Новый старый враг

Глава 75: Новый старый враг

Возвращение в Сердце Леса после откровений на границе было похоже на вход в уже обречённую крепость. Знание висело в воздухе тяжёлым, невидимым смогом, отравляя каждую мысль, каждое слово. Две недели. Четыре, если повезёт. Срок, за который можно успеть так мало и так много.

Кайден не пошёл в свою пещеру. Он направился прямо к центральной площадке Убежища, где обычно собирались по вечерам, делились едой и новостями. Сейчас там царила тревожная тишина. Весть о ночном визите и о том, что Кайден вернулся с новостями, уже разнеслась. Люди — мутанты, беглецы, изгои — стояли небольшими группами, их лица были искажены страхом и ожиданием. Они видели решимость в глазах Кайдена, Моргана, Элианы и Лиры, и это вселяло какую-то надежду, но и пугало. Такая решимость рождалась только перед лицом чего-то по-настоящему чудовищного.

Кайден взобрался на низкий каменный выступ, служивший импровизированной трибуной. Он не любил публичных выступлений. Слова давались ему тяжело. Но сейчас это было необходимо. Эти люди доверили ему свои жизни. Они заслуживали правды. Какой бы горькой она ни была.

Он обвёл взглядом собравшихся. Видел знакомые лица: старую травницу Вейлу, мужчину с кожей, похожей на кору дуба, девушку, чьи волосы шевелились, как щупальца водорослей, детей, притихших и прижавшихся к взрослым. Его дом. Его ответственность.
— Вы все знаете, что прошлой ночью к нам приходил гость, — начал он, и его голос, хрипловатый от усталости, прозвучал на удивление чётко в наступившей тишине. — Нежеланный. Инквизитор Сириус.

По толпе пробежал сдавленный вздох, смешанный со страхом и ненавистью. Многие помнили рассказы о безжалостном големе в белых доспехах.
— Он не атаковал, — продолжил Кайден, перекрывая начинающийся ропот. — Он пришёл говорить. И то, что он сказал… меняет всё. Нас ждёт новая угроза. Хуже Академии. Хуже культа Морганы. Древняя. Безликая. И она уже в пути.

Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание слушателей.
— Существует организация. Она старше всех королевств. Они называют себя «Хранителями Порядка». Их задача — следить за… равновесием реальности. И устранять угрозы, которые это равновесие нарушают. — Он поднял свою левую руку, показывая шрам-глаз, потом правую — со спиралью. — Такие, как я. Такие, как мы все, кто не вписывается в их представление о «норме». Для них мы — ошибка. Вирус. И вирус нужно стереть.

Ропот стал громче, в нём зазвучало недоумение и злоба.
— Они не будут вести переговоров, — Кайден повысил голос, заглушая шум. — Не будут брать в плен, не будут пытаться использовать. Их метод — полное уничтожение угрозы с минимальным ущербом для окружающего мира. Как хирург вырезает опухоль. Они уже сделали это однажды. Сто лет назад. Песчаная Буря Забвения, которая стёрла с лица земли целые поселения и память о них… это был не природный катаклизм. Это был побочный эффект битвы, которую они «зачистили». И теперь, по их расчётам, мы — следующая такая «опухоль». Сириус, голем, созданный ими же, оценивает, что у нас есть от двух до четырёх недель до их прибытия.

Тишина, которая воцарилась после этих слов, была оглушительной. Даже дети перестали шептаться. Люди смотрели на него с лицами, на которых медленно проступало понимание и ужас. Это был не страх перед конкретным врагом, которого можно ударить, обмануть, перетерпеть. Это был экзистенциальный ужас перед безликой машиной уничтожения, для которой они были лишь статистической погрешностью.

