Эпизод 102.08: Глаза говорят больше, чем губы

Утром я убирал учебник в парту, когда за переднюю парту сел Эйджи.

— Доброе утро, Соута. Как выходные?

— Доброе утро, Эйджи. Спасибо тебе огромное. Еда была вкусной, и с учебой мы продвинулись.

— О, отлично.

Эйджи весело рассмеялся, но вдруг его улыбка изменилась.

Лучше всего описать это как «ухмылка». Но она не казалась неприятной, наверное, потому что я уже немного узнал его.

— Ну, и как, подружились?

— ...Не совсем, но немного сблизились.

— Вот и славно.

Эйджи сказал это, но в его глазах читалось: «Уверен, было много всего интересного».

Я закрыл глаза, немного подумал и...

— У меня к тебе дело на минутку.

— Окей. Тогда на обычном месте.

Эйджи встал, и я пошел за ним.

◆◆◆

— Ну, так что случилось?

— ...Хочу спросить тебя кое о чем. Прости, если обижу.

— Что такое? Спрашивай что угодно.

У меня так мало опыта общения, что я не знаю, нормально ли говорить об этом.

Сделав оговорку, я заставил непослушные губы двигаться и произнес:

— Эйджи, у тебя есть девушка?

— М? Есть.

Есть. Ну, я догадывался.

Судя по атмосфере, вопрос его не задел.

— Я не хочу дразнить, но как Эйджи понял, что ему нравится его девушка?

— Сложный вопрос. Моя девушка — подруга детства, я любил ее с давних пор. ...Ну.

Эйджи скрестил руки на груди, сделал сложное лицо, а потом воскликнул: «А!».

— Точно, было много моментов, когда я это понимал.

— Моментов?

— Ага. В начальной школе. Кирика... мою девушку зовут Кирика.

Я выпрямился, стараясь не упустить ни слова.

— Первый раз я заметил, когда Кирика разговаривала с другим парнем. ...Хотя это была просто парная работа на уроке.

Эйджи криво улыбнулся. Это выражение было слишком мягким, чтобы назвать его сожалением.

— Мне было неприятно. Что Кирика говорит с кем-то, кроме меня. ...Тогда я просто чувствовал смутное раздражение, но теперь понимаю, что это была ревность.

— ...Ревность.

— Да, ревность. Не знаю, ведет ли это к любви, но обычно да.

Само слово звучит не очень хорошо... но, наверное, странно, если ревности совсем нет.

— Конечно, у каждого «любовь» своя. Так что воспринимай это как пример.

— Понял. Я это понимаю.

— Тогда хорошо. Следующий раз я заметил, когда...

Эйджи замолчал.

Губы сжались, глаза потемнели.

— Прости, Эйджи. Если не хочешь, не говори.

Я ошибся с выбором темы.

Мозг вынес вердикт, и я тут же склонил голову. Но он остановил меня.

— Нет-нет, не в этом дело. Прости, подними голову.

— ...Но.

— Правда, не в этом дело. Воспоминание не из приятных, но для меня оно важное. Так что подними голову.

Немного поколебавшись, я поднял голову.

Эйджи уже не выглядел так мрачно. Но и не так, как раньше.

Его лицо было мягким и добрым, подтверждая, что его слова — правда.

— Я захотел сделать ее счастливее всех на свете.

— ...

— Счастливее всех в этом мире, чтобы она никогда не грустила. ...И чтобы это сделал именно я, а не кто-то другой. Когда я это понял, я осознал, что люблю Кирику.

...Никто другой, а именно я.

— Ну, это мой случай. Думаю, можно не торопиться. Я тоже осознавал это годами.

— Спасибо, Эйджи.

— Да пустяки.

Я еще не знаю. Какие чувства я испытываю к Шинономэ. Любовь ли это для меня.

Но... благодаря рассказу Эйджи мне стало немного легче.

◆◆◆

— Ну, ну? Когда Нагирин признается?

— П-признание... э-это еще рано.

— Точно, Кирика-тян. Может, Наги-чан хочет, чтобы признались ей.

— Н-нет! Я не в том смысле!

— Хи-хи, шучу. Но мне интересно, как у вас сейчас дела.

Они обе ухмылялись, но это не было неприятно.

Наверное, потому что они действительно переживают за меня.

— Слушая тебя, я примерно поняла, но каким ты его видишь, Нагирин?

— Он джентльмен. Очень добрый, я чувствую, что он заботится обо мне.

— Например?

— Примеров много, но, наверное, главное — это взгляд.

Проводя с ним время, я нашла в нем много хорошего.

— Говорят, «глаза говорят больше, чем губы»... и я думаю, это правда.

— Ого, Нагирин так говорит.

— Наги-чан, ты же не любишь мужские взгляды.

— ...Да.

Обычно я не люблю мужские взгляды. Особенно с средней школы. ...Нет, наверное, с последних классов начальной.

