Тайны Айды

— А вы сегодня прекрасно выглядите, отец Сотос, — увидев Сугэ, отец Антоний расплылся в радушной улыбке.

Он был искренне благодарен юному священнику за помощь в том деле несколько дней назад.

— И вы сегодня выглядите особенно статно, отец. Я вижу на вас сияние Богини, — слегка поклонился Сугэ.

— Ха-ха-ха! Ну что, Иван, я же говорил, что он — обходительный и вежливый джентльмен! — громко рассмеялся Антоний, поворачиваясь к своему спутнику.

Сугэ перевёл взгляд на второго священника. Тот был ниже ростом, с такой же копной непослушных волос, как у Джека, но с гладко выбритым подбородком. На вид ему было лет тридцать с небольшим, а большие очки в роговой оправе придавали ему очень интеллигентный вид. В отличие от Антония, на его рясе не было ни наплечников, ни золотой вышивки.

Иван, казалось, был человеком замкнутым. Он лишь коротко кивнул Сугэ и первым делом почтительно поклонился отцу Хэнку. Антоний тут же последовал его примеру.

— Что привело вас сюда сегодня? — кивнул в ответ Хэнк.

Иван протянул ему сложенный лист бумаги.

— Мы пришли навестить 3-12.

Хэнк взял записку, пробежал её глазами и тихо спросил:

— Чьё это распоряжение?

— Я сам попросил разрешения у епископа, — пояснил Иван. — Хочу попытаться поговорить с ним, узнать что-нибудь о «Запале».

Хэнк на мгновение замолчал.

— Что ж, приготовьтесь морально. Идите.

Больше они ничего не сказали. Попрощавшись, группы разошлись в разные стороны.

Несколько секунд они шли в молчании. Каменная дорожка привела их к небольшому парку с круглой клумбой в центре. Отсюда расходились четыре пути: три вели к таким же каменным аркам, а четвёртый — к трём разным зданиям: серой часовне, небольшой площади и, наконец, к величественному главному собору.

Сугэ опёрся о скамейку. Прогулка уже успела его утомить.

— Вам, наверное, очень интересно, о чём мы только что говорили? — спросил Хэнк.

— Было бы глупо это отрицать, — смущённо улыбнулся Сугэ. — Но я знаю меру. Что мне положено будет знать, я узнаю. А о чём не положено — и спрашивать не стану.

— Мудрый подход, — с одобрением кивнул Хэнк, засовывая руки в карманы. — Когда станете официальным священнослужителем, всё узнаете. А пока не забивайте себе голову.

После упоминания «3-12» разговор сразу стал напряжённым. Дальше они шли, обмениваясь лишь ничего не значащими фразами о бытовых мелочах.

— А-а! Так это у вас живёт та сестра, Айда Ньютон? — вдруг вспомнил Хэнк, услышав о соседке Сугэ.

— Вы знаете Айду? — удивился тот.

— Да, она проходит обучение в монастыре Западного округа. Я бывал там и видел её несколько раз.

При этих словах лицо Хэнка просветлело.

— Её невозможно забыть. Когда я впервые увидел Айду Ньютон, мне показалось, что передо мной посланница самой Богини — настолько она была добра, чиста и непорочна. Она — истинное воплощение добра. Из тех, кто находит счастье, помогая другим, и живёт этим, не зная усталости. Её отношение к людям, её аура, её улыбка… Назвать её святой — не будет преувеличением.

— Значит ли это, что Айду могут принять в штат раньше срока? — с любопытством спросил Сугэ, потирая руки.

Официальные сёстры, как и священники, получали неплохое жалованье.

— По всем показателям она давно уже превзошла все ожидания, — с сомнением в голосе ответил Хэнк. — Но есть одна странность, которая мешает ей стать полноправной сестрой.

— Какая странность? — полюбопытствовал Сугэ.

Что странного могло быть в такой идеальной девушке, как Айда?

Хэнк потёр подбородок.

— В монастыре она оказалась замешана в деле о двух смертях. Прямой связи нет, но это бросило тень на её досье.

— Что-о?! — Сугэ изумлённо уставился на него.

Айда и смерти?! Это было невозможно!

— Не только вы, я и сам сначала не поверил, — вздохнул Хэнк.

— А что случилось? Мне можно знать? — Сугэ был всерьёз обеспокоен.

— Да это не такой уж и секрет. Ничего страшного, если я вам расскажу, — сказал Хэнк, видя его взволнованное лицо. — Это случилось на второй год её пребывания в монастыре. Сами понимаете, монастырь — место разношёрстное. Большинство идут туда не для служения Богине, а ради тёплого места и хорошего жалованья. На их фоне Айда, истинно верующая и добрая душа, слишком выделялась.

— В тот год в монастырь поступили две новые послушницы. Пользуясь родством с настоятельницей, они постоянно издевались над Айдой, — продолжил Хэнк.

Сугэ вспомнил, что около года назад Айда и впрямь выглядела очень уставшей, а на её теле он иногда замечал синяки.

— Мерзавки! — в груди Сугэ закипел гнев.

Поднять руку на такого светлого человека!

— Но Айда, — продолжал Хэнк, — на их издевательства отвечала добром. Терпя побои и ругань, она молча выполняла за них всю самую тяжёлую работу.

Хруст!

Сугэ сжал кулаки так, что хрустнули костяшки. Он был вне себя от ярости и в то же время злился на Айду за её чрезмерную, слепую доброту.

— А через полмесяца случилось нечто странное, — внезапно сказал Хэнк.

— Что случилось? — любопытство Сугэ было подогрето до предела.

— В тот день Айда, видимо, совсем выбилась из сил. Она сидела в часовне и молилась. Те две послушницы подошли и потребовали, чтобы она сделала за них какую-то работу, но Айда отказала.

— И что потом?

— А через час этих двух послушниц нашли мёртвыми на заднем дворе монастыря. Они покончили с собой.

!!!

Сугэ замер, не в силах поверить своим ушам.

— Никто не знает, почему они это сделали, — вздохнул Хэнк. — До этого всё было как обычно. И вообще, такие жадные и трусливые особы никогда бы не наложили на себя руки по доброй воле.

Сугэ не мог с ним не согласиться. Подобный мусор цепляется за жизнь до последнего.

— Позже одна из сестёр, случайно проходившая мимо заднего двора, дала показания. Она смутно слышала, как те двое рыдали и причитали, что Богиня отвергла их, что они лишились её милости. В это время Айда была в часовне и молилась, у неё было полное алиби. Но вся эта история выглядела очень странно. Из Трибунала даже присылали следователей. Они проверили Айду, но не нашли в ней и следа мистических сил. Её Видение было равно нулю. Она — обычный человек.

— И хотя прямых улик не было, этот инцидент лёг тенью на её репутацию. Поэтому её повышение до сих пор откладывается. Епископ решил понаблюдать за ней ещё некоторое время.

«Наверное, до них дошло, что издеваться над таким добрым человеком — грех. Вот совесть и замучила. Поделом им!» — подумал Сугэ.

В тот момент он не стал углубляться в детали. Он просто почувствовал злорадное удовлетворение.