Эпизод 56. Прошлое и будущее

— Внутри довольно тесновато.

— Если сядем друг напротив друга, места будет побольше... Как хочешь?

— Нет, давайте так. ...Мне приятнее, когда ты ближе, Соута-кун.

Мы сели в кабинку колеса обозрения. Лёгкое напряжение, витающее в воздухе, мне явно не казалось.

— К-кстати, скоро начнутся зимние каникулы. Как ты собираешься добираться до дома?

— На поезде слишком долго... Так что на синкансене.

Отвечая Наги, я на мгновение закрыл глаза. Наги продолжала говорить, словно пытаясь от чего-то отвлечься.

— С-синкансен, значит. Я поеду на нём впервые. Кстати, Соута-кун...

— Наги.

Я прервал её, назвав по имени. Наги вздрогнула.

— Спасибо. Но сначала я хочу кое-что спросить.

Наги старается развлечь меня, думая обо мне. ...Она старается не напоминать о той травме.

Мне очень приятны её чувства.

Но мне казалось, что если так пойдёт дальше, Наги снова начнёт стараться впустую. ...Казалось, что сама Наги, пытаясь развлечь меня, немного перенапрягается.

— Хочешь спросить... что?

— Ага. Наверное, спросить об этом можно только здесь... И я думаю, что если не спрошу, ни я, ни ты не сможем двигаться дальше.

Наги коротко кивнула.

Я глубоко вздохнул и повернулся к Наги лицом.

— Если тебя что-то тревожит или беспокоит, я хочу, чтобы ты рассказала мне.

'На самом деле, я не собирался спрашивать об этом'.

'Я думал, что время само всё вылечит'.

Но Наги поступила иначе.

Она сказала, что хочет всё исправить. Она всерьёз думала о нашем с ней будущем.

Глаза Наги округлились.

Её губы приоткрылись, и она выдавила слова, похожие на шёпот:

— Как ты догадался?

— Я всё время смотрел на тебя. Ну, и Эйджи меня предупредил.

— Макисака-сан?

— Ага, он.

В тот день. В этот же день на прошлой неделе он мне это сказал.

Хотя всё решилось быстро, если подумать о чувствах Наги, ей трудно переключиться так сразу.

«В итоге всё будет хорошо, время вылечит. Но если что-то пойдёт не так, она может стать зависимой от тебя, Соута. Ты ведь этого не хочешь?»

Поэтому он сказал мне приглядывать за Наги.

Наги, глядя на меня кивающего, задумалась.

Через несколько секунд.

— Иногда, в моменты затишья, я начинаю думать.

Тихо пробормотала Наги.

— Действительно ли я смогу сделать Соуту-куна счастливым.

Сказав это, она тут же энергично замотала головой.

— Нет. Как я и говорила тогда, я обязательно сделаю тебя счастливым. Обязательно. Несмотря ни на что.

Но, — сказала Наги, опустив глаза. И улыбнулась с самоиронией.

— У меня есть «судимость». Я глубоко ранила дорогого мне человека. Поэтому иногда я перестаю верить в себя.

Наги приложила руку к груди.

Выражение её лица было полно боли.

— Если я снова раню тебя, Соута-кун. От одной мысли об этом сердце сжимается. Я начинаю ненавидеть себя. И если этот момент действительно настанет...

Наги закрыла глаза. И слегка приоткрыла рот.

— Я выберу сме...

— Наги.

Я взял её руку. Она стала ужасно холодной.

Накрыв её руку обеими ладонями, я посмотрел на Наги.

— Спасибо, что рассказала. Дальше можешь не говорить.

Я обнял её одной рукой за спину, прижимая к себе.

— Тебе было тяжело, Наги.

— Н-нет. По сравнению со мной, Соута-кун пострадал гораздо сильнее.

— И всё же. То, что тебе было тяжело, — это факт.

Особенно если ты думала об этом, оставаясь одна... Должно быть, это было мучительно.

— Всё хорошо, Наги. Такое будущее не наступит. Я говорю это не в утешение, у меня есть основания.

Наги немного подняла лицо. Наконец её глаза встретились с моими.

Она видела не того страдающего меня из своего воображения.

А меня нынешнего, счастливого.

— Во-первых, потому что ты так переживаешь об этом. Раз ты так сильно беспокоишься, такое будущее невозможно.

