Веспа (2)

Веспа (2)

◆

«Господин Карлайл».

Сквозь прерывистое дыхание Веспа с трудом выговорила слова.

Она звала его, но смотрела куда-то в пустоту, словно даже не осознавая, что Карлайл был прямо перед ней.

Это было и неудивительно. Её верхняя и нижняя части тела были полностью разделены аристократическим демоном.

Все органы её тела уже давно перестали функционировать.

Единственная причина, по которой она ещё дышала, — это, вероятно, её огромная магическая сила, накопленная за годы становления архимагом.

Словно сжигая всё своё тело, она магией едва отсрочивала предрешённую смерть.

Заменяя активность каждой клетки магической силой, она отвергала даже абсолютные законы.

…И причину, по которой она творила такое чудо, Карлайл тоже знал.

«А госпожа?»

Она просто хотела хотя бы на мгновение увидеть кого-то.

«Где… она?.. Я бы хотела увидеть её… в последний раз…»

Карлайл низко опустил голову.

Дыхание перехватило. Он никак не мог сказать ей правду.

«…Она уже идёт сюда. Спешит, бежит к вам».

Это была ложь.

Грей холодно отказалась, сказав, что у неё есть дела поважнее, чем защищать «этих бесполезных», и ушла сражаться.

К «этим бесполезным» относилась и Веспа, лежащая здесь в таком ужасном виде.

Человек, который всю свою жизнь был безоговорочно на её стороне.

«Господин Карлайл, вы тоже… ранены?..»

Веспа протянула руку и коснулась щеки Карлайла.

Она гладила его израненное, окровавленное лицо.

— Этот человек.

Даже в таком состоянии она беспокоилась о других.

«…По пути был бой».

Нет, это не так.

Это был результат того, что Карлайл, вцепившись в ногу Грей, умолял её, говоря, что, если она не поможет, Веспа и все мирные жители в этом районе будут уничтожены.

Грей, пнув его сапогом, тут же бросилась в бой. Этот его вид — её работа.

Грей сказала, что защита кого-либо — это дело других, а сама ушла сражаться с предводителем демонов.

В глобальном смысле это не было неверным решением. Чем больше демонов убьёт Герой, тем ближе будет победа. В этом и заключалась её цель.

— Но тогда Веспа, которая здесь, точно умрёт.

Даже если что-то «правильно», есть вещи, которые делать нельзя.

Есть вещи, от которых человек не должен отворачиваться.

Тем более она. Если не Герой, то «человек» Грей Чейзфилд.

Она не должна была бросать Веспу. Таков был человеческий долг.

Поэтому он и пытался её остановить.

И вот результат его неудачной попытки.

«…Вот, как…»

«Да. Потерпите ещё немного, Веспа. Священник тоже уже идёт».

«Я… так хотела… в последний раз… увидеть госпожу… поэтому… держалась…»

Её прерывистый голос становился всё тише.

«Кажется… это предел…»

В глазах архимага, одного из сильнейших в человечестве, угасал последний слабый огонёк жизни.

«Господин Карлайл».

«— Да».

«То, что я… служила госпоже… имело ли это ценность?»

«—»

«Вспомнит ли… госпожа… обо мне?»

Карлайл стиснул зубы. Так сильно, что из дёсен пошла кровь, и струйка потекла по уголку рта.

Он подавил выражение лица. Подавил эмоции.

Здесь можно было сказать только одно.

«Да».

— сказал он, лучезарно улыбаясь.

«Для Грей Чейзфилд вы были самым дорогим человеком».

Он солгал во спасение.

«Она обязательно вспомнит».

Он не стал отрицать её жизнь.

Он отвернулся от правды.

На лице Веспы появилась слабая улыбка.

«Пожалуйста, позаботьтесь… о госпоже».

Словно этого было достаточно.

«Она… одинокий человек… так что ей… обязательно… нужен друг…»

Эти последние слова…

«Хоть вы… господин Карлайл… пожалуйста… останьтесь… рядом с ней…»

…он помнил до сих пор.

◆

«…лаил? Господин Карлайл?»

