Глава 41.0

Ночь после провала в западном крыле была бесконечной. Эва лежала, уставившись в балдахин кровати, и в ушах всё еще звучал ироничный голос Императора: «Подозрительно много ног».

Оправдания под светом лампы

В тот момент, в коридоре, Эва чувствовала себя так, будто её застали за кражей государственной казны, хотя в руках была лишь пыльная штора.

— Мы... мы просто изучали акустику! — выпалила Эва, пока Сильвия пыталась выпутаться из бархатных складок. — Вы знали, Ваше Высочество, что в этом крыле изумительное эхо? Если здесь шепнуть «глупость», она разлетается по всему этажу!

Эван поднял бровь, переводя взгляд на Сильвию, которая наконец освободила голову и теперь приглаживала растрепанные волосы. — И для изучения акустики вам понадобилось обрушить карниз? — уточнил он. — И, судя по одежде, вы планировали делать это в мужском обличье?

— Это был эксперимент! — вклинилась Сильвия, щурясь на лампу. — Я читала, что звук по-разному отражается от женских юбок и мужских панталон. Мы хотели проверить теорию... но я, кажется, не увидела этот косяк. Или это была колонна? Ваше Высочество, у вас очень внезапная архитектура.

Эван молчал несколько секунд, и этот холодный расчет в его глазах пугал больше, чем крик. — В следующий раз, когда вам захочется проверить «внезапность» моей архитектуры, делайте это днем. И в сопровождении слуг. А теперь — по комнатам. Маркус проводит вас, чтобы вы снова не заблудились в «акустике».

Эва уходила, чувствуя, как горит её лицо. Она знала: он не поверил ни единому слову. Он просто позволил им уйти, как позволяют играть детям, пока взрослые заняты настоящей охотой.

Ночной кошмар столицы

В это же время в одном из бедных кварталов столицы, где туман с реки застилал узкие переулки, произошло то, что наутро заставит город содрогнуться.

Бывший гвардеец, уволенный за пьянство, возвращался из таверны. Он был тем самым человеком, который в ночь бала патрулировал внешнюю стену и видел, как две тени — мужская и женская — быстро покидали балкон, пока леди Эванжелина барахталась в кустах. Он надеялся продать эту информацию, но покупатель нашелся сам.

Он даже не услышал шагов. Только холодная сталь, скользнувшая по горлу с хирургической точностью. Кристофер вытер клинок о плащ убитого, его лицо было мертвенно-бледным.

— Это было необходимо? — прошептал он, глядя на Люси, которая стояла в тени подворотни, скрытая глубоким капюшоном.

— Лишние концы — это петля на наших шеях, Крис, — её голос был чистым и звонким, как горный ручей. Она подошла к телу и бросила рядом с ним разорванное ожерелье, которое специально купила у старьевщика. — Пусть стража ищет безумного грабителя. Или маньяка. Столица любит страшные сказки. Они отвлекают от настоящих заговоров.

Письмо от Сильвии

Утро следующего дня было серым. Эва сидела за завтраком, когда ей принесли поднос с почтой. Среди официальных конвертов лежал помятый листок, запечатанный воском с оттиском кольца Сильвии. Эва быстро вскрыла его, сердце забилось чаще.

«Эва, вчерашние шторы — это цветочки. Ты слышала новости? В нижнем городе нашли тело. Говорят, это уже второе за неделю. Убийца не берет кошельки, он просто... убирает людей. Стража в панике, по городу ползут слухи о "Маньяке из тумана".

Но это не самое странное. Мои люди шепнули, что убитый — это стражник, который дежурил во дворце в ту самую ночь. Эва, будь осторожна. Люси начала выжигать землю вокруг себя. Не верь никому, даже поварам. Если кольцо на месте — помни, что я рядом. Сильвия».

Эва почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Она посмотрела на Императора, который сидел напротив и невозмутимо резал стейк.

— У вас плохие новости, Эванжелина? — спросил он, не поднимая глаз. — Вы выглядите так, будто письмо Сильвии написано ядом.

— Нет, — быстро ответила она, пряча записку в складках платья. — Она просто... расстроена, что мы вчера не закончили наш "эксперимент".

— Вот как, — Эван поднял взгляд. В его глазах не было насмешки, только странная, колючая серьезность. — Будьте осторожны с экспериментами. В последнее время в столице стало слишком опасно для любопытных дам.

Он знал. Эва была уверена: он уже связал убийства гвардейцев со своим расследованием. Но почему он молчит? Почему не хватает Люси прямо сейчас?

«Потому что я — его наживка», — с ужасом подумала Эва, сжимая в кармане записку подруги. «Он ждет, когда они придут за мной, чтобы поймать их всех разом. И ему плевать, что будет с Джеймсом».

Ей нужно было действовать. И действовать быстро, пока «маньяк» не решил нанести визит в её собственные покои.