— Н-но. Вдруг я раню тебя, сама того не замечая…

— Этого тоже не будет.

Я отверг слова Наги и улыбнулся ей.

— Ты проницательная, Наги. На самом деле, то, что случилось раньше, произошло только потому, что ты слишком много думала. Тогда ты перестаралась. Но такого больше не повторится.

Я поднял руку со спины и погладил Наги по голове.

— И во-вторых. Потому что у тебя есть родители.

— Папа и мама?

— Ага. Соичиро-сан и Чиэ-сан. Потому что они есть.

Я кивнул и пропустил пальцы сквозь её волосы. Они были удивительно гладкими, как шёлк, и приятными на ощупь.

— Это только моё предположение... Но думаю, они оба сильно сожалеют о случившемся. Как и ты.

— Да.

— Поэтому они не повторят ту же ошибку. Они не пропустят перемен в тебе. ...Я думаю, что этого не случится, но даже если ты начнёшь загоняться, Соичиро-сан и Чиэ-сан... и Судзака-сан остановят тебя.

Да и сама Наги уже не та, что раньше. Она стала выражать эмоции, они с Соичиро-саном и остальными идут навстречу друг другу. Есть не только они, но и Судзака-сан.

— Ну, я не думаю, что одними словами твоя тревога полностью исчезнет.

«Тревога» — она такая. Всё, что я могу сделать, — это вот так разговаривать или развлекаться вместе настолько, чтобы забыть о тревоге.

— Но, Наги. Есть одна вещь, которую я могу сказать с уверенностью.

Наги посмотрела на меня с недоумением. Даже с таким выражением лица она была прекрасна, как картинка.

— Какая?

Я перенёс руку с головы на щёку Наги. Когда я погладил её, она немного зажмурилась, словно от щекотки... но выглядела довольной.

Глядя на это, я почувствовал, как мои щёки тоже расслабляются. Глядя прямо в глаза Наги, я произнёс:

— Через месяц. Через год. Через три года. И через пять лет я буду рядом с тобой, Наги. Впредь и навсегда.

Другой рукой я крепко сжал руку Наги.

— И тогда мы просто посмеёмся. Скажем: «Такое будущее не наступило, верно?». Посмеёмся вдвоём над тем, что тревоги были напрасными. — Я заставлю тебя улыбнуться.

Слёзы покатились из глаз Наги, одна капля упала мне на руку.

— Наги?

— Почему...

Лицо Наги исказилось, сморщилось. И из глаз хлынули слёзы.

— У-у-у...

— Наги?! Э-это, что случилось?!

На мгновение в голове стало пусто. Я попытался хладнокровно проанализировать свои слова.

Но сохранять хладнокровие было нельзя. В следующее мгновение моё лицо вспыхнуло жаром.

'Что за пафосную чушь я несу'.

Это было от чистого сердца но, наверное, именно потому, что это было искренне, лицо горело всё сильнее.

Но я подумал, что это не повод для слёз, и снова посмотрел на Наги.

Наги, видимо, поняв, что я хочу сказать, энергично замотала головой.

— Н-не, не так. Я плачу н-не потому что мне неприятно. Это...

— Х-хорошо. Хорошо, давай сначала успокоимся, а потом поговорим? Ладно?

Я обнял Наги, которая пыталась говорить сквозь слёзы, и похлопал её по спине.

Так делали мама и папа, когда я был маленьким и плакал от обиды. Кажется, сработало... Не прошло и нескольких минут, как Наги перестала плакать.

— С-спасибо.

— Не за что.

Я хотел отпустить Наги но её руки не отпускали мою спину.

— Наги?

— М-мне немного стыдно. Поэтому позволь мне сказать так. Причину... почему я заплакала.

— Ага. Хорошо.

Кивнув, я снова обнял Наги.

— Э-это, понимаешь. Как я и сказала, мне не неприятны слова Соуты-куна. Скорее наоборот.

Слегка запинаясь, Наги продолжила:

— Я очень. Очень обрадовалась. И поэтому... Я очень люблю тебя, Соута-кун.

— О-о...? А, спасибо.

Сбитый с толку внезапным признанием, я прислушался к следующим словам Наги.

— Я любила тебя так сильно, что думала, сильнее уже невозможно. И всё же...

