Кто был записан, но исчез

В глубинах Ассамблеи, стены сами начинали шептать. Библиотека, некогда хранилище всего, что было, теперь стала местом, где “всё” менялось.

Минай Кадзусэ, один из древнейших Рэйканов, шагал по коридорам Центрального Зала, его шаги отдавались тяжестью. Он был одним из немногих, кто пережил пограничный конфликт с Сэйкё, исчезнув тогда на долгие годы. Вернулся — другим. Его волосы побелели не от времени, а от частичного контакта с Истреблением Реальности.

— Мы больше не имеем права молчать, — глухо произнёс он перед собранием старших.

Свитки вокруг сами разворачивались, словно в страхе перед правдой. Имена стирались. Истории — менялись.

Один из выживших Меикаку заговорил:

— Я пытался перечитать историю битвы при Геккай-Мура… но вместо имен — пустота. Кто-то… или что-то… стирает.

— “記されざる者”, — медленно выговорил Минай. — Существо, которое нельзя запомнить. Оно вне логики памяти.

Минай получает поручение: собрать группу Киоку Футо — хранителей якорей памяти, тех, кто сможет сопротивляться переписыванию мира. Потому что “вторая реальность” — уже рядом.

На другой стороне материка.

Акихиро и Мива медленно пробирались сквозь мёртвую равнину. Перед ними — храм. Древний, словно вырезанный из монолитной кости.

Десятки уровней, кровель из окисленного меди, золотые купола, потемневшие от времени. У подножия — ступы, колонны, тонкие колокольчики, звенящие от лёгкого ветра. Внутри — лицо за лицом, высеченные в камне. Ни одного знакомого.

— Почему они такие… родные? — прошептала Мива, касаясь одного из ликов.

Акихиро молча указал на огромную запечатанную дверь. На ней:

記憶より重きは血に非ず

Память тяжелее крови.

Но в следующую секунду — удар воздуха. Перед ними материализовался силуэт.

Маска — чёрная, с выгравированным пурпурным полумесяцем. Молнии пробегали по её краям.

Капюшон. Плащ. Хакама. Варэдзи. Слишком знакомо.

— Это же ты… та сволочь… Дзирэ! — воскликнул Акихиро. — Копирка Рейдзи Курокавы!

Он рванул вперёд. Мива — следом.

Бой вспыхнул, как пламя на масле. Дзирэ двигался с нечеловеческой скоростью, но заметно: он изучал.

— Вы стали быстрее, чем в нашу прошлую встречу, шкетики… — пробормотал он с хриплой усмешкой.

Акихиро отбил несколько ударов и резко отскочил, создавая дистанцию. Дзирэ ударил снова — но растворился в воздухе, распавшись на рой сверкающих субатомных частиц. Через мгновение — уже позади них, с материализованным из маны копьём наперевес.

— Сейчас! — выкрикнула Мива.

Акихиро взревел:

— Райдзё: Хонрю!

Огромный сгусток молнии, в форме драконьей пасти, ринулся вперёд. Дзирэ даже не попытался увернуться. Взрыв окутал всё.

Когда дым рассеялся — кусочек маски лежал на камне. Под ним — глаз.

Тёмный. Холодный. И… платиново-серебряные пряди волос.

Акихиро замер. Его голос дрожал:

— Нет… Это же… Это же ты… Рейдзи?

Дзирэ исчез. Прямо перед тем, как Акихиро бросился вперёд.

Флэшбек: Рейдзи Курокава.

Он стоял на склоне. Один. За его спиной — Харуки-Мура.

Но он не убил никого. Легенда была ложью. Старейшины сами фальсифицировали его “предательство”, чтобы списать тень своих ошибок.

Он блуждал. Тренировался. Бессонные ночи. Раны, залеченные лишь холодом воды из горных родников.

В одной из забытых пещер он нашёл Мэйшоу-но-Мэй — фрагмент Мугенмэн, Маски Бездны. Артефакт говорил с ним. Предлагал силу, но в обмен… стирал эмоции.

