Тайная встреча (2)

Тайная встреча (2)

◆

Первым местом, куда они зашли, было уютное кафе.

Наслаждаясь ароматом кофе, который был на удивление хорош для мира средневековой фэнтези-игры, Карлайл смотрел на Феликс, сидевшую напротив.

На её лице была маготехническая маска для сокрытия личности. Ведь если бы знаменитость уровня Серого Кардинала разгуливала по улице, это тут же привлекло бы всеобщее внимание.

«Миленько».

Таково было его первое впечатление.

«Что миленько?»

«Просто, для возраста госпожи кардинала, я думал, вы выберете что-то более…»

…Как бы это сказать.

Он думал, что они будут делать что-то более взрослое. А она выбрала место, куда обычно приходят молодые парни и девушки.

Услышав это, Феликс нахмурилась.

«Мне двадцать с хвостиком».

«…»

На ошеломлённо моргающего Карлайла снова обрушилась раздражённая фраза Феликс.

«Мне двадцать с хвостиком, я сказала. Мой возраст соответствует внешности».

Её голос звучал так, будто она приказывала ему немедленно убрать с лица это недоверчивое выражение, и Карлайл растерянно сказал:

«…Но госпожа называла вас старухой».

«Грей так и думает. Но мой настоящий возраст — двадцать с хвостиком».

«…»

«Я намеренно распустила слух, что я старше, чем выгляжу. Потому что если бы все знали, что кардинал — это кто-то в возрасте двадцати с небольшим, нашлись бы те, кто стал бы смотреть на меня свысока».

— выпалила госпожа кардинал и отхлебнула кофе.

«…А».

Он не знал, что ответить, и лишь растерянно протянул это, на что кардинал, вздохнув, продолжила:

«Я ведь и святой силой-то толком владеть не умею, как я могу выглядеть моложе своих лет?»

«…Да?»

«Я не умею пользоваться святой силой. Иногда я использую техники типа чудес, но это всё трюки, а так я просто пустышка».

Тут-то он и понял.

Этот человек действительно не собирался ничего от него скрывать.

‘…Госпожа Герой. Вы это слышали?’

[Не знала. Совсем.]

— простонал в ответ Святой меч.

Высокопоставленный чин Правоверной Церкви ранга кардинала, который совершенно не может управлять святой силой.

Это был огромный скандал, который, стань он достоянием общественности, перевернул бы весь мир.

Этот человек только что как ни в чём не бывало раскрыл Карлайлу свою самую большую слабость.

«…Я сделаю вид, что не слышал».

«Даже если ты и расскажешь, всё равно мало кто поверит, так что неважно».

«И всё же, я не понимаю, зачем вы мне это говорите».

«Считай, потому что ты мне симпатичен. Я ведь с самого начала сказала, что пришла тебя соблазнять, так?»

«Не думаю, что мы достаточно общались, чтобы у вас возникла ко мне симпатия».

Феликс хихикнула.

«За словом в карман не лезешь. И это после того, как ты только что видел, на что я способна».

«…Мне часто говорят, что я странный».

По заверению Грей, у него не было и капли страха перед смертью.

На самом деле, после стольких регрессий, первое, что менялось, — это то, что у тебя отрастали стальные яйца.

«Причина… причина симпатии, значит…»

Феликс достала что-то из кармана.

«Ты похож на человека, которого я знаю. И внешне, и повадками».

Это был медальон с фотографией.

Она протянула его Карлайлу.

«Ну как. Похож, не правда ли?»

«…Пожалуй».

Он не мог не ответить так, потому что сходство было поразительным.

Он был как две капли воды похож на него самого из прошлой жизни. Точь-в-точь его взрослая версия.

«Кто этот человек?»

«…»

Феликс замолчала.

Спустя долгое время кардинал усмехнулась и сказала:

«Семья».

«Ага. Младший брат?»

«Отец».

«Старая фотография, должно быть?»

«Нет. Последняя».

«…»

Мужчина на фотографии в медальоне, как ни посмотри, выглядел моложе, чем нынешняя Феликс.

И то, что такая молодая фотография была «последней», означало…

«…Соболезную».

«Ничего. Это было давно».

У этого человека, похоже, был талант выбирать только те темы, на которые было трудно отвечать.

Пока Карлайл вращал глазами, кардинал поставила чашку кофе, которую попивала, на стол.

«…Хм, кофе невкусный. Может, сменим место?»

Честно говоря, до этого момента Карлайл не верил и половине того, что говорила Феликс.

Но то, что она не умела управлять святой силой, было, несомненно, правдой.

Потому что не заметить идущего сзади официанта и столкнуться с ним — это была ошибка, которую никогда бы не совершил человек, способный управлять хоть какой-то сверхъестественной силой.

С тихим вскриком оба повалились на пол.

И, как назло, официант, похоже, нёс горячие напитки, и дымящаяся жидкость выплеснулась на руку кардинала.

«— Ай?!»

— вскрикнула кардинал и схватилась за руку.

Было очевидно, что она получила ожог.

Поразительной была реакция официанта.

Он растерянно посмотрел на Феликс и её руку, а затем, крепко зажмурившись, выпалил:

«…Н-надо было смотреть внимательнее!»

«…»

…Мать честная.

Карлайл, напрягшись, переводил взгляд с Феликс на официанта.

Кто бы ни посмотрел, вина была обоюдной, и говорить такое — значит создавать конфликт на пустом месте.

Этот человек только что одним звонком уничтожил какого-то там Красного Алекса, и как он собирается разгребать последствия, творя такое с ней?

Но.

«…»

Феликс просто молча смотрела на официанта.

Ничего не говоря, словно изучая его.

Она смерила его взглядом с ног до головы.

А затем.

