Маскарад в тенях
Глава 20: Маскарад в тенях
Путь к границе Леса занял остаток ночи и весь следующий день. Они шли нехожеными тропами, которые Лира находила по каким-то ей одной ведомым признакам — направлению роста мха, шепоту определённых деревьев, отсутствию следов лесных обитателей. Лес, казалось, понимал их срочность и немного приоткрывал свои тайные ходы, но цена была напряжённой тишиной и чувством, что за ними следят миллионы хрустальных глаз.
На границе, где каменные деревья сменялись обычными, пусть и угрюмыми соснами, они разделились. Группа спасения — Лира, Ренн, Грик, Тереза и Тень — углубилась в чащу, держа курс на скрытый вход в катакомбы, который Эрвин описал по памяти: заброшенный колодец в руинах старой заставы в трёх лигах от города. Группа отвлечения — Кайден, Сильна и двое бывших солдат, братья Арло и Векс (короткие, коренастые, молчаливые, с лицами, на которых читался опыт грязной работы) — повернула к южным подступам Луминоса.
Они вышли к окраинам города на закате. Луминос с расстояния казался игрушечным — зубчатые стены, башни, купола Академии, сверкающие в последних лучах солнца. Но Кайден знал, какая машина подавления и контроля скрывалась за этой красотой.
Они спустились в овраг, где среди мусора и грязи ютились самые бедные лачуги Нижнего Города — место, которое Кайден знал как свои пять пальцев. Здесь законы Академии работали тоньше, а выживание диктовало свои правила. Здесь же можно было раздобыть необходимое для маскарада.
Сильна, переодетая в потрёпанную плащ-накидку, исчезла в узких переулках и вернулась через час с ворохом старой одежды — поношенные штаны, грубые рубахи, потрёпанные плащи. Ничего, что могло бы привлечь внимание. Для Кайдена она принесла широкополую шляпу и пару перчаток, чтобы скрыть самые очевидные шрамы. Братья Арло и Векс и так выглядели как типичные наёмники или охотники за головами — их лица не нуждались в дополнительном камуфляже.
Но самым важным приобретением была информация, купленная за несколько медяков у уличного мальчишки-связного. Карта города была устаревшей, им нужны были свежие сведения о патрулях, о настроениях, о том, куда лучше не совать нос.
«Очистители» Каина, оказывается, не просто прочёсывали окрестности. Они устроили в городе настоящую чистку. По всему Луминосу были расклеены плакаты с изображением Кайдена. Не того юного, испуганного мальчика с церемонии, а составного, страшного портрета: его лицо (со старых записей Академии) было совмещено с художественными «догадками» о том, как он мог измениться — тени под глазами, искажённые черты, намёки на чешую и шрамы. Подпись гласила: «Кайден Грей, также известный как «Ключник». ОПАСНЕЙШИЙ ПРЕСТУПНИК. Контракты с внеклассовыми сущностями, массовые убийства, подрыв основ государства. За информацию, ведущую к поимке — 5000 золотых галей. За укрывательство — смертная казнь.»
Кайден смотрел на своё искажённое изображение, пришпиленное к гнилой стене, и чувствовал странное оцепенение. Его превратили в монстра. В миф. В удобное пугало для запугивания масс. Где-то в глубине шевелилась обида, но её тут же затмевала холодная ярость. Они не просто охотились на него. Они стирали его человечность в глазах всех.
«Цена хорошая, — мрачно пошутил Арло, снимая плакат и комкая его. — Жаль, сдать тебя не получится — они и нас прихватят за соучастие.»
«Значит, нужно быть осторожнее вдвойне, — сказала Сильна. — Особенно тебе. Твой рост, походка… те, кто знал тебя в лицо, могут узнать.»
Они дождались полной темноты и просочились в город через старый, полуразрушенный водосток, который Кайден помнил с детских «экспедиций». Запах гнили, сырости и человеческих отходов ударил в нос, знакомый и отвратительный. Но это был запах дома. Уродливого, жестокого, но дома.
Верхний Город, куда они вышли, дышал иначе. Здесь пахло жареным мясом, дорогими духами, магическими ароматизаторами, очищающими воздух. Фонари на магических кристаллах отбрасывали мягкий, неестественно ровный свет. По мощёным улицам разъезжали экипажи, запряжённые эфирными конями — иллюзиями, созданными контрактниками для богатых. Слуги в ливреях спешили по делам. Из открытых окон таверн доносились смех, музыка и звон бокалов.
Кайден шёл, опустив голову, стараясь не выделяться. Его правая рука, скрытая под плащом и перчаткой, ныла от непривычной тесноты. Левая щека с серебристыми чешуйками была прикрыта высоким воротником. Он чувствовал, как каждый нерв напряжён до предела. Любой взгляд, задержанный на нём чуть дольше обычного, заставлял сердце биться чаще.
