Отголосок Божественного

— Ты должен будешь устранить “изменённого”.

Слова одного из командующих Киоку Футо звучали в голове Акиры, когда тот, уже стоя на пороге искажённого пространства, активировал Юми но Ято.

Дугообразный разлом, сияющий голубым вихрем света и времени, с хрустальным звоном разверзся перед ним. Харуки Акира шагнул внутрь.

Мир растянулся, мигнул — и он оказался на висящей над бездной обсерватории, окружённой затопленным лунным светом. Всё вокруг — белые, поблекшие камни, парящие руины, нити магии, висящие в воздухе, как остатки разбросанных слов.

Акира стоял в тени древнего купола, глядя в центр.

Там, спиной к нему, стоял человек в плаще, расшитом символами убывающей луны и алыми звёздами, с капюшоном, спадающим до середины плеч. Светло-пепельные волосы, поблёскивающие в холодном лунном сиянии, покоились на его спине. Его тело частично покрывала лунообразная чешуя из маны, а глаза — полностью белые, без зрачков, словно покрыты инеем.

— Есть что сказать? — спросил Акира спокойно.

Человек обернулся.

— Руйто Яхирэ. Внутренний Круг Геккоку.

Небольшая пауза. После, Руйто добавил:

— Рад встрече, сосуд.

Акира сжал кулак. Без лишних слов. Всё было ясно.

Он атаковал первым. Простое, прямое движение — но за доли секунды преодолел гиперзвуковой барьер, многократно обогнав. Воздух за спиной загремел от мощнейшего разрыва. Его кулак встретил воздух там, где был Руйто — он сместился, но Генкай-ку поглотил встречную ману, направленную на Акиру, и Руйто не сумел попасть.

Началось.

С каждым мгновением пространство вокруг искривлялось. Их движения были столь быстры, что создавали вихревые тени, сдвигающие облака. Но Акира двигался легче, точнее. Его удары прошивали воздух, создавая трещины в самих парящих плитах под ногами.

Генкай-ку охранял его. Ни один залп чистой маны, выпущенной Руйто, не достиг цели.

Акира, напротив, бил — коротко, точно, с пугающей мощью. Каждый его удар вызывал обвалы магических щитов Руйто, и даже чешуя из маны начала трескаться.

Но сражение не окончено. Не здесь. Не сейчас.

Тем временем…

Среди величественных елей, в глубокой северной роще, скрытой печатями, стоит одинокая гробница. Камень грубо обработан, надпись вырезана вручную, каждая буква будто жива:

Курокава Рейдзи — Герой Королевства Сора.

Перед надгробием — фигура.

Чёрная маска. Пурпурный полумесяц. Выгравированные молнии. Дзирэ.

Он не двигался. Не дышал. Не издавал ни звука.

Просто стоял.

И смотрел.

Словно не мог решить, кто покоится в гробнице — Курокава Рейдзи, или он сам.

В другом конце мира…

Над темными водами разверзся магический купол.

Затонувший архив Империи Сэйкё.

Внутри — зеркальные коридоры. Иллюзии двигаются в отражении, а магия работает только через призмы зеркал.

Сэйгацу Хирара, тактический аналитик в монашеской мантии, коснулся зеркального свитка.

— Кирин-сан, как думаешь, всё это не зря?

Кирин Соэцу, невысокий парень в синем капюшоне, с трудом пробираясь по скользкому стеклянному полу, вздохнул:

— Ребята… а мы точно не перебарщиваем? Может… мы и без этого реликта сможем… ну… выжить?

Тайдзо Аманомэ, широкоплечая жрица в красно-обсидиановой броне, посмотрела на него молча. Её взгляд ясно дал понять:

Нет. Мы не сможем.

Сэйгацу махнул веером:

— Ты что, совсем придурок?

И они пошли дальше.

Свет в зеркалах начинал искажаться.

Где-то далеко, под светом луны, два потомка древних сил продолжали битву.

И ни один из них не отступал.