Адское видение, стоявшее за веками, мгновенно исчезло.

Карлайл резко пришёл в себя и посмотрел перед собой.

«О, в-вы устали?»

Перед ним, суетясь, стояла личная служанка Грей, Веспа.

Вероятно, это была её реакция на то, что Карлайл молча и отрешённо на неё смотрел.

«— Нет, ничего».

— ответил он с усмешкой, на что она заметно расслабилась.

«Вы позвали меня и вдруг застыли, я уж подумала, что-то случилось! Это невежливо!»

«Прошу прощения».

«…Нет, если вы так серьёзно извиняетесь, мне становится не по себе…»

Снова суетится.

Получив заслуженное извинение, она вела себя так, будто сама была виновата.

[…]

И, глядя на это, Святой меч был на удивление тих.

Вероятно, его давило чувство вины.

Ведь после того, как в этом человеке пробудилась человечность, больше всего она сожалела именно о том, что было связано с Веспой.

«В-в общем! Пойдёмте! Вы же хотели осмотреть занятия!»

«Кстати, вы точно не заняты? Я ведь так внезапно попросил вас вчера вечером».

Вчера вечером он попросил её стать его «партнёром» на первый день, когда он должен был вместе с Еленой ходить по занятиям.

У неё ведь наверняка были свои дела и плотный график, но она очень легко согласилась.

«…»

Если подумать, разве этот человек не испытывал к нему неприязнь, считая, что он отнял у неё Грей?

И всё равно такая реакция.

Удивительно, как с таким характером можно было выживать в обществе. Доброта, мягкость и робость тоже должны иметь свои пределы.

‘Хорошо, что у этого человека есть талант великого мага. Не будь у неё способностей, было бы совсем худо’.

[…Если ты хоть пальцем тронешь Веспу, я собственноручно тебя убью.]

‘Да стану я?’

— мысленно усмехнувшись, он пошёл дальше.

[Кстати, зачем вообще вместе осматривать занятия?]

‘Нужно же посмотреть, на что она способна’.

Благодаря тому, что он вернулся в прошлое гораздо раньше, было неизвестно, какими задатками Веспа обладала на данный момент.

На базовых занятиях в Колыбели можно было бы оценить её потенциал.

‘Раньше, на момент нашей встречи, она только-только пробудила свой талант…’

После вторжения ада прошло около трёх лет, которые она посвятила усердным тренировкам, осознав свою предрасположенность к магии.

…И за этот срок она стала магом с приставкой «архи». Титул, который присваивался лишь лучшим магам континента.

Кроме как гением, это никак не объяснить.

‘Учитывая её потенциал, она и сейчас должна быть не промах, но проверить всё же стоит’.

Как только он определит уровень её таланта, он сразу же поможет ей выбрать правильный путь.

Как раз кстати, 4 навыка Героя, которые он мог скопировать, он планировал взять связанные с «магией», так что с их помощью он и будет её направлять.

Пока он думал об этом…

«…Хм?»

Он столкнулся с Грей, идущей по коридору навстречу.

Заметив Карлайла и Веспу, она подошла и встала перед ними.

«На занятия?»

«Да, госпожа».

«Да, госпожа!»

— одновременно ответили Карлайл и Веспа.

…Взгляд Грей был прикован исключительно к Карлайлу.

«Когда закончишь с занятиями, забери моё снаряжение. Я им почти не пользовалась, а оно уже сломалось».

«Я, я могу это сделать, госпожа?»

«…»

Взгляд Грей скользнул по Веспе, сказавшей это, и снова вернулся к Карлайлу.

«И купи новую соль для ванн. Та, что ты принёс в этот раз, не очень».

«Э-это я могу принести, я могу приготовить новую…»

«…»

Снова взгляд на Веспу, и снова на Карлайла.

«А, и завтрашний обед…»

Снова Карлайл.

«Свяжись с отцом…»

…И снова Карлайл.

Рядом стояла такая же служанка, Веспа, но она разговаривала исключительно с ним. Веспу будто бы игнорировали.

Чем дольше это продолжалось, тем больше опускались плечи Веспы.

