Лэнгдон

Королевский приказ и скрытые цели

В кабинете отца, среди привычного запаха старой кожи и дорогих сигар, висело напряжение. Король Эдуард оторвался от бумаг.

— Завтра ты отправишься на выставку "Зеленое будущее Британии".

Это был приказ, не допускающий возражений.

— Ты в последнее время проявляешь интерес к промышленности и большим проектам, — продолжил он, не меняя тона. — Это мероприятие – хорошая возможность присмотреться к людям, которые этим занимаются. Послушай, что говорят, как себя ведут. Ни во что не вмешивайся, просто наблюдай.

— Как прикажете, отец, — ответила я ровно, хотя внутри уже закрутились мысли. «Просто наблюдай». Конечно. Отец никогда не дает заданий без второго дна. Интересно, кого или что именно я должна там «увидеть»? Или это очередная проверка моей лояльности и умения держать язык за зубами? Что ж, тем интереснее.

Выставочный центр поражал воображение: стекло, полированный металл, огромные мультимедийные экраны, демонстрирующие достижения британской "зеленой" индустрии. Лозунги вроде «Британия — лидер чистых технологий!» и «Инновации, которые изменят мир!» украшали каждый второй стенд.

Леди Марч, моя неизменная спутница, шла рядом, сохраняя безупречную осанку.

— Впечатляющее зрелище, Ваше Высочество, — заметила она, когда мы остановились у стенда с последней моделью ветрогенератора, больше похожего на произведение современного искусства. – Кажется, здесь собрались все, кто хочет приобщиться к модному экологическому тренду.

— Или к сопутствующим ему государственным контрактам, Кэтрин, — не удержалась я от тихой реплики, тут же прикрыв ее вежливой улыбкой.

Марч бросила на меня быстрый, оценивающий взгляд. Она все замечает. Каждый мой шаг, каждое слово. И я чувствую, что ее прежнее отношение ко мне, как к капризной, хоть и амбициозной девочке, постепенно меняется. Теперь в ее взгляде больше… настороженного интереса. Она видит, что я стала другой, и пытается понять, насколько это «другое» может быть предсказуемым. Или опасным.

Центральное место в павильоне занимала экспозиция "Imperial Electric" – компании, чьи электромобили практически монополизировали не только британский, но и значительную часть мирового рынка. Изящные, бесшумные машины сверкали под светом софитов.

— Ваше Высочество, какая честь!

Сам Руперт Лэнгдон, генеральный директор "Imperial Electric", собственной персоной спешил нам навстречу. Мужчина средних лет, идеально одетый, с уверенной улыбкой хозяина положения. Ну конечно, не простой менеджер. Сразу видно – игрок высшей лиги. И то, что он лично встречает тринадцатилетнюю принцессу, говорит о многом. Либо мой недавний интерес к «мужским игрушкам» вроде авианосцев и истребителей уже дошел до нужных ушей, либо… либо они все здесь немного нервничают перед кем-то из королевской семьи.

Тест-драйв и женский взгляд на автомобили

— Господин Лэнгдон, ваши автомобили – настоящее произведение искусства, — произнесла я, изображая светский восторг. — Должно быть, управлять таким – одно удовольствие?

Лэнгдон просиял.

— Ваше Высочество, я был бы счастлив предоставить вам возможность лично в этом убедиться! Наша последняя модель оснащена уникальной системой искусственного интеллекта "Guardian Angel" – она обеспечивает полную безопасность и помогает водителю в любой ситуации. На нашем демонстрационном треке вы могли бы…

— О, что вы, господин Лэнгдон! — вмешалась леди Марч с легкой тревогой в голосе. — Ее Высочеству не подобает…

— Ну почему же, Кэтрин? — я повернулась к ней с самой невинной улыбкой. — Ведь это же совершенно безопасно! И потом, как же я смогу составить мнение о технологиях будущего, если не опробую их сама? К тому же, господин Лэнгдон так любезен.

