Возвращение домой

Он обнялся с Мигелем на прощание, затем пожал руку Корвину, приобняв и его. Наконец-то, спустя полчаса, Даевин вышел и подошел к девушкам. Они сидели с тремя детьми – двумя девочками и одним мальчиком. Ева заметила его и сразу встала.

– Итак, что будем делать, едем домой прямо сегодня?

– Еще нет. Знаешь... Уже темнеет, а я всегда хотела поужинать в одном из ресторанов Ранежа под открытым небом, да еще и на крыше одной из тех высоток...

– Ла-адно. Намек я понял, но что с другими девушками и детьми?

– Ну... Мы же всего на часок-другой?

– И что вы собираетесь делать? – спрашивает Марта, подслушав их разговор. – Хочешь свалить ответственность за детей на нас? Ан нет! Я тоже с вами пойду.

– Вообще-то, это наше личное дело. Даевин мой гвардеец, поэтому он сопровождает меня, если я желаю поужинать в ресторане в чужом городе.

– Вообще-то, – пародируя тон Евы, отвечает Марта, – всем очевидно, как ты неровно дышишь к нему. Он мой муж, так что я его оставлять с тобой не собираюсь.

– Чего? Он, вообще-то, мой подчиненный, так что выполняет мои приказы!

– А давайте вы разберетесь без меня, – отвечает Даевин, подняв руки, – я пока присмотрю за детьми.

Даевин решил не лезть в эти женские разговоры. Он очень надеялся, что все пройдет само собой. Его лишь радовало то, что все плохое уже позади. И даже если еще нечто плохое его ожидает впереди, то пройдет много времени, прежде чем оно случится.

Он игрался с детьми, показывал свой меч, объяснял устройство револьвера, а также детали Кодекса, и почему они такие. Дети уже не были такими напуганными, какими он их видел днями ранее, они радуются и взволнованно ожидают возвращения домой. Скоро так и будет – они все вернутся в свои семьи, которые, наверное, даже не знают, что с их детьми происходило в эти дни.

Пока игрался с лучезарными детьми, Даевин все время про себя размышлял о том, насколько мир испорчен, раз для проституции и убийств из похоти используют детей. Он был слишком наивен, полагая, что закон от 1808 года «О запрете детской проституции» сработал идеально, раз он еще ни одного инцидента не встречал. Но растлители детей поживали отлично, занимаясь своими извращениями за закрытыми двери, тратя баснословные десятки тысяч за сеанс.

Мальчики и девочки всех возрастов – тварей не смущало ничего!

«Растлители детей не знают границ извращениям. Пробуя одно извращение, они быстро переходят к другим, так как старое быстро вгоняет в тоску. Как говорил отец, набивают брюхо, даже не будучи голодными… Хорошо, что для этих детей все закончилось. Удалось спасти многих. Пусть и не всех.» 

Показывая свой черный меч и просто говоря о том, что важно всегда оставаться человеком честным и сильным, он даже не представить не мог, как сильно повлияет на детей: они объявили о решении стать гвардейцами. Такими же, как он сам!

– Мы подумали, что пойдем вместе, – его отвлекла Ева, подошедшая после интенсивной дискуссии, – ты, я и Марта. Марта, скажешь сестрам?

– Конечно.

Марта подошла к своим сестрам, чтобы объяснить сложившуюся ситуацию. Услышав о планах, Лина, самая младшая из сестер, тоже захотела пойти с ними, да и дети, услышав слово «ресторан», естественно, сразу оживились. В итоге, несмотря на долгий спор Евы с Мартой, было решено пойти всей компанией. Не задерживаясь в коридоре больницы, они направились в ресторан.

***

Лора по пути решила спросить, почему же Марта так упрямо зовет Даевина своим мужем. Она не считала сестру глупой малой, поэтому подозревала, что произошло что-то серьезное. Даевин, предвкушая очередное повторение этой ужасной и пошлой истории, прикрыл лицо ладонью. Марта объяснила все иносказательными намеками, дабы не портить впечатление о герое перед детьми, Ева же, воспользовавшись моментом, пожаловалась, какой «распущенный» гвардеец ей попался.