«…Да. Простите. Я была неосторожна».

Сказав это, она достала из кармана купюру.

На её лице даже появилась улыбка, будто это она была виновата.

«Это вам на химчистку».

С этими словами она вложила купюру в руку совершенно ошарашенному от такой вежливости сотруднику.

Официант с купюрой в руке ошеломлённо смотрел вслед уходящим Карлайлу и Феликс.

◆

«Эй, полегче… ай-ай-ай, ну хватит!»

«…Хватит так кричать из-за мази».

Сидя на скамейке в парке, он наносил мазь на руку кардинала и перевязывал её бинтом.

«Что это было сейчас?»

«Хм?»

«Почему вы ему ничего не сделали? Вы не похожи на человека с таким характером».

«Ну, у него, наверное, были свои обстоятельства. Ты видел его вид?»

«…Да?»

«Кожа землистая, на лице — сплошная усталость. Человек, который совсем за собой не следит и только и делает, что работает».

«…»

«И то, что он пытался свалить вину на меня, — это тоже, наверное, от отчаяния. Если бы вина была обоюдной, ему бы тоже пришлось платить. Раз он так поступил, значит, обстоятельства вынудили».

«…»

Она что, за такое короткое время всё это увидела и проанализировала?

Нет, даже больше.

Милосердна.

Несмотря на то, что пострадала сама, она в первую очередь думает о другом.

Это было полной противоположностью тому, что он видел, когда она разбиралась с Красным Алексом.

«Обычные люди — это причина, по которой я сражаюсь. Я сражаюсь, чтобы защитить слабых, и как я могу это делать, если не буду вникать в их обстоятельства?»

«…»

Словно прочитав мысли Карлайла, прозвучала эта фраза.

Он слышал об этом. И Грей говорила нечто подобное.

Карлайл усмехнулся и подхватил:

«Кстати, госпожа кардинал, вы и вправду ничего не умеете».

Если бы она могла использовать святую силу или что-то ещё, то причин для такого ожога не было бы.

Феликс, пожав плечами, ответила:

«Врождённое. Я не могу использовать никакие сверхъестественные способности».

Магия, чудеса, колдовство…

Она родилась без силы управлять маной, которая лежит в основе всех сверхъестественных способностей, — невозмутимо сказала кардинал.

«Ну, в этом нет ничего такого уж странного. Не так уж и много тех, кто рождается со способностями. В процентном соотношении таких, как я, гораздо больше».

«Удивительно, как вы с таким телом дослужились до кардинала».

В мире, где существуют сверхлюди, естественно, что всё вращается вокруг силы, а не только воинского духа.

На вершине всех ценностей стоит сверхчеловек, способный в одиночку противостоять целым группам. Это естественное явление.

Сколько бы овец ни сбилось в стадо, им не победить разъярённого льва.

И слова, которые в корне отрицали этот «закон», сорвались с уст Феликс.

«Я дошла до этого, потому что я обычная».

«Да?»

«Я ничего не могу. И что с того?»

Если у тебя нет таланта, можно позаимствовать его у других.

Нужна магия — убеди Башню Магов. Нужна технология — привлеки учёных. Нужен бой — найми сверхчеловека.

Не можешь привлечь — убеди. Не можешь убедить — угрожай. Угрозы не действуют — сразись в открытую и сломи.

Вместо того чтобы тщетно пытаться обрести то, чего у тебя нет, «завладей» тем, кто может это сделать.

Силой «сплочения», доступной и слабым людям.

К счастью, у Феликс к этому определённо был врождённый талант.

И результат был завершён в виде славы, о которой знал и Карлайл.

Человек, которого боялась даже Герой. Серый Кардинал.

«Пусть лезут. Чтобы защитить обычную жизнь слабых людей, я без колебаний растопчу тех, кто должен жить в мире иллюзий».

Магия, святость, демоны, герои.

Обращаясь к тем, кто мог одним ударом раздавить её, обычный человек спокойно заявил:

«До сих пор ради меня пожертвовали собой многие, и я своими руками похоронила врагов в десятки, в сотни раз больше».

— продолжила Феликс, постукивая по бинту, который наложил Карлайл.

Человек, у которого ничего нет.

Слабой и подлой силой обычного человека.

Противостоит тем, кто обладает мощью, способной перевернуть мир.

Дон Кихот. Биться головой о стену.

Можно было бы назвать это безрассудством, можно — безумием, а можно — возвышенной решимостью.

Но в голосе кардинала не было ничего.

Только спокойствие, будто она констатировала факт.

В нём была уверенность, которой может обладать лишь тот, кто прошёл через множество испытаний.

«Я буду защищать людей так, как могу, Карлайл Белфаст. Даже если в конце концов я проиграю, это моя клятва самой себе».

Вид кардинала, сидящей перед ним и говорящей это…

Может, ему и показалось, но она казалась гигантом.

От неё исходила давящая харизма.

«…»

Карлайл мысленно вздохнул.

Пожалуй.

‘Вот она больше похожа на Героя’.

[…Не буду отрицать, что она выдающаяся.]

Пусть даже в грязи, в болоте.

Но защищать людей так, как можешь только ты, и не отступать, кто бы ни был противником.

Вероятно, именно это она и хотела сказать.

Эта решимость была клятвой защитника, высеченной в её костях и душе.

«Так что, у меня есть просьба. Я ведь для этого сюда и пришла».

«Да?»

«Давай поработаем вместе. Дело по защите людей».

Кардинал усмехнулась.

«В награду я отдам тебе всю себя».

«…»

«Я ведь для этого и пришла тебя соблазнять. Как и говорила с самого начала».

Что Грей, что этот человек.

У них определённо был большой талант к тому, чтобы чертовски плохо объяснять.

◆