Лэнгдон тут же рассыпался в заверениях о полной безопасности. Марч, видя мою решимость, лишь тяжело вздохнула и отошла в сторону, всем своим видом показывая, что снимает с себя ответственность за эту очередную "выходку" принцессы.

За рулем флагманского электрокара "Imperial Electric" я почувствовала себя… странно. Огромный сенсорный экран (никаких голограмм, конечно, но очень продвинутый, с тактильной отдачей), идеальная тишина, плавность хода. Искусственный интеллект действительно контролировал многое, мягко корректируя мои движения. Забавно. В прошлой жизни Молчанов и не мечтал о таком. Да и вообще, какие там машины… Кажется, он передвигался на чем-то большом, черном и очень правительственном. Детали стерлись. Но это… это действительно впечатляет. Хотя и немного скучно, когда машина думает за тебя.

Вернувшись, я с нарочитым восторгом поблагодарила Лэнгдона.

— Кэтрин, вы не представляете, какое это чувство! — обратилась я к Марч, которая встречала меня с каменным лицом. — Вам бы тоже стоило попробовать.

— Ваше Высочество, — ее голос был сух, — принцесс королевской крови обычно возят специально обученные шоферы под неусыпной охраной. И я не припомню, чтобы в мои обязанности входило тестирование экспериментальных транспортных средств.

— Ах, не будьте такой строгой, Кэтрин! — я рассмеялась. — Времена меняются. Эта автоматика – просто чудо! Скоро, глядишь, и шоферы не понадобятся. Представляете, какая экономия?

Марч лишь неодобрительно хмыкнула, но я видела, как в ее глазах мелькнуло то самое выражение – смесь недоумения и пристального наблюдения. Она пытается понять, где заканчивается игра и начинается… что-то еще.

Светская беседа о больших деньгах и маленьких препятствиях

— Господин Лэнгдон, — начала я, когда мы снова оказались у стенда его компании, — ваши автомобили прекрасны, технологии впечатляют. Но ведь такой масштабный переход на электротягу, должно быть, сталкивается с… определенными трудностями? Чисто гипотетически, конечно.

Лэнгдон, явно довольный моей "женской" оценкой его продукции и возможностью блеснуть эрудицией, охотно вступил в беседу.

— Вы абсолютно правы, Ваше Высочество. Трудности есть. Во-первых, создание всеобъемлющей и быстрой зарядной инфраструктуры. Это требует колоссальных инвестиций и времени.

— Понимаю, — кивнула я. — А еще?

— Во-вторых, зависимость от поставок сырья для аккумуляторов. Литий, кобальт… Основные месторождения находятся, увы, не всегда в самых стабильных регионах мира, и часто под контролем… скажем так, конкурирующих экономических блоков.

А вот это уже ближе к делу. Китай, Южная Америка, Африка… Да, Британия здесь имеет свои интересы, но и уязвимые места тоже. Контроль над ресурсами – вот где настоящая игра.

— И, в-третьих, — Лэнгдон понизил голос, словно делясь секретом, — это, конечно же, политика. Не все рады такому стремительному наступлению электромобилей. Старое нефтяное лобби все еще очень влиятельно. Они используют любые предлоги, чтобы замедлить процесс.

Я сочувственно покачала головой.

— Как это знакомо… Знаете, господин Лэнгдон, иногда мне кажется, что любую, даже самую блестящую инициативу, можно "красиво" придушить под самыми благовидными предлогами. Например, во имя защиты прав потребителей. Или под флагом борьбы за идеальную безопасность. Ввести такие драконовские стандарты сертификации, скажем, для искусственного интеллекта в автомобилях, что половина инновационных компаний просто не сможет их пройти и уйдет с рынка. А оставшиеся будут вынуждены так поднять цены, что их продукция станет доступна лишь избранным. Чисто теоретические размышления, конечно.

Лэнгдон на мгновение замер, внимательно глядя на меня. Улыбка сползла с его лица, сменившись выражением глубокой задумчивости.

— Ваше Высочество… вы… вы удивительно точно описываете некоторые из наших текущих… вызовов.