Я рано повзрослела. Наверное, потому что мои биологические родители были иностранцами.

Из-за этого взгляды мальчиков стали неприятными... а в старшей школе это стало еще заметнее.

С тех пор я научилась чувствовать опасность, глядя людям в глаза.

Это лишь ориентир, я не верю этому слепо, но все же.

— Конечно, не только это. ...Недавно он сказал мне, что я слишком близко. Я поняла, что он действительно беспокоится обо мне.

— М? Нагирин ведь не особо любила тактильный контакт?

— Да. Но рядом с ним мне спокойно.

Обе округлили глаза. Увидев их редкое удивление, я невольно улыбнулась.

— ...Ты сказала ему это?

— Д-да. Сказала.

— Ого, Наги-чан, ты действуешь смело.

— ...Нагирин в такие моменты поражает.

Услышав слова Кирики-тян, моя улыбка превратилась в кривую усмешку.

Я сама понимала, что поступила смело, но...

— Я подумала, что если не скажу сейчас, то больше не смогу сблизиться с ним.

— ...Да ты влюбилась по уши.

— Влю... э-это, ну. ...Без комментариев.

— Считай, призналась.

Он мне интересен. Хочу быть ближе.

Но... одновременно мне «страшно».

Наши нынешние отношения комфортны.

Поэтому и страшно.

...Если я попытаюсь их изменить, они могут разрушиться.

К тому же я не хочу торопиться, чтобы он не подумал, что я охочусь за деньгами.

— Ну, можно не спешить. Я тоже не знаю, сколько лет прошло, пока мы начали встречаться.

— Все индивидуально. Наги-чан, иди в своем темпе.

— Так и сделаю.

Я энергично кивнула.

Но... обсуждать это в классе было ошибкой.

Я поняла это через три дня, в четверг.

◆◆◆

— ...Опять.

— Нагирин действительно популярна.

— Но это уже перебор. Наги-чан говорила, что не принимает такое.

В шкафчике для обуви лежал листок. «Жду за спортзалом после уроков».

Я отказываю во всех признаниях.

...Большинство я даже не знаю, к тому же в последнее время я побаиваюсь мужчин.

Кирика-тян и Хикару-тян ненавязчиво распространили информацию, что я не принимаю вызовов, и их стало меньше.

Но все же... во время тестов это совсем некстати.

— Можешь не ходить, Наги-чан.

— ...Но он же ждет.

— А, тогда я схожу. Скажу: «Нагирин не придет», и все.

Я задумалась над предложением Кирики-тян. ...Игнорировать не хочется, но и идти тоже.

— ...Прости. Можно попросить тебя?

— Предоставь это мне! Я быстренько сбегаю, так что идите домой.

— Окей. Будь осторожна.

— Ага! До завтра!

— До завтра. Спасибо, Кирика-тян.

Кирика-тян помахала рукой и побежала к спортзалу. Я поклонилась ей, и мы пошли домой.

◆◆◆

На станции я попрощалась с Хикару-тян и ждала на платформе. И тут случилось.

— Ш-Шинономэ-чан!

Незнакомый мужской голос сзади.

Это не ко мне. Должно быть.

Я обернулась... там стоял парень, похожий на ученика нашей школы.

— ...Вы кто?

Мозг подал сигнал опасности, я сделала два шага назад и спросила.

Его глаза вроде смотрели на меня, но не видели меня. Наши взгляды не встречались.

Я невольно прижала сумку к груди.

— П-приятно познакомиться. Я Хашиода из соседнего класса.

— ...Что вам нужно?

— Т-ты видела письмо? Я слышал от Нишисавы-чан, что ты не придешь. Но я хотел, чтобы ты выслушала, поэтому побежал за тобой, когда Нишисава-чан ушла.

По коже пробежали мурашки.

— Откуда он знает, что я сажусь на этот поезд?

Я отступила еще дальше, но он приближался.

— П-прости? Н-но я подумал, что сейчас единственный шанс. Я слышал ваш разговор в классе на днях.

— ...

В голове зазвенел тревожный колокол.

Бежать?

Нет, если спровоцировать, может быть опаснее.

К счастью, это платформа. Если что, кто-нибудь...

— Я огляделась, не поворачивая головы, и поняла. Все смотрят на нас.

...Я должна защитить себя сама.

— Извините. Я не...

— Я л-люблю тебя! С первого взгляда!

Внимания становилось все больше. К горлу подкатила тошнота, я крепче сжала сумку.

— Он не думает о других. Эгоистичные действия. Тип людей, который я ненавижу больше всего.

Я снова попыталась отступить, и парень забормотал:

— П-подожди. Почему ты уходишь?

Его рука потянулась ко мне. Образ наложился на тот день.

— Страшно. Не хочу.

Ноги снова подкосились, я зажмурилась.

Но рука меня не коснулась.

— Если ты действительно любишь, может, будешь говорить, глядя человеку в лицо?

— Как и в тот день, он перехватил эту руку.