Прощание с другом

Путь к Лейденскому Железнодорожному Вокзалу предстоял достаточно долгий, да и само задание обещало занять немало времени, поэтому Даевин решил сначала вернуться в общежитие, чтобы собрать вещи в путь, а также надеть предмет экипировки, без которого он не идет в дальние путешествия.

Благодаря обновленному капиталу, Даевин мог не забивать голову мыслями об экономии на ближайшее время, поэтому путь он преодолел на кэбе. Поездка в такую жару с ветерком и путь в двадцать минут вместо двух с лишним часов стоили этих восьми проз, которые он отдал кучеру.

Он не планировал находиться в Немесме дольше одного дня, поэтому в путь собрался взять лишь оставшуюся после вчерашнего празднования еду и нижнее белье. По пути Даевин думал о городе Немесма: город со странным названием, о котором он много слышал, но ни разу не видел его своими глазами. По слухам, этот город сохранил эстетику прошлых столетий со всеми прелестями и, конечно, недостатками. Серые невзрачные и невысокие здания с темными крышами; воры, бандиты и насильники, шастающие в каждом темном закоулке; бедные и нищие, раскиданные по всей периферии города; шаманы, повернутые на маргинальных сектах — эти слухи внушали Даевину не самые лучшие мысли о городе. Думая о Немесме, Даевин и не заметил, как доехал до точки назначения. Расплатившись и поблагодарив водителя, он потихоньку поднялся к себе.

— Наверное, это один из последних моих визитов сюда, — говорит он вслух, смотря на здание общежития. Затем он осматривается в поисках знакомого кота. Кот, увидев гвардейца, гладящего его при любой возможности, побежал и начал тереться о голень Даевина. Его мягкая шерсть напомнила гвардейцу о годах, проведенных в этом месте. — Хорошее было время, даже как-то непривычно с общежитием прощаться. Скучать же не будешь, котик? — спросил Даевин и пошел внутрь.

Поднявшись к себе на этаж, Даевин заметил, что дверь в его комнату приоткрыта. Изнутри доносились знакомые голоса. Медленно заходя, он увидел нескольких человек в комнате. Первым Даевин увидел Корвина, потом Мигеля и Иошикецу. Они собирали вещи. Логана здесь не было, это означало, что он в своем родном доме, резиденции Эквила.

— Корвин? Мигель, Иоши? Чего делаете тут? Куда собираетесь?

— Так уж вышло, — отвечает Иоши, — что мы трое попались к одному министру из Ранежа на службу. В деталях описать я, конечно, не могу, нам сказали сохранять тайну. Но у него имение большое, есть места для новых гвардейцев, вот мы и начали собирать свои вещи для переезда.

— Да, — добавляет Мигель. — Вещи Иоши и Корвина мы уже собрали, остались только мои. А ты, кстати где был? В такую рань еще вышел, что я проснулся, только когда ты громко закрыл дверь.

— Ой, извини, с утра было так душно, я открыл окно, и вот, из-за ветра дверь ускорилась... Подожди-ка, Мигель, — Даевин только переварил в голове сказанное Мигелем, — ты же весь последний год говорил, что станешь странствующим рыцарем. Много раз. С таким энтузиазмом! А теперь — собираешь вещи, чтобы пойти к кому-то на службу?

— Я, — он замер на секунду с неловкой улыбкой, — передумал... Взвесил все за и против и так вышло, что это будет лучшим решением.

— Ну нет... — подозревает его лучший друг. — Ты что-то не договариваешь. Не бывает так, что твои желания, которые уже были в шаге от исполнения, разрушаются тобой же, тем более так быстро.

