Церковь Вечернего Колокола
Ужас Барта

Ужас Барта

Церковь Вечернего Колокола Том 1.0 Глава 72.0

Ледяной ветер взвихрил клубы чёрного тумана, что теперь походили на бесчисленных мечущихся призраков — зловещих и потусторонних.

Гипнотизёр отчётливо ощущал, как ускользает власть над его собственным Пространством кошмаров.

Бум!

Спустя мгновение его тело сотрясла неукротимая дрожь. Он рухнул на колени, а затем пал ниц, вжимая лицо в землю, будто страшась даже краем глаза увидеть то, на что смотреть не дозволено.

«Это… это… Он — истинное божество!» — всё его существо трепетало, разум содрогался в первобытном ужасе. Дух, воля, интуиция, само тело, даже рассудок и память — всё вибрировало на грани полного коллапса.

Щёлк!

Со знакомым звуком его показатель Видения скакнул с 31 до 70 единиц.

В тот же миг его сознание затопили неописуемый страх, тревога, безумие, паника и слепая ярость. Словно самого трусливого человека на свете заставили смотреть самый жуткий фильм ужасов — это чудовищное насилие над разумом мгновенно сломало Гипнотизёра.

— А-а-а-а-а-а-а!

Дикий, звериный вопль разорвал тишину Пространства кошмаров.

Сугэ неподвижно стоял с копьём в руке, свысока взирая на поверженного врага. Своим божественным оком он ясно видел: дух Гипнотизёра сломлен, воля уничтожена, а душа испещрена трещинами.

Он был обречён.

Воины на волках безмолвно спустились с небес и застыли за спиной Сугэ, образовав почётный караул.

— А-а-а-а!

Крики не утихали. Окончательно обезумев, Гипнотизёр вдруг вскочил на ноги. Он так и не осмелился взглянуть на Сугэ — вместо этого он резко развернулся, вскинул руки к лицу и вырвал себе глаза. Вслед за этим он с чудовищной жестокостью разорвал себе уши. Окровавленные ладони скребли по телу, словно он пытался содрать с себя кожу.

— Инстинктивно пытаешься избавиться от ужаса, отрезав себя от зрения, слуха и осязания? Мысль неплоха, но вид твой оскорбляет мой взор.

С этими словами Сугэ поднял копьё и небрежно указал им вперёд.

Поток пронизывающего холода окутал Гипнотизёра, и в одно мгновение обезумевший культист обратился в прозрачную ледяную статую.

— Мой господин, подобные мелочи следовало доверить нам, вашим слугам, — произнёс Чак, спрыгивая с призрачного волка и почтительно склоняясь перед Сугэ.

— Иногда полезно размяться, — равнодушно отозвался Сугэ. — Уходим. Это грязное место не стоит нашего внимания.

Сказав это, он взмыл в воздух и вернулся на борт своего корабля…

...

В реальном мире.

Барт погасил зелёное пламя на кончиках пальцев. Перед ним лежала лишь голова Нельсона. Тело же бесследно исчезло.

— Кучка безумцев, — вздохнул он и повернулся к Сугэ, который неподвижно сидел на полу. Рядом с ним, напрягшись всем телом, настороженно застыл хаски.

«Как раз и посмотрю, как ты, ученик, выберешься из лап Специалиста-гипнотизёра», — решил Барт, не собираясь вмешиваться.

Он давно строил догадки о настоящей сущности Сугэ. Если тот говорил правду, то гипноз такого уровня не должен был стать для него проблемой. Слова Сугэ звучали весьма убедительно, но это были лишь догадки самого Барта, требующие проверки. Если его обманули, это будет серьёзный просчёт.

Поэтому Барт выжидал, намереваясь прощупать истинные возможности Сугэ.

И пока он терпеливо ждал…

Бум!

Внезапный глухой удар. Что-то упало с потолочной балки и рухнуло на пол.

«Я помню, что на балке сидел только тот Гипнотизёр, верно?» — Барт заметил его ещё когда вошёл, хотя и не смог распознать иллюзию.

«Неужели духовная энергия иссякла?» — сгорая от любопытства, он шагнул вперёд.

Но не успел он сделать и двух шагов, как его пронзил леденящий холод. Жуткий, запредельный мороз, от которого, казалось, замерзает сам воздух — температура здесь, должно быть, упала ниже сотни градусов.

— Боги! Да что здесь творится?! — не решаясь подойти ближе, Барт с расстояния в три метра разглядел упавшее тело.

Гипнотизёр превратился в мертвенно-бледную ледяную статую, его тело промёрзло насквозь. Сквозь нетолстый слой льда Барт видел искажённое до неузнаваемости лицо, пустые, окровавленные глазницы и раны на месте ушей.

— Владыка, за что! Чтобы создать такой холод, нужна как минимум ведьма льда уровня Мастера! Нет, даже Мастера будет недостаточно, нужно что-то выше!

— Нет! Не то! — вдруг осознал Барт.

— Этот холод не был применён извне. Он просочился из духа и души, заморозив тело изнутри!

Холод, идущий из души…

Барт резко обернулся и посмотрел на недвижного Сугэ.

— То есть, это всё — дело рук Сугэ? Нет! Невозможно! Создать такую мощь, что пересекает измерения, переходя из мнимого в реальное через духовную связь… на это неспособен не то что Ученик — даже Мастер! Чтобы достичь такого, нужна сила, превосходящая Мудреца!

— Неужели… — сердце Барта бешено заколотилось. Эта догадка, зародившись в глубине сознания, ледяной волной прошла по всему телу, вызвав неудержимую дрожь.

Крак…

Пока он размышлял, замёрзший насмерть труп не начал таять. Вместо этого он треснул посередине.

Цельная ледяная статуя идеально раскололась на две половины. На срезе было видно, что плоть Гипнотизёра полностью кристаллизовалась, став частью льда.

При виде этого Барта затрясло ещё сильнее. Такая сила была недостижима даже для Мудреца.

Но на этом всё не закончилось.

Две половины раскололись на четыре, затем на восемь, шестнадцать, тридцать два… С тихим треском ледяная фигура начала распадаться с геометрической прогрессией, причём каждый скол был идеально ровным.

На глазах Барта всего за полминуты целое тело превратилось в россыпь частиц размером с горошину.

Но и это был не конец…

— Эта сила… эта сила… — Барт не смел больше смотреть. Инстинктивно отступив на два шага, он прижался спиной к стене. Его лицо стало белым как полотно, а в глазах застыл ужас.

Он не понимал. Совершенно не понимал. Эта мощь лежала далеко за пределами его понимания, за пределами самой его картины мира.

Частицы продолжали дробиться, пока не распались на невидимые глазу молекулы, которые с порывом ледяного ветра исчезли без следа.

Глоть!

Барт с трудом сглотнул и перевёл взгляд на Сугэ. В его глазах смешались благоговение и страх.

Именно в этот момент Сугэ очнулся. Он открыл глаза, посмотрел в ту сторону, где только что исчез труп, и равнодушно произнёс:

— Ничтожество должно знать своё место.

!!!

Барт оцепенел.