Однако вопреки опасениям Даевина, на лицах Лоры и Сары вовсе не было порицания или разочарования. В их взглядах читались понимание и разве что легкая укоризна, но и та – без всякой злобы. Младшая, Лина, вовсе ободряюще улыбнулась ему. В конце концов, у всех было хорошее настроение, чтобы нашлось место и негативным эмоциям, поэтому рассказ сей истории завершился лишь легким дружеским смехом.

***

Во всем Ранеже есть только три ресторана на крыше высоток. Сестры Шинке знают все три, но пойти предложили в ближайший, так как иначе к сумеркам не успеть занять места. А оказаться на крыше высотки в сумерках – это самое завораживающее зрелище, которое только могут предложить эти заведения, находящиеся на верхних этажах высоток. Выбор пал на заведение с экзотическим названием «Wyverna Aurea». Ресторан располагался на крыше тридцатиэтажного здания в районе Нового Ранежа, чуть западнее от городской мэрии. Сейчас там как раз вовсю идет проектирование и строительство целого комплекса небоскребов в пятьдесят этажей и выше.

Линии Монорельс, построенные в Ранеже, аналогичны по функционалу подземным линиям Метрополитена, с той лишь разницей, что они высоко над уровнем земли. Остается загадкой, почему Метрополитен не развивается в таких больших городах, в которых нужда в подземном перемещении острее всего. Высшие лица Ранежа решили эту проблему, проводя рельсы не под землей или на земле, а высоко в воздухе. Единственное, что было сложно в постройке, – обустроить многоуровневую систему путей и развязок рельсов, так как некоторые маршруты ведут к тридцатым этажам зданий, а другие – к сороковым и, изредка, пятидесятым. Однако сорокаэтажных, пятидесятиэтажных, еще более высоких зданий не так уж и много, поэтому практически нет линий на тех уровнях, чаще всего путь представлен линией тридцатого этажа, который поднимается непосредственно у нужного здания сорокового этажа. Если же здание пятидесятиэтажное, то машине вовсе приходилось совершать круговой маневр вокруг фасада здания, чтобы плавно набрать высоту.

Устройство линий Монорельса такое: пассажиры садятся в вагон, напоминающий трамвайный, который в данном случае называется рельсобус. Он потихоньку поднимается по крутым направляющим линиям – сначала до уровня десятого этажа, затем двадцатого, и так до тех пор, пока не будет достигнута необходимая высота. Когда подъем завершен, можно уже строить маршрут. Управляет вагоном машинист, следя за трафиком, чтобы ни с кем другим не столкнуться по пути. Архитекторы города при постройке всех линий приложили немало усилий и эстетического трепета, чтобы конструкции монорельса выглядели приятно и не загораживали солнце, которое и так с трудом из-за большого количества высоких зданий добирается до земли. Однако со стороны все равно казалось, будто гигантская стальная паутина опутала самые высокие здания Ранежа.

Нашей компании ребят нужно на крышу тридцатиэтажного здания, чтобы попасть в ресторан. Перед отправлением машинист оглушительно позвонил в колокол, чтобы ознаменовать начало поездки. Рельсобус затрясся, а потом спокойно двинулся в нужном направлении. Сразу со станции он плавно поднялся поочередно на уровни десятых, потом двадцатых, потом тридцатых этажей. Едва рельсобус достиг нужного уровня, машинист переключил рычаги на рабочем столе перед собой и направил машину к нужному зданию. Все оказалось относительно просто.

Всю эту информацию команде рассказал милый дядька машинист, водитель рельсобуса. Уже на подъезде ко входу в ресторан «Золотая Виверна» ребята услышали целую палитру запахов, пестрящих как томленой уткой, говядиной, бараниной, так и соусами со специями, сочетающих в себе все возможные вкусы. До ресторана и блюд в меню ребята еще не дошли, а аппетит уже разыгрался. На входе стоял высокий мужчина во фраке.

– Добрый вечер, господин… – мужчина протер глаза. – Это же вы? Даевин Лоост! Сам Даевин Лоост посетил наш ресторан!

– Я очень прошу вас, – Даевин сразу прижал палец к губам, чтобы мужчина не произносил его имя так открыто, – без шума. Я же не смогу спокойно поужинать, если все внимание будет сосредоточено на мне.