— Эх, Даевин... Я говорю правду. Да, я оставил свои желания, но это же во благо людей. Именно так, на мой взгляд, будет лучше: мы поступили на службу к очень хорошему министру из другого города. История его поступков чистая, хоть он и связан с политикой, — отвлекаясь от вещей, он встает и продолжает. — Смотри, кто со мной, — радостно восклицает Мигель, — Иоши и Корвин. Иоши собирался к себе на родину, в Сейнекин, а Корвин, который яростно хотел убить... эм... кое-кого и окончил университет только ради этого, тоже решает пойти на службу. Мои хотелки по сравнению с их амбициями — мелочи. Ничего страшного в этом нет, Даевин, можешь не волноваться за меня.

Даевин остепенился, опустив голову, кинул взгляд на каждого из парней.

— Ладно... Я тебя понял, — он кивает и поднимает голову, смотря в глаза своего друга с улыбкой на лице. — Мы же и должны понимать друг друга, в конце-то концов. Ты никогда ничего не делал без причины. Я только надеюсь, что твой Путь окажется ничем не хуже моего, и ты не влипнешь в неприятности. Корвин, — Даевин повернулся в сторону сидящего на кортах гвардейца, который рассматривал интересные детальки в ящике, обратив внимание на то, что он теперь носит два меча: один на поясе, как и остальные, а второй меч за спиной. — Интересно... А кого ты хотел убить, если не секрет? Тебя бы разве не арестовали после этого, если нет четкого «гвардейского» мотива?

Тот несколько секунд молчит, после чего выдает ответ, продолжая стоять спиной к Даевину.

— Хм... Да, знаешь, я и сейчас хочу его убить... В этом и секрета никакого нет. Я собираюсь убить своего отца, — ответил он с явным презрением в голосе, произнеся последнее слово. — Когда-нибудь его кровь потечет по лезвию моего меча, но сейчас для этого я слишком слаб, сли-ишком слаб... Поэтому, до тех пор, я буду тренироваться, чтобы его одолеть. А то, что произойдет после этого, меня уже волновать не будет. Захотят посадить — я не буду противостоять.

— Убить своего отца? Зачем? Почему?

— Тебе этого не понять, Даевин, даже не пытайся. Мало того, что долго объяснять, так я уверен, что даже после этого ты скажешь, что можно найти более мирный вариант. Чтобы меня понять, нужно прожить мою жизнь...

Даевин ненадолго замолчал, поняв его просьбу. Он лишь трагично вздохнул.

— Ладно, — ответил он, похлопав Корвина по плечу. — Надеюсь, ты поступаешь справедливо и правильно. Не знаю, чего такого мог учудить твой отец, но... Будь как будет.

В ответ Корвин лишь слабо, почти незаметно, кивнул, почти беззвучно отблагодарив.

— Так, а ты что тут делаешь, — спрашивает Даевина Мигель. — Тоже переезжаешь? Я видел резиденцию Гайис — большое имение, наверняка тебе там найдется уютное местечко.

— Ты прав, место и правда уютное. Комната примерно размером как наша здешняя, только там я совсем один и кровать двухместная. Ну а если переезде... Я сразу получил первое задание, и оно безотлагательно, поэтому сначала займусь им. Переездом можно заняться позже, все равно у меня есть время до начала следующего учебного года.

— Понравилось тебе там? По общежитию скучать не будешь?

— Думаю, не буду. Здесь же Логан, время от времени придется сюда возвращаться... Эх, прикинь, я уже получил первое задание как королевский гвардеец! — он многозначительно поднял руку. — Думаю, это проверка госпожой моих способностей, сразу с нелегкого задания. Надо будет съездить на поезде в Немесму. А так, сюда я пришел за некоторыми вещами. В частности, одну особую вещь я должен прихватить с собой в путешествие.

Даевин поймал на себе улыбку Мигеля.

— Одну особую вещь, говоришь? Дай-ка, угадаю... Ты же про геройский плащ, да?

— Именно, — так же улыбчиво отвечает Даевин. — Без геройского плаща в чужом для меня городе я буду как без самой одежды.

Мигель сам достает плащ лучшего друга из шкафа и вручает ему в руки.