Их цель была в Сером Квартале — месте, где сходились интересы бедноты, мелких преступников и тех, кто был не в ладах с Академией. Таверна «Тихий дух» имела репутацию нейтральной территории, где можно было узнать новости, найти наёмника или просто переждать шторм. По слухам, там же иногда собирались недовольные политикой Академии — опальные маги низких рангов, обедневшие аристократы, контрактники с «неудобными» духами.
Таверна оказалась невзрачным двухэтажным зданием с потёршейся вывеской, изображающей грустного призрака с кружкой. Из-под двери лился тусклый свет и доносился гул голосов. Сильна вошла первой, её кошачьи глаза мгновенно адаптировались к полумраку внутри. Кайден и братья последовали за ней.
Воздух внутри был густым от запаха дешёвого пива, пота, дыма и чего-то сладковато-пряного — возможно, лёгкого наркотика, куримого в углу. Клиентура соответствовала: мордастые грузчики, подозрительные типы в капюшонах, пара женщин с вызывающим видом, несколько фигур, сгорбленных над столами, чьи лица были скрыты тенью. В дальнем углу на небольшом возвышении шло представление.
Человек в пёстром, поношенном костюме шута, с лицом, раскрашенным в бело-красные ромбы, жонглировал не мячами, а маленькими, светящимися сферами, которые меняли цвет и оставляли в воздуце струящиеся следы. Иллюзии. Чистые, яркие, мастерские. Шут, Финнан Заблудший Клоун, был контрактником. И по уровню контроля — сильным. Его движения были плавными, точными, а на лице застыла неизменная, чуть печальная улыбка. Но глаза… глаза, зелёный и голубой, бегали по залу, быстрые, умные, всё замечающие.
Кайден и его группа заняли столик в тени, заказали по кружке пива (Кайден лишь пригубил — ему нужно было быть в ясном уме) и стали наблюдать. Братья сидели, отвернувшись к выходу, отслеживая входящих. Сильна слилась с тенью, её взгляд скользил по лицам, читая намерения. Кайден же смотрел на Финнана.
Клоун закончил жонглирование, и сферы взлетели к потолку, рассыпавшись фейерверком из искр, которые исчезли, не долетев до пола. Публика захлопала, кто-то бросил медяк на сцену. Финнан низко, с преувеличенным трагизмом поклонился.
«Благодарю, благодарю, добрые господа и госпожи! — провозгласил он голосом, который мог быть и насмешливым, и искренним. — Вижу, души ваши жаждут не только зрелищ, но и… иллюзий утешения! Что ж, позвольте показать вам нечто особенное! Видение того, чего нет, но так хочется, чтобы было!»
Он взмахнул рукой. И пространство вокруг него изменилось. Не по-настоящему. Но так убедительно, что даже Кайден на секунду дрогнул. Грязные стены таверны растворились, сменившись стенами роскошного дворцового зала с гобеленами и хрустальными люстрами. Запах сменился на аромат дорогих цветов и воска. Клиенты за столиками вдруг оказались в богатых одеждах, их лица просветлели, исчезли шрамы и усталость. Даже пиво в кружках стало похожим на искрящееся вино в хрустальных бокалах.
Люди замерли, заворожённые. Кто-то ахнул. Кто-то протянул руку, чтобы коснуться иллюзорной скатерти. Это было не просто шоу. Это было подачкой голодным. Минутой побега в мир, где они не были изгоями, бедняками, преследуемыми.
«Мастер иллюзий высокого уровня. Искажение восприятия всех пяти чувств одновременно. Интересная техника, основанная на тонком внушении, а не грубой проекции», — заархивировал Абаддон.
«О! ИСКУССТВО! КРАСОТА ЛЖИ! КАК ПРЕКРАСНО! Я ХОЧУ ЗНАТЬ, КАК ОН ЭТО ДЕЛАЕТ! МОЖЕТ, ЕГО ГЛАЗА МОГУТ ВИДЕТЬ ТО, ЧЕГО НЕ ВИДЯТ ДРУГИЕ?»
Иллюзия длилась минуту, потом дрогнула и рассыпалась, как дым. Стены снова стали грязными, одежда — поношенной, а лица — усталыми. В зале повисло горькое, разочарованное молчание, а затем — более искренние, но тихие аплодисменты. Финнан стоял, улыбка на его лице стала ещё более печальной. Он собрал несколько монет, брошенных на сцену, и спрыгнул вниз, направляясь к стойке за напитком.
Именно в этот момент его взгляд, скользя по залу, на мгновение задержался на их столике. На Сильне, которая слишком уж естественно сливалась с тенью. На братьях, чьи позы выдавали военную выучку. И на Кайдене. Их взгляды встретились. И в разноцветных глазах клоуна что-то мелькнуло — не узнавание, а… понимание. Как будто он увидел не просто лицо под шляпой, а что-то под ним. Маску под маской.