Попала. Кажется, эта "наивная" принцесса только что озвучила его самые большие головные боли. Интересно, он решит, что я просто умная девочка, или заподозрит, что за моими словами стоит кто-то еще? Хаос предположений в его голове – это уже неплохо.

Неожиданная встреча и разговор об имперской мощи

В этот момент к нам подошел еще один представительный мужчина – высокий, в строгом костюме, со значком Министерства промышленности на лацкане. Министр Джеймс Ротерфорд.

— Принцесса Анна, господин Лэнгдон, — он приветствовал нас сдержанным кивком. — Рад видеть ваш интерес к будущему британской энергетики.

После обмена формальными любезностями, Ротерфорд, явно желая поддержать беседу на высоком уровне, заметил:

— Действительно, переход на "зеленые" рельсы – это стратегическая задача для Империи. И такие компании, как "Imperial Electric", играют в этом ключевую роль.

— Безусловно, господин министр, — подхватил Лэнгдон. — Но, как мы только что обсуждали с Ее Высочеством, для полноценного питания всей этой новой инфраструктуры, для растущих потребностей наших дата-центров, для новых суперкомпьютеров… нужна энергия. Много энергии.

— И тут возникает интересный вопрос, — я решила вклиниться, пока разговор не ушел в технические дебри. — Вот эти прекрасные электромобили, солнечные панели, ветряки… Это все замечательно. Но хватит ли такой энергии для нужд действительно большой и амбициозной страны? Я вот недавно была на нашем новом авианосце, HMS Invincible. И мне рассказывали, что на такие огромные корабли ставят не обычные двигатели, а атомные установки, потому что им нужна колоссальная мощность и полная автономность. Как вы думаете, господа, может ли "сердцем" такой великой державы, как Британия, быть… ну, скажем, поле ветряных мельниц? Чисто гипотетически, конечно, — добавила я с самой невинной улыбкой.

Ротерфорд и Лэнгдон переглянулись. В повисшей тишине леди Марч едва заметно кашлянула.

— Ваше Высочество поднимает… фундаментальный вопрос, — наконец произнес министр, тщательно подбирая слова. — Вопрос энергетического баланса и стратегической независимости. Безусловно, атомная энергетика является одним из столпов нашей текущей и будущей энергосистемы. Она обеспечивает базовую нагрузку, стабильность…

— И мощь? — мягко подсказала я. — Ведь если мы говорим об Империи, которая должна не просто существовать, а развиваться, проецировать свое влияние… разве ей не нужна именно мощь? Неограниченная, надежная, не зависящая от капризов погоды или настроений заморских поставщиков редкоземельных металлов?

На этот раз молчание было более долгим. Лэнгдон задумчиво потер подбородок. Ротерфорд смотрел на меня с нескрываемым интересом, в котором, как мне показалось, промелькнуло и удивление, и, возможно, даже толика уважения.

— Вы… озвучиваете мысли, которые все чаще звучат в определенных кабинетах, Ваше Высочество, — наконец сказал министр. — Возможно, в несколько более… прямой форме, чем это принято в официальных дискуссиях.

Лэнгдон хмыкнул.

— Я бы сказал, в обескураживающе прямой. Но от этого не менее интересной. Принцесса, ваши вопросы заставляют по-новому взглянуть на, казалось бы, очевидные вещи.

Так-так. Кажется, лед тронулся. Они не просто слушают, они начинают думать. И это уже результат. Неважно, примут ли они мои "наивные" вопросы за чистую монету или увидят в них нечто большее. Главное – семя сомнения или интереса посеяно.

Я лишь улыбнулась и сделала вид, что немного смущена таким вниманием.

— Что вы, господа, я просто пытаюсь разобраться. Мир такой сложный.

Леди Марч сочла этот момент подходящим для завершения нашей "экскурсии". Я не стала возражать. На сегодня пищи для размышлений у этих джентльменов было более чем достаточно. А у меня – новых наблюдений о том, как работает этот мир. И о том, как можно дергать за его ниточки, даже если ты всего лишь юная принцесса на выставке электромобилей.