Вот и он! Голубой геройский плащ, который для него сшила его бабушка еще тогда, тогда он был очень молодым шестнадцатилетним первокурсником. Даевин встряхивает его, оттирая пыль, которая скопилась за два года простаивания на полке шкафа, так как не находилось случая надеть его. Наконец примерив его, Даевин заметил, что геройский плащ уже не такой длинный, каким казался пару лет назад, когда бабушка его только сшила, да и не такой целый, каким запомнился — края плаща были подпаленные и изрезанные. Даевин специально не отдавал плащ в ателье, плащ хранил в себе память об особенным событиях. На одной стороне плащ кончается чушь выше уровня колена, на другой — чуть ниже рукояти меча. Получается неровная диагональ, которой оканчивается плащ, но гвардейцу это по нраву.

Даевин чувствует себя шестнадцатилетним мальчиком, которым и был при получении этого подарка. На его лице появляется невинная и добрая улыбка, пока он смотрит на себя в зеркале.

— Плащ, конечно, подпорчен, но на тебе смотрится хорошо, — говорит Иоши.

— Осталось лишь найти горы, чтобы их свернуть! — гордо произнес Даевин, выпрямив спину и посмотрев куда-то вдаль в окно.

— Знакомая фраза... Ты же точно так же сказал, — произносит Мигель, — когда я тебя впервые увидел в этом плаще!

— Отлично. Надо бы еще взять мои наручные часы, чтобы не теряться во времени, когда буду не дома, — Мигель, кивнув в знак понимания, сразу полез в этот же шкаф и передал Даевину часы. Тот их примерил. — Спасибо, Мигель.

После этого Даевин еще несколько секунд думал, что бы взять с собой.

— Ты наверняка будешь в пути не один день, — добавляет Мигель. — Я предлагаю взять сменные вещи и еду.

— Да, я как раз думал об этом. Но положить ее некуда.

— Хм-м, — его лучший друг задумался, — а возьми мой рюкзак! Мне он точно не нужен, а тебе, судя по всему, пригодится.

— А как же ты без него?

— Судя по тому, как нам описали нашу работу, рюкзак будет обузой и, в целом, он лишний в нашем гвардейском дресскоде. Вся наша работа будет в Ранеже...

— Вы будете в Ранеже? Ничего себе!

— Да, кстати, чуть не забыл сказать, где мы будем. Хорошо, что разговор сам до этого дошел. Так вот, бери рюкзак. Он, конечно, не новый, но, как видишь, — Мигель протянул ему, — по цвету тебе подойдет, состояние отличное, я берег его. Туда и положишь сменную одежду, еду, боеприпасы, если придется.

— Спасибо большое, — Даевин обнял его и взял рюкзак, — я тоже буду его беречь! Так, пора собирать вещи...

Даевин присоединился к остальным парням и начал рыскать уже в поисках своих вещей. Так он взял сменные носки, трусы, майки, рубашку, даже бритвенный станок решил забрать. После этого он из "кладовки" в шкафу забрал вчерашнюю нежную курицу по-фирийски, завернув в бумагу, после этого сразу собрался уходить.

— Постой, не хочешь хотя бы до обеда остаться? Логан скоро придет, сказал, с новым вкусным рецептом!

— Блин... Я был бы только рад остаться, но это Немесма. Сам знаешь, какие слухи об этом городе распространяются, и что там может случиться, поэтому медлить не стоит. Извинись за меня перед Логаном, пожалуйста, мне спешить нужно, так что я, — указав на завернутую в бумагу курицу, — ограничусь этим и пойду прямо сейчас.

— Да ладно тебе, — Мигель махнул рукой, — Логан тебя поймет. Он, наверное, даже будет зол на себя за то, что опоздал и не приготовил тебе свежей еды в путь. Я передам ему, что ты взял курицу, голодным не останешься, он будет спокоен.

