Глава 54.0
Клайд лежал на постели, прислушиваясь к разговору между братом и сестрой.
Он не хотел подслушивать, просто лишённый других чувств, он улавливал каждый звук особенно остро.
Сначала он даже не знал, кто такая Руби на самом деле. А позже, когда она отрицала, что является дочерью рода Рожасис, он так и не осознал всей правды.
И лишь теперь в полной мере понял: Руби принадлежала к настолько высокому сословию, что ему, простолюдину с примесью демонической крови, и вообразить было невозможно.
Но она…никогда не смотрела на это свысока.
Даже узнав о его происхождении, даже при колоссальной разнице в положении, она всё равно принимала его как друга.
И сейчас тоже.
Каждое слово, которое она бросала брату, защищая его, отзывалось в его груди теплом, заставляло сердце биться быстрее.
[Почему? Почему ты так ради меня стараешься?]
Вопрос, который он задавал себе бесчисленное количество раз за последние семь лет, всё ещё не имел ответа.
[Почему Руби готова идти так далеко ради него?]
Он не знал тогда, и не знал сейчас.
Он услышал, как Руби вошла в комнату и подошла к постели. Раздался плеск воды, затем мягкий звук выжатого полотенца.
Осязание было ему недоступно, но слух ловил, как она осторожно протирает его тело.
Клайд хотел поблагодарить её…но слова так и не сорвались с губ.
Он лишь лежал, позволяя ей заботиться о себе.
Спустя какое-то время движения полотенца прекратились.
Зашуршало одеяло возле лица, и он уловил тихий, почти утомлённый вздох Руби совсем рядом.
Инстинктивно Клайд понял, она легла рядом.
«…Я знаю, что тебе тяжело. Но потерпи.» - прошептала она едва слышно.
И в тот миг в груди у него поднялась такая волна чувств, что дышать стало трудно.
То, что он не мог видеть её, не мог коснуться, не мог обнять, вдруг стало мучительно невыносимо.
Он думал, что уже смирился.
Думал, что потеря чувств для него ничего не значит.
Ведь Руби сама просила его, не желать её, не хотеть того, чего она не готова дать.
И он постарался. Приготовился к скорому «концу», быстрее, чем ожидал.
Он пытался быть готовым уйти, лишь бы не делать её несчастной. Потому что видеть слёзы Руби было тем, чего он ненавидел больше всего.
Но…она снова пыталась спасти его.
[Почему, Руби?]
Каждый раз, когда она протягивает руку, надежда, которую он уже похоронил, вспыхивает вновь.
И вместе с ней рождается жгучее желание. Желание того, чего он не имеет права просить.
Через мгновение он услышал ровное дыхание Руби.
Этот звук вызвал у него улыбку.
Даже в этом аду Клайд был счастлив.
И от того было и горько, и сладко.
***
На следующий день меня разбудили солнечные лучи, пробившиеся сквозь занавески.
Осторожно проверив состояние Клайда, мирно спящего рядом, я выскользнула из постели, стараясь не разбудить его.
Стоило мне выйти в коридор, как навстречу шагнула Тесс.
«Вы уже проснулись, госпожа.»
«Тесс? Когда ты успела прийти? Вчера вечером тебя точно не было.»
«Конечно, нет. Я только что прибыла, по приказу господина Аслана.»
«Аслан? Он здесь?»
И как раз в этот момент брат вошёл через главный вход.
«Проснулась, Эйла?»
Его лицо было чуть серьёзнее обычного, но в целом он выглядел, как всегда.
«Где же ты ночевал?»
«На диване в гостиной.»
«Но ведь он маловат для твоего роста?»
«Пустяки. Мне и не на таком приходилось спать.»
Я вспомнила, как он не раз оставался ночевать прямо в Академии, работая до изнеможения.
Внезапно дверь распахнулась настежь, и в дом внесли кровать, двое крепких слуг.
Я изумлённо округлила глаза.
«Это что ещё такое?»
