальной смертельной дуэли с врагом ты не смеешь сражаться, видя, что у соперника нет оружия. На моей памяти, даже некоторые бандиты придерживаются правил этикета.

– Ой, кто бы говорил о правилах, – она наклоняется голову влево, ехидно смотря на гвардейца.

– В дуэли я всегда действую согласно правилам. Во-первых, это дело чести, а во-вторых, приказ отца, – Даевин делает очень важное лицо. – Я знал многие правила гвардейской дуэли еще до того, как поступить в гвардейский университет, потому что с детства с ним тренировался в поединках, считай это выработанной привычкой. Честно говоря, – он наклоняется к ней, – отец все еще меня побеждает. Но этом году я постараюсь выиграть.

– В этом году? В смысле?

– Каждый год, начиная с пятнадцатилетнего возраста, мы устраиваем одну серьезную дуэль. Не на смерть, конечно, но надо выкладываться по полной. Проигравший готовится целый год для следующей дуэли. И... так получается, что я все время выхожу проигравшим.

– Ты проигрываешь отцу? – Еву такое заявление удивило. Даевин в ее глазах выглядел чрезвычайно сильным и выносливым. – Сколько ему лет?

– Сорок шесть. Но, несмотря на такой возраст, тело его молодое и тренированное, поэтому он меня побеждает меня с легкостью. Но это лишь до этого года, – он улыбается и скрещивает руки на груди, – я стал сильнее и опытнее в бою.

– Даевин Лоост, который сражался с группами людей, говорит, что его отец все еще сильнее, чем он сам?

– Да, он не на шутку силен. И его авторитет слишком высок, поэтому я его не смею ослушаться ни в чем.

– А-а, тогда неудивительно, почему Даевин Лоост подчиняется своду правил для дуэли.

– И насчет свода правил... Отец говорил, что наши давние предки участвовали в его создании.

Ева уже хотела задать вопрос, но заметила позади Даевина знакомую фигуру. Это был Пьер. Сперва он ее даже напугал. Даевин заметил, как его госпожа смотрит на что-то позади него и обернулся. Увидев Пьера, он отшатнулся, так как совсем не слышал шагов! Он сразу встал, так Даевин приветствовал того, кто старше.

– Вижу, развлекаетесь? – снова ехидство в лице.

– Да, – смело отвечает Ева. – А что? Хочешь присоединиться?

– Я бы, госпожа Ева, с радостью, но пришел сообщить, что ухожу. Надолго…

– Надолго? – она встала и подошла поближе. – Снова? И сколько тебя не будет?

– Не знаю, парочку недель. Дела возникли на севере Королевства. Я пришел в первую очередь предупредить даже не вас, а Даевина.

– Меня? – он сглотнул ком в горле.

– Хочешь, воспринимай, как угрозу. Но раз ты ее сателлит, то знай, раз меня нет рядом с Евой, вся ответственность ложится на тебя. Что бы ты ни делал, всегда помни, что она – на первом месте. Твоя жизнь не значит ничего, если ей грозит опасность. Помни это, Даевин, – он подошел поближе и положил руку на плечо ему.

Даевин почувствовал какой-то холод в области груди, словно его сердце заковали в ледяные цепи. Он чувствовал такое впервые, будто бы тяжесть ответственности в полной мере легла ему на сердце.

– Спасибо… – сказал он, положив руку на сердце. – Я помню твои слова с той ночи. Я клянусь, что не подвергну ее опасности и сделаю все, чтобы в случае ее возникновения, защищу Еву, чего бы мне это не стоило.

– Это не стоит ничего особенного, лишь твоей человечности, – он снова улыбнулся. – Я ценю твое обещание. Госпожа Элизабет попросила передать, что дело, которое тебя заинтересовало, того не стоит, поэтому можете заняться чем-то своим. Зацепок, с которых стоит начать, она вам не даст. Если не верите мне, можете сами зайти к ней и убедиться.

– А что за дело, на которое тебя отправляет мама?

– Обычные обязанности Дворецкого…

Даевин не понял ничего, Ева же глотнула и кивнула.

– Хорошо. Ты отправляешься сегодня?

– Сейчас.

– Поняла. Что ж, удачи тебе, жду возвращения.

– И вам, госпожа. Даевин, не забывай сказанного.

– Не забуду, – кивнул. – Удачи на задании, Пьер.

Пьер ушел вниз. А Даевин с Евой снова уселись на скамейке.

– А что за дела дворецкого? Если не секрет…

– Это секрет, – коротко и ясно. Ева перекинула ногу на ногу. – Что ж. Раз нам не разрешили расследовать дело о пропадающих, то чем займемся? – спрашивает она, смотря вперед в пустоту.

– Было бы прикольно расследовать это дело и решить его быстро, чтоб как с извращенцами.

– Извращенцами, мама рассказывала о них... Помню, до меня один человек в районе Бастиона домогался, но я его укусила за руку и всадила ножик в бедро. Хех, его затем прямо в Бастион и отправили.

– Ха... Как же тесен мир, оказывается, – говорит Даевин, улыбаясь.

– Ты о чем?

– Когда я расследовал дело об извращенцах, мне сказали, что одного поймали в районе Бастиона. Я подумал, что это очень хороший способ разузнать что-нибудь о мотивах этих извращенцев, но когда пришел в Бастион, то – не считая другой проблемы, которая тогда возникла – не смог ничего узнать, потому что того мужчину превратили в еле живое тело, полное синяков, ссадин, порезов, даже ожогов.

– Вполне заслуженно, я бы их всех приговорила к смерти. Но они же перестали с тех пор появляться. Так, получается, это ты решил проблему?

– Я организовал все, но если быть честным, то решил проблему именно Мигель, мой лучший друг. Кстати, он мне так и не рассказал, как сделал это…

– А как вы решили проблему, расскажешь?

– В общем, посреди одного задания я наткнулся на бездомных, собравшихся… творить извращенные гадости в районе Бастиона, а потом узнал, что это и была та самая банда. Вместе с парочкой ребят из университета мы решили эту проблему с помощью Мигеля. Насчет заслуженности наказания – не знаю… Мотивом послужил тот факт, что администратор борделя внезапно решил поднять цены, чтобы бедняки не смогли заказывать себе куртизанок, оправдывая это тем, что бедняки портят имидж заведения.

– Я могу понять администратора. Бездомные обычно грязные и воняют… Он, как владелец заведения, имеет полное право решать, кого впускать, а кого нет.

– Это да. Но после внезапного повышения цен в несколько раз, а потом и полного запрета, начались их пошлые похождения. А увидев мужчину в Бастионе, я почти полностью отказался от идеи решать вопрос путем агрессии. Что лучше, «имидж заведения» или безопасность женщин Лейдена? Я вот решил, что лучше пожертвовать первым. Остальные вместе со мной были согласны.

– И это помогло? Ну, отсутствие агрессии.

– Вроде, да… По крайней мере, мы смогли договориться. Единственное, я не знаю, о чем там Мигель с ним поговорил, после чего администратор и передумал так быстро. Сомневаюсь, что Мигель поставил того перед фактом, угрожая жизни, он точно не способен не убийство, даже блеф об этом ему противен.

– Значит, твой друг Мигель с ним договорился о чем-то, после чего администратор запросто вернул все к тому, что было?

– Д-да… – Даевин не совсем понимал, к чему клонит Ева

Задумавшись, Ева выдает:

– А ты не думаешь, что на самом деле изначальная причина была в другом?