Финнан взял кружку эля у бармена, не спеша сделал глоток, а затем, будто невзначай, направился к их столику. Он прошёлся между столами, пару раз пошутил с кем-то, и вдруг оказался рядом, присаживаясь на свободный табурет, как старый знакомый.
«Новички, — сказал он тихо, его голос теперь был без театральных интонаций, почти обычным, но с лёгкой хрипотцой. — С интересными… аурами. Особенно у вас, дружок.» Он кивнул в сторону Кайдена.
Сильна напряглась, её рука незаметно двинулась к скрытому кинжалу. Арло и Векс перестали делать вид, что пьют.
«Мы просто путники, — сказал Кайден, стараясь говорить низко и не своим голосом. — Ищем ночлег.»
«Ночлег? В «Тихом духе»? — Финнан усмехнулся. — Милый, тут ночуют либо те, кому некуда идти, либо те, кого ищут. А вас… ищут очень настойчиво, судя по тому, как вы пытаетесь не дышать.» Он сделал ещё глоток. «Ваши маскировки… они кричат. Для того, кто умеет слушать. Вы слишком стараетесь быть незаметными. А этот джентльмен…» Он снова указал на Кайдена подбородком. «Он пахнет страхом, яростью и чем-то… холодным и древним. Совсем не как обычный беглец.»
Кайден почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Этот клоун видел сквозь.
«Что тебе нужно?» — спросил он, уже не скрываясь.
«Развлечение, — просто сказал Финнан. — Моя жизнь — это череда скучных повторений. Иллюзии для пьяной толпы, уклонение от патрулей Академии (они недолюбливают моё искусство, считают его «недостойным истинной магии»), выживание. Ваше появление… пахнет настоящей драмой. А я обожаю хорошую пьесу. Особенно если в главной роли — живое воплощение городских плакатов.»
Он знал. Возможно, не все детали, но он угадал суть.
«Если ты знаешь, кто я, то знаешь и чем это для тебя кончится, если тебя свяжут со мной, — сказал Кайден. — Так что либо веди себя тихо, либо уходи.»
«О, угрозы! — Финнан приложил руку к сердцу с преувеличенным ужасом, но в его глазах искрился азарт. — Но видишь ли, я уже связан. Меня выгнали из Академии за то, что я использовал иллюзии, чтобы показать одному высокопоставленному магистру… ну, скажем так, его истинное лицо. Буквально. С тех пор я здесь. И я ненавижу их. Их лицемерие, их «порядок», их чистки. Так что если вы задумали что-то против них… я могу быть полезен. За скромную плату, конечно.»
«Какую?» — спросила Сильна, её голос был ледяным.
«Интересное зрелище, — ответил Финнан, и его улыбка стала искренней, почти детской. — Я хочу посмотреть, чем закончится ваша авантюра. С первого ряда. И, возможно… немного поучаствовать. У меня есть навыки, которые могут пригодиться. Я знаю тайные ходы в особняк Вердантов, например. И умею создавать очень… отвлекающие иллюзии.»
Кайден и Сильна переглянулись. Это было либо невероятное везение, либо ловушка. Но Финнан говорил о ненависти к Академии с такой подлинной горечью, что это сложно было сымитировать. И его навык… иллюзии могли стать бесценными как для проникновения, так и для отвлечения.
«Почему мы должны тебе доверять?» — спросил Кайден.
«Потому что у вас нет выбора, — честно сказал Финнан. — И потому что я уже мог бы поднять шум и сдать вас, чтобы получить эти 5000 галей. Но я этого не сделал. Я подошёл. Мой интерес — спектакль. А вы, дружок, похоже, собираетесь устроить самый грандиозный спектакль в истории этого скучного города.»
Он протянул руку. Не для рукопожатия, а как бы предлагая сделку.
Кайден смотрел на эту руку, на раскрашенное лицо с умными, насмешливыми глазами. Риск был огромен. Но клоун был прав — выборов не было.
Он кивнул.
«Ладно. Но одно неверное движение, одна ложь…»
«…и вы превратите меня в настоящего призрака, да? — закончил за него Финнан, подмигнув. — Договорились. Теперь, поскольку мы партнёры по преступлению, может, перейдём к деталям? У вас ведь есть план, верно? И он, наверное, безумный?»
Кайден позволил себе слабую улыбку под прикрытием шляпы. Маскарад в тенях только начинался. И к их странной труппе добавился ещё один актёр — клоун, который видел правду сквозь любую ложь. Теперь всё зависело от того, смогут ли они сыграть свои роли достаточно убедительно, чтобы обмануть весь город.