Было видно, как она сгорает изнутри. Она тоже хотела быть полезной госпоже, но не получала никакого внимания.

«— В общем, всё. Когда закончишь, доложишь».

Наверное, именно потому, что она так сгорала изнутри, она и совершила это.

«Г-госпожа! Может, и мне найдётся какое-нибудь поручение…»

Объяснить иначе то, что она совершила ошибку, положив руку на плечо уходящей Грей, было невозможно.

В следующий миг.

Словно молния, из ножен вылетел Святой меч, и его лезвие коснулось шеи Веспы.

То, что он остановился в миллиметре от того, чтобы перерезать ей горло, было заслугой исключительно сверхчеловеческих рефлексов Грей.

«…»

По шее Веспы, которой коснулся кончик меча, потекла струйка алой крови.

Она, даже не осознав, что произошло, с бледным лицом рухнула на пол. Ноги, похоже, подкосились.

«…»

На мгновение зрачки Грей тоже дрогнули. Это было инстинктивное движение, а не намеренное.

На её губах на мгновение застыли какие-то слова.

Вероятно, она и сама знала, что нужно говорить в таких случаях.

Но.

«…Не трогай меня. Что ты себе позволяешь, не зная своего места».

Как всегда, с её уст сорвалась самая худшая фраза.

Карлайл с кривой усмешкой наблюдал за этой сценой.

‘Люди не меняются за один день’.

Вероятно, если бы на месте Веспы был Карлайл, она бы извинилась.

Но её отношение к другим людям, кроме него, было ещё далеко от идеала.

[…]

Пока Святой меч молчал, Грей резко развернулась и ушла.

Карлайл, молча проводив её взглядом, повернулся к Веспе.

«Вы в порядке? Госпожа сейчас была слишком резка».

«Госпожа ведь… не специально».

Как только он это сказал, от Веспы последовал такой ответ.

…Хотя пострадала именно она.

Она оправдывала Грей перед Карлайлом, чтобы он не думал о ней плохо.

«Это я виновата. Я ведь знаю, что госпожа очень не любит, когда к ней прикасаются…»

Её голос стал влажным от слёз.

Затем, уткнувшись лицом в колени, она всхлипнула и сказала:

«— Я… должна стараться ещё больше… чтобы быть полезной госпоже…»

«…»

Сцена, которую он видел бесчисленное количество раз до регрессии.

«Если я буду стараться… она обязательно это оценит…»

Нет.

Карлайл знал результат.

Не дойдёт.

Сколько бы Веспа ни старалась.

Сколько бы безусловной любви она ни дарила Грей.

Взгляд Героя никогда не обратится на неё.

Заточенное до предела высокомерие растопчет даже самые базовые человеческие добродетели.

Такое будущее было предрешено.

[…!]

Он отчётливо чувствовал, как Грей внутри Святого меча стиснула зубы.

Вспоминать ошибки, совершённые в прошлом, — это, несомненно, мучительный опыт.

Но.

‘Всё в порядке’.

Он успокаивал её.

[…Ты.]

‘Я же сказал. Я не позволю этому повториться’.

Только не в этот раз.

Ни за что он больше не увидит эту адскую картину. Не позволит ей умереть.

…Не позволит людям стать несчастными.

Только через его труп.

Он уже говорил. В этот раз всё будет по-другому.

То, что он не остановил Грей, когда она так себя вела, было частью этого плана.

Потому что он знал, как это изменить.

«…Госпожа Веспа».

Карлайл подошёл к плачущей Веспе и опустился перед ней на колени.

«Не плачьте».

«…Хнык, хнык… Да… Я выгляжу жалко…»

«Нет. Потому что с этого момента я сделаю вас невероятно счастливой».

«…?»

Глаза Веспы, полные слёз, округлились.

«Давайте сделаем так, чтобы госпожа без вас жить не могла».

«…»

«Давайте-ка по-горячему замутим с госпожой».

…Веспа перестала плакать.

Причиной тому была абсурдность фразы.

[Не мог бы ты объяснить, что это за бред?]

‘…Эта фраза так странно звучит?’

[…]