«Мы ведь не можем всё время спать кое-как. Ни ты, ни я.» - спокойно заметил Аслан.
И это была не только кровать.
Слуги втащили диван, тумбы, туалетный столик, даже ванну. Казалось, они переселяли сюда целый дом.
Я посмотрела на брата с недоумением, но он лишь пожал плечами.
«Всё временно. После - уберём.»
«…»
«А пока давай позавтракаем. Я велел приготовить еду дома.»
«Госпожа, прошу, я провожу вас в столовую.» - быстро добавила Тесс.
Мне хотелось возразить, но в итоге я только тяжело вздохнула и пошла следом.
***
Когда я вернулась после завтрака, Клайд уже не спал.
Я попыталась накормить его хлебом, размоченным в супе, но он отвернулся.
«Я сам.»
«Но в твоём состоянии…»
«Я смогу.»
В его голосе звучала решимость.
[Неужели он слышал вчерашний разговор с Асланом?]
Мысль обожгла. [Если Клайд действительно отдаляется из-за этого, мне было невыносимо.]
«Ладно…тогда, Сапфир.»
«Госпожа Эйла…»
«Быстрее.»
Клайд напрягся, но подчинился.
Я строго напомнила:
«Жуй медленно и тщательно. Сегодня будет тяжёлый день, силы нужно восстановить.»
«Понял… «А».
Он послушно открыл рот снова.
Вскоре пришёл виконт Доан. Он явно удивился переменам в доме, ставшем почти неузнаваемым.
«Виконт Доан, вы хорошо отдохнули?»
«Да, благодарю.»
«Тогда рассчитываю на вашу помощь и сегодня.»
Я учтиво поклонилась. Лёгкая неловкость скользнула по его лицу, но он кивнул и приступил к работе.
Аслан тоже остался наблюдать.
И впервые увидел лицо Клайда так близко.
Его взгляд задержался. Суженные глаза, пристальное внимание, брат словно не мог оторваться.
[Неужели…он очарован?]
[Это было бы неудивительно: в облике женщины Клайд был прекрасен до головокружения. Даже лёгкая тень боли только усиливала его хрупкую красоту.]
[Аслан никогда не проявлял особого интереса к женщинам, как и другие братья. Но сейчас его взгляд был прикован слишком долго.]
[А, если это правда? Но ведь такая любовь невозможна. И хуже того, правда может открыться, если копнуть глубже…]
Я украдкой посмотрела на брата, чувствуя нарастающее беспокойство.
***
«Как её зовут?» - спросил он вечером, когда виконт ушёл, а мы перекусывали вместо ужина.
«Что?» - я едва не поперхнулась.
«Твою подругу. Имя.»
Сердце стучало. [Неужели он догадался?]
«Сапфир. А что?»
«Это имя. А фамилия?»
«У неё нет фамилии. Только Сапфир.»
«Совсем нет? Псевдоним, что ли?»
«Я не знаю. С самого начала она представилась так.»
Аслан задумчиво постучал пальцами по столу.
«И когда она перебралась в Беллум?»
«Не знаю.»
«Откуда родом?»
«Не спрашивала.»
«…»
«Она вообще не любит говорить о себе. И не особо разговорчива.» - я поспешила добавить объяснение.
[Чем меньше деталей я сочиню, тем меньше риск противоречий.]
«Но зачем тебе это?» - внезапно вырвалось у меня. «Ты что, влюбился в неё?»
Аслан замер, а потом посмотрел на меня так, будто не верил своим ушам.
«Что?»
«Ну а что? Ты глаз с неё весь день не сводил, теперь спрашиваешь…»
«Ты о чём вообще?» - он скривился, словно проглотил горькую траву. «Нелепость какая.»
«Разве?» - я прищурилась.
«Конечно. Не неси ерунды, Эйла.»
«Ерунды? Но ведь это оскорбление, так говорить о такой редкой красоте!»
Сердце немного полегчало, значит, всё-таки не влюбился.
И всё же…почему-то в груди остался странный осадок.