Электро-Землетрясение

«Покров Тьмы» с грохотом пробивал себе путь через нависающие стены ущелья. Капитан Михась уменьшил силовой щит до минимума, оставив колышущееся поле над внешней поверхностью корпуса. Чтобы смягчить такое вопиющее нарушение всех инструкций безопасности, капитан приказал направить всю доступную энергию в щит, усилив его в несколько раз.

Этого едва хватало. Плотный поток частиц срезал куски с перегораживавших дорогу булыжников размером с дворцы. Пыль взлетала в воздух, пока щит оставлял борозды в стенах ущелья, сформированных из спрессованных останков цивилизации Древнего Мира. Несколько раз коридоры крейсера заливались красным из-за сенсоров, обнаруживших взрывоопасные вещества, застывшие на века внутри горных пород.

В таких случаях они останавливались. Полосы силовых лучей вгрызались в пространство вокруг опасного предмета, включая его в зону безопасности, созданную генератором щита, и только тогда крейсер двигался дальше, проталкивая потенциальную опасность глубже в горы. При таком малом расстоянии между покрытием щита и корпусом крейсера взрыв даже простой бункерной бомбы рисковал содрать защитный экран, запустив ударную волну во внутренние коридоры.

Крейсера Орденов, дорогостоящие, многоцелевые, уникальные боевые единицы, разрабатывались с учётом выживания даже при падении в жерло активного вулкана. При обстреле их защитные экраны принимали на себя первоначальную ударную волну, стараясь погасить её. В случае провала генераторы автоматически отключали сегмент щита вместо бессмысленной борьбы, которая рисковала вызвать перегрузку систем. Свежая защита возникала на несколько сантиметров глубже, исходя из того, что мощь первоначального удара частично рассеивалась после первичного контакта. Часто таким образом крейсера обращали назад целые озера напалма, которые выливались на них противником.

Вот почему текущая ситуация была недопустимой. Вместо того чтобы полагаться на современнейшие системы, разработанные и опробованные блестящими учёными Земли Клятвы, мостик регулировал работу защитного экрана вручную, допуская возможность человеческой ошибки. Каждый оператор принял стимуляторы, чтобы повысить скорость собственного восприятия, а вторая смена отдыхала, готовая сменить любого из них при малейших признаках усталости.

Пока что это приносило свои плоды.

На прежде гористой местности стали появляться пучки зелени, упрямо прораставшие сквозь нагромождения камней. Хрупкие на вид деревца цепко держались за склоны гор, выдерживая даже обвалы, спровоцированные проходящей мимо махиной. Биолог крейсера получил разрешение на быстрый сбор нескольких образцов растительности, устойчивой к регулярным бурям и продолжительному отсутствию естественного света.

Любопытные глаза наблюдали за парящей пирамидой. Местные банды, поселенцы и просто незадачливые путешественники торопились убраться с дороги, шокированные такими встречами. «Покров Тьмы» не отвечал на призывы к переговорам, игнорируя выложенную дань. Лишь однажды лазерный луч хлестнул из турели, синим мечом перерезав путы животных и людей, подготовленных в качестве жертвоприношений для умилостивления пришельцев. Перепуганная толпа разбежалась, попрятавшись в трещинах.

Руда знала: они двигались слишком медленно. Крейсера были спроектированы для быстрых вылазок на просторных пустынях Возвратителей. Крестоносцы славились умением оказываться в тылу имперцев, сеять хаос на их базах снабжения, а затем грациозно отходить, сочетая отступление со свирепой бомбёжкой позиций вызванных подкреплений.

Несомненно, начальство тоже это понимало. Когда «Покров Тьмы» приблизился к развилке, на его передней части опустился металлический пандус, выпустив четыре багги, которые устремились на север.

Эль Сатанини уже ждал их на смотровой площадке, облачённый в полную броню. Площадка представляла собой выдвинутый металлический полукруг, смотревший на север и ничем не украшенный. В углублениях в полу находились терминалы для замеров атмосферы, оптического наблюдения и прочих исследований.

Сегодня от них не было пользы. Тяжёлые двери закрылись за вошедшими Неем и Рудой, и оба крестоносца заняли свои места рядом с роднёй из отряда командора. Из-за подаренного доспеха Руда впервые почувствовала себя белой вороной. Её мысли неизменно обращались к системе подачи боеприпасов в пушку на запястье. Будет ли она работать при трансформации? Не сломается ли рукоять булавы в её увеличенных пальцах?

Отбросив сомнения, она поклонилась командору и магистру, стоявшему к ней спиной. Оружейники уже перекрасили плавные пластины её брони в цвет ночи, добавив на грудь весёлую эмблему морского конька. С плеч стекал грубый плащ, плечи обтягивал табард, оба сшитые и выкрашенные спасёнными швеями в кратчайшие сроки.