– Да, простите мне мою реакцию! – мужчина кладет руку на грудь и кланяется Даевину и всем остальным по очереди. – Для меня честь встречать и предлагать вам свои услуги, господин Лоост. Зовут меня Ирбис Малибу, и от лица «Золотой Виверны» я хочу сделать вам подарок: все, что вы закажете на ваш стол, – за счет заведения.

Даевин был поражен такой щедрости. Все, кроме него самого, громко возрадовались.

– Милена, прошу, – он подозвал к ребятам одну из официанток, – проводи глубокоуважаемого господина к VIP столу номер два. Не отказывай ни в чем, и можешь не волноваться, сей господин не даст тебя в обиду.

Даевин поклонился ему.

– Я вам очень благодарен. Со мной такое в первый раз, и я не знаю даже, как реагировать на такие подарки…

– Попрошу, господин! После всего того, что вы смогли совершить, данный ужин – меньшее, на что я способен, чтобы вас отблагодарить.

Несмотря на то, что администратор попросил официантку проводить их, он сам же присоединился к эскорту гостей.

– Сказать по правде, у меня личная вовлеченность в эту историю, – негромко признался администратор. – Эти изверги украли сына моего близкого друга, мы три недели провели на иголках от нервов. Благо, все обошлось, и все благодаря вам! Поэтому сердечно прошу: не отказывайте себе ни в чем. У нас изысканные блюда, лучшие повара и безупречная подача!

Длинный стол, к которому их провели, имел достаточно места для всех. Каждому человеку, севшему за стол, дали меню на руки, даже детям, и каждый спустя минуту с небольшим выбрал себе блюдо по вкусу. К этим блюдам было заказано несколько свежевыжатых соков и самовар для свежего черного чая.

После оформления заказа, официантка сказала, что одновременная подача всех блюд ожидается через двадцать минут. Времени было достаточно, и Даевин решил выделить немного для своей солитьюды, чтобы насладиться вечерним видом на город.

Солнце близилось к закату, и его багровые лучи ударили Даевину в глаза. Несмотря на столбы дыма, круглосуточно исходящего из индустриальных труб, а также легкую облачность, небеса завораживали переливающимся багрянцем и золотом. Бесперебойно по воздушному океану бороздили дирижабли, не оставляя никаких следов за собой, а один из них даже пришвартовался к крыше одного из пятидесятиэтажных зданий где-то вдалеке.

Там и тут, на улицах и в окнах зданий, начинали загораться первые огни ночного города. Даевин и раньше осознавал себе масштабы и массивность Ранежа, но лишь оказавшись на такой высоте, в ресторане на крыше тридцатого этажа, по-настоящему понял, насколько огромен этот мегаполис. Линии Монорельс, тянущиеся по воздуху от одного небоскребу к другому вновь напомнили Даевину о «стальной паутине», оплетающей город. Легкий вечерний ветерок приятно дул гвардейцу в лицо, шевеля длинные волосы, пока он молча думал о том, что же делать ему дальше.

Даевин подошел к мраморному ограждению, за которыми с наружной стороны тянулся длинный ряд цветов в самых разнообразных горшках и вазах. Опершись локтями, он с улыбкой посмотрел на закат. В мыслях у него было лишь одно:

«Наконец-то, эта история подходит к концу.»

Сзади слышался детский балаган, лепет девочек, яростно о чем-то спорящих. Даевин глубоко вздохнул, позволяя себе расслабиться впервые за долгое время.

– Нашли наконец время и для себя? – он услышал зрелый мужской голос сбоку.

Обернувшись, Даевин увидел атлетичного мужчину в элегантном классическом костюме. Внешне он похож на южанина – у мужчины слегка смуглая кожа, длинные темные, зачесанные назад волосы и козлиная бородка. Выглядел как аристократ, но слишком хорошо сложен для представителя высшего света. В правой руке, украшенной двумя соединенными цепочкой перстнями, покачивался бокал с напитком.

– Да. Эти дни были тяжелыми…

– Соглашусь, господин, – незнакомец прислонился к перилам спиной. – Вы очень многое сделали для общества, сами того не ведая. Надеюсь, это далеко не последнее ваше свершение. Я жду от вас большего.