Лунный свет разливался по парящим каменным глыбам обсерватории, разбросанным по ночному небу Айэнграда, словно звёзды, потерявшие дорогу.

В центре — два бойца.

Один — Акира Харуки, сосуд Му Тенкай, подросток с сердцем, скованным болью и верой.

Второй — Руйто Яхирэ, мутант из Внутреннего Круга Геккоку, носитель генов чего-то невероятного.

Они сошлись в метеоритном вихре.

Их кулаки ломали горы. Их рывки раскалывали небо.

600 Махов — и ни один удар не достигал цели. Генкай-ку окутывал Акиру невидимым барьером, поглощая всё.

Но Руйто, с искажённой улыбкой, продолжал наступать.

Он использовал не силу, а отрицание — Создавал вокруг Акиры зону ментальной инверсии, где Акира начал ощущать сомнения.

— Ты не существуешь.

Голос Руйто звучал в голове. Он не атаковал — он подменял восприятие.

Но в этот миг…

Глаза Акиры вспыхнули серебром.

— Райсен-Кацу.

Молнии окутали его руки, пронзая воздух криками богов-громов. Каждое движение тела сопровождалось потрескивающим визгом разряда.

Он почувствовал страх Руйто — и ударил.

Молния рванула вперёд — живая, осознанная.

Она вошла в грудь Руйто со звуком, разорвавшим пространство, и…

ВЗРЫВ.

Грибовидный столб света охватил площадь в восемь тысяч квадратных километров.

Небо Айэнграда окрасилось багрово-белым огнём.

Ледники треснули, скалы растворились в лучах.

Акира тяжело дышал. Его руки дрожали. Его щит колебался.

Руйто стоял.

На колене.

В груди зияла чёрная, дымящаяся дыра. Сквозная. Но…

Он улыбнулся.

— А ведь ты почти прикончил меня, скотина...

Перед Акирой стояло нечто немертвое, неживое, непонятное.

И дыра — затянулась. Плоть сомкнулась, как будто её никогда не было. Осталась лишь разорванная ткань на груди.

Руйто встал. Медленно. Глаза вспыхнули.

— Акира Харуки. Ты знаешь, кто такой Кон Тенкай?

— Ты о том, что он перешёл в высшее измерение?

— Почти. А ты знаешь, где осталось его тело?

Акира застыл.

Луна.

Геккоку. Гены Тенкай.

Он понял.

— То есть...

— Да. В моем теле находится ДНК Кона Тенкай.

Он сделал шаг. Ещё один. Лунный свет дрожал вокруг него.

— В таком количестве, что меня уже можно считать его телом. А ты знаешь, что мне это даёт?

— …

— Риторический вопрос.

Он поднял руку, и ману собрал в пальцах.

— Мне доступны Божественные Техники.

— Божественные?

— О, ты не знаешь? Тэншукоку-но-Микотокуми. Всё, что ты знаешь — заклинания, стихии, даже Инь и Янь — всё это мусор. Искажённая тень. Лишь жалкое отражение и пародия.

— …Что ты несёшь, сволочь?

— Сволочь?.. Я бы не стал так говорить. В твоём то положении.

Акира метнулся вперёд — его нога с силой метеора летела в голову Руйто. Но…

Его собственная нога отбросила его назад.

Он отлетел, с треском врезавшись в платформу, проломив камень на глубину нескольких метров.

Руйто стоял с улыбкой.

— Хагэн но Кагами. Эта прелесть отражает не атаку, а намерение атаковать. С ровно такой же силой, как и было задумано неприятелем.

Он подошёл.

— Что ж… Харуки Акира. Удачи тебе.

Рука Руйто загорелась багровой сферой. Чистая, нестабильная мана, пульсирующая, как сердце.

— У этой техники нет имени. Но раз уж момент особенный…

Он прищурился, размышляя:

— Как тебе, ммм… “Грудобой Акиры”? Или… “Сосудоудалитель”? А может... “Утилизатор детства”? Или “Адский Пендаль от Папаши”? — хмыкнул он.

Сфера засияла сильнее.