Сначала — чувства. Потом — страх. Потом… воспоминания о себе самом.

Харуки Акира сидел в тишине резиденции Ассамблеи, когда к нему подошёл один из заклинателей Киоку Футо. Его маска была снята, но лицо всё равно будто затушёвано временем. Глаза — глубокие, усталые, но ясные.

— Акира-сан, вас просят явиться на Конференцию Пласта и Памяти. Это срочно.

Акира, не говоря ни слова, лишь кивнул.

Центральный зал Ассамблеи.

Великий круглый зал был выстроен из чёрного обсидиана, его стены отражали проекции прошлого. В воздухе парили светящиеся символы, магические письмена, некоторые из которых дрожали — будто вот-вот исчезнут.

В зале сидели Минай Кадзусэ и несколько выживших Меикаку. Атмосфера была напряжённой, будто воздух сгустился.

— Мы впервые официально признаём возможность Вторичного Пласта, — заговорил Минай. — Реальность... искажена. Не во времени. В прошлом.

В этот момент один из лидеров — седой заклинатель в багряном кимоно — начал искажаться. Его образ замигал, рассыпался в частицы света, исчез, как будто его никогда и не было.

Все свитки, что были рядом, затрепетали. Слова на них начали таять. Имя исчезло. Лица — забылись.

Паника.

— Это... оно. «記されざる者»... — прошептал кто-то.

— Сущность, которую невозможно помнить. Легенда... нет, не легенда — реальность, — заговорил другой. — Нам нужна инициатива. Киоку Футо. Хранители Якорей Памяти.

Минай стукнул посохом в землю.

— Я собираю первый отряд. Акира Харуки — ты наша сильнейшая боевая единица. Ты отправишься в Айэнград.

Континент Айэнград.

При помощи Юми но Ято, Акира переместился в искажённое пространство. Пространственно-временной разлом в форме сияющей дуги за спиной медленно исчезал.

Впереди — серый, ледяной горизонт. Чёрные горы, испещрённые трещинами, на которых зияли странные механизмы древней техномагии. Воздух пульсировал от колебаний аномалий. Земля под ногами — будто металл, сплавленный с магмой.

Среди развалин двигалось существо. Оно было больше человека, но не гигант. Его кожа — металл, глаза — потухшие капли лавы, а грудь — дышала, словно печь.

— Кто ты? — спросил Акира.

Ответом стал выброс — огненный снаряд, сгусток магмы, который Акира тут же поглотил Генкай-ку. Словно и не было его.

В мгновение, со скоростью, нарушающей всё, что мы понимаем под движением, Акира влетел в ближний бой. Один удар — пятка в висок. Металл хрустнул, прах рассыпался.

Акира посмотрел вперёд. Его мана тихо дышала.

Храм в долине Куэн-Тэн.

Он нашёл его у подножия разрушенного склона. Здание, построенное по стилю ранне-буддистских храмов: массивная крыша, символические ворота, фрески со спиральными знаками. В центре зала — огромный монолит с надписью, высеченной алой маной:

「焔の限界に囁かれしもの — Куразен」

Он читал:

«Они не были рождены. Они выжгли себя из несовершенства самой смерти. Когда клан Тенкай провёл Великий Перелом, Завеса Шогэн отделилась, породив Предел Сумеречного Пламени. И в нём... возникли они. Куразен. Из снов павших, из криков, забытых даже богами.»

Акира застыл. Он чувствовал — информация проникает прямо в сознание, минуя разум.

И тогда...

Он появился.

Шаг из теней. Тело — словно оплавленная плоть, металлизированные жилы, чёрные глаза, церемониальное бардовое кимоно с затухающими символами. Его голос звучал с эхом, будто говорил сразу с нескольких сторон.

— Приветствую тебя, Тенкай Акира.

Акира отшатнулся.

— Тен...кай…?!