— Что… что мы можем сделать? — прозвучал хриплый голос из толпы. Это был Барак, его каменные кулаки были сжаты до хруста.
— Всё, — твёрдо ответил Кайден. — И ничего. Мы не можем убежать — они найдут. Мы не можем спрятаться — они высчитают. Мы не можем договориться — они не разговаривают. У нас остаётся один вариант. — Он сделал шаг вперёд, и в его позе, в его взгляде была та самая стальная решимость, что родилась на границе леса. — Готовиться к бою. Но не к тому, к которому мы привыкли. Нам нужно готовиться не просто защищать стены. Нам нужно изменить самих себя. Сделать так, чтобы мы перестали быть «ошибкой» в их уравнениях. Или… чтобы их уравнения перестали работать, когда они дойдут до нас.

Он видел, как его слова не все понимают. Видел страх. Но видел и искру — ту самую, что заставляет загнанного зверя оборачиваться и бросаться на охотника.
— Сириус, — продолжил Кайден, — пошел против своих создателей. Он предоставил нам информацию и предложил… временное перемирие. Пока общая угроза не ликвидирована. Я не доверяю ему. Но использую любой инструмент, который есть. Мы получили от него данные о передвижениях Академии. И немного — о «Хранителях». Этого мало. Но это начало.

Морган, стоявший рядом с выступом, кивнул и поднялся рядом с Кайденом.
— Старик прав, — его скрипучий голос был знаком и уважаем всеми. — Ситуация — дерьмо. Врагов — трое. Времени — кот наплакал. Но у нас есть кое-что, чего не было у тех, кого стёрли сто лет назад. У нас есть предупреждение. И у нас есть этот парень. — Он хлопнул Кайдена по плечу, и тот едва не пошатнулся от силы удара. — Он не просто носитель силы. Он учится. Меняется. И, чёрт побери, если он сможет удержать в себе двух богов, не сойдя с ума, то, может, он сможет придумать, как дать по зубам и этим «хранителям».

В толпе кто-то неуверенно хмыкнул. Потом ещё кто-то. Страх не ушёл, но к нему добавилась горькая, отчаянная решимость. Эти люди уже прошли через ад изгнания, преследований, мутаций. Идея, что какой-то безликий «порядок» придет и стерет их просто потому, что они не такие… это задевало за живое. Это было личное.

— Что нам делать, Кайден? — спросила Вейла, её голос дрожал, но звучал четко.
— Во-первых, — сказал Кайден, — мы меняем распорядок. Все работы по расширению, по заготовкам — прекращаются. Все силы — на оборону. Но не такую, как раньше. Морган, Вейла, вам нужно изучить все наши запасы, все артефакты, все странные растения и камни в этом лесу. Искать не то, что наносит урон, а то, что… искажает. Сбивает с толку. Создает помехи для вычислений. Если «Хранители» действуют по расчётам, нам нужно сломать их калькулятор.

Морган согласно кивнул, в его единственном глазу зажёгся знакомый огонёк исследователя перед сложной задачей.
— Во-вторых, — Кайден повернулся к Элиане и Лире, — нам нужна разведка нового типа. Лира, тебе и твоим следопытам — найти любые следы необычной активности в радиусе недели пути. Не людей. Странные погодные явления, животные, ведущие себя неадекватно, растения, увядающие без причины. Всё, что может быть признаком их сканирования или приближения. Элиана, с помощью растений леса попробуй настроить «систему раннего оповещения». Чтобы лес мог почувствовать чужеродное, холодное вторжение и предупредить нас не песней, а… болью. Яростью.

Элиана бледно кивнула, её ум уже работал, перебирая возможности её дара.
— В-третьих, — и тут Кайден замолчал, глядя на свои руки. — Мне. Мне нужно… ускориться. Я не могу ждать, пока моё тело и разум сами придут к балансу. Мне нужно понять, как не быть «проводником» для катастрофы. Как быть… стабилизатором. И для этого… — он поднял голову, и в его глазах было что-то опасное, почти безумное, — мне нужно будет экспериментировать. Здесь. В Убежище. Это будет опасно. Для всех. Но другого выхода нет.

