Эпизод 25. Ледяная принцесса и мама
Я тяжело выдохнул.
Сегодня в который раз вздыхаю? Валяясь на кровати, я мучился от воспоминаний.
Причина очевидна: случившееся в поезде по дороге домой.
— Это уже нечестно.
Тепло её ладоней на моей спине. Её температура. …Её мягкость — всё это до сих пор всплывает в памяти.
А ещё те слова:
«Мне… не неприятно. Прикосновения с Соутой».
Не её обычная мягкость, где чувствуется осторожность, а чуть напористое действие.
— И… как это вообще понимать.
Голова была как в тумане, но я попытался разложить всё по полочкам. Разумеется, возможна и ошибка — мол, у парней и девушек разная манера дружеского общения.
Скажем, парни редко гладят друг друга по голове или обнимаются… Ну, такие тоже есть, но в моём кругу — нет. Эйдзи и сам не из таких.
А вот у некоторых девушек — пожалуйста: обнимашки, держатся за руки — обычное дело.
Шинономэ, может, относится как раз к таким… Но тогда кое-что не сходится.
— По именам… мы оба так и не смогли.
Не только я — Шинономэ тоже. Хотя возможно, момент был неудачный. Но уж после «ты будешь хорошей женой» трудно не начать всё воспринимать иначе.
— Ничего не понимаю.
Я ничего не понимаю. Опыт с девушками у меня мизерный. Точнее, его почти нет.
— Ха-а…
Я снова вздохнул. Похоже, сегодня я не усну.
В этот момент пикнул телефон. Писала…
«Эм. Вы ещё не спите?»
Шинономэ.
◆◇◆
— У-у… Что же я натворила…
Легла в постель — а сна ни в одном глазу. Стоит вспомнить, что было в поезде по дороге назад.
Лицо Соуты было т-так близко… У-у…
Свежий, успокаивающий запах наполнял грудь. И при этом — твёрдо, сильно. Нежно.
Его осторожные объятия — будто прикасается к стеклянному украшению… У-у…
— Н-нет, нельзя, нельзя. Так… я выгляжу какой-то… э-э… распущенной!
Если он узнает, что я такая, Соута возненавидит меня. Н-надо что-то делать.
— Но…
Ничего не выходит.
От радости уголки губ так и тянутся вверх. Даже если прижму их ладонями — опять расползаются.
— А-а… Лицо вообще придёт в порядок?
И за ужином было трудно. Если не следить за собой, выражение тут же «плывёт». Наверное, было тяжелее, чем когда я впервые выступала на японском танце.
И ещё одна проблема.
— Совсем не спится.
Правда — ни капли. Хотя обычно в это время я уже клонюсь в сон.
— Что же делать…
Пытаюсь думать о разном… но тут же вспоминаю Соуту — и не могу уснуть.
Ах, точно.
— Интересно, Соута… ещё не спит?
Только что же мы закончили разговор, и всё-таки я потянулась к смартфону.
«Эм. Вы ещё не спите?»
Отправила — и сразу «прочитано».
«Что случилось?»
«Мне плохо спится. Если Соута не против, можно перезвонить?»
«Да. Я тоже не мог уснуть».
С его ответом я облегчённо выдохнула. Отлично. Если поговорю с Соутой… наверняка захочется спать. Рядом с ним спокойно.
Но разговор оказался таким приятным, что мы проговорили до полуночи.
Такое со мной впервые. И сердце чуть-чуть колотилось.
◆◇◆
Дзынь-дзынь — в дверь позвонили.
— Пришли.
— Д-да. Немного волнуюсь.
На следующий день, перед самым полуднем. Мы с Шинономэ были в гостиной, когда пришли гости.
— Подожди здесь, я встречу.
— Поняла.
Оставив Шинономэ в комнате, я пошёл к входной двери. Звонок раздался ещё раз.
— Да-да, уже открываю.
Сказав это, распахнул дверь — и…
— Давненько не виделись, Соута. Как ты?
— Ага. Заходи, мам. Всё хорошо.
Передо мной стояла мама с сумками из магазина. Она раскинула руки.
…Немного неловко, но я её обнял.
В нашей семье… точнее, у отца с матерью — если коротко, «родители-душечки». Такой вот обмен нежностями — дело привычное.
Со средней школы стало реже. Но сейчас — давненько не виделись, можно и позволить.
— Подрос. Главное — выглядишь здоровым.
— Ты тоже, мам.
Она потрепала меня по голове и отступила.
— А где папа?
