Две несчастные ведьмы

Перед ним стояли две несчастные ведьмы. Вживую они выглядели ещё более жалкими и измождёнными, чем в его видении.

У Сугэ тяжело сжалось сердце. Ещё раз убедившись, что поблизости никого нет, он спрыгнул в подвал, прикрыл вход доской и, спустившись по ступеням, сказал:

— Приветствую. Позвольте представиться, меня зовут Сугэ Сотос. Я — апостол Владыки Смерти и Бури в этом мире.

Голубоволосая девушка поклонилась.

— Приветствую вас, господин. Меня зовут Хиллс Бартос, я — верная слуга Владыки Смерти и Бури.

— Я — Бернис Сагур, верная слуга Владыки Смерти и Бури, — представилась фиалковолосая.

Сугэ кивнул и открыл чемодан.

— Вы и сами знаете, каково сейчас положение ведьм. Мой Владыка не может вмешиваться в дела людей, и я не в силах предложить вам многого.

Две несчастные девушки, с трудом подавляя желание заглянуть в чемодан, послушно кивнули.

— Мы понимаем, господин апостол.

Сугэ полностью открыл чемодан и, вынимая вещи, сказал:

— Это два тёплых пальто из моего дома. Наденьте пока.

Хиллс и Бернис, глядя на тёплую одежду, с благодарностью воскликнули:

— Благодарим за дар Владыки!

Приняв пальто, они снова распростёрлись на полу.

— Не нужно этого, — с болью в голосе сказал Сугэ. — Великий Владыка Смерти и Бури не похож на других богов. Ему важны искренняя вера и благочестие в сердце, а не внешние проявления. Э-э-э… Владыка однажды сказал мне, что истинная вера проявляется в реальных делах, а не в лицемерных ритуалах и молитвах.

В этот миг Сугэ по-новому взглянул на свои способности к импровизации.

Девушки смотрели на него с недоверием. Такой бог совершенно не походил на тех, о ком они слышали.

— Так что встаньте, — улыбнулся Сугэ. — Впредь, получая дары, просто благодарите и почитайте его в душе. Не нужно, как последователи других культов, зацикливаться на этих скучных и бесполезных обрядах.

Девушки решительно кивнули и, поднявшись на ноги, посмотрели на него с ещё большим благоговением, которое уже граничило с фанатизмом.

— Одевайтесь и поешьте, — с улыбкой сказал Сугэ.

Девушки, очнувшись от оцепенения, поспешно надели тёплые пальто. Ощутив плотную ткань на своих иззябших телах, они почувствовали несказанное тепло.

Сугэ тем временем выложил остальные припасы.

— Больше у меня ничего нет. Вот два фунта серого хлеба, рыбные консервы и масло. Не стесняйтесь, это награда за вашу веру. Ешьте!

Девушки, как во сне, подошли к нему. Их обмороженные, покрасневшие руки дрожали, когда они брали хлеб. Глядя на мягкий серый хлеб, они невольно заплакали.

Больше трёх лет они выживали, питаясь отбросами. Они уже и забыли, когда в последний раз ели нормальную еду.

— Ешьте! — Сугэ протянул им открытые консервы и масло.

— Благодарим Владыку за его дар и вас, господин апостол, за вашу милость, — прошептали девушки и набросились на еду.

Глядя на то, с какой благодарностью они едят, Сугэ почувствовал радость. Помогать другим, когда это в твоих силах, — всегда приятно.

— Ах, да!

Сугэ вспомнил о термосе и достал две кружки.

— Владыка сказал, что вы легко одеты. Я подумал, что вы, должно быть, совсем продрогли, и принёс термос с кипятком. Выпейте, согрейтесь.

С этими словами он налил в кружки дымящуюся воду.

Девушки, уже съевшие по полбуханки хлеба, не выдержали и разрыдались в голос, словно обиженные дети, которые, увидев родителей, наконец-то дали волю слезам.

Если еда и одежда были даром божества, то этот обычный термос с кипятком был проявлением искренней заботы самого апостола.

Впервые за долгие годы они почувствовали, что о них кто-то заботится.

У-у-у-у…

Они прижимали к себе кружки, чувствуя исходящее от них тепло, и плакали от счастья. Слёзы текли по их землистым, грязным щекам. Эта благодарность, эта боль, эта обида — всё это разрывало сердце Сугэ.

— Спасибо, спасибо вам за доброту и милосердие, — эти слова были адресованы не Владыке Смерти и Бури, а ему, Сугэ.

— Мы все — дети нашего Владыки, — улыбнулся он. — Помогать друг другу — наш долг. Пейте, пока горячее, согревайтесь.

Оставшееся время они ели в тишине, запивая еду тёплой водой.

Съев весь хлеб, они с сожалением вылизали крошки из пакета и остатки консервов со дна банки.

Сугэ с трудом отвёл взгляд и, чтобы сменить тему, спросил:

— Кстати, какими способностями вы обладаете как ведьмы?

Каждая ведьма пробуждала в себе уникальные способности. Они не требовали ни профессии, ни тренировок и проявлялись сами по себе, как врождённый дар.

— Владыка поведал вам, кто мы? — изумилась Хиллс.

Сугэ моргнул.

— Да, а что?

— Вы… вы нас не боитесь? — тихо спросила Бернис, прижимая к себе кружку.

Сугэ улыбнулся.

— А чего мне вас бояться? Вы не порождения дьявола и не злобные монстры. Вы просто две несчастные девушки.

Обе удивлённо уставились на него, не веря своим ушам.

— Не думайте об этом. Владыка узрел вашу истинную суть. Он сказал мне: «Они не богохульницы, а просто обычные люди, претерпевшие мутацию. При должном контроле они ничем не будут отличаться от остальных». — Сугэ не смог придумать ничего более трогательного и снова свалил всё на «Владыку Смерти и Бури».

В этот миг глаза девушек расширились, их лица озарились светом и надеждой.

Их наконец-то увидели и признали.

Им казалось, что этот свет разогнал мрак в их душах, развеял годами копившиеся унижение и страх. Мир словно очистился от туч, наполнился солнечным светом и свежим воздухом. Они словно попали в новый, прекрасный и светлый мир.

— Благодарим Владыку! Благодарим Владыку! — они не пали ниц, а лишь глубоко поклонились, выражая своё почтение и благоговение.

Горячая вода разогнала кровь, и на их посиневших лицах появился лёгкий румянец.

Они рассказали о своих способностях.

Силы Хиллс были внушительны: её тело стало невероятно сильным, а кожа могла покрываться твёрдой, как у дракона, чешуёй. Насколько твёрдой? Она могла выдержать пулю из армейского револьвера. В Церкви её прозвали «Драконом», или Драконьей ведьмой.

Способности Бернис пока были не так развиты, но обладали огромным потенциалом. Она могла управлять металлом, подобно Магнето. Правда, пока её силы были слабы: эффективная дальность контроля составляла десять метров, а силы хватало лишь на то, чтобы сломать стандартный армейский стальной меч, но это отнимало много энергии. В Церкви её прозвали «Сталью», или Стальной ведьмой.

Узнав об их могуществе, Сугэ удивился:

— Если вы так сильны, почему дошли до такого состояния? Вы могли бы примкнуть к любому культу и жить припеваючи.

— Во-первых, мы боимся потерять контроль и превратиться в монстров, поэтому стараемся не использовать свои силы без крайней нужды, — объяснила Хиллс.

— А во-вторых, — добавила Бернис, — у Церкви есть специальные прорицатели, которые могут отслеживать мистические всплески. Стоит нам применить силу, как они тут же нас вычислят.