– А кто вы такой? – с растущим подозрением спросил Даевин.

– Для вас? Пожалуй, достойный соперник, которого не стоит сводить со счетов.

Даевин смотрел на него с взглядом, полным недоумения. Мужчина это понял, но решил не раскрывать ничего больше, лишь улыбнулся и приподнял бокал:

– Это – за вашу победу. Наслаждайтесь ужином.

Последняя фраза прозвучала до мурашек угрожающей, однако мужчина просто вежливо поклонился и пошел прочь. Даевин проводил того взглядом, пока незнакомец не растворился в толпе гостей.

«Мы точно видимся не в последний раз.»

Заигравший саксофон разбудил его. Не успел Даевин обдумать только что произошедшее, к нему подошла Ева, чтобы лично поговорить. Она прислонилась к перилам и посмотрела на него, прежде чем задать интересующий вопрос:

– Ты же не собираешься оставлять меня ради жизни с этой девушкой? Я знаю, она хорошенькая, красивая, умная, помогла тебе, но... Ты же гвардеец, зачем тебе так рано уходить?

– А с чего ты вообще взяла, что я собираюсь уходить? Я уже устал повторяться: я тогда думал лишь о том, как бы найти тебя. А ей я не доверял. Если бы знал наперед, что мои пальцы способны так кардинально поменять условия задачи, точно не стал бы делать то, что сделал.

– Зачем вообще лезть к незнакомой девушке в трусы? Какой толк?

– Она своеобразно... пахла, я лишь хотел, чтобы запах усилился на случай, если нашлет иллюзии. Они же только зрительные, запах я продолжаю чувствовать, так бы я ее не потерял, если вдруг решит предать. Но опять же, она полностью перешла на мою сторону, называет мужем из-за традиций ее семьи.

– Ладно, я тебе поверю, – ответила Ева и скрестила руки на груди, – но с чего ты вдруг решил, что запахи усиливаются, когда ты возбуждаешь девушку? Ты это вычитал откуда-то?

– Многое в жизни я видел и делал, знаешь ли...

– Ты про что? – Ева не поняла шутку.

– Если быть честным, то мне об этом рассказал мой друг Букер еще давно. Да и Марта не первая...

– То есть, как это, не первая?! Ты еще кого-то успел?..

– Да, но другие к этому отнеслись не так категорично, – ответил он, посмотрев куда-то в даль.

– И даже не одна была до Марты? Вот как!

Ева хмыкнула и еще сильнее скрестила руки на груди, повернувшись от него в противоположную сторону.

– Ты и правда какой-то распущенный.

– Эй! Это называется эффективность. Я пользуюсь тем, что мне дала природа. Поиск тебя продлился бы втрое, если не больше, так что тебе придется это принять и успокоиться. Я ведь пришел за тобой, вызволил, а это все аннулируется из-за моих способов добычи информации? Я готов пойти еще дальше, если того потребует ситуация, чтобы спасти тебя.

– Нет, но я все равно на тебя обиделась! Я поверю тебе, раз говоришь, что другого выбора не было и ты ей не доверял.

Далее с улыбкой на лице выдает:

– Зато мне будет, что вспомнить, если захочется тебя доконать. Твои ошибки, как гвардейца-сателлита!

Она делает паузу, переведя взгляд с него на заходящее солнце.

– А ты же точно от меня никуда не уйдешь?

– Да что за вопросы такие? Конечно, нет. Я свой Знак Короны ношу с честью, как положено.

– Вот и хорошо, – ответила девушка, широко улыбаясь. – Расскажешь мне потом, как дрался? Роберт, конечно, все рассказал, но я хочу услышать историю с твоего ракурса.

Пока они мило беседовали, к ним присоединилась Марта.

– О чем разговариваете?

– Вообще-то, у нас личный разговор: только я и мой служащий Даевин!

– Да, но мне стало интересно, о чем же вы тут разговариваете, раз столько жестикулируете и руки распускаете.

– О скором возвращении домой.

– Кстати, – вспоминает Марта, – я бы хотела сказать о своем возвращении. У нас же появились средства для лечения папы.

– Так, – отвечает Даевин в предвкушении.

«Неужели она от меня отстанет, чтобы помочь отцу? Хоть бы да!»