В толпе пронёсся шепот. Все понимали, что значит «эксперименты» Кайдена. Это мутации, потеря памяти, непредсказуемые взрывы силы.
— Мы понимаем риск, — твёрдо сказала одна из женщин-мутантов, державшая за руку ребёнка. — Мы все здесь, потому что рискуем каждый день просто тем, что существуем. Делай что должен. Мы… постараемся не мешать. И спрячемся, если что.

В её словах не было сарказма. Была простая, суровая правда жизни на краю.
— Спасибо, — прошептал Кайден. Потом громче: — Четвёртое. Мы не можем сражаться в одиночку. Нам нужны союзники. Любые. Сириус — ненадёжный, но он даёт информацию об Академии. Нужно связаться с Финнаном в Луминосе. Пусть осторожно, через свои каналы, распространяет слухи. Не о нас. О «серых людях», которые приходят и стирают целые деревья с карт. Пусть страх перед новой, необъяснимой угрозой посеет сомнения в рядах Академии. Может, это заставит Валтора задуматься, прежде чем бросать все силы на нас. А может… — он обменялся взглядом с Морганом, — нам нужно будет обратиться к самым неожиданным людям. К Каину. К Моргане.

Это предложение вызвало уже откровенный ропот негодования.
— С ними? После всего?!
— Они предавали! Они убивали!
— Это безумие!

— Это необходимость! — перекричал всех Кайден, и в его голосе впервые зазвучала хрустальная, не терпящая возражений твердость. — Когда на тебя идёт пожар, ты не выбираешь, с кем тушить его — с соседом, с которым вчера ругался из-за забора, или с тем, кто тебе нравится. Тушишь со всеми, кто может держать ведро! Каин ненавидит меня. Но он ненавидит и мысль, что кто-то может отнять у него его статус, его силу, его мир. Моргана безумна, но она поклоняется одному из моих «гостей». Она не захочет, чтобы его стёрли с реальности. У них есть силы, знания, ресурсы. А у нас… — он обвёл рукой поляну, пещеры, лес, — у нас есть причина сражаться до конца. И мы предложим им эту причину. Выживание. Не как людей определённого сорта. Как… всего живого, что хочет жить вопреки «порядку».

Он сошёл с выступа, его речь была закончена. Он не давал пустых обещаний победы. Он ставил задачу. Титаническую, почти невыполнимую. Но в его глазах горела такая уверенность, что даже самые отчаявшиеся не могли не заразиться ею хотя бы отчасти.

Люди медленно расходились, обсуждая услышанное тихими, взволнованными голосами. План был безумным. Но он был планом. И это уже было лучше, чем пассивное ожидание конца.

Кайден остался стоять на площадке, глядя, как солнце пробивается сквозь каменные кроны и рисует на земле причудливые узоры. Элиана подошла и молча взяла его за руку.
— Ты действительно думаешь, что сможешь договориться с Каином? С Морганой? — тихо спросила она.
— Нет, — честно ответил Кайден. — Но я думаю, что смогу заставить их увидеть общую угрозу. А потом… потом посмотрим. Мир рушится, Эли. Старые вражды должны либо сгореть в этом пожаре, либо… стать тем, что нас спасёт.

В его голове голоса богов безмолвствовали, переваривая новую информацию, новую цель. Даже Карнос, всегда жаждавший разрушения, теперь, казалось, задумался о перспективе быть «стертым». Это была угроза иного порядка, чем битва с себе подобными.

Новый враг был стар как мир. Холодный, расчетливый, неумолимый. Но у них было то, чего не было у «Хранителей Порядка». У них было что терять. У них были друг друга. И юноша, который носил в себе две бездны и отчаянное желание защитить единственный тёплый уголок во вселенной, которую кто-то счёл нужным «упорядочить».

Буря приближалась. И на этот раз она несла не песок, а абсолютную, чистую пустоту. Им предстояло встретить её не как жертвы, а как те, кто решил, что даже пустоте можно дать отпор. Потому что там, где есть воля защищать, даже конец света можно отложить. Или изменить.