Джейк стоял рядом с Сзарелом. Магистр положил руку на плечо сыну, хлопнув пальцами один раз, и командор высоко прыгнул, расправив мембранные крылья. Они забились, слившись в две непрерывные размытые дуги, удерживая Инсектона в воздухе. Грациозно развернувшись, несмотря на несколько тонн металла, Джейк стрелой полетел на запад.

Руда устремила взгляд за пределы площадки.

Некогда здесь находился город. С посадочных площадок в космос устремлялись корабли, по оживлённым магистралям подвозили грузы, освещённые светом голографических реклам, игравших на стёклах зданий; горожане прогуливались по чистым бульварам, дыша чистым кислородом, а над всем этим великолепием летали городские транспорты.

Потом случилось Истребление.

С севера их встречал угрюмый лес поваленных зданий. Некогда белоснежные стены небоскрёбов почернели от чудовищного инферно, случившегося в прошлом, и многие окна зияли выбитыми провалами. Расплавленные основания накренили здания, почти скрыв заваленные мусором разбитые дороги. Осколки заполняли неровные кратеры, выбитые орбитальными бомбардировками. Издали такие места выглядели полными зыбучих ловушек каких-то гигантских насекомых.

Древние фабрики стояли разорёнными, с сорванной внешней обшивкой. Неизвестные химикаты, выброшенные в результате катастрофы, спровоцировали неконтролируемый рост ползучего плюща. Толстые фиолетово-багряные канаты, ощетинившиеся шипами, заполонили проходы, свисая из взорванных секций стен и заливая помещения. Их токсичные выделения и остаточная радиация не подпускали большую часть живности к этому месту.

Тем не менее недавние следы ног и транспорта вели наружу из этой депрессивной свалки. Руда не знала точных особенностей Мешанины — так называли этот регион, — но видела достаточно, чтобы предположить причину. Падальщики всех мастей прорывались вглубь погибшего города, охотясь за ценными материалами и надеясь найти кусок экзотической техники, достаточно дорогой, чтобы обеспечить безбедную старость.

Несчастные затем либо пропивали весь заработок, либо их грабили ушлые бандиты, поджидавшие снаружи, и процесс начинался заново. Настоящие открытия совершались тренированными археологами в сопровождении эскорта.

Но сейчас у них не было возможности искать надёжного бродягу, чтобы купить актуальную карту, и Черногор вывел свою группу для исследования потенциальных препятствий на коварной местности.

Багги Ониксового ордена отличались от открытых машин, обычно используемых для разведки. Укреплённый металл полностью закрывал кабину, за исключением небольшого смотрового окна; наверху машин были установлены крупнокалиберные пулемёты, а переднее колесо являлось тяжёлым катком, спрессовывавшим мелкие препятствия. Спроектированные для боя, багги несли по шесть человек. Но только один крестоносец сидел в крайнем левом.

— Разведчики прошли трёхсотметровую отметку, — сказал Карде, приняв доклад от оператора. — Последнее сообщение было нормальным, связь оборвалась.

Значит нас глушат и здесь. Поджала губы Руда. По завершении миссии магистр немедленно выключил скрытый режим крейсера, намереваясь связаться со штабом. Никто не ответил; эфир был полон статики. Личное сообщение Руды, адресованное её семье, тоже не покинуло терминал, хотя она использовала спутниковую связь.

Всё равно Итернийцы знали о каждом передвижении важных единиц. Играть с ними в шпионов не было никакого смысла.

— Сейсмическая активность? — спросил Сзарел.

— Не зафиксирована, — отрапортовал Карде, бросив долгий взгляд на город.

Багги достигли края шипастых зарослей, с хрустом прокладывая путь по тому, что когда-то было главной магистралью. Покосившееся тридцатиэтажное офисное здание нависло над ними, чудо инженерной мысли прошлого, отказывавшееся рухнуть, несмотря на прошедшие столетия.

Движение на земле задело лиану, свисавшую из окна, и одинокий скелет в истлевшей одежде выпал наружу, разбившись о камни, напоминание о чудовищной цене катастрофы. Сколько таких, как Рустам, Сильви или сама Руда, погибли в отчаянии в те часы или медленно угасли от голода и болезней в последующие месяцы, неприспособленные к выживанию в поврежденном мире?

Невозможно было сказать. Конечно, этот скелет не принадлежал древним. На черепе была отметка от выстрела. Обычный результат дележки добычи. Даже столько лет спустя люди продолжали убивать друг друга ради глупейших мелочей…

Тени развалин вытянулись, дотянувшись до края приближающейся пирамиды. Руда напряглась, подняв взгляд к небу. Подчиняясь запросу, вода омочила её лицо. Чешуя окружила меняющиеся глаза, и с кристальной ясностью она увидела в синем небе семь точек, светившихся яркой белизной.