– Я вернусь к себе домой, после чего с отцом поедем к мистеру Рентгену, выясним, что у него и назначим лечение, чтобы он выздоровел. Отправимся мы сегодня ближайшим рейсом, на который уже купили билеты.

«Ура-а-а-а!» – Даевин сохранял каменное выражение лица, но внутри ликовал.

– Уже уходите? – жалобным тоном произнесла Ева, – а я вот с Лорой успела подружиться...

– Но это не навсегда, так что ты от меня никуда не денешься, – Марта улыбается и ставит свою ладонь на руку Даевина. – Я вернусь к тебе, когда все закончится!

– Чего?! – удивленно спросила Ева.

– Э? – так же удивленно спросил Даевин. – Зачем? У тебя же отец будет выздоравливать, следи лучше за ним.

– За ним посмотрят сестры и мама, а я буду с тобой! Этой новости отец только возрадуется, ведь Даевин умный, сильный, да и очень привлекательный. Если будет нужно, послужим вместе.

– Ну... Э-э...

Он посмотрел на Еву в надежде получить ответ.

– Его госпожа не принимает простых девушек на работу, – Ева нашла, что ответить. – У нас на службе вообще нет девушек.

– Я и драться хорошо умею, лучше, чем ты, не говоря о моих сверхспособностях, еще я умная, не пропаду.

– Пф, – вякнула Ева, – все равно. И вообще, ты что, родного отца любишь меньше, чем Даевина, раз так привязалась?

– Нет, но раз я жена... Мы все равно рано или поздно сойдемся!

– Никаких «сойдемся» в мою смену! Он мой сателлит и напарник, нам третий не нужен!

Даевин пытался игнорировать очередной их спор, смотря на город и попивая воду, предоставленную рестораном.

– Раз ты так огрызаешься, значит, между вами связь не просто как у гвардейца и госпожи. Что-то ты скрываешь, – сказала Марта, сузив глаза. – И я, кажется, уже догадываюсь, что.

– Ну, и что с того? – Ева провокационно вскинула подбородок. – Не одна ты замечаешь его достоинства, а мы с ним вместе уже с месяц, я знаю его куда больше. И вообще, – ее лицо расплылось в хитрой улыбке, – мы с ним спали, если ты понимаешь, о чем я! Так что он мне принадлежит.

От такого неожиданного заявления Даевин поперхнулся и выплюнул воду, которую только отпил. Он уже открыл рот, чтобы заявить, что ничего подобного не случалось, но Ева мгновенно остановила его, прижав указательный палец к его губам. Заявить такое открыто – поступок очень безрассудный, но оттого и очень смелый. И эффект, которого Ева добивалась, был достигнут. Марту застали врасплох:

– Чего?! – неуверенно спросила Марта и опустила голову. – Да не может быть!

– Может! – уверенно поправила Ева. – Так что суждено быть вместе нам двоим и уже давно!

– Ну... Э-э, – Марта начала думать, что бы ответить, – я... придумала! – она радостно поднимает голову и сообщает. – Многоженство.

– Ох-х... – Даевин готов был взорваться, лишь бы не слышать эти диалоги.

– Многоженство? Да ни за что!

– А почему нет? – спрашивает Марта.

– А почему да?

– Ну, раз мы не можем поделить его, почему он не может стать мужем для нас обеих?

– Я не хочу делить его с тобой. Я тебя знать не знаю, и вообще, тебя никто не обязывал его своим мужем называть.

Внезапно глаза Даевина загорелись. Он увидел официантку, подходящую к их столу. Та подошла и сообщила, что через минуту заказанные блюда начнут подавать.

Даевин радостно сел за стол. И только тогда он заметил, что Ева с Мартой не перестали спорить. Через несколько секунд и девушки присоединились к нему. Они выбрали себе места по правую и левую руки от Даевина. Марта послала ему воздушный поцелуй и начала строить глазки. Парень от стыда закрыл лицо руками, уставившись вниз.

«Все двадцать лет жизни со всеми сложившимися препятствиями, людьми, событиями – все привело именно к этому… Две девушки борются за меня! Хотя… для кого-то это определенно хорошо, но я в этом всем вижу только мороку. Зачем они спорят? Я ж даже согласия не давал ни на что из этого... Ах, ну, как говорил Мигель, отсутствие отказа равно согласию.» 