— А разве проблемы Немесмы не были решены с внезапным появлением нового руководства? — спрашивает Иошикецу. — Я видел новости, что за последние несколько лет преступность снизилась почти в двое, и такая тенденция сохраняется до сих пор. Помню, там была некая скрытая нелегальная организация воров во главе с "Королем Нищих" — кстати, заметьте, какая банальщина, но тем не менее — его убили, воров повязали, организация в итоге была распущена. Не знаю насчет ваших слухов, как там на самом деле, я, вот, только такое читал в газете.

— Буду знать, спасибо, — ответил Даевин, собирая некоторые вещи в свой рюкзак. — Есть еще какая-нибудь информация по Немесме?

— В Немесме одно время была популярной секта какого-то единого Бога Смерти. "Все люди равны только в одном", — их слоган. Имею в виду, они полностью отрицали других богов, признавая только своего, — ответил Корвин, встав ровно и потянувшись. — Сторонники в черных и желтых одеждах ходили по домам и рассказывали о нем, ритуалы проводили, но не знаю, насколько информация сейчас актуальна. Тут, в Лейдене, они недолго продержались: полиция разогнала.

— А про сам город что-то?..

— Грязь, постоянные дожди, все серое и неприятное, сами их гвардейцы тоже в серых одеждах, кстати, — продолжает Корвин. — Раньше я думал, что яркие цвета Лейдена мне очень неприятны, но этот город перегнал нашу столицу. В общем, увидишь сам, ничего необычного в городе нет.

***

Собравшись с духом и всеми необходимыми в путь вещами, Даевин отвлек Мигеля:

— Эх, Мигель, столько лет мы неразлучно были вместе, а теперь приходится прощаться, — с заметным трепетом произносит Даевин. — И я даже не знаю, когда мы сможем встретиться в следующий раз.

— Порой мы не можем успеть за всем в нашей жизни, — отвечает его лучший друг, ставя ему руку на плечо, — но это не значит, что нужно зацикливаться на прошлом. Мы были вместе, а теперь нас разлучат — дружба наша будет совершенно другой, но станет ли она от этого хуже или, наоборот, станет лишь крепче? Вот это нам еще предстоит узнать, — с оптимизмом завершает речь. — Никогда не падай духом, зная, что где-то есть твой верный друг, волнующийся о тебе. Я тоже не буду, — он улыбнулся.

— Твои слова, Мигель, как всегда, заставляют улыбаться. Спасибо, давай-ка, на прощание обнимемся.

Даевин приблизился к нему, и они обняли друг друга, похлопав по спине и после — по плечам.

— Конечно, мы не будем видеться, как раньше. Но это не значит, что не увидимся точно. И вообще, пиши, сколько вздумается, в резиденцию Гайис. Она всегда будет знать, где я нахожусь, и отправит твое сообщение мне, как и обязывает ее Кодекс. Но мы еще увидимся, это точно, амиго.

— Я пока что буду в Лейдене. Если буду нужен, спросишь Логана. Будь осторожнее на Пути. Порой самые обычные пьяницы и бедняки доставляют больше проблем, чем настоящие бандиты. Старайся быть спокойным и не вступать в конфликты. Удачи тебе с выполнением задания, брат.

Пожав руки Мигелю, Иоши и Корвину, Даевин удалился. На выходе он попрощался и с кошкой, которая хотела, чтобы он ее погладил. Но этого, к сожалению, не случилось, потому что молодой гвардеец спешил на задание.

Путь к Вокзалу был от общежития не так уж и далеко, поэтому Даевин решил не тратиться на кэб, а пройтись пешком. Только он собирался двинуться, увидел мелкого мальчугана, бегущего прямо на него. "Что ему взбрело в голову?" — подумал Даевин, ожидая его приближения. Мальчик подбежал и, еле находя силы отдышаться, передает небольшую завернутую в три слоя бумажку. После этого мальчик точно так же быстро убегает. Странное поведение, — подумал Даевин, и тем не менее, развернул бумажку, чтобы прочитать написанное:

"Ты обещал, что к нам вернешься,
Но так и не пришел.
И где же слово молодежи,
За что ты так стоял горой?"

Даевин сразу понял, от кого это послание.