Рука Наги крепко сжала мою одежду. Она подняла лицо.

Прямо передо мной было прекрасное лицо Наги. Оно было красным, как яблоко.

— Я полюбила тебя ещё сильнее.

Её лицо приблизилось ещё больше. Сладкий аромат усилился, и одновременно что-то мягкое коснулось моих губ.

«Очень люблю» превратилось в «люблю ещё больше».

Сказав это, Наги уткнулась лицом мне в шею.

— Я думала, что больше любить невозможно... И вот, чувства любви и радости взорвались во мне и получилось вот так.

— В-вот оно что.

Слова и дыхание Наги щекотали меня. Чтобы скрыть дрожь, я обнял Наги ещё крепче.

— Соута-кун сказал: «Я не думаю, что одними словами твоя тревога полностью исчезнет».

— А, ну да, сказал.

Наги подняла лицо. Её глаза, оказавшиеся совсем рядом, пристально смотрели в мои.

— Она исчезла.

Вместе с этими словами в глазах Наги зажёгся тёплый свет.

— Вся исчезла. Когда мы сели в колесо обозрения, я невольно вспомнила... Но теперь вся тревога ушла.

Наги мягко улыбнулась. Это выражение лица было настолько далёким от того времени, когда её называли «Ледяной принцессой»...

Красивая, милая и тёплая улыбка.

— Соута-кун.

Голос, чистый, как звон колокольчика, приятный для слуха, позвал меня по имени.

Её тонкие белые пальцы потянулись ко мне, взяли мою руку. И сжали.

— Я люблю тебя.

В этих словах не было ни капли сомнения.

По теплу, передающемуся от руки, по прямому взгляду. И по голосу я понял, что это слова без лжи и притворства.

Моё сердце забилось сильно и гулко.

— Я люблю тебя больше всех. И буду любить всегда. Только тебя.

Вместе со звуком моего сердца я слышал и сердцебиение Наги.

Лицо Наги приблизилось, сладкий аромат стал сильнее.

Наши губы соприкоснулись. В тот же момент, когда мягкие губы коснулись моих, она сжала мою руку.

'Долго'.
Обычно это заканчивалось за пару секунд.

Пять секунд. Десять. Двадцать секунд — время шло.

Я старался не думать об этом, но когда это длилось так долго, я не мог не заметить. Мягкое ощущение, прижимающееся к моей груди.

Женственная мягкость и тепло Наги передавались мне. От этого сердце стучало ещё громче. Но и сердце Наги билось так же неистово, не уступая моему...

Спустя ещё какое-то время дышать стало трудно. Видимо, Наги тоже. Её лазурные глаза подёрнулись лёгкой пеленой.

Когда я похлопал её по плечу, Наги отстранилась.

Очень неохотно.

Между нашими губами протянулась серебряная нить. Увидев это, я почувствовал, как кровь прилила к лицу, Наги тоже покраснела.

Наги приложила руку к щеке и глубоко вздохнула, восстанавливая дыхание.

И снова пристально посмотрела на меня.

— Соута-кун.

— Что?

— Ты можешь подумать: «К чему это сейчас». Но я хочу сказать это официально. Тогда всё решилось как-то само собой, на эмоциях.

Я кивнул, ожидая продолжения.

Наги осторожно накрыла мою руку своей.

— Соута-кун. Стань моим женихом.

Я немного удивился этим словам. Но тут же согласился с ними.

То, что мы с Наги жених и невеста, решила мама Наги... Чиэ-сан. Видимо, у Наги были свои мысли на этот счёт.

Случай, когда она пришла за мной в школу, или когда принесла забытую вещь... оставим это, тогда мы оба немного погорячились.

Я сжал руку Наги в ответ. Наги снова заговорила:

— Не потому что мне тревожно или по какой-то негативной причине. Я хочу сделать тебя счастливым. Потому что я хочу, чтобы мы были счастливы вместе.

Я знаю. В лице Наги больше не было тревоги.

Поэтому я сказал:

— Да. Конечно. Давай обручимся и станем счастливыми. Вместе.

Лицо Наги просияло, и она прижалась ко мне.

— Когда закончим школу... нет. Пока не буду говорить.

— Да!

Колесо обозрения наконец приближалось к самой верхней точке.