— Приближаются! — рявкнула она, кинувшись к пульту на ограждающем рельсе.

Командор Карде оказался быстрее. Он активировал дополнительное защитное поле нажатием кнопки, и секунду спустя неизвестные снаряды обрушили хаос на землю.

Семь переливающихся бело-синим светом куполов выросли среди руин. Дуги электричества перепрыгивали с небоскрёба на небоскрёб, раскаляя их каркасы до красноты, и реки расплавленного металла потекли на улицы, обжигая лишайник. Серия землетрясений, слившихся в единую чудовищную тряску, сотрясла местность, обрушивая лавины с окружающих гор и руша здания.

Ураганный ветер хлестнул во все стороны от разраставшихся эпицентров разрушений, наполняя всё запахом горящей резины и озона. Новые снаряды пронзили облака, приземляясь на Мешанину в случайном порядке. Их взрывы испаряли целые кварталы, но это оказалось лишь маленькой прелюдией к настоящему кошмару.

Языки электричества лизнули атмосферу снаружи корабля, и внезапно из-под земли вырвался настоящий ад. Весь горизонт закрыла синеватая волна, достигавшая крыш небоскрёбов. Шум, сравнимый со взрывом ядерной бомбы, заглушил любые команды и вопросы, произнесённые на площадке; если враги и продолжали обстрел, Руда уже не могла этого заметить.

Инфернальный электрический хаос бушевал снаружи крейсера. Всполохи энергии взлетали ввысь, подобно всплескам магмы, выдавливаемой давлением из трещин, и обрушивались вниз, освещая округу. Радиус разрушения расширялся, и вскоре сердце Руды замерло: движущийся в обратную сторону «Покров Тьмы» не успевал обогнать приближавшееся электрическое цунами. Оно угрожало накрыть их с головой, подвергнув барьеры испытанию.

Кулак Руды почти коснулся панели, втягивавшей обзорную площадку, когда до неё долетело одно слово.

— Отставить.

Магистр Сзарел, с непокрытой головой, сказал это без связи. Его сила провела воронкообразные каналы к каждому присутствующему, беспрепятственно донеся звук его голоса до их ушей.

Он выступил вперёд, чёрное пятно на фоне приближавшегося вала света. Сзарел поднял руку, и волна разрушения остановилась, не в силах пробиться сквозь созданное поле телекинеза. Мимо крейсера пронеслись синие волны, захлестнув горы и отхлынув назад, но ни одна искра не коснулась силовых экранов. С благоговением Руда наблюдала за этим небрежным использованием силы. Лицо Сзарела не дрогнуло, глаза не расширились. Он просто отказался подпустить уничтожение к своим подчинённым.

Вскоре кошмар стих, рассеиваясь. Клубящийся дым поднимался из глубин Мешанины, раскалённые дома постепенно остывали, оседая пухлыми, расплывшимися кляксами металла. Круг выжженной черноты окружал отступавший корабль, а земля продолжала дрожать, предупреждая о следующем неминуемом выбросе.

Стук посоха вернул Руду к действительности.

— Командор Черногор был прав. Нам придётся идти долгим путём, — бросил Сзарел, направляясь к дверям. Карде и Эль Сатанини уже вошли внутрь, спеша к своим постам. — Сообщите его отряду, что их командир присоединится к нам позже.

— Позже?! — воскликнула Руда, немедленно вытянувшись по стойке смирно. Со стороны руин не было слышно звуков двигателей. — Сэр, разведывательный отряд… Их больше нет. Ничто не могло там выжить.

— Верь в своего брата, рыцарь, — повернулся Сзарел. Его подбородок кивнул в сторону Мешанины.

Многие лианы ползучих растений оказались покрыты грязно-серым застывшим металлом. Остальные дымились, укрытые шлаком. Руда хотела уточнить вопрос, как вдруг у неё в голове что-то щёлкнуло. Растительность уцелела. Песок не превратился в стекло. Ярость скрытого механизма Мешанины несла гибель случайным путникам.

Но её можно было пережить.

— Черногор многое узнал во время бесед с местными алкоголиками, в том числе об одном происшествии с небольшой бандой, которую электро-вихрь застал в неудачном месте, — сказал Сзарел, угадав её мысли.

Фаррин. Она была выбрана не случайно.

— Тогда…

— Мы не знали точно. Каждый пехотинец вызвался добровольно. Черногор отобрал самых старших по возрасту, исключив Бутылина, несмотря на его возражения. — Магистр стоял, глядя через плечо Руды. Она услышала из его горжета тихий голос оператора, сообщивший, что следы людей засечь не удаётся. — Жертвы неизбежны, но этот относительно своевременный обстрел подтвердил вторую теорию.

Сзарел сжал кулак вокруг меча-посоха.

— Если здешняя шваль принимает нас за добычу, мы разубедим их беспощадным возмездием, — пообещал он.