Каждый выбирал блюдо на свой вкус. Даевин заказал огромную порцию говяжьего брискета, томящегося в печи мало-помалу шесть часов, и сочную курицу под фирменным «виверновым» соусом. На десерт он предпочел нежный сливочный тортик, политый горячим шоколадом.

Он был единственным, кто заказал так много – казался изголодавшимся зверем. Все остальные ограничились небольшими порциями курицы или баранины с легкими десертами, и лишь Ева, которая любит вкусно поесть, не отказала себе в удовольствии насладиться нормальной порцией курицы в сливочном соусе с яичницей из трех яиц. Спустя полчаса, когда трапеза уже близилась к завершению, Даевин, насытившись до отвалу, встал из-за стола и вновь двинул к перилам, даже молча созерцать виды уже покрытого пеленой ночи роскошного города.

К нему присоединилась и Ева, доев свою аппетитную порцию курицы. Даевин был в раздумьях, и увидев ее, сразу задал нескромный вопрос:

– И когда это мы с тобой спали?

– В первый же день нашей встречи, в Немесме, уже забыл? Кровать-то одна была.

– А-а, – он с облегчением вздохнул и даже посмеялся, – вспомнил. Но там же ничего такого не было?

– А я и не имела в виду ничего такого. Казалось, таким способом у меня получился отбить тебя у нее. Не думала, что она внезапно вспомнит про многоженство.

Многоженство не был под запретом. Каждый желающий мужчина, при официально подтвержденном согласии первой жены, мог жениться во второй раз. И так далее, вплоть до бесконечности. Рекордсменом в количестве жен является сельский житель, обычный фермер, у которого завелось аж тринадцать жен, а детей он взрастил чуть больше пятьдесяти.

– Да уж...

Даевин считал многоженство неправильным в нынешних условиях жизни. Отец еще с тех пор, как он был малышом, столько любви его маме подарил, что у Даевина закрадывались сомнения насчет того, что так же сильно, как маму, отец смог бы еще кого-то полюбить.

«Невозможно разделить любовь надвое, невозможно любить двух женщин одинаково, а троих – тем более.»

– А что ты думаешь? – с интересом спросила Ева.

– Я так-то вообще не хочу про это думать. Многоженство – это не то, что меня в данный момент заботит. Давай просто насладимся этим приятным вечером без всяких лишних мыслей.

– Хи, – ехидно улыбнулась она, – ну, как хочешь.

– Эта твоя хитрая улыбка меня пугает, – добавил он, кинув ей подозрительный взгляд, – будто ты что-то задумываешь.

– Кто знает?..

Ева вернулась ко столу, чтобы попить чай после большого ужина. Даевин не является любителем чая, даже кофе пьет изредка, и то – по утрам, поэтому он отказался от сеанса чаепития, устроенного девушками.

***

Через некоторое время в западном Железнодорожном вокзале Ранежа.

Даевин с Евой и детьми проводили сестер Шинке, купивших билеты на этот вечер. Они готовились к отъезду. Ева активно беседовала с Лорой и Сарой, пока Лина просто молча наблюдает, а Марта потянула Даевина за руку, уводя в сторону, чтобы поговорить наедине.

– Твоя Ева… слишком импульсивная, когда дело касается тебя. Ей будто дай повод, лишь бы с кем-нибудь поспорить. Меня не будет какое-то время, но я обязательно вернусь, даже если она того не хочет.

– Она не «моя Ева», она – моя полноправная госпожа, и это факт. Почему ты вообще так упрямо стоишь на том, чтобы называть меня своим мужем? Местами это выглядит так натянуто, будто ты просто пытаешься меня наказать за то, что я совершил. Если ты поищешь, то наверняка найдешь кого-то получше меня.

– Я думала об этом, – с толикой грусти ответила Марта. – На самом деле, если присматриваться к деталям общения лично между вами двумя, видно, как ты неровно к ней дышишь, а она – к тебе. Между вами не просто волнующиеся искры, а настоящие молнии чувств. Но судьбу не обманешь. С каждым моментом, проведенным с тобой рядом, я лишь сильнее влюблялась. После всех произошедших событий, я убедилась, что ты и есть тот самый, кто достоин зваться моим мужем.