— У папы никак работа не отпускала. Остался дома, буквально «льёт кровавые слёзы». Говорил: «Хочу увидеть Соуту! Хочу поклониться и поблагодарить его подругу!»
— Вот как… Ладно, проходи. Хочу познакомить тебя с той, кто мне помогает.
— Конечно. Я тоже хочу поздороваться. И любопытно, с кем Соута подружился.
Я повёл маму в гостиную.
— Вижу, убираешься как следует. Похвально.
— …Каждую неделю приходит друг. Приходится держать порядок.
Мы вошли в гостиную — и…
— Ой!
Мама увидела её и радостно вскрикнула.
И она тоже поднялась, взмахнув белыми, как снег, волосами.
— П-познакомимся! Я — Шинономэ Наги. Очень благодарна Соуте за помощь!
— Ну надо же, так это подруга — девочка! Спасибо за вежливость, Наги-чан. Я — Минори Кадзуми, мама Соуты.
Они вежливо поклонились. Мама, расплывшись в улыбке, переводила взгляд с Шинономэ на меня.
— И всё-таки… почему ты не сказал, что у тебя такая миленькая подруга, Соута?
— …Случай всё не подворачивался.
Я отвёл глаза, и Шинономэ тихо улыбнулась. Мама посмотрела на неё с любопытством.
— Какая же ты красивая… Кожа пружинит, волосы белые-белые, блестят.
— Благодарю. Моя родная мама, говорят, иностранка. Но меня удочерили… как приёмную дочь.
— Вот оно что. Хорошая мама тебе досталась?
— Да! — звонко ответила Шинономэ.
«Вопрос опасный для некоторых», — подумал я, но у неё, похоже, с родителями всё ладится. Я с облегчением выдохнул.
— И папа, и мама у меня очень хорошие.
— Тогда замечательно. А где вы познакомились, Соута? В школе?
— Нет, мы с Шинономэ в разных школах.
— Вот как?
Логично было бы подумать об одной школе.
Я уже собирался объяснить, но первой заговорила Шинономэ.
— Соута… т-то есть… Мы познакомились в поезде.
Она назвала моё имя. Я знал, что так и будет, но всё равно залился жаром. И она тоже краснела, продолжая:
— Меня домогались, и он меня спас. Никто не помогал… было страшно и мерзко… я уже чуть не расплакалась — и тогда Соута вмешался.
От её слов мне стало неловко, я улыбнулся.
— «Спас» — громко сказано. Неуклюже получилось.
— Нет. Я была правда рада. Но из-за того случая… я стала бояться мужчин.
— Понимаю. Это было тяжело.
Мама протянула руку и погладила Шинономэ по голове. Та удивилась, но приняла это.
— Да. Особенно стало страшно ездить в поезде. Поэтому я попросила мино— ой, Соуту: пока мы в поезде, будь рядом. Так и подружились.
Шинономэ внимательно посмотрела на маму.
— Соута… только Соута меня не пугал. Он очень добрый и внимательный. Думаю, что в этом есть заслуга родителей. Поэтому я хотела поблагодарить вас, мама. Спасибо.
Она снова поклонилась, а мама радостно улыбнулась.
— Пожалуйста.
При этих словах уши Шинономэ чуть дёрнулись, и она тоже улыбнулась.
— Это у него от мамы, правда?
— Похоже на то.
Я усмехнулся. И всё же… нет, не думай об этом.
Я старался держать себя в руках, но мама уже смотрела на меня с многозначной улыбкой.
— «Мама», значит… Не ожидала, что кто-то, кроме Соуты… да ещё такая милая девочка — будет называть меня «мамой».
— Э-э, то есть…
Шинономэ растерялась, и мамина улыбка стала ещё озорнее.
— Раз так, до «свекро…»
— Мама, хватит дурить.
Шинономэ вспыхнула ещё сильнее. Впрочем, мне тоже было жарко.
— Ой-ой, прости. Просто я очень рада.
— Н-ничего…
На этом разговор оборвался, и мама двинулась дальше.
— Ладно,-ка сварганю обед. Вы ещё не ели?
— Ага, спасибо, мам.
— Б-благодарю.
Мама направилась на кухню… но почти сразу вернулась.
— Соута, можно на секундочку?
— Что такое?
Она улыбнулась мне.
— Случаем, Наги-чан у тебя еду не готовит?
От этих слов по спине пробежал ледяной холодок.
Продолжение следует…
В телеграмме информация по тайтлу:
Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM
Поддержать монетой : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6