– Э-э, хе-хе... ну, да, наверное, – густо покраснев, отвечает Даевин, – но все же… поищи кого-нибудь более достойного.

– Ладно, нам пора. Прошу, не забывай меня, хорошо?

– Да...

На прощание она порывисто поцеловала его в щеку и побежала внутрь вагона поезда. Многое случается впервые – Даевин так и остался стоять, покраснев от неожиданного поцелуя.

Поезд тронулся. Помахав сестрам на прощание, они покинули перрон. Шумный вокзал и нескончаемые беседы Евы с сестрами Шинке остались позади. Они поймали кэб и поехали в знакомую гостиницу – ту самую, в которой ребята и обосновались после событий в башне Кулинара. Их собственный отъезд завтра, так что нечего спешить. Ева и Даевин уложили детей в одной комнате, устроившись в соседней, где стояли две большие и мягкие как облако кровати.

– Если будет что-то нужно, стучите по стене всей силой, мы за ней, – сказал на ночь глядя Даевин. – Сразу выйдем и к вам пойдем, хорошо? Туалет и раковина в той маленькой комнатке. Делаете дела и тянете за ту веревку для смыва, понятно? Еда есть на столе, перекусить будет чем, так что не пропадете. Майло, – обратился он к мальчику, – следи за девочками, ты тут за главного, но чтобы ничего не вытворял, понятно?

– Конечно, я их защищу от монстров!

Улыбнувшись на сон грядущий, он закрыл их в соседней комнате и вернулся в свою.

Тело ломило, он сильно устал за весь день работы: завершил изматывающие рейды, поговорил с министром Кентом Брауном, побеседовал с Мигелем на прощание и посетил ресторан-мечту. Силы на исходе. Потянувшись до хруста в спине после выключения света, он разделся и рухнул на кровать. Ева заняла вторую кровать. Она не шевелилась, пока Даевин не выключил свет, позволив и ей спокойно раздеться на сон грядущий.

«Завтра, наконец-то, домой, – проваливаясь в сон, пробубнил он про себя. – Спустя целую неделю…»

***

Ночь. Даевин уже спал, а Ева после тяжелого дня не могла заснуть. Произошло слишком много событий, что заставляло ее сердце биться беспокойно. Прокручивая у себя в голове все это, она пыталась решить, как действовать дальше.

«Эта девушка, Марта… уж слишком она настырная. Она ведь бойкая, не отступит. Я уверена, она вернется и сделает все, дабы попытаться отбить Даевина, прикрываясь своими заявлениями, что он ее муж. Что же мне делать? Я его госпожа. Роман с подчиненным – одно из худших клейм, которое могут навесить на нас. Это и нашу репутацию погубит, и окажется позором для него. Но я не могу иначе, если у меня есть чувства к нему. За любовь нужно бороться, и если я не сделаю ничего, то и останусь ни с чем. Я не могу позволить кому-то другому завладеть им!». 

Ева решила кое-что сделать перед сном. Она бесшумно поднялась со своей постели, пролезла под одеяло к Даевину и тихо позвала его:

– Даевин, проснись!

– Ч-что? – недоуменно спрашивает он. Спросонья ему показалось, что утро уже наступило. – Что-то случилось?

– Да. Ты проснулся?

– Ну, как видишь. А зачем ты лежишь на моей кровати? – он почувствовал жар прильнувшего к нему тела. От такого поворота его сердце забилось чаще. – Подожди, такое тепло... Подож...Ты что, голая?!

– Да, только тихо! – прошептала Ева, прижимая ладонь к его губам. – Я хочу, чтобы мы... понимаешь?

– Я понял, – так же тихо ответил он, затаив дыхание, – но именно сейчас? Ты уверена?

– Абсолютно. Давай просто насладимся этим приятным вечером без всяких лишних мыслей. Как ты и говорил ранее.

– Хе, – Даевин полностью проснулся, предвкушая предстоящее, – тебе я не смогу отказать.

– Только осторожно...

– Знаю, – он успокоил Еву и коснулся губами ее шеи.

Ночь для двоих только начинается.